СЕРГЕЙ ВОРОНИН

Железный Андерсен

сказки

В детстве мама водила меня в детский сад. Мама у меня работала врачом, растила меня одна. Чтобы заработать побольше денег, ей приходилось много работать, и она брала ночные дежурства. Поэтому я очень часто оставался в детском саду ночевать. Сначала я плакал, упирался, упрашивал маму не делать этого, но потом привык, а вскоре мне это даже понравилось. Потому что по вечерам к нам в детсад приходил сторож дядя Коля. В молодости он был на войне, потерял там одну ногу ниже колена и с тех пор ходил на железном протезе. Жена и сын у него погибли на войне, он всю остальную жизнь жил совершенно один и очень страдал оттого, что не с кем было поговорить, не о ком позаботиться. Внешне он ничем не отличался от других людей, но у него была одна замечательная особенность - он умел сочинять сказки! Причём они сыпались из него, как подарки из мешка Деда Мороза. Иной раз он и сам не хотел ничего придумывать, но мы задавали ему самые неожиданные, порой очень глупые детские вопросы, он пытался на них отвечать очень умно, подробно, но почти тут же забывался, увлекался и вдруг начинал сочинять. Да так интересно и красиво, словно всё это происходило на самом деле, и он сам своими глазами все это видел и слышал. Причем об этой своей способности дядя Коля узнал совсем недавно - когда состарился и стал работать у нас сторожем. Вот как это произошло в самый первый раз. Была весна. Наш детсад стоял недалеко от реки. Вдоль воды рос большой сад, и в саду неустанно всю ночь пел соловей, а в реке квакали лягушки. Причем и сад, и река были довольно далеко, но голоса лягушек и соловья раздавались так громко, словно они были рядом. Казалось, только протяни руку, и ты до этих животных дотронешься. Вот мы однажды и спросили нашего дядю Колю:

- Почему лягушки квакают, а соловей поёт?

Дядя Коля сначала и не знал, что нам на это ответить. А потом вдруг сказал:

- А так воюют между собой Бог Песен и Богиня Сплетен!

- А какие они, эти Бог и Богиня? - в ответ опять спросили мы.

И вот тут-то дядя Коля и разошелся! Он жил в огромной коммунальной квартире на несколько хозяев, и каждый день слышал, как женщины на общей кухне сплетничают и ругаются между собой.

- Бог Сплетен - это такая огромная жаба, которая сидит в нашей реке и жабит громче всех! - объяснил он.

- А что такое "жабит"? - в ответ спросили мы.

- Это значит, что она не просто квакает, а как бы жалит своим криком, как змея ядом! Обзывает всех вокруг! А остальные лягушки ей подквакивают да поддакивают. Вот так и получается лягушачий ор - противный и скользкий! Из-за этой огромной Жабы и начинаются все войны на свете.

- Почему из-за Жабы? - от удивления разинули мы все рты.

- Потому что сидит такая огромная Жаба на общей кухне и громко жабит: одна соседка ей не нравится тем, что она, видишь ты, не так одевается, другая тем, что не так суп варит или белье стирает, третья еще чем-нибудь. И одни соседки-лягушки ей поддакивают, другие - наоборот, с ней не соглашаются. Вот так и получается самое настоящее болото. И запах гнили от него идет вокруг страшный! И живут в этом болоте одни только пиявки да лягушки. Лягушки сплетничают, а пиявки кровь сосут, как вампиры! А в самом центре этого болота сидит она - огромная Жаба, Богиня Сплетен! А рядом в саду поет Соловушка - Бог Песен.

- А кто он такой, этот Соловушка? - спросили мы.

- Он-то?.. - переспросил дядя Коля, придумывая, что бы сказать интересное. - А он...он такой...В общем он с виду совсем неприметный, весь в серой одежонке, то есть в перьях. Но это совсем-совсем не важно, потому что как только он запоет, так сразу и понимаешь, что он - самый настоящий Король песен! Слушаешь его и не оторвешься - так волшебно! Так приманчиво! Вот они и спорят друг с другом всю ночь напролет - Бог Песен и Богиня Сплетен.

- А о чем они спорят?

- Так ведь ясно, о чем - кто кого перепоет, кто победит. Ведь лягушкам тоже кажется, что они не квакают, а прекрасно поют. Вот они и борются за то, кто завоюет сердце девушки.

- Какой девушки?

- У каждой подрастающей девочки сердце нежное-нежное, и каждая мечтает поскорее стать невестой - чтобы у нее появился жених, который будет ей цветы дарить, красивые слова говорить! Вот эти девочки и ходят по вечерам в сад. Им кажется, что они слушают Соловушку, а на самом деле души таких девушек в это время выбирают, что им больше нравится - пение Соловушки или болотное жабанье.

- А как их души это выбирают? - спросили девочки.

- Это происходит само по себе, незаметно для самих девушек. Одним нравится, как песня Соловушки несется в небо, к звездам! И тогда эти девушки навсегда становятся легкими и певучими, как птицы! А другим девчонкам так нравится сплетничать, что они и не замечают трелей Соловушки и идут не в сад, а прямиком к болоту - послушать последние сплетни про своих подруг да про соседей. А лягушки и рады стараться! Столько им всего наплетут да наквакают, такой грязью болотной их лучших подруг с головы до ног обольют, что навсегда эти девушки остаются сплетницами. И вскоре сами превращаются в самых настоящих жаб! Послушаешь их разговоры, так это и не разговоры вовсе, а сплошное жабанье!..

- А что нужно сделать, чтобы не стать Жабой? - опять спросили девочки.

- А вот для этого по вечерам нужно ходить только в сад. И ни в коем случае не ходить к болоту. Потому что Жаба может обмануть и притвориться Соловушкой. Однажды она так чуть не убила самого Соловья.

- Как это могло случиться?! Ведь жабы всегда сидят в болоте, а Соловушка на ветке, - удивились мы.

- А вот как, - не останавливался сочинять дядя Коля. - Однажды Соловей так пел, так старался, что у него запершило в горле. Жаба услышала это и стала квакать ему:

- О прекрасный Соловушка! Спустись ко мне, попей водички из моего светлого озера. Вода в нем ключевая. Чистая-чистая! Свежая-свежая! Прочисти свое гениальное горлышко. Соловей знал, что Жаба всё врет, что никакое это не озеро, а дрянное болото с тиной. Но она так нежно его уговаривала, а Соловей так хотел пить, что он все-таки не выдержал и слетел вниз к болоту. Была глубокая ночь. Очень темно. Он не заметил, что Жаба сидит совсем рядом, и только нагнул голову, чтобы глотнуть воды, как Жаба тут же ка-ак прыгнула! Да ка-ак схватила его в свои когтистые лапы и уже разинула пасть, чтобы его съесть, но тут Соловушка заплакал и сказал ей жалобно:

- О прекрасная Жабочка! Разреши мне спеть самую последнюю в моей жизни песню...

-Терпеть не могу твоих противных трезвонов! - злобно проквакала Жаба.

- Но это будет моя прощальная песня про любовь...- пропищал Соловей, которому уже нечем было дышать, потому что Жаба сжимала его в своих лапах все сильнее и сильнее.

- Ненавижу твои песни про любовь, про небо, про звезды! - безжалостно и равнодушно ответила Жаба.

- А про что же ты любишь?

- Про мое черное грязное болото, про моих кровожадных пиявок и про меня саму - про мою пупырчатую и скользкую красоту! - заявила наглая Жаба.

- Хорошо, я спою про то, что ты хочешь, - уже совсем тихо пропищал Соловушка, задыхаясь.

- А разве ты знаешь такие песни? Разве ты умеешь так петь?-удивилась Жаба.

- Конечно, знаю и, конечно, умею... - уже совсем умирающим голоском прохрипел Соловей.

- Ну тогда пой! - приказала ему Жаба и чуть ослабила свои когти, которыми душила бедного Соловья.

И тогда Соловей хриплым противным голосом, в точности копируя противную, злобную Жабу, прокричал:

- Ква-а-а! Ква-Ква-Ква-а-а!

Это было таке мерзко, что у Жабы от счастья потекли слезы!..

- Как красиво! Пой еще! - потребовала она.

- Я задыхаюсь! Разожми свои когти побольше... - попросил Соловей.

Жаба послушалась и дала ему чуть больше свободы.

- Ква-а-а!Ква-а-а!!! - еще громче и еще более противно заорал Соловей.

- Божественно! Вот точно так же сто лет назад, когда я была невестой, мне квакал про любовь мой жених Жаб, - прошептала Жаба. - Пой еще! Еще!

- Ква-а-а-а! - заорал Соловей уже что было сил.

- Браво! Браво! - восхитилась Жаба и от счастья неожиданно для самой себя захлопала в ладоши.

И тут же Соловей, почувствовав свободу, замахал крыльями и взлетел высоко-высоко на дерево.

- Куда же ты?! - удивилась Жаба. - Ты меня обманул. Ты же мне обещал, что после твоей песни я съем тебя. Так лети ж обратно - ко мне в пасть! - потребовала глупая Жаба.

Но Соловей ее уже не слушал и продолжал свою песню про небо, про луну, про звезды. И отныне Жабе, этой Богине Сплетен, никогда не верил. Вот и вы, дети, никогда не занимайтесь сплетнями и не ходите к болоту ночью. И вообще по ночам к реке.

- А почему нельзя ходить по ночам к реке? - удивились мы.

- Опасно! Русалки запросто утопить могут...

- Зачем? - не на шутку испугались все мы.

- Такова их доля - красивых добрых молодцев топить, а красных девиц вдовушками делать. Разве вы этого не знали?

- Нет, - ответили мы.

- Эх вы! Русалки - это бывшие несчастные девушки, - начал сочинять новую сказку дядя Коля. - И у каждого парня может появиться в реке своя собственная русалка. И у меня тоже своя есть.

- Как она там появилась? - заинтересовались мы.

- А вот как. Когда я был совсем еще молодым парнем, у меня были сразу две невесты.

- А разве у одного парня может быть сразу две невесты? - почти возмутилитсь девочки.

- Нет, конечно, никак не может, - согласился дядя Коля. - Невеста у меня была только одна - Даша. Но меня любила еще и девочка по имени Маша. Даша была добрая и красивая. Маша тоже очень красивая, даже красивее Даши, но - злая! Пойдет моя Даша на луг, подоит свою Буренку, так молоко получается густое-густое, сладкое-сладкое! Словно это и не молоко вовсе, а такое особое мороженое. И может это молоко целый день в тепле простоять и не скиснется. Вот как доброта Дашина на всех вокруг действовала. И на ее Буренку тоже. Поэтому она и давала такое молоко. А подоит свою корову Маша, так молоко у нее тут же становится горькое-прегорькое, жидкое-прежидкое! Как вода. И через десять минут оно уже скисает, и пить его уже нельзя, а только свиней им кормить. Да и они от такого «подарка» свои рыла прочь воротят! И так было во всем. Что ни сделает Даша - всё у нее получается красиво да ладно. И все вокруг ею любуются. Потому что от доброты глаза у Дашеньки солнечным огнем сияют! А что ни сделает Маша - то всё у нее вкривь да вкось. А глаза у нее не солнцем ясным горели, а холодным лунным блеском светили... И те, кто хоть минуту поговорят с Машей, ёжиться начинают, словно зимой - такой холод от речей Машиных исходил. Всем она завидовала и всех ненавидела. И вот две такие совершенно разные девушки полюбили меня одного. Обе одновременно. Бывает же такая напасть!.. Но очень скоро Маша поняла, что мне с ней холодно, что я тепла хочу и поэтому убегаю все время от нее к Дашеньке. Вот тогда и взревновала проклятая Машка! И решила отомстить моей Даше. И пошла она тогда на болото, к этой самой Жабе, Богине Сплетен, и жалуется ей и на Дашу, и на меня. А Жаба ей и отвечает:

- Не печалься, Машенька, я им отомщу! Обоим. Да так страшно, что все люди навсегда и меня, и тебя на всю жизнь запомнят! И детям своим рассказ про нас передадут. А тебя сделаю Водяной Царицей! Хочешь стать царицей?

- Конечно, очень даже хочу! - отвечает Жабе Машка. - А как ты им отомстишь?

- Я затяну противного Кольку, ну меня, то есть, - пояснил нам дядя Коля, - в поганое болото. Там мои пиявки всю горячую кровь из него выпьют, а я вместо его человеческой крови волью в него кровь мою - жабью, холодную. И станет он тогда противным, злым и завистливым, совсем как ты, Машка. И тогда он тут же разлюбит свою добрую Дашку и навечно полюбит тебя - Машку! Ну как, подходит тебе такое мое зверство-изуверство? - спрашивает ее Жаба.

- Очень-очень подходит! - обрадовалась тут Машка,чуть в ладоши от радости не захлопала.

- Ну тогда приходи сегодня ночью на болото, - говорит ей Жаба, - и сама увидишь, как я с ними, проклятыми, обоими разделаюсь!

И вот наступает теплый прекрасный вечер. Я с Дашенькой гуляю по нашему саду у реки, соловьиные песни про нашу любовь с ней слушаем. А противная и завистливая Машка за нами следом незаметно крадется... А как стало совсем темно, так Жаба как закричит противным Машкиным голосом:

- Спасите! Помогите! Тону!

Я сначала испугался - кто это ночью в болоте тонуть задумал? - объясняет нам дядя Коля. - А потом слышу - голос-то Машкин! Спасать ее надо! А моя Дашенька сердцем своим добрым девичьим почуяла во всем этом беду, да и держит меня за руку, не пускает, говорит мне:

- Не ходи, мой милый, на болото, не спасай кого-то, обман всё это! Чую, ждет там нас обоих беда неминучая!..

Но я не послушаося тогда моей милой Дашеньки и бросился спасать противную Машку. А Дашенька - за мной! Вот так подбегаем мы оба с ней к болоту проклятому, а дальше идти боимся - ночь уже стоит жуткая! Тьма беспросветная! И тут злая Машка подкралась к моей Дашеньке да и толкнула ее в болото! Дашенька только лишь охнуть и успела и тут же в тине утонула. Но и Машка тоже не удержалась на берегу, поскользнулась на мокром камне и вслед за Дашей тоже в тину с головой! И тоже потопла... Только у Дашеньки душа была легкая, певучая, как песня. Услышала Дашенькина душа соловьиную песню, вылетела из тела Даши и тоже превратилась в Соловушку, в подружку Соловья. Так они с тех пор и поют в саду каждую весну вместе - Соловей с моей Дашенькой-Соловушкой. И я каждую весну их песни слушаю, свою давнюю любовь и молодость вспоминаю... - горько вздохнул дядя Коля.

- А что стало с противной Машкой? - спросили мы.

- А у Машки душа была тяжелая, грязная, она из тины выбраться так и не сумела. И превратилась Машка в русалку! С виду это - очень красивая девушка. Но только с рыбьим хвостом и холодной кровью. И с душой черной, как болотная вода! По ночам эти русалки нежно поют, зазывают к воде молодых парней, некоторых из них, самых неосторожных и доверчивых, русалки топят и потом водят хороводы и радуются, что погубили еще одну невинную душу... Поэтому, дети, ночью к воде ни-ни! - приказал нам дядя Коля. - А то вас русалки утопят! Ну всё, мне пора идти сторожить. А вам всем спать ложиться. До свидания.

- Не-ет! - хором закричали мы. - Хотим еще сказку! - и вцепились в дядю Колю.

- Еще сказку? - удивился он. - А про что? Я ведь сроду никаких сказок не знал и сам их сочинять не умею.

- Нам что-нибудь про любовь... - попросили его наши девочки. - Про прекрасного принца на белом коне!

- Про принца, говорите... - задумался тут дядя Коля, - да, да, да... это правильно. Это очень красиво! Надо подумать... Надо всё вспомнить... В следующий раз обязательно расскажу. Всё. А теперь спокойной ночи! - и ушел. А мы все легли спать.

А в следующее свое дежурство дядя Коля рассказал нам такую сказку...

 

Скворушка-Егорушка

Давным-давно... Так давно, что не увидишь и в окно, и так далеко, что и поверить нелегко... В общем жил-был Скворушка по имени Егорушка. А скворцы - птицы особые. Весенние. Всю зиму они живут в теплых странах. А как только сердце им подскажет, что и на родине потеплело, так они скорее и летят обратно к нам и к себе домой. И каждый скворец несет с собой в клювике зернышко счастья.

- Какое еще зернышко счастья? - удивились мы, услышав о таком чуде впервые.

- За морем, в Африке, в джунглях есть волшебное Дерево счастья. И у него прекрасные огромные цветы. А из них потом появляются маленькие такие семечки счастья. Принесет скворец в клюве такую семечку и бросит ее с высоты маленьким детям в ладошки. И тут уж не зевай - сумей поймать свою семечку! Кто поймал, тому несказанно повезло! Но это еще не всё. Этот счастливчик должен эту семечку сначала посадить в горшочек и выращивать ее несколько лет у себя на подоконнике. Если примется у него дома это деревце счастья, то можно будет потом пересадить его уже и на улицу. А там уже как бог пошлет - не замерзнет это деревце нашей зимой, не засохнет жарким летом, не съедят его жуки да гусеницы, значит, вырастет из него новое и огромное Дерево счастья. Огромного счастья всей его жизни! И уже не африканского, а нашего, русского. Ну а если нет - ну так что ж, на нет и суда нет. Значит, не исхитрился ты поймать своего зернышка, не сумел вырастить из него своего деревца - судьба такая... И вот давным- давно жила-была в нашем городе девочка Катя, или как все вокруг ее звали, Котенок-несносный ребенок, или же Катюшка - нетерплюшка! Уж такая она была бойкая, говорливая, нетерпеливая! Непоседа-привереда! И никак не хотела она выращивать свое счастье долго. Всего-то ей хотелось много и сразу! Вот прямо немедленно всё ей вынь да положь! А она, ничуть для этого не потрудясь, будет этим всласть только пользоваться да наслаждаться! Но так ведь никогда не бывает - даже в самых волшебных сказках. Вот и стала эта Катюха просить Скворушку-Егорушку, который жил у них во дворе, чтобы он принес ей из Африки счастье самое большое и поскорей. Дело было осенью. Скворушка-Егорушка клятвенно пообещал Катюшке-нетерплюшке выполнить ее просьбу, с тем и улетел на юг - в гости к райским птицам. Жил там себе не тужил, с ветки на ветку летал, о родном доме мечтал. А как через пять месяцев почуял, что пора возвращаться в свой родной двор, так и выбрал на Дереве счастья самую большую-пребольшую семечку и полетел вместе со всей своей стаей в обратный путь, в Россию. Все птицы как птицы: днем летят, ночью отдыхают. И так весь далекий путь, все многие тысяч километров через чужие моря и земли. Но не такой был честный и слишком уж добросердечный Скворушка-Егорушка. Сердце ему подсказывало, что его Катюшка-много-чего-хочушка ждет его и в нетерпении уже давным-давно смотрит на небо и вслух, как молитву, приговаривает:

- Где ж ты, моя весенняя птичка? Где оно, мое заветное семечко счастья?

- Лечу! Лечу к тебе! - кричал ей издалека Скворушка-Егорушка.

Но, разумеется, Катюшка его слышать никак не могла, а все только ждала и ждала. Да так и не дождалась... Не долетел до нее Егорушка. Слишком устал по дороге, ни разу не отдыхая. Упал замертво где-то между Средиземным морем и Черным, и пропало семечко, которое он в клюве всю дорогу для нашей Катюшки нес... Пролетали мимо остальные скворцы из его стаи, увидели мертвого Скворушку-Егорушку и опечалились... И еще им стало жалко нашу нетерпеливую Катюшку - не дождется она теперь своего семечка счастья никогда... И решили они схитрить. Один из скворцов взял первое попавшееся семечко с первой попавшейся травы. А это оказался проклятый чертополох... Принес новый скворец новое семечко Катюшке, а та и счастлива! Бегает по дому, прыгает от великой радости! И тут же посадила это семеко в горшочке для цветов с хорошо удобренной землей и поставила на подоконник, который смотрит на южную сторону. А чертополох тут же на эту ласку и откликнулся! Уже через пару дней выпустил из-под земли малюсенький бледно-зеленый росточек. Катюшка на него чуть не молится, шепчет ему: "Поднимайся скорей, мой росток, чтобы был ты не низок, не высок, без обмана, без прикрас, а прямо в точку, в самый раз, чтобы выполнил ты мой девичий наказ. Хочу, чтобы прискакал ко мне жених! Да не какой-нибудь простенький да завалященький, а обязательно чтобы Принц и всенепременно на прекрасном Белом коне! Чтобы всем девчонкам в нашем городе на зависть!"

А чертополох - это растение вовсе непростое. Это - любимая травка самого Черта!И не трава даже,а сорняк страшный, колючий, прицепистый, с которым связываться куда как опасно! А уж если с ним хоть раз свяжешься, то век от него уже не отделаешься! Так сильно он к тебе прицепится! Точно так и на этот раз всё вышло. Услышал черный страшный рогатый Черт, как Катюха над его травкой молится, Принца на летучем Белом коне себе выпрашивает да выжидает, тут и решил он исполнить эту ее заветную просьбу. Обсыпался этот хитрый и пронырливый Черт весь мелом, вымазал мукой и своего норовистого коня, и превратились оба они из угольно-черных в белоснежно-чистых! Как бы вечно непорочных! Вырядился Черт в заморского принца - весь так и блестит серебряными пряжками, золотыми пуговицами да кольцами яхонтовыми! Конь его алмазными подковами бешено в нетерпении по камням бьет - искры во все стороны высекает! И прискакал Черт прямиком к Катюшке, к ее дому и ласковым любовным голосом зовет ее к себе:

- Выйди ко мне, невеста моя долгожданная! Я полсвета обрыскал-объездил, всех невест пересмотрел да невысмотрел, пока тебя наконец не нашел, мою единственную и мне суженую!

Услышала глупая Катюшка эти речи сладкие да заманчивые, пылко тут забилось сердечко ее нежное! Да и вышла она навстречу к Черту. Он тут же поднял ее на руки, усадил на коня своего горячего, у которого в красных глазах огонь подземный адовый отражается! Увидали эту страшную картину скворцы, которые вместе со Скворушкой-Егорушкой из Африки прилетели, и поняли они все сразу. И стало им нестерпимо жалко их Катюшку! Ведь это не она, это они все вместе виноваты, что обманули ее - принесли ей вместо семечка с Дерева счастья семя проклятой травы чертополоха. Слетелись тут они всей своей стаей, кружат вокруг Принца обманного, крыльями машут - и такой ветер возле него устроили, что слетел со лживого Принца весь мел, а с его коня вся мука, тут-то все подруги Катюшки и увидели, что и сам жених, и конь его вовсе не белые, а черные-пречерные! Страшные-престрашные! Сшибли скворцы с головы этого жениха шапку его красивую, а у него из головы рога торчат! Поняла тут Катюшка, что никакой это не Принц, а как есть сам Черт - идол подземный, обитатель вулканов с лавой кипящей! Хотела она тут спрыгнуть с коня его дикого безобразного, да уже поздно! В тот же миг пришпорил Черт коня, прижал к себе Катюшку да и помчался верхом да бегом, как на крыле вороном, всё туда же, в Царство свое мертвое, подземное! С тех пор Катюшку уже никто никогда не видел и ничего о ней не слышал. Так под землей навечно и канула... А все остальные Катюшкины подруги остались жить по-прежнему. Каждая заботливо выращивала свое семечко счастья, и к каждой потом строго в свое время пришел свой жених долгожданный и единственный! И не какой-то там сказочный Принц на выдуманном Белом коне, а самый что ни на есть обычный простой человек. Вот и хорошо! А зачем напрасно мечтать о сказочном Принце, который, того и гляди, на поверку злым Чертом окажется? Так что, дети, - сказал нам дядя Коля, - спокойно себе живите и каждый свое счастье растите. О хорошем мечтайте, а поймаете свою заветную мечту - из рук ее уже не выпускайте! И помните, что счастье никогда не бывает чужим заморским - счастье всегда только наше, русское, родное и больше никакое. Потому что всё заморское нашего холода да короткого лета не выдерживает - погибает. Своё всегда лучше чужого. Потому что - проверенное, не обманное! Всей нашей природой проверенное.

Дядя Коля закончил рассказывать и встал, чтобы уйти. Но мы прекрасно видели, что ему самому уже очень понравилось общаться с нами и уходить ему совсем даже не хотелось. И он ждал нашей новой просьбы. И мы ему сказали:

- А что вы нам расскажете в следующий раз?

- Сам не знаю... - улыбнулся дядя Коля, - что на ум придет, то и придумаю, мысли сами в голове так и скачут - наружу просятся, удержать их ничем не могу!.. А о чем вы сами хотите услышать?

- Нам что-нибудь такое, чтобы сначала было страшно-страшно! Но потом всё закончилось хорошо-хорошо! - сказали мальчишки.

- И обязательно чтобы было про любовь! - добавили девчонки.

- Ух вы какие! Ну ладно, надо будет подумать... - озаботился нашим заказом дядя Коля. - Что-то уж слишком трудную задачу вы мне задали! Что ж это такое может быть?

- А вы нам прошлый раз рассказали про то, как хорошо всё сложилось у Соловушки, а про Жабу недорассказали. Что с ней было дальше?

- Да, да, да... точно! - тут же засияли от нагрянувшей фантазии глаза у дяди Коли. - Надо подумать... Ну, до нового раза!

И ушел сторожить.

 

Павушка-купавушка

Давным-давно, далеко-далеко, за такими лесами за долами, что не увидишь глазами, и куда ноги никогда не ходят сами, стоял небольшой город. А леса тогда были непроходимыми, а реки непреодолимыми! - начал рассказывать дядя Коля новую сказку. - И вот в этом городе жила-была очень-очень некрасивая девушка по имени... впрочем, по имени ее никто никогда не называл, так что ее настоящее имя все давным-давно забыли. И мало того что была эта несчастная девушка некрасива лицом, так еще не повезло ей и с фигурой - была она очень толстой и с короткими кривыми ногами. Так все ее с детства очень обидно и прозвали - Кривоножка. И не было у нее в жизни никакого счастья. Все ее бывшие детские подруги давно уже замуж повыходили, детишек понарожали, а к Кривоножке так никто ни разу в ее жизни и не посватался. Обидно ей было, что никто ее не любит. И она прекрасно понимала, что не полюбит уже никто и никогда! Потому что таких некрасивых девушек никто не любит и замуж не берет... И не захотелось тут бедной разнесчастной Кривоножке жить на этом свете! Пошла тогда она в темный лес, высоченный до небес, забрела в самый его бурелом, где одни коряги да мох кругом, наткнулась на берег никому неведомого озера да и решила в этом озере утопиться! Вот так вот сидит она на самом краю бережка, плачет, слезами заливается, с белым светом прощается... Говорит:

- Прощай, ясное солнышко! Будешь ты светить и дальше, да только уже не для меня... Потому что моей постелью отныне будет дно озерное - холодное и черное... Прощайте, птички мои веселые! Будете вы петь и веселиться, да только не буду я вам подпевать... Потому что теперь моими подругами будут рыбы немые да раки корявые и кривые...

Вот так вот она плачет-причитает, к камню веревку привязывает, а другой конец веревки себе вокруг шеи обматывает. Услышали последние ее слова горючие птички певучие, змеи ползучие и звери бегучие и полетели, поползли, побежали они всей толпой огромной к Бабе Яге, которая жила как раз неподалеку. Рассказали ей про намерение Кривоножки утопиться, тут закряхтела баба Яга, влезла в свою ступу, замахала метлой и как ветер примчалась к озеру. Подхватила она Кривоножку, когда та уже в воде пузыри пускать начала, веревку с ее шеи сорвала, посадила рядом с собой в ступу и принесла в свою избушку на курьих ножках. И сказала ей:

- Живи со мной, красна девица. А то у меня в избушке из всего живья только кот когтястый да филин глазастый. Мне и поговорить-то не с кем. Я ведь тоже в молодости уродиной носатой и с бородавками на лице была, и меня тоже никто замуж не взял. И я тоже, как вот ты сейчас, ушла в чащобу, стала грибы да травы ядовитые собирать, научилась ворожить да колдовать. А теперь я вконец состарилась, и нужно мне все мои колдовские умения кому-нибудь передать. Вот тебя-то я им и научу! Просто распрекрасно, что мы с тобой встретились!

Вот так они и стали жить-поживать ворожить да колдовать. Злых людей они лечат, добрых - калечат. Так вот мстят людям за то, что те их обзывали и за нормальных людей не признавали.

И было в том городе, где когда-то жила Кривоножка, страшное горе-несчастье: часто прилетал туда страшный Дракон. Любил он над Русью издеваться да живыми людьми питаться. Как, бывало, налетит на этот город, как поймает какого-нибудь мужика или даже ребенка и тут же разорвет его на куски и сидит, объедается, русской кровью наслаждается! Облизывается... Супостат, да и только! И никто с ним не мог справиться. И были баба Яга с этим самым Драконом хорошими друзьями-товарищами. Иногда залетал он к Бабе Яге в чащу ее дикую, и тогда она устраивала пир на весь мир! Угощала его поганками мочеными да мухоморами ядреными, закусывал он все это травами ядовитыми да толчеными лошадиными копытами. И очень тут приглянулась Дракону Кривоножка. И решил он на ней жениться! И сделал ей предложение. А Кривоножка тут и в слезы! Плачет-рыдает, ни днем, ни ночью покоя не знает!

- Что с тобой творится, девонька? - спрашивает ее Баба Яга.

А Кривоножка ей на это отвечает:

- Да как же мне не плакать, бабусенька! Ну ладно, что я сама уродилась страхимодина разнесчастная - значит, судьба мне такая. Мне одной и мучиться. Но если выйду я замуж за Дракона страшного-лютого, то станут у нас с ним детки родиться. А какими они будут? Такими же кривоногими и толстыми, как я? И кровопийцами, как твой дружок Дракон? Нет! Не хочу я этого! Не пойду я за него замуж. Ни за что!!! Лучше опять пойду к озеру и утоплюсь!..

Но Дракон ее и слушать не стал. И сыграли они свадебку на славу! Прогремела она на всю чащобу! И была на ней в гостях вся нечисть лесная: и лохматый Леший с косой Кикиморой, и холодный Водяной с синими Русалками с водорослями вместо волос, и всякие прочие пни трухлявые и чудища корявые - всех и не перечислишь. Кривоножка, глядя на них всех, от страха себя и не помнила! Всю свадьбу как в обмороке просидела - бледная и в поту. Чуть живая... А как наступила ночь, и все гости проклятые по своим норам и омутам разбрелись да расползлись, то осталась Кривоножка со своим мужем наедине. И от ужаса она уже почти при смерти!.. И только взял Дракон лапой своей огромной да шершавой руку ее толстую и некрасивую, как вдруг раздался во весь лес гром небесный! Замелькала молния жгучая и блескучая! Тут и спала с дракона шкура его черная, ядовитая, огромными наростами да бородавками покрытая! И обернулся он в ту же секунду добрым молодцем Иваном-царевичем - красавцем писаным, ей как по заказу небесными ангелами присланным!

- Что за чудо с тобой приключилось? - спрашивает его Кривоножка, когда пришла в себя немножко от такого превращения.

- А ты сама на себя в зеркало посмотри! - отвечает ей Иван-царевич.

Глянула Кривоножка на себя, да так и ахнула! Смотрит на нее из зеркала чудо-красавица, которых она никогда в своей жизни и видом не видывала и слыхом не слыхивала!

- Неужели это я?! - не верит своим глазам Кривоножка.

- Ты, конечно, - отвечает ей Иван-царевич. - И отныне я буду звать тебя не Кривоножкой, а Павушкой-Купавушкой! Женой моей любимой, подругой моей на всю жизнь единственной!

- Казалось бы, тут и сказке конец, раз любовь у них такая великая случилась да получилась, - сказал нам дядя Коля, - да не тут-то было!.. Есть у этой правдивой истории длинное продолжение. Но об этом я вам в другой раз расскажу. А сейчас всем спать! - приказал он нам.

Но мы все повскакивали с мест, закричали:

- Не-е-ет!!! - вцепились в него и потребовали продолжения сказки.

- Ну ладно, - смирился на это дядя Коля, - раз так, тогда так и быть, слушайте себе дальше...

- А почему ты до этого был Драконом людоедским? - спрашивает Ивана-царевича Павушка-Купавушка.

- О-о! Это случилось давным-давно, - отвечает ей на это Иван-царевич, - когда я был простым человеком, сыном царским. Завелся тогда в нашем царстве-государстве злыдень Людоед. Мужик огромный, страшный, клыкастый и брыкастый! Многих людей погубил он в наших владениях. Но я все-таки однажды извернулся да и поймал его и отрубил ему голову! Но Людоед в последнюю секунду перед смертью своей крикнул проклятье в мою сторону:

- Быть тебе самому людоедом! И будешь ты пить кровь русскую, человеческую столько, пока от нее брюхо твое драконье не лопнет! Пока не женишься ты на уродине распоследней!

И как только слетела голова людоедская с плеч его долой, так тут же я и превратился в Дракона ужасного!..

- Но теперь колдовство это с тебя спало? - спрашиват его Павушка-Купавушка.

- Нет, - отвечает ей Иван-царевич. - После того как ты полюбила меня, я могу превращаться в человека только ночью. А с первым же лучом солнца снова стану страшным Драконом! И снова буду пить кровь русскую, пока брюхо моё драконье от этого злодейства не разорвется!

И точно. Только прокричал самый первый утренний петух да как только выглянул из-за горизонта самый первый солнечный лучик, так тут же Иван-царевич снова превратился в Дракона и улетел творить свое кровавое беззаконие... И так продолжалось и день, и два, и три.... И Павушка-Купавушка не знала, как им из этой их общей беды выпутаться. И бросилась она тогда к своей наставнице мудрой Бабе Яге и стала умолять ее:

- Милая моя бабусенька Ягусенька! Помоги мне! Спаси мужа моего любимого! Преврати его из Дракона кровавого снова в человека обычного! - и рассказала ей всю его почти что неправдоподобную историю.

Долго тут думала Баба Яга - аж волосы седые на голове ее сами по себе шевелиться начали! Весь день думала. И еще ночь думала. И еще день. И еще одну ночь. И, кажись, что-то все-таки надумала! Потому что вдруг заперлась в своей избушке на курьих ножках и долго-долго что-то в ней мудрила, кипятила, ногами громко топала, губами смачно шлепала, чмокала, языком цокала, колдовала, всякие адские заговоры бормотала да разными голосами на все стороны кричала! И наконец, вынесла Павушке-Купавушке горшочек с каким-то варевом-жаревом цветом не простым, а как бы с кровавым заревом! И сказала ей:

- Сварила я пива пенного, да только не ячменного, и кваса целебного, да только не хлебного. А такое питьё, которое убьет горе твоё! Настояла его на поганках и мухоморах да на своих колдовствах и заговорах. Смешала это все, процедила и еще десять раз все вместе переварила, чтобы пришла к Дракону смерть-могила! И чтобы Иван-царевич, в Драконе сидящий, снова стал навсегда человек настоящий! - Подала Баба Яга этот горшочек Павушке-Купавушке и так делать ей повелела, - как на следующее утро превратится твой Иван-царевич снова в Дракона, дай ему будто бы на дорожку выпить этого самого моего настоя, тогда и сама увидишь, что с Драконом тут случится такое-сякое!..

Взяла Павушка-Купавушка этот старухин горшочек с варевом-жаревом-с каким-то-заревом, пришла домой, спрятала этот горшочек в самый дальний угол и затаилась... Ночь хорошо переночевали, а утром, как только Иван-царевич снова превратился в Дракона, как только крыльями замахал, чтобы лететь опять невинные души русские губить, тут и подала ему Павушка-Купавушка это самое снадобье и велела ему выпить его на удачную дорожку да на закуску из человечинки... Послушался Дракон жену свою любимую, разом заглотнул всё это варево - тут-то всё в глазах у него и помутилось! Вышел он на улицу, глянул на озеро, а над водой солнце красное восходит. И кровавая заря в озере, как в зеркале отражается. И показалось Дракону, что это вовсе не вода красная, а кровь человеческая, самая настоящая! Целое озеро крови русской! Кинулся он в это озеро и стал эту воду жадно пить. Пьет, пьет. И час пьет. И другой пьет. И третий. Да разве ж озеро выпьешь! А Дракон от жадности всё никак остановиться не может. Всё пьет и пьет. Пьеи и пьет! Раздулся у него живот до размеров неописуемых! Да и лопнул! Разлетелась шкура драконья мелкими кусочками во все стороны - не собрать ее больше воедино никогда! А на месте прежнего Дракона стоит прекрасный Иван-царевич - живой-преживой, целехонький прецелехонький! И своей Павушке-Купавушке улыбается. Всё! Спал с него заговор людоедский, который столько лет Ивана-царевича мучал. Так с тех пор и стал он опять самым обычным человеком, а не зверем страшным и клыкастым! И принялись тут они с Павушкой-Купавушкой жить-поживать да добра наживать, детишек заводить да в ум-разум их вводить. А клочки разлетевшейся драконьей шкуры упали в озеро, и от этого прератилось бывшее светлое чистое озеро в черное-пречерное поганое болото. И все блестевшие своей чешуей рыбки, которые в нем плавали, тут же обратились в черных пиявок, которые тоже любят человеческую кровь пить, как когда-то Дракон это делал. А жабы да лягушки тоже полюбили кровью питаться - да только не человеческой.

- А чьей? - изумились мы.

- Как это чьей! - упрекнул нас дядя Коля. - Да разве ж вы не знаете? С тех самых пор жабы да лягушки стали комаров языками своими липкими ловить да есть. Комары насосутся чужой крови - человеческой или звериной, своей-то у них отродясь не бывало, а лягушки враз тут как тут! Хлоп их всех! Да и слопали! Вот и получается, что они как бы продолжают злое дело Людоеда - кровушку пьют чужую. А на самом-то деле преогромную пользу людям приносят - комаров, мух и всякую прочую тварь болезнетворную уничтожают. Поэтому, дети, не убивайте жаб и лягушек - болотных старушек, они все - наши помошники! - закончил свой рассказ дядя Коля. - Ну как, понравилась вам моя сказка? - спросил он нас.

- Да! Очень хорошая, длинная и страшная! И в то же время в конце - добрая! - ответили все мы. - А еще в следующий раз что-нибудь расскажешь?

- Расскажу. Чего ж с хорошими людьми не побалакать малость перед сном? Да вот только о чем?

- О том, как ты, дядя Коля, воевал, - вдруг предложил один из нас, - как ты стал героем!

- Ну, никаким героем я никогда не был, не перебарщивайте, - ответил дядя Коля, - только вот ногу на войне потерял...

- А как это случилось?

- У-у!.. страшное дело... и вспоминать-то тошно, - вдруг погрустнел дядя Коля. - А вот про свою железную ногу я вам рассказать могу. Интересно вам это?

- Да, да, очень интересно! - закричали мы.

- Ну что же... хорошо... подумаю...- пообещал дядя Коля и ушел караулить и новую сказку для нас придумывать.

 

Умная нога

До войны были у меня две ноги - сильные, красивые! - начал рассказывать дядя Коля новую сказку. - Но на войне рядом со мной взорвался снаряд, меня сильно ранило, я потерял сознание и с той самой поры одной своей ноги никогда уже больше не видел... Очнулся в госпитале, ощупал себя всего - кажись, все на месте. А одной ногой пошевелить не могу. Что такое? Потрогал тогда я ее рукой - а ноги-то и нет!.. Заплакал я, залился горькими слезами!.. Прибежала медсестра, спрашивает:

- Ты чего плачешь, солдатик?

- Да как же мне теперь жить-то, безногому, сестричка? - в ответ спрашиваю ее. - Уж лучше мне вовсе умереть!

- Что ты! Что ты! - испугалась она. - Наш хирург тебя всего из отдельных кусочков сшил - так тебя всего снарядом разорвало! Столько сил мы все на тебя потратили! Всю ведь ночь у операционного стола над тобой простояли! А ты теперь весь наш труд насмарку отправить хочешь? Не дам я тебе умереть, солдатик! Даже и не мечтай об этом! Ишь, размечтался!.. А нас тебе и не жалко, да?

- А что же мне теперь делать-то, инвалиду молодому? - ее спрашиваю.

- А вот я сейчас к тебе нашего хирурга позову. Он у нас - что ни на есть самый настоящий волшебник! Почти погибших солдат с того света опять на этот возвращает! Он и для тебя что-нибудь такое-этакое придумает. Он у нас на разные волшебные задумки-придумки ох какой ловкач!

Ну и точно. Вскорости приходит ко мне этот самый хирург-волшебник. Да не с пустыми руками, а приносит вот эту самую железяку и говорит мне:

- Вот тебе, солдатик, новая нога. Протез называется. Она тебе прежнюю твою ногу заменит. И даже еще лучше прежней будет!

Я в ответ опять чуть не плачу. Говорю ему:

- Издеваетесь надо мной, да? Как мертвая холодная железка живую родную ногу заменить сможет? Не бывает такого!

- А вот и бывает! А вот и сможет! - улыбается мне хирург. - Меня ведь недаром все вокруг волшебником считают. Так я на самом деле волшебник и есть! И я тебе это сейчас прямо тут вот наглядно докажу. - Склонился он над железкой да и прошептал ей еле слышно волшебное заклинание, - чупакабра-абракадабра-чух-чух-плюх-плюх-обзавиденция-тыр-пыр-пырперенция.

И ведь точно! Моя новая нога у меня на глазах тут же и ожила! Сама по себе по палате заходила, вскочила мне на кровать и по одеялу запрыгала. Да так бойко - не остановить! Хирург поймал ее, обеими руками держит, а она не дается - упирается, опять на волю вырывается! С норовом нога оказалась! С трудом он ее успокоил и меня и спрашивает:

- Ну что, содатик, берешь новую ногу? Или тебе на одной трюхать по белу свету будет удобнее?

- Куда ж мне деваться, - отвечаю. - Беру, конечно.

Так вот с тех пор мы с моей железной ногой вместе и зажили. А то волшебное заклинание хирурга я на всю мою жизнь запомнил. Оно мне очень потом пригодилось!..

Железная нога меня сначала очень подводила - ну никак не хотела меня слушаться, своевольничала. Когда мне нужно было стоять, она вперед рвалась. Когда нужно было направо идти - она меня всего налево сворачивала. Ох и намучился же я с ней первое время! А однажды она и вовсе от меня убежала!

- Как так? - спрашиваем мы дядю Колю.

- Да очень просто. Вечером спать ложился - возле кровати на пол ее положил. А утром просыпаюсь - нет моей ноги! Надоело ей лежать, вот она и настропалилась через открытое окно выпрыгнуть - решила на улице в одиночку ночью погулять. А железка она и есть железка - глупая! Убежать-то она убежала, а дорогу назад не запомнила... Всю ночь дом свой родной и проискала. Да так и не нашла. Опять я весь в печали - остался я без моей волшебной самоходной ноги... Расклеил на всех столбах и заборах объявления, что ищу свою ногу. Весь народ вокруг надо мной в открытую смеется! А мне совсем не до смеха. Хорошо, что милиция мне помогла - нашла-таки мою ногу. И где бы вы думали? - спрашивает нас дядя Коля.

- Где? - в ответ спрашиваем его мы.

- Представьте себе, на нашенском базаре! И знаете, что она там делала?

- Что? - опять удивляемся мы.

- Грецкие орехи у торговки одной украсть пыталась! Вот ведь какая оказалась шкодница однокопытная! И знаете, зачем ей эти орехи понадобились?

- Зачем? - опять в полной растерянности говорим мы.

- Хоть нога и глупая, да ведь совершенно правильно сообразила, что ей хорошие мозги нужны. А где их взять, чужие мозги-то, коли и своих отродясь никогда не было? Вот ведь вопрос вопросов! Но и тут моя железка не сплоховала - догадалась, что грецкие орехи внутри их твердой скорлупы очень уж мягкие, на самые настоящие человеческие мозги похожи, только маленькие. Вот она и думала орехов в качестве мозгов себе наворовать - купить-то их не на что, денег у ноги в карманах вовек не было. Вот тут-то мою ногу в самый момент воровства и поймали. Ну, как водится, сначала отлупили ее всем базаром маленько - для порядка, в качестве воспитания! Но она ни капельки за это на базар не обиделась - что ей сделается железной-то!.. Ей это битьё как развлечение! Дескать, будет потом что вспомнить и детям о чем рассказать. Ну а после базара в милицию ее и доставили. Там ее, как положено, хорошенько допросили, мол, кто ты такая, чья и откуда? А поскольку она молчит, говорить не может, в камеру ее посадили. Потому что не знали, что с ней, глупой такой, делать. А как милиционеры объявления мои на заборах и столбах прочитали, так и доставили ее мне прямиком домой в полной ее целостности и всей сохранности. Да еще извинились передо мной, мол, простите, что она у нас немного битая и в тюрьме посидевшая, в этом ваша нога сама виновата - слишком уж она любопытная и прыткая! А я на это и не обижался. "Спасибо" им сказал. Ну, тут мне деваться было уже некуда, пошел я со своей ножкой опять на наш базар, выбрали мы с ней грецких орехов самых крупных да спелых, купил я ей этих орехов полный пакет и к ноге веревками сверху привязал. Получилась самая настоящая голова с мозгами! Нарисовал я на этом пакете глаза с ушами, ну и рот, естественно. Сказал волшебное заклинание, которое у хирурга в госпитале услышал: чупакабра-абракадабра-чух-чух-плюх-плюх-обзавиденция-тыр-пыр-пырперенция! И тут-то моя нога не только говорить, но и смотреть начала. И глазами своими голубыми хлопать. И стала она такая умная да разумная, что и слов нет! Потому что один грецкий орех - маленький. В одном орехе только одна мысль уместиться может. А в большом пакете орехов целая куча. И мыслей тоже получается целый ворох, и все они шуршат, торопятся поскорей из скорлупы наружу выскочить. Меж собой переговариваются, спорят! Друг с другом чуть не ругаются. Такие философские дискуссии меж собой разводят, что только держись! А в целом огромная-преогромная мудрость получается! Вот одна мысль в орехе и зашуршала громко так прегромко. Да так прегромко, что я очень даже хорошо ее слышу.

- Надо, - шуршит она, - нашему дяде Коле помочь.

- Зачем? - шуршит вторая.

- Правильно, надо помочь! Потому что пенсия у него маленькая, жить ему тяжело, - шуршит третья.

- А чем мы ему можем помочь? - шуршит четвертая.

- А я придумала. Пойдем на базар - порядок там наводить будем, - шуршит пятая.

- Верно! Молодец! - зашуршали тут все мысли разом. - Правильное решение! Ура-а!

Ну и точно. Пошла моя умная и говорящая нога на базар. И стала она настолько умной, что и птичий язык, и языки всяких прочих животных тварей понимать да разуметь начала! Вот так вот идет она себе в тот же самый день по базару, видит, картошку продают. Продавец ее вовсю нахваливает, мол, глядите, люди, какая она у меня вся рассыпчатая да крахмальная! Сваришь ее, маслицем постным покропишь, посолишь, так она сама из тарелки на зубок тебе прыгает и дальше сама к тебе в твой в желудок проскользает - так что и жевать ее не надо! Одно наслаждение! А собаки, которые рядом прохаживаются, понюхали ее да и говорят ноге:

- Картошка - дрянь! Она на плохой земле выращена, пестицидами всякими да нитратами перекормлена, внутря горькая, с начинающейся гнильцой да жуком вся поеденная.

Нога всё это с собачьего языка на человеческий переводит да всем вокруг громко сообщает. Ну, конечно же, народ картошку у этого продавца тут же покупать и перестал. Идет моя ножка дальше, видит, живых кур продают. Поздоровкалась нога с курицами вежливо на курином их языке:

- Что, - спрашивает, - сидите такие невеселые?

- Помираем... - отвечают они ей.

- Почему так?

- А наш хозяин сегодня утром, прежде чем нести нас на базар, крепко сжал каждую из нас своими пальцами толстыми и всем ребра нам слегка переломал...

- Зачем? Дурак он, что ли - товар свой портить...

- Нет, - отвечают, - слишком даже умный. Это для того, чтобы мы поскорей все перемёрли. На базаре все продавцы так делают, все слегка прижатых кур продают. Чтобы мы чаще мерли, а покупатели у них чаще новых кур покупали. Бизнес у них такой хитрый!

Подивилась нога этому русскому живодерскому приспособлению и всем покупателям тут же весь этот куриный плач и пересказала. Покупатели тут же из куриного ряда все вон ушли! И стала нога на базар каждый божий день ходить - людям на правду глаза открывать. А все люди в ответ моей ногой никак не нахвалятся! Деньги ей в ответ жертвуют - за правду-то наш народ никаких богатств не пожалеет! И стали мы тут с ногой жить припеваючи! Оба ходим сытые, довольные, счастливые! Да только решили торгаши с базара моей ноге отомстить. Один раз вечером на безлюдной улице ножом ее пырнули! Да что ей сделается, железной-то! Попинала она в ответ обидчиков своих да и дальше себе распрекрасно пошла. В другой раз ее с моста в речку сбросили. В самый что ни на есть омут! Думали, всё! Хана ей, железной дуре! На дно пошла. Оттуда уж не выберется. Оттуда еще никто никогда не выбирался. Да не тут-то было! Моей железной ножке что по земле, что по речному дну трюхать - один черт. Выбралась! Опять же обидчиков своих догнала, малость попинала и дальше себе пошла по неотложным своим протезным делам. Уже и с порфелем ходить стала - форс свой важный всем показывать. А душа у нее все равно оставалась доброй, сердечной и простому народу преданной!

Увидело ее великий ум-разум милицейское начальство и тут же мою ногу в милицию да и зачислило. Сразу же ей лейтенантское звание дали, в государственный мундир с золотыми погонами нарядили и даже пистолет ей выдали, и родине служить приказали. А нога и рада стараться. Уж очень этот мундир ей к лицу был. И стали ее посылать на самые запутанные-перезапутанные преступления, которые никто никогда до нее раскрыть не мог. А моя нога их все в единую секунду распутывала, щелкала их, как зубастые деревенские бабы семечки! Вот однажды идут люди по улице, смотрят - мужик под забором лежит, а из-под него много крови вытекло... Испугались тут люди. Женщины так вообще во всю свою мощь заголосили! В милицию звонят:

- Убили! Убили!

Тут моя нога приезжает и первым делом не мужика осматривает, а воробьев, которые на заборе сидят, расспрашивает:

- Что тут, братцы дорогие, случилось-приключилось?

А те ему весело так чирикают:

- Да ничего страшного. Шел этот мужик рано утром корзину помидоров продавать, по дороге во все встречные кабаки да кафетерии заходил - в дымину напился, споткнулся, помидоры у него все на землю вывалились, он на них упал да все их с размаху и раздавил. Да тут же прямо на них и уснул. Вот он с той поры так и лежит здесь, в тенечке отдыхает. И вы его не тревожьте - нехорошо это, неправильно, не по-человечески отдыхающего честного рабочего человека ни за что тревожить! Не по закону!

Перевернула моя нога этого мужика, а под ним и точно - раздавленные помидоры, а сам он цел-целехонек. Отдыхает... Так его и оставили, потому что спать летом на улице никому в России не запрещено.

В другой раз чуть посложнее преступление случилось - самое настоящее смертоубийство. Приезжает моя нога в этот дом и опять же первым делом расспрашивает мышей подпольных да тараканов закосячных:

- Что, братцы, тут произошло?

- Да пустяки. Драка тут была, - отвечают они. - Такой-то сюда приходил, такое-то хозяину этого дома говорил, а потом и вовсе его убил. И теперь там-то и там-то от вас тщательно скрывается. Езжайте скорей туда, а то он от страха так трясется, что, того и гляди, вот-вот совсем скопытится!

Нога все это тут же начальству своему докладывает, убийцу тут же находят и в тюрьму бросают. А моей ноге за мастерство и смекалку - медаль на грудь! Вот так прославилась моя нога на всю страну! Уже и ордена ей вручать начали, и звание полковника милиции присвоили. Унас в городе ни одного преступника не осталось - все бандиты и воры сидят себе по своим домам тихохонько, не видно их и не слышнёхонько! Потому что нога любое их преступление враз раскроет! Не времечко тут для нас всех наступило, а невиданная благодать! Коммунизм!

А слава о моей ноге уже и до самой Москвы долетела! Узнал о ее неслыханном сыскном-разыскном таланте самый главный руководитель нашей прекрасной и великой страны, да тут же и вызвал ее к себе в Кремль да и в этот же день сделал ее своим заместителем по всем-превсем важнейшим делам всего-превсего нашего огромного царства-государства! И приказал ей всех своих министров перешерстить, дураков, пьяниц и казнокрадов среди них выявить и доложить ему, кто из этих людишек дело толкует, а кто ворует да от безделья кукует. Нога ответила "есть!" И уже к вечеру этого дня половину министров за воровство посадили, а другую половину за пьянство и дурость с работы уволили! Вот как моя нога для народа расстаралась! А народ в ответ ликует, "ура-а!" ноге кричит! Ну, тут уж и сам самый главный в нашей стране начальник не на шутку испугался. Подумал: "А вдруг эта проклятущая нога обнаружит, что я и сам далеко не умный человек и тоже водку пить люблю. Меня ж тогда с моего поста народ тут же сметет и ногу на мое место поставит! Нет, надо с ней, дурой проклятой, что-то нехорошее сделать!.." И поручил он своим ученым-мудреным придумкать - как мою железную ногу можно со свету сжить. Думали они, академики такие-сякие нехорошие, враги отечества нашего, да ведь на ж тебе - все ж таки и придумали! Нашли они аж где-то в самой дальней-предальней Африке в самых лютых джунглях малюсенькую такую моль, котрая грецкими орехами питается. Привезли они ее под страшной охраной в толстенном сейфе на самолете прямиком в Москву и тайно подпустили ее к моей ноге. И тут же эта проклятущая моль в голову моей ноге залетела, внутри орехов спряталась, там расплодилась, и вместо мозгов у ноги одна гнилая труха образовалась... Купил я ей тогда новые орехи. Да моль и их съела... И сколько я потом ни пытался мою бедную ножку спасти, ничегошеньки у меня не получилось! Коли эта моль-зараза у кого в голове однажды завелась, она там навсегда так уже и останется. Такой вот это страшный и ужасный зверь-сорняк!.. Заразная мозговая болезнь летающая...

Ну вот так с тех самых пор всё у нас с ногой вкривь да вкось и пошло. Нога моя тут же страшно поглупела, все свои волшебные способности потеряла и стала самой простой железкой... Вот она, - похлопал дядя Коля себя по протезу. - И преступники с той поры осмелели, развелось их вокруг столько, что теперь уже никаких железных ног не хватит, чтобы их всех переловить да в лепешку раздавить! Так что, детишки, на всю жизнь запомните: никогда своему начальству не показывайте, что вы умнее его. Начальство этого никак не любит! И никогда вам этого не простит! Вот так-то... Ну, а теперь спите. А я пошел вас охранять.

И он ушел, поскрипывая своим железным протезом.

Всю эту историю мы на другой же день пересказали нашим родителям, они все послушали сказку с большим удовольствием, а потом кто-то из них сказал:

- Ну и дядя Коля! Молодец! Не дядя Коля, а самый настоящий железный Андерсен!

Так с тех пор это прозвище за дядей Колей навсегда и закрепилось. И стал он для нас для всех не сторож дядя Коля, а великий сказочник Железный Андерсен!

 

Общаясь с нами, дядя Коля часто говорил «дай Бог», «спаси Бог», «Господь не простит» и подобные фразы. Мы уже в самом малом возрасте знали, что Бога нет, что верить в него – большая глупость, и поэтому однажды спросили дядю Колю:

- А почему вы так часто говорите «Бог»? Что это такое?

Дядя Коля от удивления широко раскрыл глаза, а потом вдруг вспомнил, что мы и наши родители – это два поколения абсолютных безбожников! Что слово «Бог» для них и для нас совершенно пустой звук. И вот тут-то он задумался... Долго бормотал что-то про себя, показывал сам себе жестами, что дескать можно и так и эдак... Несколько дней задумчиво молчал... А потом рассказал нам вот эту сказку.

 

Не гневи боженьку!..

19 мая при советской власти почему-то считалось Днем пионерии. Именно в этот день Надюшку приняли в пионеры. Уроки в этот день были сильно сокращены, а после третьего урока всю их параллель построили в актовом зале и сначала велели произнести клятву пионера. Все хором они поклялись быть верными борцами за идеалы социализма и коммунизма, и тогда школьные комсомольцы каждому из них повязали на шею алый треугольный галстук. Потом заиграл гимн Советского Союза, и все новые пионеры впервые в жизни отдали в ответ салют – то есть подняли над головой вытянутую наискось правую ладонь! Всё это было очень торжественно, и поэтому юные пионеры гордились своим новым званием, ведь теперь они стали верными помощниками своих старших товарищей по борьбе – коммунистов!

Затем в столовой состоялся торжественный обед. На столах вместо надоевших всем супов и каш с котлетами стояли большие тарелки с красивыми пирожными и большущие бутылки с разноцветными соками и шипучей черной пепси-колой. И их можно было пить сколько захочешь, пока не лопнешь!

 

Домой Надюшка прибежала, вся сияя от счастья, и первым делом прямо с порога закричала:

- Бабушка, я теперь пионерка!

- Ну вот и хорошо, вот и ладно, - запричитала бабушка, - ну вот и не кричи! И не выделяйся, - и перекрестила сначала Надюшку, а следом и ее красный галстук. А потом повернулась лицом к иконе на кухне в углу и прошептала: «Ну вот и выросла внучка. Совсем взрослая стала».

- Бабушка, перестань меня крестить! - возмущенно потребовала Надюшка. - Как тебе не стыдно! Бога нет!

- Знаю, знаю… - согласно и покорно закивала в ответ головой бабушка. - Ну раз нет, так и нет…разве ж я спорю…разве ж вас всех теперь переспоришь…ну и ладно…Только ты об этом сама-то смотри, помалкивай, не кричи громко-то…

- Это почему же?

- Не гневи Боженьку… - привычно повторила бабушка.

- Не гневи Боженьку! - прохрипел большой попугай по кличке Клюв, который жил у них в квартире и действительно имел огромный клювище!

- Ну почему?! - опять возмутилась Надюшка. - Да ну тебя! Отстань,бабушка! Я теперь пионерка, атеистка и должна просвещать вас, старых и отсталых!

 

- Ну вот и не кричи, - повторила бабушка, - не гневи Бога! Он ведь все видит, все слышит!..

- Да ну тебя! - привычно отмахнулась от нее Надюшка. - Отстань! Надоела со своими старомодными причитаниями!

- Отстань! Надоела! - опять повторил попугай Клюв, который уже давным-давно выучил все Надюшкины фразы, потому что она повторяла их по сто раз на дню. - Отстань! Отстань! Да ну тебя! Надоела! Надоела! - бессмысленно тараторил он вслед за Надюшкой.

- И ты тоже давай, отвали от меня, магнитофон несчастный! Иди лучше рисуй себе! - прикрикнула на него Надюшка и стала перед большим зеркалом любоваться своим алым галстуком.

А Клюв действительно взял в одну лапу карандаш и начал царапать им по белому листу, который специально для него всегда лежал на столе. Клюв был попугаем необычным. Он умел не только говорить, но еще и рисовать. Хотя те мазилки, которые он всегда выводил, трудно было назвать настоящими рисунками, потому что его лапы – это совсем не то что человеческие пальцы. Его когтястыми закорючками невозможно было изобразить хоть что-нибудь красиво. Но тем не менее Клюв всё прекрасно понимал, и когда его, скажем, просили: «Нарисуй нам дом», то он обязательно рисовал только квадратики. А когда его просили: «Нарисуй нам солнце, или луну, или блин», то он в ответ непременно изображал только кружочки.

А дедушка все это время сидел в углу в кресле, читал газету да знай себе, смирно помалкивал…

Когда Надюшка наконец вдоволь налюбовалась собой и своим галстуком и отошла от зеркала, то она случайно взглянула на то, что нарисовал Клюв. На листе было что-то совершенно непривычное. Такое Клюв не рисовал еще ни разу.

- Бабушка! Дедушка! - позвала Надюшка. - Гляньте, что изобразил Клюв.

Бабушка взяла листок, долго рассматривала птичий рисунок, вертела его так и эдак и наконец определила:

- Белиберда какая-то! Птица она и есть птица. Что умного она может накарябать?

- А ну-ка дайте мне посмотреть, - попросил дедушка и наконец-то поднялся со своего кресла. Он всего на пару секунд посмотрел на листок и тут же определил:

- Ну какие же вы обе непонятливые! Лично мне все сразу ясно: вот – голова, вот – хвостик...

- Ну и что же это такое? - спросила бабушка.

- Хм, понятное дело – кошка!

Надюшка и бабушка расхохотались над дедушкой одновременно. Потом они еще раз внимательно изучили рисунок и вновь убедились, что никакой кошкой там и близко не пахнет!

- Смейтесь, смейтесь... - ни капли на них не обиделся дедушка. - А я вам еще больше скажу: этот котенок – белый!

- Да с чего ты это взял? - удивилась дедушкиной фантазии Надюшка.

- А потому что таким добрым может быть только белый котенок. Черный - злой!

- Хэ! - только лишь усмехнулась Надюшка еще раз и тут же про все это забыла напрочь и вновь направилась к зеркалу – любоваться собой и своим галстуком.

На этом все самые интересные события в этот день, казалось бы, и закончились. Если бы вечером Надюшка не услышала за входной дверью жалобный писк... Она открыла дверь – в подъезде у порога их квартиры стоял совсем еще маленький котенок и явно просился в дом именно к ним. Надюшке он тут же очень понравился! Она взяла его на руки, крепко прижала к груди и твердо решила, что котенок останется у них жить навсегда! И только лишь одно удивило и даже слегка встревожило Надюшку: котенок был совершенно белый – как сегодня и предсказал глупый попугай Клюв...

Котенка Надюшка назвала Плюшкой. Потому что он напоминал ей плюшевого котенка, которым она играла когда-то в раннем детстве. Клюв и Плюшка подружились с первого взгляда. Клюв сразу понял, что он гораздо старше Плюшки и поэтому должен заботиться о нем, как родной отец. Попугай мог часами своим огромным клювом перебирать каждую шерстинку на теле котенка. Клюв терпеть не мог беспорядка и поэтому не переносил, если Плюшка иногда был не причесанным. Тогда он громко кричал на котенка, не давал ему убежать, удерживал его лапами. Котенок сначала его боялся, но потом понял, что попугай хочет навести красоту, сделать ему модельную прическу, покорно затихал, и тогда Клюв укладывал его шерсть по всему телу красивыми волнами и одновременно делал ему массаж. Плюшка от несказанного блаженства мурлыкал и потом благодарно терся об огромные лапы Клюва. И вообще Клюв чувствовал себя самым мудрым в доме – главнее даже мамы и бабушки! И вместе с ними он просто обожал воспитывать Надюшку. Куда бы она ни пошла, что бы она в доме ни сделала, за ней всегда неусыпно следили два огромные желтые и абсолютно круглые глаза попугая. А если Надюшка начинала с кем-нибудь из домашних спорить, то Клюв подлетал к ней, садился близко-близко и начинал так возмущенно гоготать, стрекотать, щелкать и хрипеть, что Надюшка вскоре в ответ только обреченно махала рукой и замолкала, потому что перекричать Клюва было совершенно невозможно! Так они все и жили. И любили друг друга. Пока Клюв не нарисовал белого котенка, и этот котенок на самом деле не прибился к их дому. Потому что вскоре после этого начались таинственные события...

А началось все с того, что однажды Надюшка готовила домашнее задание по литературе и читала вслух какой-то рассказ, в котором говорилось о том, как плохо и голодно жилось одному крестьянскому мальчику при царях. Но потом проклятое сомодержавие свергли, мальчик стал пионером, и все у него в жизни с тех пор было только хорошо и празднично! В конце рассказа стоял вопрос: почему мальчику в самом начале жилось так плохо?

- Ну и почему же? - спросила бабушка, когда Надюшка закончила читать.

- Потому что царь был дурак! А большевики – молодцы! Они перестреляли всех богатых! Туда им и дорога, вот! - молниеносно сделала вывод Надюшка.

- Ох, господи! - опять закрестилась бабушка и вновь попросила, - не гневи Бога, внученька!

- Ну всё! Началось! - возмутилась Надюшка. - Вот расскажу всем учителям в школе, какая у меня отсталая бабушка, они заявят на тебя в милицию и тебе запретят меня воспитывать! Потому что ты учишь меня совсем не тому, что надо! - шутливо пригрозила она бабушке.

Но бабушка восприняла это совершенно серьезно и схватилась за сердце, а дедушка, который привычно в углу читал свою газету, вдруг крякнул от удивления, уставился на Надюшку в упор и вдруг сказал:

- Ну вот, мать, вот и вырастили мы себе внучку!.. Теперь она будет на нас доносить...

- Да я же пошутила! - успокоила их Надюшка. - Ну чего вы так всполошились? - и даже погладила бабушку по руке.

Через десять минут Надюшка уже совершенно забыла о том, как она напугала бабушку с дедушкой, и день продолжался как обычно. Но вот только ночью Плюшка почему-то несколько раз принимался жалобно мяукать, а Клюв тревожно стрекотать и щелкать. А наутро Надюшка и все члены семьи вдруг обнаружили, что на спине у совершенно белоснежного еще вчера Плюшки появилось большое черное пятно!..

- Откуда оно взялось? - удивился папа. - Шерсть может поседеть. Но молодые кошки вообще не седеют. Но чтобы белая кошка стала вдруг чернеть – такого еще не бывало! Это – новость! Надо будет позвонить журналистам – они приедут, сфоткают нашего Плюшку и он прославится. А заодно прославит и всю нашу семью.

- Ой, не к добру это!.. - испугалась черного пятна мама. - Это – к войне...или какому другому большому несчастью.. .Мне страшно!

-Ничего не бойся, дорогая! - обнял ее папа. - Я тебя никому никогда не отдам, никакому врагу! Ты всегда будешь только моей!

Но Надюшка первой догадалась, в чем хитрость. Она послюнявила себе палец, потом провела им по черному пятну на Плюшке и показала всем:

- Да это же самая обычная тушь! Смотрите сами. Это, наверное, дедушка так надо мной подшутил за вчерашнее, да?

- Я тут ни при чем! - отрезал дедушка.

- Знаю я тебя! - погрозила ему пальцем Надюшка. - Смотри у меня, хитрюга! Я выведу тебя на чистую воду! Кроме тебя, никто такого безобразия у нас придумать не может! - дедушка только пожал плечами, сел в свое любимое кресло и возмущенно надолго закрылся газетами. И никто не придал этому веселому происшествию никакого внимания.

Через несколько дней Надюшка пришла из школы и стала радостно рассказывать:

- Бабушка, а у нас в классе Светка Чипчина тяжело заболела. Так ей и надо, уродине!

- Ой, Господи! - привычно закрестилась бабушка. - Да что ты такое говоришь, внученька! Разве ж так можно – о людях! Зла им желать... Грех это! Да еще какой! Не гневи Боженьку, прошу тебя...

- Ну-у... опять закрестилась, запричитала, богомолка отсталая! - уже совсем грозно и по-взрослому прикрикнула на нее внучка.

Дедушка в кресле от возмущения аж закашлялся!

- А что с вашей Светой такое? - поинтересовалась бабушка.

- Да ничего особого, - небрежно отмахнулась Надюшка. - Воспаление легких. Двустороннее! Сквозняком ее сильно продуло, вот она и скопытилась, неженка несчастная!

- За что ж ты ее так ненавидишь? - поинтересовалась бабушка.

- А за что мне ее любить?! - возмутилась Надюшка. - Она - такая жадина и вредина!Все время у меня то цветные карандаши просит, то стерку, и я ей всегда даю. А вчера у меня паста в ручке кончилась, я попросила у нее новый стержень, так она мне фигушки дала! Представляешь, стержень пожалела для лучшей подруги! Вот ее Бог и покарал! За жадность!

- Ох, Господи! - аж упала на стул бабушка. - Да разве ж можно из-за такой мелочи, из-за стержня, людям зла желать?!

- Можно! И даже нужно! - огрызнулась Надюшка. - И не надо мне опять талдычить, что все люди братья и сестры! Знаю я эти ваши богомольские сказки! Вот как их наслушалась! - и показала себе ладонью выше головы. - И вообще больше не учи меня жить! Я уже совсем взрослая, вот! - и ушла в свою комнату.

Ночью Плюшка и Клюв опять вели себя очень тревожно, несколько раз даже будили всех своими криками, похожими на стоны. А утром у Плюшки черной была уже вся спина...

- Ну, дедушка! Надоел уже совсем со своими дурацкими шутками! - как обычно в таких случаях набросилась на него Надюшка. - Перестань издеваться над котенком!

Она уже привычно помуслюкала палец, провела им по черному пятну – пятно следа от туши не оставило...

- Хм, это не тушь... - подтвердил папа.

- А что ж тогда?! - уже совсем переполошилась мама.

- Наверное, ацетоновая краска или акриловая. Они быстро сохнут. Сейчас посмотрим, - папа взял большое увеличительное стекло и долго разглядывал Плюшку. - Нет, - наконец сообщил он, - это не краска. Если бы Плюшку покрасили, то частицы пигмента непременно легли бы и на кожу. А у Плюшки ничего подобного и в помине нет – кожа у него совсем чистая, розовая, как у младенца. А волосы на пятне черные целиком –от верхушки до корня.Такое чувство, что кто-то красил каждый волосок по отдельности. Чудеса...

Надюшка не поверила отцу. Точнее сказать, она не хотела ему верить. И поэтому, придя из школы, тут же облазила всю квартиру в поисках этой загадочной черной краски, которой пачкали Плюшку. То, что покрасить котенка не мог дедушка, Надюшка теперь поняла и сама – потому что так аккуратно покрасить каждый волосок за одну ночь невозможно никому. И уж тем более полуслепому дедушке, у которого больные пальцы не могли держать тонкую кисточку. Значит, это сделал только он один – попугай! Потому что больше было уже просто некому. Но никакой краски ни на шкафах, ни за коврами не было и в помине.

- Врешь! Не надуришь! - пригрозила Надюшка Клюву и показала ему кулак. - Будешь надо мной издеваться – в суп вместо курицы тебя отправлю! Понял?

И попугай прекрасно ее понял! Потому что впервые в жизни не заспорил с ней, а испуганно улетел на кухню и сел на плечо бабушке, прося этим защиты у нее. Надюшка подивилась неожиданной сообразительности Клюва и в эту ночь взяла Плюшку себе в кровать, а дверь в комнату закрыла на защелку, чтобы ни дедушка, ни Клюв не смогли тайком прокрасться и выкрасить Плюшку. Но всё было абсолютно бесполезно – на утро котененок был черным уже наполовину. Кроме всей спины, жгуче-черными у него были уже и хвост, и голова... Надюшка напрасно оттирала его и одеколоном, и всякими мамиными лосьонами – краска с его шерсти не сходила. Потому что это была совсем не краска...

Весь день в школе Надюшка не могла думать ни о чем как только о Плюшке. Она рассказала о своих преживаниях учительнице биологии, но та не придала этому происшествию ни малейшего значения:

- Ну, значит,такая порода у твоего котенка, - объяснла она Надюшке. - Многие животные со временем меняют свой цвет. А зайцы так вообще делают это два раза в год: зимой белые, летом серые.

- А почему летом они серые? - вдруг спросила Надюшка. - Ведь они бегают по траве, значит, должны быть зелеными, чтобы не выделяться. Или желтыми, если трава сухая.

- Хм, - впервые задумалась над этим странным фактом учительница, - действительно... Ну, об этом ты подумай уже сама, а мне некогда... - и она сделала вид, что торопится на совещание к директору.

А Надюшка поделилась своей проблемой с Ольгой, своей самой большой подругой и одновременно соседкой по парте. Ольга сначала сделала огромные глаза от испуга, а потом вдруг как самую страшную тайну сообщила, что у нее раньше в деревне была бабушка и она была колдунья – добрая, как в сказке, потому что помогала всем людям, которые обращались к ней за помощью. И от нее осталась толстенная колдовская книга. Она уже много лет лежит у них дома. Мама спрятала ее ото всех подальше, но Ольга все равно знает, где она лежит, и предложила Надюшке пойти к ней домой немедленно! Пока родители не вернулись с работы. И тогда Надюшка с Ольгой сбежали с уроков, Ольга нашла огромную колдовскую книгу в самом дальнем углу бабушкиного комода, и они принялись тщательно ее изучать. Но книга была очень мудрая, написана на древнеславянском языке и за полдня ничего в ней найти было невозможно. И тогда Надюшка с Ольгой договорились на следующий день не ходить в школу совсем. И как только Ольгины родители ушли на работу, они вновь принялись тщательно выискивать ответ. И наконец, нашли! Древняя книга прямо объясняла, что белый котенок – это Ангел в животном обличии. Если Ангел в виде котенка сам просится к вам в дом, значит, ваш Ангел-хранитель хочет в чем-то помочь вам или вообще спасти от страшной беды, нависшей над вами. А уж если этотАнгел в обличии котенка и вовсе начнет вдруг чернеть, значит, ваша совесть в чем-то очень и очень нечиста. И если немедленно не принять мер, то ваш Белый Ангел быстро превратится в Черного, то есть в черта, а если уж совсем откровенно и страшно, то в сатану!... А что делать конкретно, чтобы спасти своего Ангела-хранителя от его превращения в сатану, книга не объясняла.

После всего узнанного Надюшка была сама не своя. Она не помнила, как пришла домой, проплакала весь оставшийся день, потом весь вечер, а потом и всю ночь. У нее поднялась температура. Казалось, она перестала узнавать всех вокруг и только шептала:

- Черт! Черт! Черная совесть! Не верю! Выкиньте Плюшку из дому! Он всё врет! Врет!

Все в доме переполошились.

- Наша дочка сошла с ума! - определила мама и схватилась от отчаяния за голову. - Может, у нее дизентерия, холера или вовсе черная чума и она через двенадцать часов умрет!..

Поскорее вызвали врача. Но приехавший врач не определил у Надюшки ровным счетом ничего опасного – только лишь крайнее нервное истощение.

- Наверное, переучилась или страшных сказок начиталась, - сделал вывод он. И велел ей много спать и пить успокоительное.

Но Надюшка так и не смогла успокоиться, потому что Клюв всю ночь напролет опять кричал:

-Черт! Черт!

-Уйди отсюда, урод! Улетай в свою Африку. Там все – черные. А здесь тебе делать нечего! - закричала на него Надюшка.

- Сама уйди! - вдруг совсе уже по-человечески огрызнулся на нее Клюв и продолжал злобно вещать, - черт! Черт!

Утром Надюшка посмотрела на Плюшку – он весь стал черным!.. Белой оставалась одна только передняя правая лапка, самый ее кончик, там, где прячутся коготки.

 

- Бабушка! Дедушка! Я завтра умру... - пролепетала Надюшка и громко зарыдала...

У бабушки тут же случился сердечный приступ, и дедушка метался от бабушки к Надюшке, от Надюшки к бабушке, не зная, кому помогать, кого спасать первой. Наконец он уложил бабушку на диван и напоил ее успокоительным лекарством, которым врач велел лечить Надюшку. Бабушка вскоре после этого уснула, а дедушка сел на кровать возле Надюшки и грозно от нее потребовал:

-Теперь давай выкладывай всю правду!

- Дедуля! - едва сквозь рыдания смогла проговорить внучка. - У меня черная совесть!..

- С чего ты это взяла?! - изумился тот.

- Плюшка – не простой котенок.

- А какой же? - не понял дудушка.

- Он вообще не котенок.

- А кто же?

- Он – мой белый Ангел-хранитель. Пришел спасать меня. А я сделала его черным!.. Своими бессовестными поступками... И как очистить его опять до белого, я не знаю... - и она рассказала дедушке всё, что вчера вычитала в волшебной колдовской книге.

- Ну дела.. - только и смог едва прошептать в ответ дедушка, прослушав Надюшкин рассказ до конца.

- Что же мне теперь делать? Как быть? - не прекращала рыдать Надюшка.

- Ну, во-первых, нужно успокоиться. Ведь в книге не написано, что ты непременно умрешь, - заверил ее дедушка.

- Да?! А как мне жить с черной совестью дальше? - возмутилась Надюшка.

- Да, совесть очистить очень трудно, - полностью согласился с ней дедушка. - Некоторым людям это вообще не удалось сделать...

- Это кому же? - поинтересовалась Надюшка.

- Ну, например бабе Яге...

- Не хочу быть бабой Ягой! - опять в полный голос зарыдала внучка.

- Значит, совесть тебе придется очищать. И как можно скорее.

- А как ее очищают?

- А вот над этим надо подумать... - зачесал голову дедушка. - Давай вспоминать все подробно. Вообще с чего всё это у тебя началось?

- Не помню... - ответила Надюшка.

- А мне кажется, с того, что тебя приняли в пионеры.

- Ну и что с того? - спросила Надюшка.

-Ты тогда пришла домой такая вся счастливая-пресчастливая! А что тебе на это сказала бабушка?

- Она мне сказала: «Не гневи Боженьку» и еще прекрестила меня и мой галстук.

- Верно, верно. Я это хорошо помню, - согласился с ней дедушка. - Ну и что же дальше. Давай, вспоминай, рассказывай.

- А я посмеялась над бабушкой, назвала ее отсталой. А потом еще напугала ее тем, что расскжу об ее отсталости в школе и тогда ей запретят меня воспитывать.

- Да, всё было именно так, - подтвердил дедушка. - Именно в тот день, когда тебя приняли в пионеры, Клюв нарисовал котенка и сразу вслед за этим вечером к нам в дом и пришел Плюшка. Но он оказался вовсе не котенком, а твоим Ангелом-хранителем. Так?

- Да, всё так, - опять подтвердила Надюшка.

- И тогда он нам всем очень понравился. Особенно Клюву. Клюв от твоего Ангела ни на шаг не отходил. А теперь он его боится. Шарахается от него, как от врага! А почему?

- Почему? - тоже спросила Надюшка.

- А вот сейчас узнаем, - сказал дедушка и подозвал к себе Плюшку, - кис-кис-кис.

Черный котенок с радостью бросился на кровать к Надюшке, но она его зло отпихнула от себя прочь! Дедушка взлял Плюшку в руки, погладил его по голове и вдруг испуганно ойкнул...

- Что с тобой?! - в свою очередь испугалась Надюшка.

- Кажется, у котенка начали расти рожки... - ответил дедушка.

Надюшка брезгливо пощупала Плюшку между ушей – и точно! Там появились два маленьких, но уже очень заметных бугорка.

- Рожки... Мой Ангел уже начал превращаться в самого настоящего черта... - едва смогла произнести Надюшка, и у нее даже сперло дыхание! Она не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.

- Молчать! Не рыдать! - приказал ей дедушка, увидев, что она готова закричать от ужаса. - Еще не все потеряно! Ситуацию еще можно спасти.

- Как? - едва смогла спросить Надюшка.

- Если твой Ангел-хранитель пришел к тебе в тот самый день, когда тебя приняли в пионеры, значит, ему именно это и не понравилось.

- Что же мне теперь делать? Выходить из пионеров? Надо мной в школе все будут смеяться. У нас все – пионеры. Вся школа. Весь город. Вся страна! Я не могу выделяться.

- А ты и не выделяйся, - пояснил дедушка. - Бабушка тогда сразу так и сказала: будь себе пионеркой на здоровье. Но не выделяйся! Не гневи Боженьку! А ты ей что на это ответила?

- А я ответила, что Бога нет! - вспомнила Надюшка.

- Да именно так ты ей и сказала. Вот Боженька и решил тебе показать, что он все-таки есть. Вот именно для этого он и прислал тебе твоего Ангела-хранителя. Чтобы он тебя спас.

- От чего? От пионерии? - не поняла Надюшка.

- Нет, от неправды! - объяснил дедушка.

- Какой?

-Ты сказала, что Бога нет, вот Бог тебе и показал, что это – неправда. И на самом деле Бог есть!

- Но нам запрещают верить в Бога! - почти крикнула Надюшка

- Кто запрещает?

- Учителя!

- Знаешь, внученька, вот тут они и ошибаются, - усмехнулся дедушка.

- Кто? Учителя?! - возмутилась Надюшка.

- Да, - сказал дедушка.

- Учителя не могут ошибаться! Им это запрещено законом! Они всегда правы! Для этого они и существуют! И вообще у нас в стране все – атеисты. Бога нет!

Плюшка в это время громко замяукал и почему-то начал лизать Надюшке руку.

- Вот видишь, твой Ангел-хранитель пытается тебя образумить. В последний раз! Завтра уже будет поздно... Если не одумаешься, завтра он уже весь станет черным и превратится в черта! - предупредил дедушка.

- Значит, мне теперь придется ходить в церковь? Все время молиться, креститься, да? - испугалась Надюшка. - Да меня же за это из школы исключат!

- Никуда не ходи, не молись, не крестись, если не хочешь, - успокоил ее дедушка. - Но и не обижай Боженьку. Не говори, что его нет. Он ведь все равно есть. И когда ты его уже слишком сильно обижаешь, он тебя вон как наказывает! – указал дедушка на черного Плюшку.

- Значит, все-таки учителя врут, что Бога нет?

- Нет, не врут, - объяснил дедушка. - Просто они делают вид, что его нет. А в душе все равно хотят, чтобы он был!

- Как это? - не поняла Надюшка.

- Ну вот смотри. Когда ты упадешь и сильно ушибешься, ты что кричишь?

- Мама! Что же еще? - ответила Надюшка.

- Правильно, - согласился дедушка. - И я тоже, когда был маленьким и когда мне было больно, кричал «мама»! А потом я вырос, моя мама умерла и звать на помощь мне стало некого... И что же говорят взрослые люди, когда им становится очень плохо? - спросил дедушка.

- Что? - спросила его Надюшка.

- Они не кричат, но беззвучно внутри себя произносят: «Господи, спаси и помилуй! Помоги мне. Прости меня, если я в чем-нибудь согрешил и обидел тебя. Только не оставляй меня милостью своей!» Вот так Бог заменяет людям их маму... И людям от этого становится легче. А иначе просто невозможно жить – без чьей-нибудь помощи!..

- И Бог всем помогает? - усомнилась Надюшка.

- Нет, не всем, конечно. Ведь кого-то все равно нужно хоть иногда наказывать. Иначе народ совсем разбалуется. Но многим он действительно очень помогает! Иногда в самую последнюю-препоследнюю минуту...Так что верить в Бога нужно всегда!Даже когда тебе кажется,что он нарочно делает тебе плохо...

- Теперь поняла, - ответила Надюшка. - Хорошо, больше я не буду гневить Бога. Может, мне совсем не носить красный галстук?

- Опять же тебя повторяю – не выделяйся! Будь как все. Но про себя помни, что это не просто галстук.

- А что же? - удивилась Надюшка.

- Ну это как бы маленький огонек, язычок пламени. Пусть он тебя как бы согревает. Но только знай, что это не кусок красного пролетарского знамени – а пламя твоей веры в Бога! Не в социализм. Не в победу коммунистической партии, а веры только в одного его – в Бога! И тогда это тебя спасет от многих несчастий.

- Дедушка, а ты меня не обманывешь? - все еще не до конца верила ему Надюшка.

- Нет, внучка, тебя я обманывать никак не могу. Ведь ты - моя самая родная внучка на свете! Ну кто еще тебе скажет правду, кроме нас с бабушкой?Твои родители все время на работе, очень устают, им не до тебя. Учителя в школе еще и сами-то не все в жизни понимают. Ну кто тебе еще передаст всё, что мы узнали в жизни? Только я да твоя бабушка. Ведь я и сам, когда был маленьким, верил и в красное знамя мировой революции, и в победу дела Ленина. А вот когда пришла настоящая беда и началась война, и я стал солдатом, то перед атакой я всегда шептал: «Господи, спаси и помилуй! Спаси и помилуй!» Нас обстреливали из пулеметов и из пушек, бомбили с воздуха, а нам все равно несмотря ни на что нужно было встать с земли и броситься в атаку! И тут уже никто не верил ни в Ленина, ни в мировую революцию, а все верили только в Бога! И молились ему! Ой как молились! И он меня спас! И не один раз. А если бы не спас, то сейчас не было бы ни твоих родителей, ни тебя... Так что, внученька, не гневи Боженьку, он этого ой как не любит!..

И с тех пор Надюшка перестала гордиться тем, что она пионерка и уже никогда и никому не заявляла гордо, что она атеистка! И вообще всё теперь делала так, чтобы не гневить Боженьку. И все у нее в ее маленькой жизни стало налаживаться. И Плюшка вскоре из черного стал опять белоснежным. А потом он исчез вовсе – видимо, улетел опять к себе – туда, на небо, откуда и прилетел к Надюшке, чтобы спасти ее от несчастья.

 

А попугай Клюв стал еще умнее, научился рисовать облака, и когда его спрашивали: «Где теперь наш Плюшка?» - он всегда громко отвечал:

- Небо! Небо! Небо!..

----------------------------------------

 

Дядя Коля часто играл с нами перед своим дежурством, помогал нянечкам укладывать нас в постель и видел, как некоторые из нас упрямились и делали всё назло и ему, и нянечкам. И тогда он не выдерживал и чисто машинально говорил таким из нас «у! мордовский характер!» или «у! чистпородная мордва!» Нам это было совсем непонятно, потому что мы не знали, что такое «мордва», и однажды попросили его:

- Дядя Коля, а расскажи нам сказку про мордву!..

Он просто опешил от такой нашей просьбы и спросил нас:

- А откуда вы узнали, что существует такой народ – мордва?

-Так ты же сам нас обзываешь мордвой, когда на нас злишься.

-Да-а?!.. - не поверил он нам. - Даже не замечал такого. Больше не буду...

- А почему не будешь? - стали приставать мы с расспросами. - Это – что? Нехорошее слово, да?

- Вы что? - тут уже совсем не на шутку возмутился дядя Коля. - Да я сам родом из самых что ни на есть мордовских мест! Из касимовского села Квасьева. И все коренные мордовские женщины – самые раскрасавицы в мире!

- Ну вот и расскажи нам об этом, - стали уже требовать мы.

- Про мою родину? А что – это дело! Обязательно в следующий раз расскажу. На это я – мастак! Спасибо, детишки, что настропалили меня на эту мыслю! Пойду – подумаю...

И он опять ушел дежурить, а в следующий раз рассказал нам очередную сказку.