АНДРЕЙ БЕЗДЕНЕЖНЫХ

ТРИНАДЦАТАЯ ШКОЛА

Сценарий

ПЕРСОНАЖИ

 

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ:

 

Пашка Деревянкин (младший) – пятиклассник, немного ленивый и «разгильдяйный», но талантливый парень. По темпераменту – скорее, меланхолик. Учится на «три», больше времени уделяет не урокам, а футболу (играет в школьной команде своего возраста). Занимается в школьном театре, но делает это не по доброй воле, а по принуждению Директора, которому кажется, что у парня к этому делу талант.

Пашка Деревянкин (старший) – отец Пашки Деревянкина (младшего). В 1982 – пятиклассник, внешне один в один похожий на Деревенкина-младшего. Пашку и его отца в молодости играет один и тот же артист.

Пашка Деревянкин (старший) – в 2005 – худощавый, болезненно бледный человек с трагическим лицом. Безработный. Непризнанный, но довольно хороший поэт. Философ. Попыткам пробиться на поэтический Олимп Деревянкин-старший предпочитает валяние на диване. Очень любит своего сына (и сын отвечает тем же).

 

ДРУЗЬЯ ПАШКИ:

 

Димка Ёжиков (Ёжик) – лучший друг Пашки. Маленький, шустрый, вечно улыбающийся. Не лезет в карман за словом. Играет в футбол в одной команде с Пашкой. Холерик.

Вовка Ёжиков-старший (Ёжик) – отец Ёжика-младшего, лучший друг Деревянкина-старшего из 1982 года. Как в 2005-м их дети, в 1982 «отцы» сидят за одной партой. Один в один Ежиков-младший. Обоих Ежиков играет один и тот же актер.

Вовка Ёжиков-старший – в 2005-м – немного полноватый, но держащий физическую форму человек с начавшейся появляться лысиной.

Катька Самойлова (Катюха) – подруга Пашки. Рассудительная, властная, пытающаяся брать Пашку под свою опеку. Дочь состоятельных родителей, поэтому ко многому относится слегка высокомерно. Сангвиник.

Лена Еленкина (Зеленка) – лучшая подруга Катюхи. Вместе с Пашкой занимается в школьном театре. Взрослые постоянно путают ее фамилию, называя Зеленкиной. Самая серьезная и совестливая из главных героев. Флегматик. Всегда говорит очень тихо, часто молчит. Исполняющая ее роль артистка должна очень выразительно играть без слов.

 

(Характеры друзей Пашки окончательно нарисуются на кастинге).


УЧИТЕЛЯ:

 

Андрей Васильевич Голубкин – директор школы. В 2005-м ему около 55 лет. В 1982-м (тогдашняя его кличка – Голубь) благоговеет перед партийными идеалами и всяческими начальниками. Очень ревностно следит за идеологической дисциплиной в школе. Очень строг с учениками. Каждое утро на входе в школу лично проверяет у учеников вторую обувь.

В 2005-м (сегодняшняя кличка директора – Голубович) – это человек «подсаженный» на театр, стремящийся сделать свой школьный театр (а с ним и школу) лучшим в области (стране, мире). Считает себя театралом, знатоком искусств, очень модным и стильным человеком. Иногда слегка похож на «голубого», но это только дань моде. Единственное, что он сохранил в себе со старых времен – благоговение перед начальством.

Глафира Ивановна (Глаша) – учительница истории и граждановедения. В 2005-м ей около 50 лет. И в 1982 и в 2005 неизменна по характеру: жесткая, решительная. Ходит у учеников в авторитете, с ней предпочитают не связываться (так как может обидно высмеять ученика за провинность), и готовятся к ее урокам лучше, чем к другим.

Екатерина Петровна – учительница английского языка. В 1982-м – тихая, немного сутулящаяся женщина лет 40-а, предпочитающая носить обувь на низком каблуке. В 2005-м, соответственно, ей за 60.

Александр Павлович (Аполлон) – физрук и тренер школьной футбольной команды, в младшей группе которой Пашка – нападающий, а Ежик – полузащитник. В 2005-м Аполлону около 45-и. В 1982-м его, скорее всего, нет. Крупный, мускулистый мужчина с грубоватым юмором. Всегда ходит в спортивной форме.

Анжелика Степановна (Анжелика) – молодая учительница, помощница директора по школьному театру.

 

ЭПИЗОДЫ, ВЗРОСЛЫЕ:

 

Игорь Иванович – военрук школы в 1982-м. Полноватый и лысеющий, лет 55-и. В 2005-м его нет.

Школьный сторож.

Лысый браток.

Киоскерша.

Продавщица из книжного магазина.

Мария Афанасьевна Деревянкина – мать Пашки Деревянкина-старшего, бабушка Пашки.

Охранник из «Центра предсказаний» - солидный крепкий вежливый дядечка.

Секретарь главы «Центра предсказаний» - худощавый энергичный молодой человек.

Клара Васильевна и Вероника Петровна – школьные уборщицы.

Сан Саныч – судья футбольного матча

Медсестра

Иван Иванович Ковбаса – тренер юношеской сборной города по футболу.

Десяток вооруженных людей в камуфляже.


ПРОЧИЕ ДЕТИ И ВЗРОСЛЫЕ:

 

Васька Пименов (Пельмень) – семиклассник, в 2005-м школьный хулиган, притеснитель Пашки и всех младших школьников. Долговязый, худой, вряд ли физически сильный, просто наглый и использующий в наездах разницу в возрасте.

Веня Савинов (Веник) – в 1982 парень, сидящий на парте за спинами отцов Пашки и Ежика. Проныра, довольно скользкая и неприятная личность.

Веня Савинов (Веник) – в 2005 круглоголовый человек с чистым ястребиным взглядом, маленькими усиками и остренькой бородкой. Появится только на портрете.

Виктор Синелев (Синий) – в 1982 парень, отвечающий у доски.

Виктор Синелев (Синий) – в 2005 эдакий типаж «мелкого чиновника», благоговеющего перед начальством и покровительственно относящегося ко всем «младшим по рангу».

 

ДЕТИ, ЭПИЗОДЫ:

 

1-й друг Пельменя

2-й друг Пельменя

Игорь Петров, Альберт Тухветтулов, Николай Савенков – артисты школьного театра. Кто-то из них читает стихотворение в 16 Сцене.

Смирнов, Абдулаев, Козлов – футболисты школьной команды.

Мышкин – вратарь школьной команды, долговязый и худой парень.

Яшин – одноклассник Деревянкина-старшего.

1-й школьник

2-й школьник

3-й школьник

Также на эпизоды необходимо порядка 50-60 детей.

 

1 СЦЕНА


Актовый зал школы. Сцена. На сцене – Павел Деревянкин в синей школьной форме с красным галстуком. Самозабвенно, со звоном в голосе (как в фильмах о счастливом советском детстве дети читали стихи на кремлевских мероприятиях) читает стихотворение Маяковского «Разговор с товарищем Лениным».

 

Пашка:

«Товарищ Ленин, я вам докладываю

Не по службе, а по душе.

Товарищ Ленин, работа адовая

Будет сделана и делается уже.

Освещаем, одеваем нищь и оголь,

Ширится добыча угля и руды…

А рядом с этим, конечно, много,

Много разной дряни и ерунды.

Устаешь отбиваться и огрызаться.

Многие без вас отбились от рук.

Очень много разных мерзавцев

Ходят по нашей земле и вокруг.

Нету им ни числа, ни клички,

Целая лента типов тянется.

Кулаки и волокитчики,

Подхалимы, сектанты и пьяницы, -

Ходят, гордо выпятив груди,

В ручках сплошь и в значках нагрудных…

Мы их всех, конечно, скрутим,

Но всех скрутить ужасно трудно.

Товарищ Ленин, по фабрикам дымным,

По землям, покрытым и снегом и жнивьем,

Вашим, товарищ, сердцем и именем

Думаем, дышим, боремся и живем!…»

 

Внезапно в кармане у Пашки начинает звонить сотовый телефон. Звонок – мелодия «Мурки».

 

Пашка (залу): (отворачивается от сцены, прижимая трубку к уху, недовольно) Алло! Мама, я же просил не звонить в школу!.. У нас репетиция! Да сделал я!… Сходил!.. Ну, мама, все… (убирает мобильник, говорит к залу) Извините, Андрей Васильевич…

 

Показываем актовый зал. Он почти пуст. Посреди зала на стуле, поставленном спинкой вперед, сидит Директор. Он взлохмачен и производит впечатление человека полностью погруженного в творчество. Рядом стоит молоденькая учительница с листками сценария. В ее позе – преклонение перед талантом Директора. Сбоку от сцены – около двадцати детей пашкиного возраста в школьной форме – артисты школьного театра.

 

Директор (театрально переигрывая эмоции, слегка манерно): Деревянкин! Ну что это такое?! Я же просил выключать на время репетиции сотовые! Мы ставим пьесу о пионерии начала 80-х! (встает и говорит, словно вещая великую истину) Как вы не понимаете! Для того чтобы воссоздать на сцене атмосферу начала 80-х, все эти пионерские галстуки, смотры художественной самодеятельности, мы должны хотя бы на репетициях жить жизнью пионеров той поры!… Не было тогда сотовых! Не-бы-ло! И компьютеров не было, и иномарок. И дети тогда (он повышает голос, видя, что Пашка начинает отправлять кому-то СМС-ку), не как вы целыми днями отправляли друг другу СМС-ки, а разговаривали о высоком – (говорит мечтательно и возвышенно) о ночных пионерских кострах, о полетах к звездам. Или о том, как поскорее вырасти, стать комсомольцами и поехать на молодежную стройку… (несколько секунд молчит, словно предаваясь сладким воспоминаниям, потом одергивает себя, смотрит на часы) Так! У нас есть еще десять минут до звонка. Репетируем пионерскую клятву… (молоденькой учительнице) Анжелика Степановна, пожалуйста… (Пашке) Деревяткин, иди ко мне.

 

Анжелика начинает бегать, суетиться и отдавать 5-7 мальчикам и девочкам команды, расставляя их по росту в шеренгу на сцене. Пашка спускается вниз и, немного опасаясь, встает поодаль от Директора. Директор с глубокомысленным творческим видом, приложив ладонь к подбородку, смотрит на сцену, словно бы ставит как минимум «Гамлета».

 

Директор (кажется, совершив творческое открытие): Анжелика Степановна, неправильно! Я думаю, что мальчики должны стоять справа, а девочки слева…

 

На сцене происходит перестановка.

 

Директор: А теперь подняли ручки. Как я вас учил? Шалашиком… (показывает; Анжелика Степановна повторяет его жесты вместе с детьми). Теперь опустили левую ручку, осталось пионерское приветствие… Пионеры! Будьте готовы!

Дети (нестройным хором, без энтузиазма): Всегда готовы!

Директор: Молодцы… А теперь клятву…

Анжелика (командует): Петров!… Раз, два, три… (начинает произносить клятву вместе с Петровым) «Я, Игорь Петров, вступая в ряды Всесоюзной Пионерской Организации имени Владимира Ильича Ленина, перед лицом своих товарищей торжественно обещаю: Горячо любить свою Родину. Жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия. Свято соблюдать Законы Пионерии Советского Союза»…

Анжелика: Без перерыва! Тухветтулов следующий! Савенков готовится…

Тухветтулов: «Я, Альберт Тухветтулов, вступая в ряды Всесоюзной Пионерской Организации имени Владимира Ильича Ленина, перед лицом своих товарищей торжественно обещаю: горячо любить свою Родину. Жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия. Свято соблюдать Законы Пионерии Советского Союза»…

Директор (на фоне произносимой клятвы, удовлетворенно): Ты представляешь, Деревянкин, я – всю жизнь мечтал создать школьный театр… И создал… И в этом году на наш спектакль придет сам (подняв указательный палец) начальник управления культуры области! Сыграем хорошо – получим гранд… Ты знаешь, что это означает, Деревянкин? Это – фестивали, международные поездки, признание… Ты хочешь признания?

Пашка молчит.

Директор (укоризненно): Ну что это такое, Павел? У тебя же ТАЛАНТ (акцентирует это слово), а ты репетиции прогуливаешь! Неужели ты не хочешь стать знаменитым актером?

Пашка (негромко): Я на тренировки хожу. Я футболистом хочу стать…

Директор (насмешливо): И кем ты станешь? Бекхемом? Рональдо?

Пашка: Вообще-то мне Фигу больше нравится…

Директор (эмоционально): Нравится тебе Фигу, и получишь ты в жизни фигу! Ты о театре думай! (возвышенно) Театр это не на футболе ногами вертеть, тут душа нужна! Театр – это тонкая человеческая эмоция… (внезапно очень грубо, обращаясь к читающему клятву на сцене) Вяло, Савенков! Вяло! Давай заново!…

 

Сзади к директору подходит Зеленка с большим куском разрисованного ватмана.

 

Зеленка: Андрей Васильевич, посмотрите, пожалуйста, афишу…

Директор (театрально оборачиваясь): Зеленкина!… (заминается, так как не в первый раз путает фамилию) Еленкина! Ты что не видишь, что я сейчас весь в искусстве?.. (разглядев что-то на афише, с деланной неохотой) Ну что там у тебя… (смотрит афишу).

 

На афише вверху – некое пятно, похожее на лицо с бородой, и пионеры в красных галстуках. Посередине надпись: «Премьера! Первый спектакль сезона театра школы №13: «Пионер – всем ребятам пример!». Внизу: «Постановщик и главный режиссер – директор школы Андрей Васильевич Голубкин». Имя и фамилия директора написаны очень (даже чересчур) крупно.

 

Директор (удовлетворен крупными буквами): Вот так. Правильно… Только Ленин (показывает на неопределенное пятно) у тебя, Зелен… Еленкина, какой-то не убедительный получился…

 

У Пашки звонит телефон.

 

Директор: Деревянкин! Выключи ты свою «Мурку»! Я как директор школы и неравнодушный деятель искусств просто не могу позволить, чтобы на телефонах у моих учеников звучали такие вульгарные мелодии! Придешь сегодня ко мне после уроков, я закачаю тебе тему из сороковой симфонии Моцарта… Понял?

 

Пашка кивает.

 

Директор (Зеленке, указывая на афишу): Зелен… Еленкина! Я думаю, что нижнюю часть нужно оставить, средняя – тоже пойдет, а вот верхняя… Ленина нужно перерисовать…

Зеленка (удивленно, но одновременно немножко весело): Андрей Васильевич! Это не Ленин, это я краску здесь разводила… Я отрезать хотела, но ножниц не нашла…

Директор: Не Ленин? А я думал… (решительно) Так отрежь скорее!

 

Звенит звонок с урока.

 

Директор (рад прервать обсуждение афиши; хлопая в ладони, идет к выступающим на сцене): Все, репетиция закончена! Переодеваться и на уроки! Учителям скажете, что готовились к премьере… И не забывать: завтра и в ближайшую неделю первый урок для артистов школьного театра проходит здесь, в актовом зале. Деревянкин, это тебя тоже касается! У нас ре-пе-тиция!

 

 

 

2 СЦЕНА

 

Пашка и Зеленка уже в обычной одежде (Пашка одет в джинсы, куртку и майку, на которой из-под куртки виден кусок надписи на английском) идут с репетиции по школьному коридору. У Зеленки в руках скатанная афиша.

 

Пашка: Чего сейчас у нас?

Зеленка: «Гражданка». В 21-м кабинете…

Пашка (испуганно): «Гражданка»? Глаша же меня вызвать хотела…

 

Пашка подходит к подоконнику и начинает вынимать на него лежащий сверху «артистический костюм» - советскую школьную форму. Потом достает рваный учебник Граждановедения без обложки и начинает листать.

 

Пашка (находит нужную страницу и начинает бубнить под нос): Что такое «гражданин»?… (дальше бубнит себе под нос что-то нечленораздельное).

 

К Пашке и Зеленке подходят Ежик и Катюха.

 

Ежик (весело): Привет звездам Голливуда! (берет Пашкину школьную форму) Ну-ка покажь, что вам там за форму выдали!

Пашка (отрываясь от чтения): Неудобная и страшная…

Ежик (взяв школьную куртку): О какая! Неужели в таких все пацаны ходили?… (одевает поверх своей одежды – так как он меньше Пашки, это легко получается; одев, начинает красоваться) Ну как я?… А еще галстук! Дай, Паш, мне галстук…

 

Пашка, не переставая бубнить, вынимает из кармана и, не глядя, протягивает красный галстук.

 

Ежик (неумело завязав галстук простым узлом, говорит загробным голосом, поднимая руки, как привидение). Я – пионер, всем ребятам пример… Я приехал к вам на машине времени из 1982-го года…

 

Ежик и Катюха смеются.

 

Катюха: Пионер, пионер, прокати на машине времени!

Ежик (загробным голосом): С удовольствием… (словно бы переключает рычаги какого-то механизма) Первый пассажир – Павел Деревянкин. Куда вас отвезти, Павел?

Пашка (не отрываясь от книги): Лет на десять вперед, взял бы там свою медаль чемпиона Европы по футболу и привез Голубовичу, чтобы он от меня со своим театром отстал… И Глаше бы показал, чтобы не гоняла меня по истории!

Ежик (загробным голосом): Пожалуйста! (дергает невидимые рычаги, жужжит): Ж-ж-ж, кх-кх… Приехали, Деревянкин Павел. Вот ваши награды, выходите! Следующий пассажир – Катюха. Куда вас, Катюха?

Катюха (лукаво): В будущее! Интересно, сколько у меня детей будет (искоса и со значением взглянув на Пашку) и кто будет моим мужем…

Ежик (загробным голосом): Пожалуйста! (снова дергает невидимые рычаги, жужжит): Ж-ж-ж, кх-кх… Приехали, Катюха! У вас трое детей, а ваш муж… Филипп Киркоров!

Катюха (с шутливым недовольством): Фу-у!

Зеленка (внезапно): А я бы в прошлое отправилась. Пришла бы к своей маме, села рядом, поговорила бы с ней… А то сейчас ей все некогда и некогда… С работы приходит – ужин, потом телевизор, потом спать. Я ж ее не знаю совсем! Какая она? О чем думает? О чем мечтала в детстве? Грустно от этого… Хочу с ней подружиться, а ее словно бы нет…

Ежик (делает движения, словно бы выходит из строя и кряхтит соответственно): Кхр-кхр-кхр… (говорит механическим голосом робота) Механизм вышел из строя… Ваше задание, Еленкина Лена, невыполнимо! Невыполнимо…

Катюха (с шутливым возмущением): Да ну тебя, Ленка! Всю машину времени нам сломала! Вечно ты все серьезно воспринимаешь!

 

3 СЦЕНА


Пашка и Ежик идут по коридору. У Пашки подмышкой сложенная форма, из кармана торчит красный галстук.

 

Пашка: А я бы, может, тоже как Зеленка в прошлое слетал, к отцу… Поговорил бы с ним, научил бы в футбол играть… А то он у меня совсем нигде работы найти не может, не нужный никому. Сидит целыми днями, телевизор смотрит… А так, может футболистом бы стал…

Ежик: А я бы своему велик свой подарил. Он когда мне его покупал, сам так радовался! Говорил, что в детстве это была самая большая его мечта… Он же велосипедистом хотел стать, (мечтательно) сейчас бы на какой-нибудь «Тур-дэ-Франс» с ним съездили (меняя тему)… Паш, как думаешь, выиграем послезавтра в финале у 36-й?…

Пашка (пожимает плечами): Не знаю…

Ежик (внезапно останавливаясь): Стой, Паш! Пельмень идет…

 

В сторону ребят по коридору движется Пельмень и два его дружка. Кого-то дергают за волосы, кому-то вешают щелбаны. Ежик и Пашка стараются тихонько свернуть с курса движения Пельменя в сторону лестницы, но тот их уже заметил.

 

Пельмень (громко): О! Деревянкин! Стоять!

 

Ребята останавливаются. Пришибленно и напряженно ждут Пельменя.

Подходит Пельмень с двумя дружками. Под глазом у него красуется фингал.

 

Пельмень (зло кладет руку на плечо Пашке): Ну, как дела снайпер? Ты чего это в сторону сворачиваешь, здороваться не хочешь? (Ежику) А ты чего, Колючий тут стоишь? Иди отсюда!

Ежик: Да я с Пашкой…

Пельмень (Ежику): Ты чего не понял? Я сказал: вали отсюда!

 

Ежик чуть отходит в сторону.

 

Пельмень (Ежику, медленно и акцентировано, сделав в его сторону угрожающее движение): ВАЛИ ОТСЮДА… И брату скажи спасибо, что тебя никто не трогает.

 

Ежик отходит еще дальше, но все равно остается неподалеку – метрах в двадцати.

 

Пельмень (снова кладет руку на плечо Пашке): Деревянный, пацаны говорят, это ты меня вчера мячом припечатал (показывает на фингал; недоуменно разводя руками, как бы объясняя дружкам, что произошло) Стою, курю, никого не трогаю, и раз!… Деревянкин, ты чего охренел?

Пашка: Да я случайно… Мы в футбол играли…

Пельмень: Случайно?! А пацаны говорят, что специально.

Пашка: Да ты чего? Я бы никогда!

Пельмень: Что я вру, по-твоему? Или пацаны врут? (Дружкам) Пацаны, Деревянный говорит, что вы врете…

1 друг Пельменя (угрожающе): Чего? Я вру?!

Пашка (негромко): Да никто не врет…

Пельмень: А раз не врет, значит, это правда. А если правда, то с тебя сто рублей – на поправку здоровья… Понял?

Пашка (насуплено): У меня нету…

Пельмень: Нету? Ищи… А это что у тебя? Пионер что ли? (вынимает галстук из Пашкиного кармана, рассматривает) Хорошая тряпочка. Я ей башмаки почищу, можно?… (задирает ногу на батарею и, взяв галстук за концы, чистит им обувь; смотрит на башмак) О, блестит…

 

Засовывает галстук Пашке в карман.

 

Пельмень (снова обхватывает Пашку за шею): Ну что, Деревянный, делать будем? Когда деньги принесешь?

Пашка: Не знаю… Нет у меня…

Пельмень (свободной рукой слегка стучит в грудь Пашке): Сегодня принесешь?

1 друг Пельменя: Завтра счетчик включим. 25 рублей в день…

Пельмень: Слышишь, что пацаны говорят? 25 рублей в день, 200 рублей в неделю, 1000 рублей в месяц…

Пашка: Нету у меня…

 

У Пашки в кармане звонит мобильник.

 

Пельмень: О! Пацаны, да у него сотовый! А говорит, денег нет!… Ну-ка давай посмотрим… (не отпуская, пытается запустить руку к Пашке в карман).

 

Пашка скидывает с себя руку Пельменя, отталкивает одного из парней и дает стрекача.

 

Пельмень: Куда, гад?! Лови его!

 

Начинается погоня.

 

4 СЦЕНА


Сцена погони, во время которой бегущего Пашку пытается остановить Аполлон.

 

Аполлон (пытается поймать Пашку, но промахивается и тот проносится мимо, возмущенно): Да куда ты, Деревянкин?!… (вслед) Послезавтра финал, ноги не поломай!

 

В этот момент мимо Аполлона проносится Васька с дружками. Один из них чуть не сбивает физрука с ног. Физрук успевает схватить того за руку.

 

Аполлон: Куда! Куда несешься!…

 

Хулиган вырывается и бежит дальше.

Пытаясь укрыться от более быстрых преследователей, Пашка вбегает в школьный подвал, дверь в который валяется рядом с проемом – давно сломана. В подвале Пашка пытается спрятаться в какой-то полутемной комнате. Но хулиганы его заметили и тоже вбегают в подвал. Обшаривают комнаты, подходят все ближе. Пашка лихорадочно оглядывается, ему кажется, что он попался. Он в тупике. Вдруг он видит проход, которого почему-то раньше здесь не замечал. В тот момент, когда он скрывается в нем, в тупике появляется Пельмень, он чиркает зажигалкой, осматривает углы, но никакого прохода не находит. Выходит из комнаты…

 

Пельмень (недовольно): И здесь нет… Ладно, пошли, пацаны. Никуда он от нас не денется…

 

 

5 СЦЕНА


Слышно, как звенит звонок на урок. Пашка крадучись выходит из подвала тем же путем, которым и вошел. Дверь в подвал висит на петлях и выглядит новой, но Пашка не обращает на это внимания. Озираясь, запихивает в рюкзак школьную форму.

Пашка осторожно идет по пустой школе к кабинету истории. На стенах плакаты в духе 1982-го года. Но Пашка не обращает на них внимания. Вдруг удивленно останавливается перед одним из стендов с крупной надписью: «Они позорят школу». На одной из фотографий он – в синей форме и галстуке. Подпись под фото: «Павел Деревянкин, 5-В класс».

Пашка несколько секунд стоит и ошарашено размышляет, потом, воровато оглянувшись, тихонько снимает свое фото со стенда и кладет в рюкзак.

Подходит к кабинету истории. На двери табличка: «21 кабинет». Приоткрывает дверь.

 

Пашка: разрешите, Глафира Ивановна?

 

6 СЦЕНА


Пашка входит в кабинет, делает шаг в сторону своей парты, внезапно останавливается и хочет идти назад.

 

Пашка (ошарашено обводит взглядом незнакомых детей в синей школьной форме с красными галстуками, которые так же ошарашено смотрят на его одежду): Ой… Вы чего, репетируете что ли?

Глаша (резко): Чего встал, Деревянкин? Проходи на место!… Ты во что это вырядился? Где твой галстук?

Пашка (только тут обращает внимание на то, как молодо выглядит учительница; говорит, будто это у него само собой вырывается): Ой… Глафира Ивановна, какая вы молодая… Вы в гриме что ли?

Глаша: Я тебе сейчас сама загримирую так, что мама родная не признает! Чего разойкался? Почему не в школьной форме я спрашиваю?!

 

Из-за парты, к которой собирался, было, идти Пашка (и в 2005 и в 1982 он сидит на одном и том же месте) тянет руку Ежик (отец Димки Ежикова – Вовка Ежиков, в детстве как две капли воды похожий на своего сына).

 

Ежик (размахивая поднятой рукой): Глафира Андреевна, можно? Он когда из дома сегодня выходил, то поскользнулся и в лужу упал. Я видел! (класс начинает смеяться) Поэтому ходил переодеваться и опоздал.

Глаша (недовольно качая головой): Ну, проходи, Деревянкин… надеюсь, когда ты там, в луже плавал (класс снова смеется), у тебя мозги не размокли? А то ведь тебе сегодня отвечать, ты помнишь? (к классу) А пока отвечать пойдет Виктор Синелев…

 

Пашка немного нерешительно идет к своему месту, косясь на сидящих вокруг незнакомых детей. Те косятся на него, слышен шепот: «Деревянкин, где джинсы взял?». Пашка кладет рюкзак, садится и тут же получает легкий подзатыльник от Ежика.

 

Ежик (полушепотом): С тебя 10 копеек, дурень! Ты же сказал, что заболел! Я так и передал Глаше!… Все время врать за тебя приходится… (трогает куртку Пашки) Чего это ты надел!

Пашка (глядя на него исподлобья и втянув голову в плечи, тоже полушепотом повторяет вопрос): Репетируете что ли?

Ежик (не понимая): Чего?

Пашка: Чего вы все форму-то нацепили? Голубович заставил что ли?

 

Ежик непонимающе смотрит.

 

Пашка (показывая глазами вокруг): Что это за ребята? А наши где? Где Катька?

Ежик (с непониманием, продолжая разглядывать и ощупывать Пашкину куртку): Какая Катька?… Ты где джинсы взял? У тебя же не было…

Пашка: Катюха где? Самойлова?

Ежик: Какая Самойлова?… Слушай, что за фирма? «Левайс» что ли?

Пашка: Да брось ты щипаться!

Глаша (кричит): Ежиков! Деревянкин!

 

Дети замолкают.

 

Веник (с задней парты, когда Глаша отворачивается, бьет Пашку учебником по голове): Деревенкин буржуй! (окружающие ржут)

Глаша (она все видела): Савинов встать!

 

Несколько секунд слышен только равномерный голос Синелева, отвечающего у доски.

 

Пашка (не выдерживает, шепотом, указывая на Веника): А чего это за пацан? Откуда он меня знает?

Ежик (круглыми глазами смотрит на Пашку, шипит): У тебя что, правда, мозги размочило? Я ж пошутил, что ты в лужу упал! (по-прежнему разглядывает Пашкину одежду) Паш, покажи этикетку…

Пашка (возмущенный тем, что Ежик трогает его одежду и не отвечает на вопросы, слегка отталкивает Ежика): Хватит прикалываться! Не трогай ты меня!

Глаша (кричит): Ну что за болваны такие?! Ежиков! Деревянкин! Встать!

 

Пашка, Ежик и Веник стоят. У доски отвечает Виктор Синелев. Говорит что-то про Древнюю Грецию.

 

Пашка (снова не выдержав, полушепотом; у него слишком много вопросов): А Еленкина где? Ты чего мне не сказал, что репетиция будет?

Ежик (недовольно шипит, боясь, что последует еще большее наказание): Паш, ты что, совсем спятил? Какая репетиция? Какая Еленкина?! Отстань!

Веник (снова бьет Пашку учебником по голове; говорит в голос): А Деревенкин с ума сошел! (окружающие ржут)

Глаша (с негодованием): Нет, это невыносимо! Синелев, садись – «три»! Деревянкин, к доске!

 

7 СЦЕНА:


Пашка отвечает домашнее задание. Начинает говорить немного обиженно, мол, вот разыграть его все решили! Ответ Пашки – почти дословная цитата из учебника «Граждановедения» для 5 класса, выпущенного в 2004 году.

 

Пашка: Говорят, что настоящий гражданин горячо любит свою Родину. А что такое Родина? Березовая роща с трелями соловья? Но вокруг, извините, и мусорные свалки встречаются. И нищих полно! А цены! И квартир людям не хватает… Но всего страшнее то, что десятки тысяч наших молодых ребят полегли в горах Афганистана и Чечни… И что же, гражданин должен все это горячо любить?… Нет, помойки и ошибки своего правительства любить невозможно. Но гражданин, не любя всего этого, переживает боль за трудности своей родины. Гражданин должен действовать. Он должен требовать перемен и реформ…

 

Тут Пашка осекается, заметив, какими глазами на него смотрят Ежик, ученики и Глаша. Не понимая их реакцию, он растерянно стоит и смотрит на класс. Потом продолжает.

 

Пашка (уже неуверенно): Настоящий гражданин должен участвовать в восстановлении церкви, монастыря… Настоящий гражданин не может спокойно смотреть, как от водки и наркотиков гибнет его народ… Он требует от правительства принять срочные меры… (голос его звучит все неувереннее; наконец, он, не закончив ответа, замолкает).

 

Повисает пауза. Воцаряется гробовая тишина.

 

Глаша (обретя дар речи, несколько раз крякнув, прочищая горло; но все равно первые ее слова раздаются сипло): Ты где таких мыслей набрался, Деревянкин?…

Пашка (несколько секунд молчит, словно ожидая поддержки класса, не получив ее, нерешительно отвечает): В учебнике…

Глаша (обретая голос и приходя в себя, очень напряженно): В каком таком учебнике?…

Пашка (немного испуганно; понимает, что что-то происходит, но не понимает что): В нашем… Вы же сами задавали…

Глаша (снова теряя голос): Задавала? Я?!… Такое?!!…

Пашка: На прошлом уроке…

Глаша (ласково, словно с маленьким): Покажи мне, пожалуйста, свой учебник…

 

Пашка идет к своему месту и достает рваный учебник Граждановедения без обложки.

 

Глаша (пораженно): Это учебник?!… (начинает листать) Я не спрашиваю, почему он в таком состоянии… Скажи, где написано то, что ты только что говорил?

 

Пашка показывает. Глаша читает и лицо ее бледнеет.

 

Глаша: И где же ты взял этот… учебник (она подчеркивает последнее слово).

Пашка: У библиотекарши купил, у Ирины Семеновны… За 20 рублей…

Глаша: У Библиотекарши?! За 20 рублей?!

 

Пашка кивает.

 

Глаша (с ошалелым видом стоит несколько секунд, потом словно спохватывается): всем сидеть! Я вернусь через пять минут! (быстрым шагом уходит из класса вместе с учебником).

 

 

8 СЦЕНА


После ухода Глаши класс взрывается шумом. Слышны возгласы: «Ну, ты, Деревянный даешь!», «За директором пошла!», «Все, конец тебе, Пашка! Теперь мать вызовут». Пашка в шоке. Он исподлобья смотрит на класс, потом нерешительно, как по минному полю, идет к своей парте, забирает рюкзак и идет прочь из класса. Когда он выходит за дверь, воцаряется полная тишина.

Пашка подходит к окну в коридоре и достает мобильник. Недоуменно смотрит на него – нет сети. Выключает и снова включает, делает рукой с мобильником несколько движений над головой, словно бы пытаясь «поймать волну». За всеми этими его манипуляциями, облепив проем двери, на него в полном молчании смотрят его одноклассники.

Наконец, Ежик решается к нему подойти.

 

Ежик (осторожно): Паш, ты чего?

Пашка (весь в своем): Да вот, хотел Катюхе СМС-ку отправить, а сеть не ловится…

Ежик (глядя на телефон; в процессе их разговора подходят еще несколько ребят): А что это такое?

Пашка (не оставляя попыток поймать сеть): Сотовый…

Ежик (не понимает что такое «сотовый»): Игрушка что ли?

Пашка (понимает слово «игрушка», как недоверие к тому, что телефон настоящий; недоуменно на него смотрит): Настоящий. Ты же его видел сто раз… (протягивает).

Ежик (вертит телефон в руках): А для чего он нужен? (нажимает на какую-то кнопку, начинает идти звонок – мелодия «Мурки») Это магнитофон что ли?

Пашка (возмущенно): Ежик! Ты заколебал меня разыгрывать!

Ежик (не слушая его, доставая из кармана тогдашний хит – электронную игрушку, в которой Микки Маус ловит яйца): А у меня вот что есть… (вертит в руках Пашкин телефон, нажимает на все кнопки) Ни фига себе, это же телефон! А где провод?..

 

Сцена похожа на первую встречу первопроходцев с аборигенами, когда и те и другие не знают, что ожидать от собеседника, но хотят наладить отношения. И поэтому показывают друг другу какие-то с их точки зрения интересные вещи…

Пашка достает из кармана жвачку (какой-нибудь «Стиморол»), снимает обертку. Дети, забыв о существовании телефона и всего остального, зачарованно наблюдают за каждым его движением. Пашка, открыв пачку, замечает, с каким выражением дети смотрят на жвачку.

 

Пашка (Ежику): Хочешь?

Ежик (недоверчиво): А чего это – жвачка?

Пашка: А ты чего, сам не видишь? (кладет одну подушечку в рот и кидает пачку Ежику).

 

Вокруг Ежика тут же организуется толпа. Все смотрят на упаковку, на то, как Ежин вытаскивает подушечку и медленно и с опаской кладет в рот. Жует пару раз и расплывается в улыбке. Тут ребят прорывает: упаковку, чуть ли не с боем рвут у Ежика из рук, и она быстро исчезает. Школьники жуют, издавая блаженные звуки, и уже с восхищением смотрят на Пашку. Тишина нарушается.

 

1 школьник (говорит всем с видом знатока, указывая на Пашкины джинсы): Это из Венгрии джинсы. У меня у брата такие же…

2 школьник (Пашке): А еще жвачка у тебя есть?

2 школьник: Сколько блоков тебе привезли?

3 школьник (указывая на Пашкину майку с английской надписью): А чего у тебя там написано?

 

Пашка распахивает куртку. Надпись гласит: «Give me a break!» («Отстаньте от меня!»).

 

3 школьник (делает вид, что понял, восхищенно): Америка!… За десять рублей продашь?

2 школьник: А жвачку продавать будешь?

3 школьник: А чего тебе еще привезли? Кассетный магнитофон привезли? А записи? «Бони М» привезли?

 

Пашка недоуменно на все это смотрит.

Вдруг кто-то кричит: «Атас! Голубь с Глашей идут!». Школьники, толкаясь, убегают в класс. В коридоре остается один Пашка. Приближаются Директор и Глаша.

 

Директор: Деревянкин, ну-ка быстро ко мне в кабинет!

 

9 СЦЕНА


На кабинете директора надпись: «Директор школы А.В. Голубкин». Из ярких деталей внутри – портрет Ленина над столом.Директор сидит за своим столом и задумчиво листает Пашкин учебник. Рядом, подобострастно заглядывая через его плечо, стоит Глаша. Перед столом – насупившийся Пашка. Он разглядывает Ленина…

 

Директор (отрываясь от чтения; говорит совсем не манерно, как в первых сценах, а жестко и громко, как совсем другой человек): Интересно, в какой стране такие книги издаются?… И ведь не жалеют денег… (к Пашке) Так ты говоришь, что купил его в нашей школьной библиотеке?

 

Пашка кивает.

 

Директор: У Ирины Семеновны?

 

Пашка кивает.

Директор переглядывается с Глашей.

 

Директор: А ты знаешь, что нашу библиотекаршу зовут не Ирина Семеновна?

Пашка (немного вспыльчиво): Да чего вы все меня разыгрываете? А как же еще ее зовут?

Директор (зло): Ты мне тут Ваньку не валяй! Знаешь, что с тобой будет, если я сообщу об этой книге туда, куда надо?! Не знаешь?!… Ты знаешь, что это – тюрьма?! (медленно и акцентировано) ТЮРЬ-МА!... Откуда у тебя эта книга? Где ты ее взял?!

Пашка (съежившись, упорно стоя на своем): В библиотеке…

Директор (вскакивая так, что падает его стул): Врать мне, да, Деревянкин?!.. А ты хотя бы думал о том, что с нашей школой из-за тебя будет? (начинает трясти Пашкиным учебником) Никогда этой заразы в нашей школе не было! А тут!.. В самом начале учебного года! Накануне инспекторской проверки!.. (подходит к Пашке и начинает теребить его за куртку) А это что на тебе одето?! Откуда все это?! Это же куплено у спекулянтов?! Ты понимаешь это, Деревянкин? Откуда у твоей матери такие деньги?..

Пашка (нерешительно): Это не у матери. Это мне тетя из Турции привезла… Она продавцом на рынке работает…

Директор (аж садится от неожиданности): Из Турции?! Из страны блока НАТО?! И эта книга оттуда?.. Да ты понимаешь, что говоришь?!

 

Раздается стук в дверь, появляется учительница английского языка.

 

Директор: А! Входите, Екатерина Петровна! (встает, ошеломленно разводя руками) У нас тут, знаете ли, ЧП! Тетя привезла молодому человеку вещи из Турции! И книгу, которую не то что читать, но и в руки брать опасно… И у молодого человека хватило умишка принести все это в школу!..

Пашка (тихо и недовольно): Да я каждый день так в школу хожу… Да ладно вы, Андрей Васильевич, не буду я больше прогуливать ваши репетиции…

Директор: Ты не дерзи мне тут, щенок! (тяжело отдувается, пытаясь успокоиться) Уфф… Давайте Екатерина Петровна почитаем, что у него на майке написано. Наверняка, ему так по улицам ходить нельзя. Узнают еще, из какой он школы… (Пашке) Деревянкин, снимай куртку! Живо!

 

Пашка нехотя подчиняется. На груди майки уже обозначенная надпись «Give me a break!». На спине – нарисованный глаз и надпись «You’re being watched» («За тобой наблюдают!»).

 

Екатерина Петровна (после того, как секунд десять задумчиво водит губами): Вы знаете, Андрей Васильевич, по-моему, это что-то антисоветское…

Директор (в сердцах бьет кулаком по столу): Я так и думал! (начинает нервно ходить взад-вперед по кабинету). У меня просто нет слов! (Пашке, грубо) Снимай майку!

 

Пришибленный Пашка начинает раздеваться.

 

Директор: Ну это же надо, а?! Екатерина Петровна, вот вы уже 20 лет в школе. Было подобное на вашем веку?

 

Екатерина Петровна отрицательно качает головой.

 

Директор (Пашке): Ты по малости своей даже не понимаешь, какую беду можешь на себя навлечь! И на себя и на своих родителей! Ты знаешь, что такое психбольница? Знаешь, что с таким пятном вряд ли сможешь устроиться на какую-либо работу, кроме грузчика или дворника? Знаешь, что тебе будет заказана дорога в институт?..

Пашка (угрюмо, стоит голый по пояс): Зачем мне ваш институт...

Директор (расходясь все больше): Ах, зачем институт?! Значит, ты у нас умный такой, да?!.. Страна тебя вырастила! Дала тебе возможность учиться, а ты: «Зачем мне ваш институт!». Не хочешь учиться?! Не хочешь помогать в строительстве нашей социалистической Родины?! Не хочешь помогать нашей коммунистической партии? Что ж, Родина и партия обойдутся без тебя! Но обойдешься ли ты без них, Деревянкин?!

 

Вдруг замечает красный галстук, торчащий из кармана Пашки.

 

Директор (вытаскивает из кармана Пашки галстук): А это что?! (с глубоким возмущением, тихо) Да ты им ботинки чистил… Галстуком? Частичкой нашего красного знамени, за который миллионы советских людей свои жизни отдали?… Да ты…

 

Замолкает, садится и долгим немигающим взглядом смотрит на Пашку.

 

Директор (ледяным тоном): Так… Что ж, мне все ясно, молодой человек… Говорить с вами бесполезно… (поворачивается к Глаше) Давайте так решим… Посмотрите по журналу, где работает мать этого негодяя и срочно ее ко мне вызовите… (обращаясь к по прежнему стоящему по пояс голым Пашке) Твою майку я оставляю у себя. (со значением) И галстук твой оставлю… Надевай куртку и марш в класс!

Пашка (берет куртку и медленно-медленно начинает ее надевать, словно о чем-то размышляя): Не надо мать…

Директор: Надо, молодой человек. И не только мать надо… Я думаю, что с этого момента ваши неприятности только начинаются…

Пашка: Не надо мать… (кивая на учительниц) Пусть они выйдут…

Директор (не понимая): Кто?

Пашка (снова кивает на учительниц): Они…

Директор (с ледяным интересом): И что?

Пашка: Пусть они выйдут… У меня есть для вас… Кое-что…

Директор: Ну, хорошо… (учительницам) Оставьте нас на минуточку. У нас тут какие-то детские игры…

 

Учительницы выходят. Пашка поплотнее закрывает за ними дверь и возвращается к столу.

 

Пашка (шепотом): Я все понял, Андрей Васильевич! Я не буду больше на тренировки ходить! Только скажите Александру Павловичу, что запрещаете мне в футбол играть. Андрей Васильевич, я только с вами, только в театр… Только бросьте разыгрывать, а то мне уже страшно… Вы же не такой, Андрей Васильевич! (смотрит на ничего не понимающее лицо Директора и, возможно, до него начинает что-то доходить; следующие слова говорит скорее автоматически, с затухающей интонацией) Андрей Васильевич, какой у вас грим классный…

 

Пашка переводит случайный взгляд, видит календарь. На нем 15 сентября 1982 года, среда. Выражение Пашкиного лица меняется. Разрозненные необъяснимые факты в его голове складываются в целостную картину. Он ОСОЗНАЕТ, что с ним произошло!

 

Пашка (переводя на Директора невидящий взгляд, медленно и негромко, говоря сам себе): Ну, Ни фига себе, Я чего, в прошлом что ли?…

 

Директор снова начинает орать, но Пашка его не слышит. После небольшой паузы, он хватает рюкзак и мчится из кабинета.

 

Директор: Деревянкин! Стоять!

 

Выбегая из кабинета, Пашка с силой распахивает двери, отчего стоящие за ними и прислушивающиеся учительницы от нее словно отлетают.

 

Директор: Стоять! Я кому сказал! (выбегает вслед за Пашкой, делает десяток-другой шагов – учительницы пытаются бежать с ним – и останавливается; уже задыхаясь, говорит также остановившимся учительницам): Надо найти! Как бы чего не сделал с собой…

 

Спина Пашки скрывается за поворотом школьного коридора.

 

10 СЦЕНА


Школьный двор. Дети в пионерских галстуках занимаются своими делами. Девочки прыгают через резинки. Младшие пацаны играют в пробки. Средние пацаны пытаются играть в футбол чьим-то мешком со второй обувью. Кто-то просто стоит и разговаривает. Старшие пацаны, озираясь, курят за углом школы.

В кустах за школьным забором сидит Пашка и наблюдает за всем этим через дырку в заборе.

Из школы выходит Глаша. Подходит к разным группам ребят и спрашивает одно и то же: «Деревянкина из 5 «В» не видели? Все отвечают отрицательно: «Не видели». Походив среди ребят, Глаша останавливается, несколько секунд смотрит куда-то в Пашкину сторону и уходит в здание школы.

Звенит звонок. Дети бегут в школу. Снова выходит Глаша.

 

Глаша (кричит): Пятый «В»! Вместе русского языка у вас будет подготовка к пионерскому смотру строя и песни! Всем собраться во дворе школы! Яшин! Сбегай в класс, приведи всех остальных!… Пятый «В» в одну шеренгу становись!

 

Дети с явной неохотой выполняют команду. Из школы выбегают и становятся в шеренгу еще несколько человек. Потом еще несколько. Все это время Глаша терпеливо вышагивает перед строем.

 

Глаша (окидывая строй): Ну, кого нет?

Голос из строя: Веника и Деревянкина.

Глаша (недовольно): Какого еще Веника?

Другой голос: Савинова. Наверное, он не слышал, что русского не будет!

Глаша: Яшин, ты всех из класса позвал?

Яшин: Всех, Глафира Ивановна!

Глаша: Ну ладно… (кричит в сторону школы) Игорь Иванович!

 

Из школы выходит Игорь Иванович (военрук). Глаша остается во дворе.

 

Военрук (на ходу): Равняйсь! Смирно! На «первый-второй» пересчитайсь!

 

Дети пересчитываются на «первый-второй». Пашка смотрит на все это глазами загнанного зверя. Он все еще не может отойти от шока.

Вдруг кусты рядом с Пашкой приходят в движение. Кто-то через них лезет. Это Веник. Он отлынивает от урока. Увидев кого-то в кустах, сначала пугается и хочет уйти, но, разглядев Пашку, меняет решение.

 

Веник: А, это ты… Прячешься?

 

Пашка кивает.

 

Веник (достаточно нагло): У тебя жвачка еще есть?

 

Пашка протягивает Венику пачку. Тот вываливает на ладонь горсть подушечек и запихивает их в рот. С трудом жует.

 

Веник (жуя): Там тебя все учителя ищут… Ты чего такого Голубю сказал?

 

Пашка молчит, разглядывая, как пионеры идут строем по школьному двору.

 

Веник: Это из-за тебя урок отменили. Я слышал, как Голубь с Глашей разговаривали… Голубь сказал, что по армии это знает – когда человек строем час походит, у него всякая ненужная дурь из головы вылетает…

Пашка (не заинтересовываясь словами Веника, указывает на Ежика): А это кто?

Веник (приглядывается): Который?… А, этот, который с тобой за одной партой сидит… Это Вовка Ежиков – твой друг…

Пашка (удивленно): Вовка?… (понимает, кто перед ним; шепотом) Это же отец Димки Ежикова!

Веник (непонимающе): Чего?

Пашка: Да я так, про себя…

Веник (довольно нагло): А когда у тебя сеанс связи?

 

Пашка недоуменно на него оглядывается.

 

Веник: Ну, рацию ты показывал…

Пашка: Какую рацию?

Веник: Ну, ты, что на телефон похожа…

Пашка (понимает, что речь идет о сотовом телефоне): А-а… (Отворачивается и снова смотрит на пионеров, которые запели какую-то строевую песню).

Веник (довольно нагло и самоуверенно): А я знаю, кто ты!

 

Пашка поднимает на него испуганный взгляд.

 

Веник (довольный тем, что раскрывает заговор): Ты – агент ЦРУ, правильно? Ночью ты разожжешь на крыше школы костер, и по этому сигналу на нас сбросят нейтронную бомбу…

 

Пашка сдавленно хмыкает. Рассмеяться он сейчас не в силах. Веника это раззадоривает. Он понимает Пашкино хмыканье как подтверждение своей версии.

 

Веник: Я вот сейчас пойду в милицию и расскажу, где ты прячешься!

 

Пашка понимает, что это – реальная угроза и поднимается.

Пионеры во дворе бросили петь и читают речевку: «Кто шагает дружно в ряд? Пионерский наш отряд!…»

 

Веник (доволен тем, что напугал Пашку; злорадно глядя, кричит): Глафира Ивановна! Игорь Иванович! Он здесь! Он здесь! Деревянкин здесь!

 

Пашка отстраняет Веника и бросается прочь из кустов. Веник и не пытается его задержать.

 

11 СЦЕНА


Пашка бежит. Ныряет под какую-то арку, за ней во дворе останавливается, наклоняется, уперев руки в колени. Тяжело дышит. Когда дыхание становится ровным, тяжело вздыхает и поднимает голову. Перед ним табличка с номером дома (например, Ленина, 28).

 

Пашка (полушепотом удивляется): Так это ж мой дом! (удивленно качнув головой «Вот ведь бывает!» хмыкает).

 

Пашка собирается снова аркой выйти на улицу, но вдруг останавливается. Медленно и несколько нерешительно идет обратно. Потом уже решительным шагом подходит к подъезду, останавливается, ведет пальцем по списку жильцов. Напротив 35 квартиры стоит фамилия Деревянкиных. Пашка входит в подъезд.

 

 

12 СЦЕНА


Пашка привычно взбегает по лестнице. Останавливается на своей площадке. Пашка в нерешительности – звонить или нет. Прислушивается к шумам в квартире. Тихо.Пашка звонит. Звонок раздается очень резко и не так как в будущем, Пашка вздрагивает. Звонит еще раз и прислушивается.

Раздаются шаги, скрежет ключа. Дверь открывается. На пороге с той стороны стоит точно такой же Пашка, только в другой одежде и с замотанным шарфом горлом. Он действительно болеет.

 

Деревянкин-старший (сначала не врубается, что парень за дверью похож на него; хрипло): Вам кого?

 

Пашка смотрит на своего двойника-отца, раскрыв рот. Наконец, до Деревянкина-старшего тоже доходит. У него, что называется, «отваливается челюсть» и «округляются глаза».

Немая сцена. Оба с одинаково ошарашенными лицами смотрят друг на друга.

 

Голос матери из квартиры: Паша, кто там? Пусть проходят! Закрой дверь не студись!

 

Пашка вдруг спохватывается и бежит вниз.

 

Деревянкин-старший (делает в его сторону жест, типа «Подожди»; хрипло): Э-э!

 

Но Пашка уже мчится по ступеням. На одной из площадок сталкивается с так же быстро бегущим наверх Ежиком и проносится мимо.

 

Ежик: Пашка! Пашка! Погоди!

 

Пашка притормаживает и оглядывается.

 

Ежик: Тебя все ищут! Послали за твоими родителями на работу, сюда идут! Веник всем рассказывает, что видел у тебя рацию, карту города и бомбу! (Пашка бежит дальше) Пашка, стой! Куда ты сейчас! (Пашка не останавливается).

Ежик (вслед): Пашка! Давай я тебе чем-нибудь помогу! Давай сделаю что-нибудь! (Пашка не останавливается).

Ежик (несколько долей секунды колеблется, а потом бежит за ним следом): Пашка, я с тобой!

 

13 СЦЕНА


Поздний вечер. Те же самые кусты возле школы. На железном ящике из-под молока сидит Пашка. Ему холодно. Встает, начинает пританцовывать.Шорох. Свет фонарика. Пашка напрягается.

Голос Ежика: Пашка, ты здесь? Это я…

 

Появляется Ежик. У него в руках фонарик и авоська, из которой он тут же начинает вынимать содержимое.

 

Ежик (достает сверток и термос): Вот, пирожки принес и чай.

 

Пашка сразу же хватает термос, наливает чай в крышку и берет ее в обе руки – греет ладони. Дует на чай, обжигаясь, пытается пить. Ежик смотрит, как Пашка греет руки, не решается заговорить. Потом, наконец, решается.

 

Ежик (с опаской): А когда сегодня Глаша к тебе домой пришла, ты там с перемотанным горлом и температурой сидел. И твоя мама подтвердила, что у тебя ангина, и ты сегодня из дома не выходил… (пауза) Ты ведь не Пашка, да?

 

Пашка перестает пить, но не поднимает глаза.

 

Ежик (с опаской): Глаша сначала решила, что твоя мать тебя покрывает. А твоя мать снова врачиху с поликлиники вызвала, которая тебя сегодня утром осматривала… Как раз когда ты по истории отвечал… (пауза) Па-аш, а если ты не Пашка, то кто? Ты, правда, агент ЦРУ?

Пашка (хмыкает, пытается отхлебнуть и снова обжигается; хрипло): Я из будущего…

Ежик непонимающе смотрит.

Пашка: Из 2005-го года.

Ежик непонимающе смотрит.

Пашка (поднимает на него глаза): Ну, вот у вас тут 1982-й, потом будет 1983-й, 1984-й. А я из 2005-го.

Ежик (постепенно осознает полученную информацию; нерешительно): Че, правда, из будущего?

Пашка (кивает): Сам не пойму как тут оказался… Вроде, где-то в школьном подвале проход есть. Я ходил смотреть, а там уже на замок заперли…

Ежик (все больше осознавая): Правда, из 2005-го?

Пашка кивает.

Ежик (он поверил и обалдел): Из будущего! Правда? Ух, ты! Ух, ты! Из будущего! (не может совладать с охватившим его восторгом, тараторит) Ух, ты! А у вас там что, коммунизм, да? А на Марс уже полетели? Ух, ты! Посмотреть бы на все это! Ух, ты! Возьми меня с собой, Пашка!

Пашка (несколько меланхолично, так как эти темы его не интересуют): Нет, Дим… (понимает, что назвал имя не правильно) То есть, Володь… На Марс не полетели. И коммунизма у нас никакого нет…

Ежик (удивленно и немного обиженно): Нет? А Глаша говорила… (пауза) Глаша говорила, что через 20 лет наши космонавты полетят на Марс. А в СССР построят коммунизм…

Пашка (меланхолично): И СССР никакого тоже больше нет, наша страна теперь Россия называется… (более энергично, пытаясь объяснить). Я не знаю, чего вам говорит Глаша, но нам она говорит, что через 20 лет в России построят общество развитого капитализма. Нищие и бедные все равно останутся, но те, кто не будет бояться работы, будут жить хорошо…

Ежик (удивленно и недоверчиво): Нищие… Бедные… А ты не врешь? (поднимая глаза, вдруг подскакивает от какой-то своей новой мысли; пораженно) Паш, а чего это ты такой молодой?… Тебе же там лет 40 должно быть… (вдруг начинает прыгать и ликовать) Вот! Вот! Я же говорил, что в 21-м веке научатся людей омолаживать и бессмертие придумают! Тебя омолодили, да, Паш? (трогает Пашкину руку, словно рассматривая) Омолодили?!

Пашка (отнимает руку): Да нету… Не придумали никакого бессмертия. Я не тот Пашка… Я его сын. Просто похожи очень… Вот у теб… (заминается) у вас тоже сын есть, тоже очень на вас похож. Димкой зовут.

Ежик (размышления о сыне для него очень далеки, он расстроен по поводу бессмертия; с надеждой и даже какими-то просящими интонациями в голосе): А, может быть, хотя бы на Венеру полетели?

Пашка отрицательно крутит головой и берет из свертка пирожок. Начинает есть.

Ежик (медленно и задумчиво): А я так хотел стать космонавтом… Или врачом… Полететь на Марс… Изобрести бессмертие… (поднимает глаза) Что же мне теперь делать?

Пашка пожимает плечами. Жует пирожок.

Ежик (со скрытой надеждой): А чем же я тогда занимаюсь в будущем? Может быть, я – изобретатель? А, может быть, военный?

Пашка (с сожаление пожимает плечами): Кажется, ваш сын говорил, что вы – грузчик в супермаркете. В «Шестерочке»…

Ежик: В супер…. Где?

Пашка: Ну, в магазине таком большом…

Ежик (в шоке): Грузчик в магазине… (с легким негодованием) Я не хочу!

Пашка (смотрит с сочувствием, пытается успокоить): Зато сын у вас очень хороший. Мы с ним за одной партой сидим… Он любит вас сильно. Когда мы как-то о вас говорили, сказал, что хотел бы в прошлое вернуться и подарить вам велосипед…

Ежик (не слушая; энергично): А как же все так получилось? Почему нищие? Почему бедные? Почему в космос не летают? Расскажи, а?

Пашка (вопрос поставил его в тупик): Ну, я не очень знаю… Мы еще не учили… Глаша говорила, что в 1991-м в СССР произошла революция и власть захватили капиталисты… (вдруг начинает рыться в рюкзаке) Да у меня вот тут учебник истории есть для 11 класса – «История России». Просили одному передать… Там вроде что-то про это написано. Вот… (достает учебник).

Ежик (с интересом выхватывает учебник и, подсвечивая себе фонарем, начинает листать, недоуменно бубня под нос незнакомые слова): Перестройка… Гласность… Горбачев…

 

Все это длится довольно долго. Пашка дожевал последний пирожок и начал проявлять нетерпение.

 

Пашка (стесняясь назвать Ежика на «ты» или по имени) Э-э-э… М-м-м… (наконец, не выдерживает; резко): Ежик!

Ежик (отрываясь от чтения): А?

Пашка: А ты принес, что я просил?

Ежик (спохватывается): А!… (достает из авоськи замотанный в тряпку большой предмет, передает Пашке) Может, не надо?

Пашка разворачивает тряпку. В руках у него оказывается большой молоток.

 

14 СЦЕНА


Уже совсем стемнело. Пашка с рюкзаком за спиной, молотком и фонариком в руках и Ежик с учебником и авоськой, озираясь, идут по школьному двору. Подходят к двери школьного подвала. На ней большой замок.

Пашка (кладет фонарик, озирается и трогает замок): В будущем нет тут никакого замка. Да и двери нет (легонько тюкает молотком по замку, боясь ударить сильнее).

Ежик (с сомнением): А может, не надо, Паш?

 

Пашка, наконец, решившись, с силой бьет по замку – один раз, другой, третий. Ежик вздрагивает и озирается при каждом ударе. После второго начинает медленно отходить в сторону.

В комнате сторожа на первом этаже школы загорается свет. Открывается дверь. Кто-то выходит.

 

Голос сторожа из тьмы: Э-э! Кто там?

Пашка снова бьет, теперь уже с отчаянием, вкладывая в удар все больше силы.

Голос сторожа из тьмы: Эй!

 

Еще один удар, дужка не выдерживает и выскакивает. Замок открыт.

 

Сторож (семенит к подвалу): Эй! Милицию вызову!

 

Пашка подхватывает фонарь и вбегает в подвал. Ежик прячется в кусты.

Освещая путь фонариком, Пашка мечется по подвалу, отыскивая знакомый тупик.

 

Пашка (бормочет): Ну, где же? Где же этот ход?

Сторож (заходит в подвал): Кто здесь озорничает? Милицию вызову!

Пашка (находит знакомый тупик): Здесь… Где-то здесь… (видит знакомый лаз) Ну, вот же он! (Ныряет в лаз и пропадает).

 

15 СЦЕНА


Ночь. Пашка с фонариком крадучись выходит из школьного подвала. Осматривается. Осматривает дверной проем. Видит, что нет не только замка и петель, но и самой двери. С облегчением вздыхает. Садится на порог, приваливается спиной к косяку, смотрит на звезды…

Несколько секунд тишины.