ИРИНА АНДРЕЕВА

Счастливое утро

1

«Одно и то же! – подумал Зигри. – Каждый день! Надоело! Отстаньте!» Но его молчаливый призыв остался не услышанным, потому что там, где он жил, никто не мог читать мысли. «Ну что вы ко мне пристали? Чем я мешаю? Иду – никого не трогаю! О, мой хвост!» Зигри увидел большого мугра. Тот шёл, тряся жирными складками на брюхе, и, ухмыляясь, смотрел на него. «Опять наступил! Ну чем тебе помешал мой хвост?» Мугр оскалился и показал Зигри два скрещенных указательных пальца. Конечно, Зигри был неприятен этот оскорбительный жест, но он не показал виду, что обиделся, а просто отвернулся и пошёл дальше.

Зигри хотелось плакать. Он шёл, опустив голову, и старался не расплакаться, но несколько слезинок всё-таки скатились ему на подбородок. Хвост болел. Зигри подумал, что мугр не знает, как это больно, когда тебе наступает на хвост огромная жирная туша. У мугра вообще нет хвоста – ему повезло. «Опять!» Зигри снова повернулся. На хвост запрыгивали трое маленьких урги. Зигри потряс хвостом, пытаясь спугнуть их, но они продолжали забавляться, показывая при этом языки и смеясь, так широко разевая рты, что видны были, по меньшей мере, их сорок острых мелких зубов. Зигри почти побежал. Он бы мог ударить трёх негодяев хвостом, но неподалёку стояла их мамаша и следила, чтобы её отпрыскам не досталось от него. Зигри видел, что она одобряет их забаву. Он вздохнул. Ему захотелось исчезнуть.

Хвост болел ещё сильнее. Зигри представил, как было бы хорошо, если б у него отвалился хвост, а рана быстро зажила. «Почему он такой длинный?» Зигри подумал, что если бы он был одним из тех маленьких урги, то, возможно, поступил бы так же, как все, увидев длинный хвост. «Из-за тебя одни проблемы!» Зигри часто ругал хвост, однако понимал, что дело не только в нём. Вот у тех же урги тоже есть хвосты, а над ними никто не издевается. Да и попробовали бы! Их пятисоткилограммовая мамаша тут же бы пересчитала все косточки смельчакам. Зигри оглянулся на детёнышей урги и в очередной раз задался вопросом, как получается, что из таких мелких созданий вырастают до такой степени крупные существа, что даже их большие и сильно выпирающие в детстве зубы напрочь скрываются под толщей кожи, мяса и мышц. А что уж говорить о крыльях! Надо же: в детстве урги могут немного летать, а потом непросто становится даже заметить крылья на их теле.

Зигри думал, что его здесь не любят. И убеждался он в этом, когда выходил на улицу, и особенно днём. Вот и сейчас произошло то, что было уже десятки раз: на Зигри показал пальцем хрумус и громко позвал себе подобных. Те сбежались, чтобы посмеяться над ним и назвать его мокроступым губриком – очень обидные слова. Зигри недоумевал, почему хрумусы так плохо к нему относятся, ведь однажды он спас одного из них, оттолкнув хвостом буквально из-под лап мугра. Хрумус-то не получил даже синяка, а вот хвост Зигри изрядно пострадал, когда на него наступил мугр.

Зигри побежал. В него тыкали пальцами и старались зацепить одежду. Он бежал, зная, что впереди его не ждёт ничего хорошего. Вот в него кинул грязевой комочек немудос, вот подставил палку под ноги красноухий сумио. Эти двое всегда ходили парочкой. Зигри удивлялся, почему его называли страшилищем, а немудоса нет – по крайней мере, он никогда не слышал, чтобы немудосу кричали вслед: «Страшилище!» Хотя он, по мнению Зигри, был ужасно некрасивым. Когда Зигри впервые увидел немудоса, то испугался и до сих пор не мог привыкнуть к его облику. А три месяца назад при виде больших красных ушей сумио, его длинного носа, большого рта и выпученных глаз Зигри хотелось рассмеяться, но, разумеется, он этого не сделал.

Немудос и сумио бросили в Зигри несколько мариковых огрызков. Они были мягкими, а кожа у Зигри довольно толстая, поэтому он не испытал боли, но от огрызков исходил такой неприятный запах, что Зигри на бегу зажал нос. «Теперь от одежды будет пахнуть». Ему были отвратительны вонючие фиолетовые плоды с желеобразным содержанием, хотя четыре заброшенных мариковых дерева росли неподалёку от его убежища, и он мог бы запросто срывать с них плоды и есть. А вот немудос и красноухий сумио с удовольствием их ели, а потом кидались огрызками в Зигри. Но к подобным выходкам он привык. Зигри знал, что два глумливых негодяя на большее не способны: слишком уж были глупы. По-настоящему Зигри боялся лишь Джмуда.

 

2

Он был высоким, тощим и злым. И почему-то невзлюбил Зигри. Если остальные издевались над ним со скуки, для разнообразия, то этот неоднократно грозился убить Зигри. И его угрозы звучали убедительно. Если Зигри не встречал Джмуда, то считал, что ему повезло, и день выдался неплохим. В его жизни таких дней было значительно больше, чем плохих. Но сегодня выдался плохой день. Джмуд переходил дорогу и остановился, увидев Зигри. Он никогда не подшучивал над ним и не досаждал мелкими издёвками. Если Джмуд нападал на Зигри, то бил сильно и жестоко. И пускай это случалось редко, но раны, нанесённые им, заживали долго.

Зигри озирался. Он искал глазами Кропуса. При нём Джмуд не посмеет напасть него. Кропуса боялись. Он был сильным и не любил драк. Но его не было рядом. Джмуд пошёл навстречу Зигри. «Нет!» Зигри побежал. Он знал, что только бег и Кропус могут спасти его от жестокого Джмуда. Никогда ещё Зигри не применял силу. Он только защищался, прикрывая голову и другие части тела четырьмя короткими руками, и терпеливо ждал, когда от него отстанут, или убегал. А бегать Зигри научился неплохо, и Джмуд не догнал его.

Наступил вечер. Зигри дошёл до Меринэ. Только он давал ему пищу и воду в обмен на работу или те красивые вещицы, которые Зигри делал сам. Меринэ их потом продавал. А вот Зигри не мог ничего продать, потому что всё, что он делал, у него всегда отбирали, если он пытался продавать. Зигри поел тут же, возле дома Меринэ: кто знает, сможет ли он донести в целости и сохранности всю пищу и воду до своего убежища?

Зигри опасался Меринэ. И если от мугра, хрумусов, Джмуда и остальных он знал чего ожидать, то всякий раз, подходя к большому каменному дому Меринэ, он испытывал сомнения, стоит ли ему туда входить. Не то, чтобы Меринэ был злым, жестоким или уродливым, нет, напротив, он казался добродушным и в отличие от многих, живущих здесь, следил за собой, но Зигри не исключал, что Меринэ поступил бы с ним ещё хуже, чем другие, если бы он оказался ему не нужен. А ещё поговаривали, что под домом Меринэ есть подвал, в котором он держит тех, кто «перешёл ему дорогу».

Ночью Зигри отправился домой. В это время суток почти все спали, поэтому он не испытывал такой тревоги, как днём. Зигри пожалел, что приходится спешить, ведь ночь – его любимое время. В тусклом свете Тэ Зигри становился похожим на остальных. Не бросался в глаза цвет его кожи – такой цвет был только у него. Не казался чересчур длинным хвост, не выделялись два, похожих на крупные листья, отростка на спине и голове, не привлекали внимание огромные круглые глаза и выпирающие верхние клыки, почти не заметны были синие пятна на длинной шее. Зигри любил ночь.

Три месяца назад у него умерла мать. Она родила Зигри полтора года назад, но к моменту её смерти он успел вырасти. Однако повзрослел Зигри недавно. Он понял, каково жилось его матери в этом месте. Зигри не раз думал убежать отсюда. Однажды он даже собрал те немногие вещи, что скопила его мать, и пошёл. Но решимость покинула его, как только он дошёл до Зелёной Полосы. Она окружала их поселение. Об этом месте ходили жуткие легенды. Туда никто не заходил, потому что за два года возле Зелёной Полосы были найдены двадцать девять мёртвецов. Зигри пугала Зелёная Полоса. Он считал себя трусом и решил, что будет жить среди жестоких и уродливых существ, пока не умрёт или пока какой-нибудь Джмуд не оторвёт ему хвост.

Зигри поморщился. Он вспомнил мугра. Тот всегда вызывал у него отвращение. «Но всё-таки он лучше, чем Джмуд». Зигри не хотел думать о них, своих обидчиках, но мысли всё равно лезли в голову. Он шёл быстро и смотрел по сторонам. И когда Зигри увидел Джмуда, у него перехватило дыхание. Зигри понял, что Джмуд ждал его, и теперь он точно попытается его убить. Джмуд приближался. Пару секунд Зигри тупо смотрел на него, не шевелясь. Джмуд остановился. Он знал, что Зигри боится его и не станет сопротивляться. «Тебе конец!» – сказал Джмуд. И после этих слов Зигри очнулся. Что-то перевернулось в нём. Он не боялся смерти и даже готов был умереть сегодня, но только не от рук Джмуда и не здесь, в этом жестоком месте.

И Зигри бросил все припасы, которые дал ему Меринэ, и побежал. Джмуд давно отстал от него, да и Зигри уже забыл о своём преследователе. Теперь он во что бы то ни стало хотел пересечь Зелёную Полосу. Зигри не оглядывался и бежал, бежал, бежал. Ни секунды не колеблясь, он пересёк Зелёную Полосу и побежал дальше. Ему не было страшно. Ему было хорошо. Зигри остановился, когда ночь подходила к концу. Он спрятался под жемчужно-белым шарообразным домом и заснул.

А утром Зигри почувствовал щекотанье. «Неужели, снова?» – мысленно ужаснулся он и с опаской открыл глаза. Маленький, глазастый, похожий на него детёныш щекотал ему шею палочкой и хихикал, но это был добрый и приятный смех. А потом детёныш потянул Зигри за пальцы и попросил встать. Он потащил Зигри за собой, и они вышли на широкую чистую улицу. Десятки оранжевых глаз приветливо смотрели на них, и десятки хвостов дружелюбно помахивали.

Зигри понял: для него, наконец, наступило счастливое утро.

Чёрная таблетка

1

 

На душе у Грима было скверно. «Ну надо же, – думал он, – ладно бы сразу меня уволил, а то дождался полудня и погнал прочь. Обошёлся как с оборванцем!» Как раз такой встретился Гриму в подземном переходе. Грим горестно посмотрел на него и почувствовал с ним общность. «У» – так называли оборванцев почти все. «У» – всего лишь одна буква – символ наивысшего презрения.

«А у меня только четыре – «г», «р», «и», «м». Надо же, моя мама не смогла ничего подлиннее придумать!» Грим вздохнул и ускорил шаг. Мысли роились в голове и не давали покоя. «Плевок у!» – так подумал Грим о бывшем хозяине и слегка улыбнулся. Придуманное так понравилось Гриму, что он раз десять напел это про себя. Ему стало легче.

Туннель закончился, и солнечный свет ударил Гриму в глаза. Он прищурился. День был до того яркий, что хотелось прикрыться зонтиком. Грим достал из кармана несколько монет и купил чёрные солнечные очки. Теперь идти было удобнее. По дороге попалась лавка со сладостями и мороженым. Грим купил зелёное и почувствовал себя счастливее.

Он свернул в сторону. Спешить было некуда. Грим снова подумал о бывшем хозяине и ощутил к нему нечто вроде жалости. «Мне-то не надо рано вставать и работать». Правда, и денег у Грима не осталось, но ведь прожил же он как-то двадцать пять лет.

Грим подумал, что даже хорошо, что всё так вышло. Хорошо, что он сегодня опоздал на работу. Он был благодарен старой кошке, которой угораздило застрять между веток. Грим не мог безучастно пройти мимо и принялся её спасать. Вот и опоздал. И хорошо! Завтра можно ничего не делать! И послезавтра! И потом! А деньги … Ну, об этом Грим думал в последнюю очередь.

Праздное любопытство уже начало одолевать его, и по пути он зашёл в дорогой ювелирный магазин. Тучный хозяин сразу определил в нём безнадёжного посетителя и грубо попросил выйти, на что Грим посоветовал сходить ему в фирму «Похудей и похудей!» и улыбнулся так широко, как только мог.

Потом он прошёлся по парку. Там Грим заметил Нури-Дита. Возле этого хлыща увивались сразу четыре молодые особы. Он угощал их лимонадом, мороженым и шуточками. И вертел хвостом, так и сяк, при каждом уместном случае. Нури-Дит очень гордился им. И заплатил за него столько, что этого бы хватило на маленький дом. Юные особы были в восторге.

Грим хотел незаметно пройти мимо, но Нури-Дит его окликнул: «Эй! Иди к нам!»

– Я спешу, – соврал Грим.

Пару раз они отдыхали вместе, но теперь Грим испытывал неудобство в присутствии Нури-Дита. И всё потому, что хвост, которым щеголял Нури-Дит, ещё два месяца назад принадлежал Гриму. Замечательный такой, можно сказать, роскошный, длинный, на зависть всем, хвост. «Лучший хвост города» в 3016 году по версии журнала «Мечта». «Продай мне его, – уговаривал Нури-Дит. – Я хорошо заплачу». И уговорил таки!

– Там не болит? – осклабился Нури-Дит, намекая на недавнюю сделку.

Грим смутился и пошёл дальше, а Нури-Дит отпустил неприличную шутку и засмеялся.

Грим не жалел о хвосте. По правде говоря, он согласился на предложение Нури-Дита не из-за денег. Дело в том, что с недавних пор хвост начал раздражать его. А врач, который делал операции по удалению хвоста, сказал, что он бы всё равно скоро отпал и ободряюще, по-дружески так, похлопал Грима по плечу – мол, бедный ты бедный, но ничего, живут и без него...

Удивительно, но Грим чувствовал себя комфортнее без хвоста.

Почти весь день он слонялся по улочкам и магазинам, а когда надоело бездельничать там, решил побездельничать дома. Да и есть хотелось. Грим редко покупал впрок, не готовил и ел в забегаловках. Но всё-таки, открывая холодильник, он надеялся что-нибудь там увидеть. Холодильник оказался удручающе пустым. Грим окинул печальным взглядом единственную жилую комнату в своей квартире и начал шарить там и сям в поисках удачно завалявшейся еды. Где-то в глубине подсознания он знал, что здесь что-то должно быть. И точно! Нашёл! За спинкой дивана стояла банка маринованных оушей в собственном соку.

Грим не был их поклонником. Слишком они костлявые, отдают каким-то нездоровым запахом, да и вид у них неприятный. Чего только стоят пучеглазые мордочки оушей! Но некоторые любили их есть, как например, его мама. Это она их замариновала. Собственноручно. С любовью. Поэтому Грим не выбросил банку, а спрятал до лучших времён.

«Пришло ваше время!» – торжественно произнёс он и открыл банку. Есть хотелось уже меньше, когда Грим вытянул одного оуша за лапку. И ещё меньше, когда он поднёс его ко рту. Оуш заскрипел на зубах и Грим побежал в туалет, чтобы выплюнуть его. Грима мутило.

«Да что со мной!»

В принципе, Грим не был всеядным, но раньше от такого кушанья плохо ему не становилось. Мама любила кормить его оушами, и он не отказывался от них.

Грим разлёгся на диване, давая организму успокоиться. Постепенно аппетит вернулся к нему. И Грим решил пойти в забегаловку. Но тут же вспомнил, что денег-то нет. Совсем нет.

Приличные деньги, которые заплатил ему Нури-Дит за хвост, были потрачены почти сразу и впустую. Грим уволился с работы, начал чаще отдыхать в клубах, платить за друзей и прогуливать деньги с ними. Но это всё бы ещё ничего – денег хватило бы надолго! Но тут, откуда ни возьмись, появился Друг с выгодным предложением вложить деньги в ПРОИЗВОДСТВО!

– Вот у тебя, – спросил он, – есть самонагревающаяся кастрюля?

– Нет. Я не готовлю.

– А может, потому и не готовишь, что её нет? – радостно спросил он.

– Ну, не знаю…

– А носки, меняющие цвет, есть?

– Нет.

– Вот так! А как удобно! – и достал откуда-то пару прозрачных носков. – Надевай!

Грим покорно надел носки.

– Теперь жди!

Через минуту они покраснели.

– О! – удивился Грим.

– Они лучшие! – восторженно произнёс его новый Друг. – Меняют цвет от настроения! Если тебе грустно – чернеют, ты серьёзен – сереют, ну от радости – сам видишь.

– Здорово! – восхитился Грим.

– Выгодное дельце! Денежки будут падать на нас с неба, когда мы запустим носки в производство! Тебе они нравятся?

– Да.

– Так почему же не понравятся другим?

«И в самом деле, почему?» – подумал Грим.

– А что если на работе они пожелтеют – все же засмеют?

– Ну, у кого это на работе бывает хорошее настроение?

«Не поспоришь», – мысленно согласился Грим.

И вложил деньги в ПРОИЗВОДСТВО.

Они подписали контракт, Друг подарил ему пару носков, и больше его Грим никогда не видел, как и свои деньги. Ему пришлось устроиться на работу.

А носки, то ли некачественными оказались, то ли ещё чего, но почти всегда то краснели, то желтели, даже если Грим работал, и это стало поводом для насмешек товарищей. В конце концов, Гриму надоели их шуточки, и он подарил носки первому встречному у.

Воспоминания о злосчастных носках усилило аппетит. У Грима возникла идея пойти в гости. Но, проанализировав ситуацию, он быстро отказался от этой идеи, потому что все его друзья были похожи на него. И даже если б что-то было у них в холодильнике, они бы не догадались предложить это. «Разве что напрямую попросить еды?» – подумал Грим. «И всё равно шансов мало».

Грим уныло посмотрел на грязноватый потолок. «Придётся искать работу». От горя он закрыл глаза и попытался заснуть. Но сон не шёл, зато в голове всплыл образ маленькой синей таблетки, которую он принял четыре месяца назад. Тогда Гриму очень нужны были деньги, и он согласился участвовать в тестировании «лекарства, которое…» А дальше шло такое сложное и совершенно непонятное объяснение, что Грим минут пять таращился на высокого типа в голубом халате, пока тот не закончил свой пространный монолог. Грим спросил, улыбаясь, не превратится ли он в оуша, на что тип предложил ему соглашение и пачку денег. Грим не спросил даже о возможных побочных действиях таблетки, потому что считал, что никто из этих уважаемых и серьёзных учёных (а уж этот-то тип точно такой!) не будет предлагать даже за деньги то, отчего и вправду можно стать оушем или как-то серьёзно пострадать. «И не забудьте прийти через месяц! Нужно будет вас осмотреть», – повторил тип в голубом халате.

Но Грим не пришёл тогда, потому что от таблетки у него жутко разболелась голова, и потом его месяц тошнило. Да и вообще что-то изменилось. Особенно это касалось пристрастий к еде. Иногда Грим сам себе удивлялся. Вот, например, тому, что он решился продать хвост, который отчего-то стал ему чужим.

Но прошло время, боли забылись, и Грим решил снова заглянуть в ту лабораторию. «А что? Лёгкий способ заработать!» – думал он. И на следующий день был там уже рано утром. Его поругали, что он так долго не приходил, но после некоторых неприятных анализов и обследований предложили ему чёрную таблетку. Чёрный цвет всегда вызывал у Грима подозрение, но ему нужны были деньги, и он выпил. Ему дали ещё две, и сказали принимать их раз в неделю, начиная со следующей. «Не забудьте зайти к нам через месяц, – напомнили ему. – Мы сделаем анализы».

Однако Грим не пришёл ни через месяц, ни через два. Грим изменился. Каждый день происходило что-то новое. Сначала похудели и вытянулись руки и ноги. Грин стал более стройным и высоким. Уменьшилась грудная клетка. Отпали спинные наросты, а также некоторые пальцы на руках и ногах. Потом выпали четырнадцать зубов, и челюсти сделались меньше и аккуратнее. Затем удлинился подбородок, уменьшился нос и сузились глаза, зато увеличился лоб. К концу недели Грима было не узнать.

Он смотрел на себя в зеркало и думал, как ему теперь жить.

И правда, что делать существу, которое оказалось не то, чтобы не таким как все, а совсем другим?

 

 

2

 

«Как быть?»

Можно прикинуться уродцем и выступать на шоу или просить подаяния, как у.

Не поверят: уродцы такими не бывают.

Можно зарезаться или сброситься с крыши.

Хочется жить.

Может быть, пойти в лабораторию и попросить таблетку, чтобы вернуть всё, как было?

Нет уж! Хватит экспериментов!

Пойти в лабораторию и пригрозить подать в суд за мошенничество?

А какое мошенничество? Сам согласился.

Подать в суд за нанесение непоправимого физического ущерба?

А где соглашение? Грим подписал два листа и забыл взять экземпляр. «Мы вас не знаем», – скажут ему в лаборатории.

А может, схватят, скрутят и будут ставить на нём новые бессердечные опыты?

Грим думал. Мозг работал напряжённо. Как ни странно, новая внешность нравилась ему, но ставила много задач.

Как выйти на улицу?

Как пойти в магазин?

Что сказать друзьям, которые будут стучать в его дверь, напрашиваясь в гости?

Как объяснить маме всё это, когда она приедет к новому году?

Что есть? От здешней пищи Грима даже в мыслях подташнивало.

Грим подумал, что раньше он так много не размышлял. Он вообще не любил ставить вопросы.

Грим изменился. И не только внешне. Он стал умнее, внимательнее, критичнее, серьёзнее.

«Не обязательно показывать себя. Сошью балахон с капюшоном. Одену его. Что-нибудь подложу к телу, чтобы казаться больше и не слишком выделяться. Выйду ночью. Прикинусь больным, если понадобится – заразным», – решил Грим.

«Уйду из города».

«Вырою убежище в лесу».

«Буду питаться фруктами». «Хорошо, что вода мне подходит».

Грим доел последний фрукт, который купил в магазине неделю назад. Ему стало понятно, отчего это он тогда накупил так много продуктов и принёс домой – начала действовать таблетка, провоцируя на несвойственные прежнему Гриму поступки.

Почти всё он выкинул, но фрукты оказались сносными. Правда, все, как один, дурно пахли, но, зажав нос, их можно было есть.

Здешняя вода была пресной и мутной. Невкусной. Но у Грима не было выбора, и он пил её.

«Ночью нужно уходить».

Грим вспомнил о Лули. Неделю назад она ему нравилась. Крепкая такая, дородная, весёлая. Скалилась от радости всеми сорока шестью зубами над каждой шуткой Грима. Он думал, что уж если жениться, то на такой, как она. Сейчас от этого воспоминания Гриму сделалось смешно до слёз.

Стоп! Как это «до слёз»? Грим вытер влажные глаза. Такого ещё не было! Изойды не плачут! Плачут морки, северные майры – и то только от радости, но не изойды!

«Я не изойд?»

«Или изойд-мутант?»

Но что-то Гриму подсказывало, что теперь он другой.

Проклятая чёрная таблетка!

Гриму сделалось грустно оттого, что придётся уйти. Он не представлял, как перенесёт одиночество. У него всегда было много друзей, и даже сейчас он желал общения, но теперь это было роскошью.

Потом Гриму пришла мысль, что нужно пойти не в лес, а в книжный магазин, чтобы купить там книгу под названием «Энциклопедия разумных и неразумных существ во Вселенной». А раньше Грима не интересовали книги…

На рассвете, пока все спали, он вышел из дома, скрытый плащом, и направился к скромному книжному магазину. По пути он зашёл в круглосуточную лавку, чтобы купить там фруктов. Хозяин брезгливо подал ему несколько синих плодов, но ничего не сказал. «Повезло, что мои глаза остались сиреневыми, а то бы конец!» У всех изойдов были сиреневые зрачки, даже у мутантов.

В книжном магазине залежались несколько изданий энциклопедии, но Грим выбрал самое полное и дорогое. Молча расплатился и поспешил оставить недоверчивого хозяина.

По пути домой он решил пройтись по тому же парку, что и восемь дней назад. И снова там был Нури-Дит. На этот раз Грим не спешил пройти мимо.

– Эй, ты! – окликнул его Нури-Дит. – Убирайся отсюда! Здесь отдыхают приличные изойды!

– А не хочешь подраться с заразным? – и Грим пошёл прямо на него.

Нури-Дита не вдохновляла идея подхватить что-нибудь нехорошее, и он со всех сил припустился бежать, качая роскошным хвостом. Грим засмеялся и довольный пошёл домой.

Первым делом он открыл книгу. Быстро пролистав её, Грим удивился, сколько же всего интересного не знал. Оказывается, его планету посещали инопланетяне. Кое с кем у изойдов даже подписаны контракты. Грим внимательно рассматривал иллюстрации и читал подписи к ним. «Ну надо же!» – повторял он.

Наконец, Грим нашёл то, что нужно. Под цветной фотографией во весь лист стояла подпись «человек».

«Это я!» – обрадовался Грим. Но потом добавил: «От этого не легче». Вскоре он обнаружил отличия, например, у него было по шесть пальцев на ногах, а у людей – по пять.

Ночью Грим думал, что ему делать с этим открытием, но так и не решил, как быть. Он не спешил, а всё думал и думал. И, наконец, когда еда закончилась, покинул свою убогую квартиру.

На глаза ему попалась Лули. Она, как всегда довольная, уверенно прокладывала себе путь к конфетной лавке. По дороге Лули бодро пнула несчастного у и поддержала хохотом засмеявшуюся толпу изойдов.

«Хороша!» – раньше думал Грим, обозревая большие объёмы Лули, а теперь в страхе ускорил шаг. «Такая, пожалуй, и прокаженного не побоится!»

«А теперь новости дня».

Грим остановился. Откуда этот громкий голос? Он повернулся направо. Оказывается, на днях возле сквера установили большой телевизор! Третий во всём городе! Грим решил посмотреть и послушать его. Он не удивился, не увидев толпы изойдов возле такой редкости, как телевизор. Изойды вообще как-то спокойно относились ко всему подобному…

«К нам в очередной раз приезжают наши друзья – люди!»

Грим вздрогнул.

«Последний раз они были у нас восемь лет назад».

«Как это я пропустил?» – прошептал Грим.

«Встретим же их достойно!»

Мимо проходящие изойды даже не оборачивались на голос.

«Через месяц они будут у нас!»

Месяц прошёл для Грима почти в затворничестве. Он старался поменьше выходить на улицу и ждал. В его голове созрел план.

Наконец, люди прилетели. Их показывали по всем трём телевизорам, чтобы изойды к ним привыкли.

Грим сшил одежду, почти как у людей, купил солнечные очки поменьше, чтобы прикрыть сиреневые зрачки, и вышел на улицу. Он волновался, но не боялся показаться перед изойдами. А они таращились на него, но не трогали.

Грим отыскал потрясающе огромный корабль людей. Пройти на него оказалось просто. Главный вход охранялся, но какой охранник заподозрит изойда в человеческом теле на этой далёкой планете? Абсурд же… Грима пропустили без вопросов, даже несмотря на его немного странную, самобытную одежду.

Корабль, нагруженный драгоценными камнями, отправился на Землю через два дня. Первое время Грим старался не попадаться людям на глаза и прикидывался немым. Все почему-то думали, что он уборщик, и давали ему поручения, которые он выслушивал и, как правило, не выполнял.

Корабль ушёл далеко от его планеты, и Грим понял, что люди из-за него, если и узнают, кем он был, не станут туда возвращаться.

Как-то после очередного приёма новой человеческой пищи, которая понравилась Гриму, но была непривычной, у него заболел живот. Пожилая женщина принесла ему две чёрные таблетки активированного угля.

– Выпей. Это поможет, – и положила таблетки на стол.

–- –///-- уклончиво ответил Грим.

– Что? – опешила женщина.

Она не ожидала услышать его голос, думая, что он немой.

– –///-- повторил Грим.

На языке изойдов это означало: «Я не доверяю чёрному цвету».

 

Комментарии: 2
  • #2

    Ирина Андреева (Ерусланова). (Пятница, 19 Октябрь 2012 17:52)

    Спасибо, Катя, за комментарий к этому рассказу! Такой замечательный, и так складно написано! Приятно, что кто-то на сайте прочитал мой рассказ.

  • #1

    kittigre (Понедельник, 15 Октябрь 2012 12:01)

    Зигри - это наш современный человек. Замкнутый в кругу, где все вроде бы и знакомо и опасности то вроде бы те же, знакомые до боли. НО ОН СМОГ вырваться за Зелёную полосу. Так и нужно жить - идти навстречу новому, ведь велики глаза только лишь у страха. Мы часто боимся сделать шаг к успеху лишь из-за того, что не ведаем, что нас ждёт. А нужно бежать так чтоб пятки сверкали...всё ближе и ближе к себе.