Валерий Граждан

СКРОМНО О СЕБЕ

Как помнится, родился с нормальным весом и вполне средним ростом в июне 1944 года. Вскоре поменял морозный Крайний Север на юг Западной Сибири: там, в деревне, жила моя бабушка. Она же заменила мне родителей, о чём я не сожалел. Так что вырос вполне деревенским пареньком с крепким здоровьем. Образование как-то меня не удручало, а с пяти лет особенно хорошо давались надписи на заборе председателя. Бабушка была глухой, неграмотной и, ко всему, верила в Бога. Антагонизм на этой почве и колхозные трудодни вынудили меня в шестом классе сбежать в город. Вдовствующие многодетные тётки вскоре избавились от меня через ВЛКСМ, устроив на мебельную фабрику и в вечернюю школу. Так и пошло-поехало: работа, школа, вечерний институт, служба в подплаве. Опять институт, семья, аспирантура и вновь моря-океаны. Будучи в отпусках, обзавёлся детьми. В перестройку угодил на пенсию и взялся за перо, став газетчиком на двадцать лет кряду. А войдя во вкус, дошёл до ручки: публиковал книги с рассказами и повестями. Чем остаюсь доволен по сей день. В 2014 году отметил 70-летие и полное отсутствие здоровья, что почти не влияет на мой мажор и недостаток в друзьях. Искренне ваш, Валерий Граждан.

Хранилище мироздания или дыхание третьей мировой

Начало. Но чьё?

Москва-Красноярску, УФСБ, 2003 год: «Немедленно приступайте к расконсервации объекта в квадрате СХ по ранее согласованному плану 1990 года. Руководители научного проекта и спецгруппа направлены в Красноярск. По ходу исполнения докладывать через каждые четверть часа. Время СЕВ (система единого времени) прошу сориентировать по глобальному. Возможные осложнения устранять вплоть до применения схемы «Антитеррор»

 

Но уже прошли третьи четверть часа, а сигналы от посланных в тайгу вертолётов поочерёдно умолкали, чуть только они достигали указанного в приказе квадрата. Изначальный ход операции был предельно удивителен тем, что возможный теперешний «Антитеррор» предполагался не вблизи столицы, либо важных стратегических объектов, а в самой глубине Восточной Сибири. И с первых же минут происходящее окружили строжайшей тайной. Поговаривали даже, будто произошёл чуть ли не десант инопланетян. Во всяком случае, кому ещё в голову придёт лезть в глушь непролазную Восточной Сибири. Да и зачем?

А по факту операции уже стало известно Москве (а вернее, отдавшему приказ о расконсервации из Москвы) об исчезновении посланных в «зону» пяти вертолётов-разведчиков с учёными когда-то ликвидированного «ящика». Часть из которых удалось разыскать в Красноярске. Многие же учёные, работавшие там, чудесным образом укатили по заграницам. Причём, «чудесность» состояла в том, что службы иммиграции никоим образом не ведали о месте и дате отъезда имяреков. Вот только пресловутое чинопреклонение не позволяло хоть в какой-то мере усомниться в распоряжениях МОСКВЫ.

Лишь полковник УФСБ Красноярского края, Ветеран КГБ Егоров Николай Анисимович, «засидевшийся» в ожидании генеральского звания, засомневался в подлинности происходящего.Много он повидал на своём веку, в том числе и такое, что называется «двойной игрой» и двойными агентами. А всё дело было в том самом пакете с приказом, вскрыть который следовало только в 2005 году! А к пакету следовала инструкция:

 

«Пакет вскрыть при ПИСЬМЕННОМ приказе через фельдъегерскую связь НЕ РАНЕЕ назначенного срока. При глобальной угрозе объекту его блокировка срабатывает автоматически на последующие пять лет».

 

Так кому или чему верить? Лишь в самых общих чертах полковник был ознакомлен с предназначением содержимого складов п/я 009. И причём здесь «Антитеррор?»Его бросило в холодный пот от предчувствия, что ждёт планету, попади продукция во вражеские руки…И тут его как бы пронзила молнией мысль: «Вертушка!! Прямой секретный кабель связи с Савельевичем и его сыном, оставшихся «условно» охранять периметр базы и объекты.

 

Через час после начала операции с металлическим тембром станции прямой связи УФСБ РФ «Гефес» заговорил САМ:

«Начальника ОблФСБ на связь! Полковник, доложите о происходящем ходе расконсервации объекта!»

Но докладывать, по сути, было нечего: вертолёты со спецназом и учёными улетели, а обратных сведений – никаких.

 

Из разговора по спецсвязи ФСБ руководителя местных органов госбезопасности с командиром Особого Енисейского авиаполка:

«Михаил Егорович, пришла твоя пора тряхнуть погонами! Я отправил в квадрат СХ вертолёты по распоряжению Москвы со столичными сотрудниками органов и с группой учёных для начала расконсервации хранилищ бывшего п/я 009, того самого «ящика», что на северо-западе от тебя. Пошли туда разведку. Дай мне конкретику по посланным мной и Москвой людям. Прошу тебя, будь предельно осторожен: там всё роботизировано. «Отмычку» знает профессор Петр Васильевич Грибов, да и сам Иван Силантьевич, твой таёжный напарник, хотя чисто функционально. А вообще-то всё заложено в программы роботов. Жду на связи».

 

Доклад полковника Енисейского АП-УФСБ Красноярска:

«Подойти к квадрату СХ удалось головной тройке. Доклад командира звена: «Вижу приземлённые вертолёты. Мой самолёт стал неуправляем. Катапультируюсь. Майор…»

 

Ни спутниковая разведка, ни самолёты дальней авиации не узрели даже малейших следов самих первопроходцев, кроме сиротливо видневшихся у окраины Зоны силуэтов вертолётов. Людей поблизости не наблюдалось. Полковая радиоразведка также не дала ничего. Связь исправно поддерживалась лишь до определённого приближения к «объекту», затем резко умолкала. Дебаты-симпозиумы разысканных с помощью МВД и ФСБ сотрудников уникального предприятия от лаборантов и до докторов наук, мало чего дали. Бывшие работники теперь уже нашумевшего НИИ и Опытного завода твердили о неких подписках, о неразглашении. Хотя, судя по опросам, и разглашать-то было нечего: в тайге располагались некие склады готовой продукции. «Продукция» же была чем-то гранулообразным, размещённым в мешках спецхранилищ. Но не зря же по каналам столичной спецсвязи поступило распоряжение ЛИЧНО от Главкома МО о расконсервации объекта «СГЗСП СССР». (Селикогелиевый завод Спецпрома СССР) или до гласности п/я 009. От кого конкретно распоряжение поступило, вразумительного ответа получить не удалось. Переспрашивать же приказ Высокого начальства в войсках не принято.

 

Так что же из себя представлял «Квадрат СХ»? Доподлинно известно было лишь то, что уже более четырёх лет предприятие заброшено, как и тысячи других по стране.

Пролог

Да и вообще, сведения о нашем объекте, если и просочились бы в печать, то разве что через десятилетия и то косвенно. Толчком к написанию почти научно-фантастического боевика стала неуклюжая работа разведок обеих враждующих сторон. И на самом деле, где-то, под каким-то «соусом» описанные нами события зреют, а то и дозревают. А посему, реальность нынешних дней и сюжет отнюдь не «высосаны из пальца». Таковых, безусловно, перспективных в российской науке тематических разработок накопилось в числе незаслуженно свёрнутых великое множество. И всё более возрастающее количество УФО, НЛО и прочих как бы неопознанных объектов и процессов настораживает, а вернее, должно насторожить: так ли гладко завершилась пресловутая перестройка? Если и завершилась, то как, и в чьих руках. Ведь нашумевших НИИ-«ящиков» у СССР было тысячи. Многие из них попросту создавались, чего греха таить, пустышками под чью-то диссертацию. Но случались и такие, ознакомившись (если на то был соответствующий допуск) с тематикой которых, шевелились волосы от ужаса: а ну как всё это попадёт в руки алчные! Кровь стынет в жилах от сознания того, что всё человечество попросту…окажется ненадобным. Скажем больше: сама углеводородная форма жизни на Земле может стать экзотикой, раритетом для ублажения потребностей некой элиты. А Человечество со своей цивилизацией канет в Лету за ненадобностью в нынешнем понятии. Но это же научное открытие при изначальном замысле расширяло возможности ныне существующего человечества беспредельно

 

Суть открытия буквально лежала под ногами: кремнийорганика. А смысл исследований состоял в том, чтобы опытным путём отыскать определённые соединения кремния и придать им направленные гравитационные и электромагнитные свойства. А в последующем из этих соединений, как из детского конструктора, по программе создавать всё, что угодно. А это практически весь альтернативный аналог существующему на Земле миру:от урбанизированный углеводородный и другие формы существования материи, в том числе её разумных форм, альтернативных биологическому, способный выжить в других планетных мирах .Самые жёсткие физические условия позволяли бы беспрепятственно существовать воссозданным конструкциям. Их структура предполагалась программной, что позволяло перевоплощение одного создания в другое. Количественно и качественно изначальный материал оставался неизменным и мог служить вечно. Отпала необходимость в генерации той или иной энергии, её с лихвой поставлял Космос в виде солнечной, гравитационной, тонких материй. Человечество могло создавать всё: от непотопляемых океанских лайнеров и самоуправляемых космических аппаратов вплоть до искусственных нейронов мозга и нервной системы требуемого уровня развития.

 

Основой исследований была поставлена задача использования селиконоидной формы жизнедеятельности. И даже при её аморфности, с внедрением искусственного, синтезированного мозга. Обмен веществ в таких формах жизнедеятельности основывался на реакциях восстановления водорода, в отличие от существующей на Земле – на основе окисления кислородом. И это стало возможным при решении управления гравитационным полем и тонкой материей. Силикоидная форма бионики не позволяла осуществление агрессивного её использования. Но такие образования были заведомо крайне медлительны в действии. Грань между ускорением биоритма и агрессивностью могла существовать лишь неустойчиво и непредсказуемо: робот-дельфин перевоплощался в уродливую машину убийства-крокодила. Учёные уже, по сути, решили задачу в лабораторных условиях, создав симбиоз кремнийорганических соединений с магнитной ориентацией в управляемом гравитационном поле. Были изобретены и исследованы целые ответвления научных направлений в области сегнетоэлектриков, пара-и диамагнетиков. И всё было подготовлено к началу процесса №1 по синтезу первой ступени самосоздающейся и регулирующейся многофункциональной системы, прототипа альтернативной биохимии. И, если учесть, что кремний является одним из основных элементов во Вселенной, то «подручного материала» для создания базы задуманного более чем достаточно. Все последующие процессы совершенствования должны были вершиться по Программе Мироздания.

 

Здесь речь идёт о разработке, в которую государство вложило средства, ни с чем не сравнимые, и были оправданы тем, что целиком направлены на благо будущего всего Человечества. А такая возможность открылась после сформулирования ОБЩЕЙ ТЕОРИИ ПОЛЯ, то есть создания формулы состояния мира. Энштейн, Лифшиц, Ландау, Дирак, Клиффорд и сотни других, менее знаменитых учёных стремились к единой цели, но достичь её удалось лишь русскому учёному Г.И.Шипову. Часть его трудов и легли в основу разработок НИИ при п/я 009.

Крах

В стране же сработал стародавний секретный План Даллеса №2004 от 17 июля 1945 года. Именно тогда была выпестована методика по экономическому уничтожению России. А озвучен план впервые президентом США Р.Рейганом. И многое, очень многое из научно-технических разработок либо «пошло под нож», либо переиначено за рубежом альтернативно изначальному замыслу. Государство руками собственных граждан было отброшено в своём развитии на многие десятилетия.

Бушевал кошмар «перестройки», а вернее, – её пик. И к началу 90-х годов теперь уже прошлого столетия вполне может быть оставались где-то в глубинках и ещё тлели предвестники остатки мощной цивилизации и мировых открытий. Что изначально замышлялось в СССР как неиссякаемый источник всеобщего благоденствия. Теперь же на деле могло свершиться страшное, хотя мало кем полностью осознаваемое.

Государство рушилось на глазах: заводы, фабрики, птицефермы, электростанции, даже наука, из разряда СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВАЖНОСТИ. Появившиеся будто из Преисподней «новые русские» скупали всё за бесценок по самой «крепкой валюте»: за «ваучеры», а то и вовсе за бутылку водки, или за мерзкую имитацию её.

 

Учёные панически покидали Россию, увозя с собой главное: мозги и их содержимое. Теперь уже супердостижения государства СССР, некогда охраняемые едва не тремя периметрами телекоммуникационных препонов и вездесущим КГБ, стали доступны для всех, более, чем свалки металлолома. Да и свалки опустели: всё свезли «за бугор», а выручку пропили. Даже запрятанные в глухой тайге бункеры межконтинентальных ракет с содержимым тоже были разграблены. Лишь те секретные достижения, кои вообще были вне зоны понимания даже многих учёных, а посему не были достойно оценены, чудом уцелели. Страну захлестнул воровской и алкогольный бум. Остановить его, казалось, уже было невозможно.

Спецслужбы самоустранились, а прямо у заборов наирежимнейших «почтовых ящиков» как бы на смех повырастали «пункты приёма цветных металлов». Туда принимали даже платы управления станками с ЧПУ с миллиграммами неизвлекаемых драгметаллов: чувствовалось целенаправленная деятельность западных спецслужб. Они готовы были финансировать любую разрушительную деятельность в уже агонизирующей стране. Свершалась вековая мечта интервентов порабощения России, населённой самой непокорной национальностью на Земле – русскими. Но бескрайние просторы Сибири и неуёмная жадность «новых русских» вопреки логике всё-таки помогли выжить одному из проектов, но пока не ставшим достижением человечества. Об одном из таких прецедентов и идёт рассказ.

Где-то в тайге

Если досконально, то дошедшие до нас сведения очень даже не полные. Став гласными для СМИ почти всех стран мира, они быстренько получили статус недоразумения, раздутого жёлтой прессой. Это бесспорное доказательство тому, что получившее огласку на первых порах событие так и осталось секретным доселе.

И не потому, что хорошо организованная, продуманная охрана этого довольно крупного завода осталась бы грудью защищать народное добро. А попросту никто, вернее, очень мало, кто знал, в чём ценность в спешке покидаемого предприятия, и зачем его упрятали «у чёрта на куличиках».

 

Рабочие, так и не дождавшись положенной по КЗОТу зарплаты и компенсаций, поуезжали «на большую землю», начальство, «прихватизировав» наиболее ценное из материалов и оборудования, тоже укатили налаживать далеко не безбедную жизнь вдалеке от комаров и непролазной глуши..

И остался на СГЗСП СССР (силикогелиевый завод спецпрома) дед Силантий со своей всё ещё стройной, но седовласой супругой Еленой дожидаться законной пенсии, добросовестно исполняя охрану обширных складов готовой продукции, а вернее их необыкновенных дверей. Временно помогать отцу вызвался средний сын. При них кормились (или наоборот) охотой две овчарки и лайка. Шалун и Дамка, охранявшие до закрытия заводского периметра огород от медведей и кабанов, а Вьюн помогал по старинке охотиться хозяину.

Все десять необъятных хранилищ были забиты мешками с готовой продукцией, то есть с этим самым пресловутым материалом. Разница лишь в том, что мешки в каждом из помещений были разного цвета и вида упаковки. Хранилищ насчитывался с десяток, а то и более. Уезжая, кто-то, видно из жадности (не пропадать же добру) вскрыл-таки одну из дверей (ключами, конечно), вытряхнул содержимое одного из мешков на гранитный, отполированный пол. Но, убедившись в никчёмности гранул-шариков, оставили странную продукцию в покое. Тем более, даже массивные двери из невесть какого материала срезать и свезти для будущего гаража не удалось. Но все диву давались, глядя на просто-таки изящный пол, скорее подходящий для дворца, нежели для склада. К чему бы всё это?

Но не будешь же сковыривать пол! Много всякого любопытствующего люда бесплодно потратили в хранилищах время. Но так ни с чем и уехали.

 

А к Силантию, ветерану завода с первого его колышка, пришли очень даже приличного вида люди. Надо сказать, что вся родня у «пенсионера без пяти минут» работала на его ранее преуспевающем предприятии. Но тоже подалась в Красноярск искать лучшей доли, тем более что квартиры им государство ВЫДАТЬ успело. Тогда это ещё было нормой для жителей-ветеранов ЗАТО (Закрытые территориальные образования, сиречь – «ящики»). А позже, по месту прописки стали выдавать пенсию и его «моложавой» (она на 7 лет моложе «свово женишка») Елене. А новоявленный пенсионер даже в помыслах не имел покидать родные пенаты. Ведь он был охотником в четвёртом поколении. И сам-то завод, которому ныне едва не пара десятков лет, начинал своё существование именно с его широченного дома-пятистенка из вековой лиственницы. И вот ныне, не успевший состариться завод спешно покидают. Его изба помнит историю завода с первого дня, когда на зимний огород Силантия приземлился вертолёт и оставил ему на постой «временно» десятка полтора людей. Спали почти вповалку на шкурах, коих у охотника водилось предостаточно: сдавать их в эдакой глуши было некому. И изначальным «заводоуправлением» ещё долго служила почерневшая от времени добротная охотничья изба.

Даже когда территория «ящика» рванула резко в тайгу, прямо к подножию гор, избу было решено не трогать. Остальные возведённые срубы-времянки вынесли «за забор» под всякого рода подсобки. А вполне ещё крепкого Силантия стали числить вроде как при заводской охране. Разросся посёлок, понаехало народа, множились цеха. Но никто так толком и не знал назначение продукции предприятия. Да и знать-то особо было нечего: роют гору и делают селикогель. Вот только то, что продукция в крепких пластмассовых мешках разного цвета никакой не селикогель, знали даже пацаны из детсада. Ну и что?! Да не было особого интереса у людей к оным мешкам: подписки о неразглашении, зарплата знатная, жильё, снабжение – на уровне, учиться отправляли из ЗАТО по льготам северян и ещё каким-то, опять же без конкурса.

Последние назидания

У Силантия всегда всё было: тайга и огород кормили, деньжатами завод не обделял, а теперь ещё и пенсия приспела. Так что не горевали они с Еленой, что здесь вековать придётся, как было его предкам в старину. Съехали ВСЕ. Но самое горькое для ветерана было расставаться с преподавателями электромеханического техникума и ВТУЗа, что были организованы Правительством на предприятии. Сыновья и дочки, зятья почти поголовно закончили ВТУЗ. Силантий потихоньку, по настоянию его сверстника директора, осваивал науки в заочном техникуме. И вот теперь оставшиеся безлюдными корпуса цехов и коробки жилых домов выглядели сумрачно, а то и страшно.

Так вот, вернёмся к тем самым прилично одетым визитёрам, что посетили перед отъездом чету пенсионеров. Поздоровались, представились работниками режима управления заводом. И хотя Силантий всех, кроме молодёжи, знал в лицо, – эти ему не встречались. С ними был, тоже отбывающий, очевидно, теперь уже бывший директор СГЗСП Никифоров, очень уважаемый и исключительно грамотный человек. Он всегда обращался к ветерану-таёжнику при решении ряда режимных вопросов: откуда можно проникнуть из тайги к «ящику», где могут быть устроены вероятные места «схронов» оружия, как…И на все Силантий Иванович всегда отвечал обстоятельно, с перспективой. Здесь же, как почувствовал бывалый охотник, разговор должен быть крупный, как при охоте на медведя, а то и более. Незнакомцы выгрузили и внесли с улицы в сени десять плотно упакованных мешков. Вошли в избу, сели на широкой лавке. Начал, как и положено старшему, директор завода Никифоров Федор Филатович, доктор физико-технических наук. Выложил на стол какие-то инструкции и маленький ноутбук.

Он же и заговорил:

«Силантий, дружище, пришло время, скорее всего, попрощаться. Ты не удивляйся, мы тебя не бросаем. Но оставляем опять-таки из соображений секретности. Оставь мы здесь хоть полк десантников – сразу засуетятся лихие людишки: что, да почём. А так, вроде как у родных мест старость коротать остался. Ничего подозрительного. Да и нету у нас средств и надёжных людей для решения задуманного в полном и окончательном масштабе. А оставляем мы на тебя дело не просто государственной, а важности МИРОВОГО значения. В инструкциях всё прописано толково. Программа ввода заложена в ноутбук и включится через три месяца, либо, в экстренном случае, – после нажатия вот этой кнопки. Бумаги прочти, компьютер спрячь. При вводе охранной программы ничему не удивляйся: это, в общем-то, экспериментальная продукция завода в действии. И из этих вот мешков материализуется всё необходимое для тебя и твоего обширного хозяйства. А здесь твоя зарплата за полгода и накладные расходы. Можешь не пересчитывать: у государства «лишнего» не дадут. Хотя охотнику в тайге и надобны-то патроны, соль, да спички».

С тем и отлетели – отстрекотали вертолётами. У избы почти беззвучно шелестел ветряк, заблаговременно смонтированный в палисаде, да красовалась на крыше спутниковая антенна из директорского кабинета в придачу к новенькому «Самсунгу». Установили и станцию тревожной сигнализации и защиты периметра, предупредив, что о её существовании ни одна живая душа знать не должна. Да о ней и сам Силантий вспоминал, лишь изредка обходя солидный холм, изрядно поросший травой.

«А пользоваться ею лучше не надо: себе спокойнее! Двери на хранилищах практически недоступны, да и провели мы по всем складам всех желающих узреть «секреты». Кроме целлофановых мешков с «селикогелем» там ФАКТИЧЕСКИ ничего нет. Единственное, о чём не поведали, да и не могли что-либо определённое сказать оставшимся при складах, так это о назначении чёрных как бы мраморных кубов в центре каждого из залов. Да и знали-то досконально о них лишь трое их разработчиков, в числе которых был тот самый доктор наук, завзятый охотник и собеседник Силантия. А «кубы» и были своеобразным кремнийорганическим МОЗГОМ изначальной системы МИРОЗДАНИЯ. А может и действительно: всё дело в неком необычном песке? Да и только ли в песке?

Совсем одни

По первости жутко было старикам в безлюдном, а некогда полном жизни посёлке. Сын Вячеслав обещал приехать с женой после устройства семьи в городе. Лишь только брошенные бывшими жителями хозяевами собаки выли среди ночи. Жалко их было, но животные в условиях тайги, будучи в большинстве своём домашними, обречены на гибель. Хозяевами в тайге были не они. А посему нет в этой глухомани для них места. А для охотника они совершенно лишняя обуза. Пострелял их Силантий, да замолил грех перед единственной в избе иконой за упокой животины безответной.

Потянулись дни, недели. Из рыбацкого селения, что вёрст за 200 от теперь уже бывшего предприятия, стали наведываться молодые парни за «халявой»: в домах пооставалось уйма старой и не очень старой мебели, случались и холодильники с телевизорами…Люди бросали всё, намереваясь обустроиться на новых местах заново и поскорее, пока ордера на жилье, да ещё по «жирным» нормам ДАВАЛИ. Силантий же просил ребят лишь не хулиганить: «Берите, теперь это никому не надобно, но ничего не рушьте, особо окна. С их кончиной умирает дом. Незрячий и убогий – порушенный дом!», – и был благодарен за бензин и патроны в качестве бартера… Старика все «соседские» знали и уважали ещё от своих родителей, а посему, шкоды не творили. Иногда и таёжник наведывался к селянам «с живыми людьми пообщаться», да «пенсион» с «жалованьем» получить. А за всем прочим и патронами ездил на стареньком «Днепре» к ним же. А сам-то посёлок Елановка отстоял за три сотни вёрст от Красноярска. На здешней же почте нет-нет, да и отсылал для внуков на учёбу почти всё жалованье. Но не давала покоя деду мысль: а какого рожна он охраняет, да и жалованье ему положили хотя и не царское, но, как видно, не за здорово живёшь. А на крышу его бревёнчатого дома месяц назад водрузили некую радиолокационную станцию (РЛС) – флигель сторожевой, не то пожарный по виду снаружи. Она должна отслеживать «цели» до 200 км в радиусе. Смонтировали и опробовали спецтелефон для связи с самим Красноярском. Пояснили: «Ни в коем случае и ни с кем в связь не вступать. В случае прибытия незнакомых лиц ввести в действие тревожную кнопку-оповеститель. НЕ ВСТУПАЯ В КОНТАКТ с кем бы то ни было». А напоследок как бы проэкзаменовали деда на знание оставленных ему инструкций. Особый упор сделали на проверку срабатывания программы по истечении трёх месяцев и соответствующем докладе по спецтелефону в город.

Чудеса в решете

Так, в каждодневных заботах пролетели три месяца. Все признаки весны были налицо: осели сугробы и появились проталины с подснежниками. Следом пошли ландыши. И в одно прекрасное майское утро запищал на полатях за печкой ноутбук. Силантий соскочил, как когда-то в армии по тревоге: давно ждал он сигнала, даже во сне вскакивал. Но тут же успокоился и начал действовать по инструкции. Расстелил целлофановые полотнища во дворе и уложил на них мешки из сенец. И ВСЁ.

Далее всё происходило чисто по сюжету мультика «Петька в Тридесятом государстве». Запрограммированные датчики вскрыли первоначально контрольные мешочки. Из них веером стали пересыпаться, сливаться в единую кучку разноцветные горошины и микроскопические гранулы. Звука никакого не было, и реальность воспринималась сказочно. «Лена, подь сюды, да поживее! Ты погляди-ка что деется то!»

Перво-наперво материализовались два юнца, но не из «ларца», как в кино, а из того же целлофана. Одеты простецки, представились: «Егор! Вася! Мы – полный аналог людей. Наши возможности описаны в ваших инструкциях. Пояснять или вводить в курс дела будем ненавязчиво и по ходу событий». Старый таёжник доложил-таки в город, что всё идёт по плану. И начались исключительно самопроизвольные манипуляции с «селикогелем», в результате появились многоагрегатные механизмы, кои тут же приступили к разработке и расширению огорода, установке неких столбиков из чудо-материала. Ещё один экран парни установили за печкой. Хотели было Егор с Василием убрать «нерациональный обогреватель», но дед, а особенно бабушка Лена были против: не по сердцу это. Вскрыв полномерные мешки, роботы сотворили «свежеиспеченный» мотоцикл-вездеход, чем-то похожий на его «Днепр» с коляской, но чисто внешне.

Егор пригласил старика в люльку и сказал: «Собирайтесь, дедушка, поедем в Ельню за семенами для огорода, да людей с нами познакомите. Скажете – внуки пожить-поохотиться приехали. На егерей учатся. Может, и вовсе останутся».

Чего тут не понять: егери, так егери. С тем и поехали, а скорее – полетели над уже подзаросшей лесной дороге. Лишь у поселка на самом деле поехали, даже кочки ощущаться стали, и послышался звук родного мотоцикла.

Сим - Сим, откройся!

И если раньше поездка в Елановку была для старика мукой (по тайге 200 вёрст!), то теперь чисто в удовольствие. Но по приезде традиционно заказал Елене баньку. Пригласил парней-роботов. Те согласились, не моргнув глазом. Разделись в предбаннике, но ни шайки, ни веников не взяли. Зато Силантия попарили со знанием дела и программы. Некоей жидкостью обмыли свои мраморного оттенка тела. Пробовал было хлестнуть раз-другой парней, но они лишь засмеялись: «Мы же из того самого «селикогеля» и в человеческих процедурах не нуждаемся. Разве что в солнечные дни «позагораем», пусть даже зимой.

– А как насчёт охоты, есть что в вашем разумении?

– Пойдём с вами, дедушка Силантий! Устроим охоту, да ко всему, без выстрелов.

 

Как позже стало ясно, хотя и не очень, но появление Егорки с Васяткой (так их любовно звала бабушка Елена) было не сказкой, а даже запоздалой былью. Частенько Силантий калякал у печки со своей Еленой о теперь уже бывшем очень даже секретном заводе. Тут, почитай, одних докторов наук было едва не пара десятков, а уж кандидатов, да инженеров – целая армия. И техника вся только и делала, что срывала песчаную гору и свозила в цеха. А уж оттуда – в хранилища. Чертовщина какая-то. Хотя и песок, вроде как не такой, как на речке, а особенный, для всякой электроники применяемый. А шарики-гранулы будто как ещё и с некими магнитиками. И, как поведал его закадычный друг по охоте, доктор технических наук Николай Васильевич или попросту «Василич»: «Скажу тебе, брат Силантий, что из этих вот шариков чудные дела будут делать. Не нужно будет рубить леса, загаживать водоёмы отходами целлюлозы и алюминиевой промышленности. Исчезнут дымные смоги нефтепромышленности. Единственное, что будет востребовано и лишь в разовом порядке – обыкновенный песок, то есть «силициум». Не будет пресловутого металлолома и вторсырья: созданный из песка-силициума материал вечен и многофункционален. А его-то на Земле едва не половина земного шара – хватит на миллионы лет. А технология композиции материалов-самоизготовителй, дополнителей и материалов-мозгообразователей (программообразователей) заготовлены в хранилищах. Их достаточно, чтобы запустить саморегулирующийся процесс созидания. Каждый из чёрных кубов несут функции программоносителей поэтапных и делятся на основные и дополнительные. И, если не вмешаться в программы «чёрных кубов», человечество заживёт как в сказке! Но до поры-до времени следует помалкивать. А то и до беды недалеко! Тут и сказ весь». А Василич вскоре уехал на очередной симпозиум, после которого на заводе его никто не видел. Хотя ходили слухи, что его пригласили возглавить некое научное мировое общество в Канаде.

Но уже из инструкций-описаний дед всё-таки уразумел физические начала грандиозного эксперимента. На заводе в результате фактически симбиоза получали некое соединение из сегнетоэлектриков и магнитоэлектриков. Разделяя их по способу получения, структуре и чистоте, становилось возможным синтезировать совершенно новые материалы со свойствами, до сих пор неизученными. Элитным материалом в красных мешках были даже не шарики уже, а чуть ли не порошок, являвший собой своеобразные «заготовки» нейронов мозга. При освобождении из порошка под действием управляемого гравитационного поля и тонкой материи синтезировался мозг. Он управлял построением практически любых композиций и их работой по саморегулирующейся программе. Но таковым он становился в комбинации и с поддержкой другими компонентами из мешков, как нетрудно догадаться – других цветов радуги. А пока материалы запаяны в толстенных полиэтиленовых мешках, они так и остаются материалами. При определённой же комбинации таковых можно было изготавливать роботы – самолёты, пароходы, но и роботы – танки или десантников. А пока… А пока заветные двери не должны открыться без ведома программы «Сим-сим откройся!» никому.. «Сим-сим» должен хранить бесценную сокровищницу мироздания сколь угодно долго. А на первом этапе – пять лет.

Ох, и заживём же мы!

Не сговариваясь, Василий остался «при хозяйстве». На охоту с дедом вызвался Егорка, оказавшийся шустрым отроком, даже слишком. Он успевал и тропу торить в чаще, и сламывать мешающие идти сучья. Но вот мальчонка юркнул под лапник ели и выхватил оттуда…зайца. Оказалось, что лазить по деревам малыш не менее сноровист, нежели белка. Так что патроны деду тратить не пришлось. «Вот диво-то! Вот бабка обрадеет! А зайца заместо кролика оставим: изловит ему Егорка зайчиху и пусть себе в избе живут!»

А мальчонка тем временем разделся догола и вышел на солнечную полянку.

«К чему бы всё это?...Ах, да «загорает» Егорка! Но даже как-то не верилось, что это вовсе не человек, не малец вовсе!!» Охотник на неком квазистеклянном теле своего негаданного помощника не узрел половых признаков. От-те чудеса в решете! От-те пакетики с шариками! Сами себя слепили шарики-лошарики, получается.» А ведь мальчонка даже не вспотел. Даже Вьюн искоса поглядывал на нежданного соперника по охоте. «Господи Иисусе, вот те робот! Вот те раз!» – не переставал удивляться Силантий. После охоты Васятка тут же потянул Силантия на территорию хранилищ. Новоиспечённый отрок ловко вскрывал нужные и ему одному ведомые мешки, дозировал, ссыпал вместе и выносил на территорию. Вскоре из вновь отобранных шариков образовалось нечто похожее на многоагрегатный трактор. Но двигался механизм беззвучно и традиционного «выхлопа» не наблюдалось. Машина двинулась к огороду.

Дед от неожиданности прямо-таки обмер: «А ну как потопчет, да поломает урожай!» Но нет! Наоборот! Они на пару с Васяткой мигом расширили и огородили палисад, пропололи, окучили, пробурили новую водную скважину, рассадили малину. А юный «агроном» попросил у Силантия ещё семян. Егор же из оставшихся шариков сварганил некий вездеход. Но баков для топлива и масла на нём не было, но выставились на время некие крылья. «Неужто солнечные батарейки заряжает? Как Егорка на поляне!»

Вскоре дедова усадьба перевоплотилась во вполне приличную сельхозфирму. А тут и прикатил, как было договорено изначально, средний сын Силантия Вячеслав с женой и взрослыми детьми. Родовой клан быстро освоился (вернее, они с кланом) со всей робототехникой. Были тут и роботы-электростанции и много такого, от чего Силантий не просто удивлялся, а даже пугался. Например, когда вокруг дома на приличном расстоянии были возведены некие башенки. Егорка же лишь пояснил, улыбаясь: «Это, дедушка, чтобы тебя никто не смог достать и обидеть».

А вот и новоявленные "хозяева"!

В то утро 2003 года над тайгой сызнова прозвучали стрекочущие звуки вертолётов. По силе гула их было не менее трёх-пяти. Где-то поодаль гул прекратился: видно сработал дальний периметр..

Неужто проведали о секретном хранилище и те, у кого руки далеко не чистоплотные. Не срок ведь ещё для визита, да и уведомления ни по прямому, ни по старенькой, но надёжной «вертушке» не было! Но ведь выходит, что прознали они о засекреченных хранилищах всё доподлинно: Как видно, при себе визитёры имели не только документацию, но и тех самых докторов наук в качестве заложников. Через изрядное время из тайги вышли люди в камуфляже и несколько – в штатском. Кто это? Уж не заложники ли? Вскоре выяснилось, что так оно и есть.

Их было двое. Сколько и кто мог оставаться в тайге – оставалось неизвестным. Вся группа «гостей» чётко обозначилась на мониторе РЛС «силантьевского штаба». Сообщил было, как было приказано, в город, но запропастилась инструкция. Как видно, старуха «положила поближе». В избу вкатились Васятка и Егорка с Вьюном. «Вы, дедушка, сидите с бабушкой и не волнуйтесь! Мы всё сделаем сами».

Тем временем из тайги в сторону периметра, возведённого «мальцами» охранения, вышло с десяток людей в камуфляже, масках и с оружием. Впереди вели пленников. Но пленников было только двое из числа учёных. Но стоило лишь штатским переступить незримую линию охранения, как следующих за ними охранников отбросило далеко назад. Они тут же открыли беглый огонь в сторону дома Силантия. Но пули натыкались на нечто незримое и рикошетили в сторону тайги с визгом. В ход пошли гранатомёты. Результат был такой же. Тогда из-за деревьев показался некий парламентёр: «Эй, Силантий, не дури! Вон там, неподалёку, в тайге твои внуки! Меняемся: мы у тебя возьмём самую малость – мешков по десять селикогеля с каждого склада. Это даже заметить трудно при тысячах тонн содержимого хранилищ. И внукам гарантируем жизнь! Кстати, у нас же твой дружок по охоте профессор. Поди помнишь его, Васильевича, наставника твоего? Даём час на раздумье!».

Тут из избы вышел Егорка и юношеским баском крикнул: «Дяденьки, не трогайте детей, мы вам сейчас начнём выносить мешки, а вы нам внуков выведите, чтобы дедушка убедился, что его не обманывают!» Силантий с дрожащей бабой Еленой наблюдал из окна за происходящим. В это же время из конторки – секретной связи зазвонила «вертушка». Заговорил кто-то из Красноярска: «Силантий! Здравствуй, старина! Очень срочно и кратко: что у вас происходит? Это полковник Егоров! Узнал? Говори, слушаю!»

– Осипыч, родной, чужие здесь ! Двое профессоров-заложников теперь уже у меня – их отсекла «зона», а вот внуки мои – у них, да и Васильевич, профессор, что вместе на охоту со мной и тобой ходили. Что делать-то?

– Теперь ясно. А делать тебе ничего не надо. Биороботы сделают всё сами по программе. А ты доложишь мне. Гут?!»

– Всё понял. До связи! Силантий.

Бой

Тем временем в Красноярске происходило невероятное. Полковник Егоров, явно рискуя будущими генеральскими погонами, воспользовался обратной связью по «Гефесту», используя пароль Министра обороны.

– Красноярск, полковник УФСБ Егоров. Прошу подтвердить Ваше распоряжение о досрочной расконсервации хранилищ а/я 009 и моё обеспечение спецгруппы УФСБ, высланную с группой научных сотрудников НИИ объекта СХ.

– Немедленно выслать в квадрат СХ преобладающую красноярскую группу УФСБ для надёжной локализации псевдосотрудников и выручки заложников. Выданный Вам первоначально устный приказ – вражеская провокация. Имеющаяся в действии программа надёжно обеспечивает защиту СХ в целом. Разрешаю использование бригады ВДВ вашего ВО. Вылетаю лично для руководства операцией на месте. Главарей группы провокаторов по возможности взять живыми. Спутниковое наблюдение за квадратом СХ ведётся в режиме реального времени.

– Вас понял. К выполнению Вашего приказа приступаю. Полковник Егоров.

Егор взял ключи от хранилищ и вышел по направлению к диверсантам. Чуть поодаль робот остановился. Его идентичность человеку не вызывала сомнений. Подняв руку в знак внимания, Егор произнёс: «Мы дадим вам мешки, как вы того требуете! Но вначале вы покажите нам заложников и, пока будет обмен, пусть будут на виду. Хорошо?

Переговорщик тут же принялся открывать двери хранилищ. Со стороны «гостей» было хорошо видно выносящего мешки Егора. Как видно, следуя своим планам и до времени их не обозначая, захватчики вывели трёх парнишек и совсем уж маленькую девочку с бантом на русой головке. К ним же присовокупили профессора Петра Васильевича, друга Силантия.

– Силантий, вот твои внуки, можешь пересчитать! Через час их будет на одного меньше! – прокричал в мегафон связной.

Тут же, как бы в ответ, открылись створки приличных размеров машинного парка, пристроенного роботами прямо к дому, и из него другой робот, Василий, вывел невесть откуда взявшуюся плеяду неких автокаров с подъёмниками. Егор еле поспевал открывать и закрывать тяжеленные двери необъятных кладовых, так быстро управился с мешками Васятка.

– А теперь я вам покажу, что материал не обманный! – крикнул Егор и буквально в мгновение ока вскрыл по мешку каждого цвета. Начал с «мозга», то есть с красного мешка. Цветной горох, едва коснувшись земли, воплощался в симпатичных собачек. В течение нескольких минут за отроком бежало до полусотни смешных щенков овчарки двухмесячного возраста и несколько взрослых зайцев с мешочками на спине. Вслед за Василием мешки вновь, как бы запаивались-слипались. Пока дополнительно в их содержимом не было нужды. А щенки серыми молниями разбежались в разные стороны, как бы в погоне за зайцами. Гости рассмеялись шутке, но один злобно произнёс: «Детвора сопливая, на игрушки добро тратят. Из этого материала можно было соорудить бомбардировщик с вооружением!..» Но час, выставленный по ультиматуму истекал. И вдруг…

Из зарослей тайги выскочила уже свора, но не щенков-несмышлёнышей, а здоровенных немецких овчарок, их перепрограммировал Егор. В доли секунды все бандиты были повержены с прокушенными конечностями. Выстрелы по «собакам» не давали никакого результата, пули попросту отскакивали как и от защиты по периметру. С грохотом из-за вершин столетних кедров показались скоростные вертолёты «чёрные акулы» помощи. Вот только чьей?

Экипажи вертолётов с оставшимися террористами на борту сделали попытку взлететь и запросить поддержку. Но откуда-то из зарослей кедровника, а скорее с их вершин, хлёстко прозвучали выстрелы СВД- снайперских винтовок Драгунова, калибра никак не меньше 12,7 мм. Вот те и «зайцы» с мешочками. Поистине нет пределам изначально аморфным кремниевым превоплощениям!

Роботы и Силантий открыли проход в зону для подоспевших спасителей. Для прибывших десантников работы по специальности не оказалось, разве что «упаковали», да погрузили оставшихся в живых непрошенных «гостей». А заодно загасили было начавшийся пожар от покорёженных деревьями вертолётов. Но, к сожалению, кто-то из нападавших успел дать сообщение неким третьим силам. Удивляться не приходится, по нынешним временам дезориентировать стало возможным хоть ракетный полк. Было бы кому «дать на лапу». А некоторые «лапы» имели очень даже высокие чины. Примером тому могут быть тот же Пеньковский, сдавший противнику все секреты базирования межконтинентальных ракет практически по всей территории СССР. Тем более, на карту был поставлен передел мира. Сейчас – не исключение.

Тем временем, всё было готово

Ситуация складывалась исключительно несуразно. В акваториях всех океанов сосредоточились в боевых позициях КАУГи, то есть корабельные авианосные ударные группы во главе с авианосцами и, как минимум, двадцатью кораблями сопровождения. Они заняли стратегические позиции. Во флотские соединения, войска ПВО и остатки авиации России было внесено максимум дезорганизации. А в полк тяжёлых бомбардировщиков, базирующийся под Красноярском поступил приказ разбомбить объекты по прилагаемой карте целеуказаний, игнорируя сигналы «свой-чужой». У военных устав гласит: «Приказы не обсуждают, а выполняют» Здесь именно так и произошло: кто-то из военных бонз получил за выполнение этого приказа если не миллиардный ченч. А тут и делов-то: расколошматить никому неизвестный объект за сотни километров от всей цивилизации. Вот только осуществить полностью идеально разработанный план не удалось: оперативно сработали российские спецслужбы и КАУГи ушли от наших берегов «не солоно хлебавши»

Эпилог

Конечно же, рассказанное здесь лишь малая толика пролившихся в печать событий, которые случайно не завершились Третьей мировой войной. И стремление овладеть миром до сих пор не покинуло известные нам державы. На сей раз человечество благополучно избежало уничтожения. Причём, это далеко не в первый раз. Стоит лишь одному, а чаще плеяде гениев опередить науку хотя бы на полстолетия, как горячие головы перехватывают инициативу воплощения их трудов. До сих пор ряд теорий бродит по страницам фантастики, но лишь в узких кругах спецслужб могут в известной степени пролить свет на фактическое состояние дел. Хотя очень многие события невольно наталкивают на размышления. Резко участившиеся тектонические и атмосферные явления, появление ранее неведомых болезней, всевозможные НЛО не только летающие, но и подводные, замалчиваемые «странности» нашего спутника Луны…

А в конечном итоге, Разум так или иначе служит добру и злу. Хотя, казалось бы: куда проще созидать во благо и жить в мире! Мы лишь отчасти попытались вникнуть в силикоидные формы существования и динамики материи, разумных её решений на уровне почти сосуществования. Но наряду с гуманоидным и силикоидным проявлением разумной жизни есть плазмоидные формы. В условиях нашей планеты, в принципе, они могут сосуществовать.

 

Теперь пару слов о наших героях повествования.

Полковник Егоров получил генеральское звание и приглашён на преподавательскую работу в сферу спецслужб.

Доктор технических наук Никифоров, бывший директор п/я 009 приглашён в Российскую Академию наук.

Доктор технических наук Грибов Пётр Васильевич представлен к Нобелевской премии и об охоте с Силантием лишь мечтает.

Чаунин Иван Силантьевич и его внук представлены к правительственным наградам.

Авиаторы полковника Рябова и сам командир авиаполка, как и военнослужащие ФСБ и ВДВ, повышены в званиях и представлены к наградам.

 

В связи с происшедшим и для предотвращения случаев происка враждебных спецслужб приказом МО введены новые жёсткие секретные контрмероприятия.

Комментарии: 0