Полина Патрикеева

 

 

Патрикеева Полина Сергеевна

Место учёбы: Университетские классы при УлГПУ им. И. Н. Ульянова

Совсем недавно заметила у себя склонность к литературе и писательскому искусству. Пишу повести, а также стихотворения. Помимо этого, занимаюсь вокалом, рукоделием, фотографией, немного рисую и танцую. 

Разносторонность - черта, очень мне свойственная.

Мы часто не понимаем других и не хотим понимать, думая, что мы лучше

Вступление

 

Привет, меня зовут Ева. 

Читатель, как ты думаешь, кто я? Наверное, многие ответят: «Какая-то девочка или девушка, решившая вести личный дневник», но это не так. Я – канарейка, живущая в обыкновенной квартире города ***. У меня есть хозяйка, обеспечивающая мою жизнь, «сожители» (так я называю остальных членов семьи), а также странные существа, которые передвигаются в большом стеклянном ящике, наполненным водой. Любой, кто живёт со мной, назовёт их РЫБАМИ. Я же их провозгласила «Водняками».

Меня часто выпускают полетать по комнате хозяйки, но мне не очень нравится это занятие. Моё время пребывания вне клетки никогда не превышало десяти минут, и, когда я в очередной раз, сделав круг, возвращалась обратно в «свой домик», хозяйка махала на меня рукой и закрывала дверцу клетки. «Все птицы летают, а она сидит на жёрдочке да прыгает, словно не птица вообще», – жаловалась девушка.

Но не всё так просто, как думают многие. На самом деле птицы тоже могут чувствовать что-то не только физически, но и морально, они тоже могут что-то решать, обдумывать. В конце концов, излагать свои мысли, чем я и начинаю заниматься. Я веду личный дневник. 

 

День 1.

 

И я снова проснулась раньше всех!

Мне, как обычно, удалось разлепить глаза в пять часов утра и сразу увидеть за окном картину, знакомую мне как свои собственные перья: солнце плавно поднималось из-под горизонта, с каждым разом становясь всё ярче. Позади небесного тела виднелись яркие краски фиолетовых, синих, жёлтых, оранжевых и красных оттенков, словно мазки масляных красок, оставленных художником по имени Небо.

Вот уже появились первые солнечные лучики, которые падали на всё, что находилось под ними. Одной из них стала и я: тонкая и игривая солнечная струйка света резко пала на моё крыло и стала освещать мои перья. Позже, на крыло упал уже не один, а целых два лучика солнца, которые, вместе с первым, составляли светящиеся мозаики.

Я, немного полюбовавшись рассветом, спрыгнула с жёрдочки-качели и села на обычную. Поправила свои крылья, хвост и выпила немного воды из первой кормушки. Как только я прыгнула ко второй кормушке, я вдруг заметила, что зёрен в нём не осталось. «Вот не повезло!, – подумала я, – сейчас хозяйку не позовёшь, она спит, а если начну кричать и чирикать, придёт старшая женщина (так я называю маму своей хозяйки) и снова скажет: – «Опять эта птица!» –

Потом она возьмёт клетку и отнесёт её в зал, где очень скучно и не на что смотреть. А если она вообще меня к балкону отнесёт (как обычно делает), то я ещё и замёрзну». Тут я спрыгнула с жёрдочки и стала прыгать по листам бумаги, когда-то бывшие геометрией, и искать там остатки зёрен, которые я случайно роняла из клюва во время трапезы. Что меня очень раздражало, так это вечно шуршащие под лапами листы. Стоит мне лишь прыгнуть – слышно на всю квартиру.

Вдруг я услышала неприятные скрипящие звуки из соседней комнаты. Проснулась старшая женщина.

«Нет, нет, нет! Только не иди ко мне, не иди! Пожалуйста, оставь меня здесь!», – только и думала я, но, кажется, мои мольбы так и не были услышаны – она шла ко мне.

– Опять эта птица! – недовольно буркнула женщина и взяла мою клетку за «вешалку». – Как будто там не маленькая птичка, а какой-то слон!

С этими словами она направилась со мной в зал.

Там меня поставили на подоконник, который находился как раз рядом с балконом.

«Всё, сегодняшний день не удался», – подумала я и стала ждать, когда все встанут.

Дальше писать не буду, так как меня переместили в зал, где нет ничего интересного.

 

Вывод, сделанный сегодня: «Не прыгать утром по подстилке». 

Ева. 

 

День 2.

 

Я правильно сделала, что не стала писать полностью вчерашний день, потому что там действительно не было ничего интересного: сначала транспортировка меня в зал, затем кормление и дальше прыганье по клетке и чириканье…

Сегодня, на моё же собственное удивление, я встала в восемь часов утра. Громко чирикнув, я ожидала увидеть перед собой хозяйку, стоящую передо мной в ночной сорочке, но такого не произошло. Как позже оказалось, все уже просто ушли. Но я даже представить не могла, что это не единственное моё удивление на сегодня!

Утром, приводя в порядок свои пёрышки, я вдруг услышала, что кто-то усердно стучит в окно, находящееся прямо передо мной. Когда я повернулась, чтобы увидеть того, кто это так настойчиво делал, я чуть не упала с жёрдочки – на тарелке, со странной надписью «Триколор», сидела, поджав под себя лапки, ПТИЦА!

– Откуда там взялось существо, так похожее на меня? – я стала громко чирикать и нервно прыгать на стенки клетки, – там же очень холодно! Вот, смотрите, повсюду белые штуковины, значит, холодно!

Эта птичка была такой же маленькой, как и я, но расцветка оказалась немного другой: грудь была полностью жёлтой, крылья практически чёрные, но яркий свет солнца показал, что перья крыльев имеют и тёмно-синий отблеск, головка тоже немного поблескивала синевой, но из-за этого глаза птички еле заметны.

Пока я так бурно реагировала на ситуацию, та продолжала спокойно на меня смотреть, будто очень хорошо знает меня и считает, что удивляться тут нечему.

Вдруг птичка резко взлетела с «Триколора» и стала стучать своим маленьким клювиком по стеклу. Я же продолжала прыгать и громко чирикать, как неожиданно птица просто взяла и улетела.

Я даже не знаю, что тут написать. 

Послышался звук открывающейся двери – пришла хозяйка.

– Привет, Ева! Я пришла! – уловила я из коридора, начиная радостно чирикать.

Девушка вошла в комнату.

– Ну что, как у тебя дела? Чем занималась? – вдруг хозяйка взволнованно спросила, – Ева, тихо, сзади тебя птичка…

Я обернулась. За окном снова летала эта самая жёлтогрудая.

– Что, уже друзей нашла? – с усмешкой спросила моя хозяйка, – у нас тут синички живут, вот тебя, наверное, увидели и стали думать, почему же там птица в каком-то ящике сидит.

Ух, ничего себе! Я тут думала, почему эти СИНИЧКИ в мороз летают, а они, оказывается, думали совершенно по-другому!

– Ладно, Ева, я пойду, переоденусь. – бросила девушка и направилась к гардеробной.

Вечером я снова наблюдала за картиной «Как моя хозяйка несколько часов подряд пишет, или, как говорят мои сожители, ДЕЛАЕТ УРОКИ».

Сначала она спокойно что-то пишет, затем начинает возмущаться насчёт этой, как её там… Точно, вспомнила! Насчёт непонятной АЛГЕБРЫ. Потом быстро пишет в другой тетрадке, видимо, это не алгебра, потому что там она делает всё спокойно и мыслит без всяких возмущений.

Далее, постепенно темнеет небо, и процесс, называемый закатом, а также очень схожий с рассветом, преследует его. Окна домов начинают гореть ярким светом, транспорта на дорогах становится больше, люди спешат в свои убежища, чтобы согреться после холодного зимнего дня…

Ну а я?

Я запрыгиваю на жёрдочку-качелю, прячу одну лапку под себя, а на другой стою, превращаюсь в небольшой, но очень пушистый комочек, прячу под крыло свою голову и, тихо дыша, засыпаю.

 

Вывод, сделанный сегодня: «Этот мир очень странен».

Ева. 

 

День 3.

 

Сегодня произошло нечто странное и загадочное. Но обо всём по порядку…

Я мирно сидела на жёрдочке, готовясь ко сну. За окном уже начинало темнеть, значит, пора спать. Вдруг послышались звонкие голоса из прихожей – пришла хозяйка и сожители. Это было как-то странно, потому что обычно они не устраивали такой гам сразу после прихода домой. Я пыталась разглядеть, из-за чего же такой переполох, но вместо чего-то грандиозного я увидела ёлку, которую старший мужчина аккуратно положил на пол.

«Зачем он принёс в дом ёлку?», – думала я и пыталась понять, зачем вдруг нашему семейству она так срочно понадобилась.

– А когда мы будем её наряжать? Я очень хочу её нарядить! – вскликнул младший сожитель.

Тут я встала в ступор.

«Ёлку?! Наряжать ёлку?! Что тут происходит?!», – размышляла я, уже думая, что мои сожители – ненормальные.

А диалог всё продолжался:

– Скоро будем, сын. Умойся, переоденься, а потом будем наряжать!

– Ладно…

– Ира, а ты купила новые игрушки? У нас те все разбились.

– Конечно! – после этих слов старшая женщина достала из сумки блестящие ярко-синие шарики на серебряной ниточке.

– Хорошо.

Тут в комнату зашла хозяйка и восторженными, желающими поскорей что-то сделать глазами сказала мне:

– Ну, Ева, пойдём в зал, будешь смотреть, как мы к Новому году готовимся! Сейчас будем ёлку наряжать!

Девушка взяла мою клетку и поставила на большой стол в гостиной. «Это лучше, чем стоять на подоконнике, находящемся вплотную с балконом», – подумала я и стала наблюдать картину, довольно странную и совершенно не ясную мне.

Сначала старший мужчина подточил небольшим ножиком ствол ёлки. Затем он поставил ёё на некую подставку, на которой хвойное дерево стало крепко держаться. Принесли огромную кастрюлю (да-да, кастрюлю) и стали вытаскивать оттуда яркую мишуру, сверкающую при каждом попадании на неё лучика света, равномерно распределяя по всей поверхности ёлки. Далее, из кастрюли уже выпадала не мишура, а те самые шарики, которые старшая женщина совсем недавно приобрела. Дети тянулись за этими большими, обсыпанными блёстками шарами и жаждали скорее повесить его на ель. Когда дерево было уже полностью обвешано и мишурой, и синими шариками, из посуды взяли цепочку. По крайней мере, сначала мне так казалось. Но, когда её, так же как и мишуру, развесили по тонким иглам дерева, кто-то подключил вилку, висящую на конце цепочки, в розетку, она замигала разноцветными огоньками, и разные узоры стали появляться на поверхности ели. В конце, старший мужчина достал большую красную звезду и, словно в знак завершения того дела, возвысил её на макушке дерева.

– Ура! – вскрикнули дети и стали осматривать ёлку со всех сторон.

«А всё-таки красиво…, – подумала я, – Но никак не могу понять, как связано наступление Нового года с елью!»

Вдруг ко мне подошла хозяйка и сказала:

– Завтра Новый год! Ева, почему ты не рада? Это ведь такой шикарный праздник! Вот увидишь, тебе понравится!

Я пристально смотрела на хозяйку своими чёрными глазами-бусинками. Тут она, словно прочитав мои мысли, сказала:

– Наряжать ёлку – это традиция, которая стала соблюдаться нашими предками очень-очень давно. Тебе этого, возможно, не понять, но это очень интересное зрелище! Дождись завтрашнего дня, и ты всё увидишь!

 

Вывод, сделанный сегодня: «Я многого не понимаю в этом мире».

Ева. 

 

День 4.

 

Сейчас я снова нахожусь в зале, но на этот раз не на подоконнике, а на барной стойке, где легко могу воровать кусочки яблок, находящиеся сверху.

В центре комнаты стоит большой стол, за которым расположились все мои сожители. На этом самом столе, покрытом белой скатертью, стояли большие вазы с фруктами, салатами, а также прочая праздничная пища.

Ёлка, продолжая сверкать пушистой мишурой, цепочкой с разноцветными огнями, большими и маленькими шариками, придающими дереву больший шарм, также огромной звездой, находилась в углу гостиной и завораживала каждого, кто проходил мимо. Под стволом ели расположились довольно крупные разноцветные коробки, в которых лежали конфеты и всё, что от них осталось. Это были «Сладкие подарки», подаренные родителями моей хозяйке и младшему сожителю.

Вдруг все, кто находились за столом, замерли. Я последовала их примеру.

В телевизоре появился мужчина, которого все мои сожители называли ПРЕЗИДЕНТОМ или, попросту, Путин. Владимир Владимирович Путин. Надо запомнить…

Ой, я отвлеклась.

Так вот, в начале Владимир Путин, позади которого был фон Кремля, поздравлял всех россиян с Новым Годом, затем на экране телевизора появились те самые куранты, только в большем масштабе. Я прислушалась. Стрелки на циферблате содрогнулись, и послышался оглушительный «Бум!». Как только «Бум!» прозвучал двенадцать раз (именно двенадцать), все громко крикнули «Ура!». Я, решив влиться в общество, стала громко чирикать. Чуть позже меня заметил младший сожитель и, подойдя к клетке, спросил: «Ева, а ты почему не спишь?». Сначала я хотела возмутиться, будто ещё рано, но, лишь взглянув на часы, обомлела – стрелки показывали двенадцать часов ночи! «Так вот почему в телевизоре часы пробили двенадцать раз! Это такое время!», – подумала я и радостно закричала. Я догадалась!

А ведь хозяйка-то была права, ведь всю ночь я не спала, наблюдая за этим прекрасным праздником – Новым Годом.

 

Вывод, сделанный сегодня: «Прислушиваться к хозяйке».

Ева. 

 

День 5.

 

Как красиво!

Небо то и дело блистало разноцветными огнями, которые, взрываясь, образовали большие многоцветные звёзды. Это, конечно, было не так приятно – вечно слышать, будто что-то взорвалось, но такая красота того стоила.

Хозяйка держала мою клетку за «вешалку» и старалась подставить меня как можно ближе к стеклу. Сожители возмущались, приговаривая:

– Убери ты эту птицу! Что ей тут делать?!

Девушка заступилась.

– Это не птица, а Ева! Я же не называю вас «Человек»!

Сожители усмехнулись, но я была довольна, ведь я играю некую роль в жизни этого человека.

Под звуки разговоров я начала засыпать…

Выводов нет. 

Ева.

 

День 6.

 

Я счастлива! Очень счастлива!

Поверить не могу, что меня берут с собой в деревню! Я ни разу не была за пределами своей квартиры (разве только в зоомагазине, откуда меня увезли в коробке из-под корма).

Я много слышала об этой деревне от своих сожителей, и моему сердцу очень хотелось там побывать. Больше всего я доверяю своей хозяйке, а она-то всегда отзывалась о деревне хорошо.

Все сожители суматошно бегали по всей квартире, пытаясь собрать всё самое необходимое для поездки. Я же спокойно сидела в клетке, поджав под себя лапку, и думала: «Зачем так суетиться? Мы же всего на два дня уезжаем…».

Вдруг громкий крик старшей женщины заставил меня вздрогнуть:

– Джинсы! Где мои джинсы?! – вскрикивала она, открывая все сумки, – Серёж, ты видел мои джинсы?

Старший мужчина отрицательно покачал головой.

– Эх-х-х… – досадно вздохнула она и на этот раз побежала на балкон.

Мимо меня пробежал младший сожитель, пытаясь найти свою МАШИНКУ. Чуть позже в комнате появилась хозяйка, складывающая в свой рюкзак книги, одежду, блокнот и другие ненужные вещи (так говорила старшая женщина, поэтому я тоже решила их так называть).

Дальше писать пока не буду, ничего интересного.

 

Сейчас еду в машине и сижу на коленях у хозяйки. Очень повезло, что она уговорила старшего мужчину сесть мне и ей на переднее сиденье, ведь я могу видеть прекрасные пейзажи зимнего ***ого пригорода: деревья, месяц назад казавшимися голыми из-за недостатка листьев, теперь покрывали толстые шали серебряного снега, будто пытаясь защитить эти беззащитные веточки от лютого холода, так и пытавшегося убить последние капли жизни дерева. Небо покрыто пышными кучевыми облаками, очень напоминавшими сахарную вату.

Красота.

Теперь стало ещё комфортнее. Включили радио.

Прибор стал изливать из себя прекрасные песни, которые мы с хозяйкой так любим слушать. Я даже стала немного подпрыгивать в такт.

Я взглянула в окно и не поверила своим глазам – за стеклом, прямо рядом с машиной, летела та самая СИНИЧКА и периодически поглядывала на меня. Моё громкое «Чирик-чирик» заставило сожителей обернуться.

– Угомони свою птицу! – вскрикнула с заднего сиденья старшая женщина.

– Это Ева! – ответила той хозяйка, – она просто увидела синичку, не надо сходить с ума из-за мелочи.

СИНИЧКА скрылась из виду.

Тут мою клетку накрыли каким-то одеялом, и я, продолжая вспоминать ту птицу, заснула.

 

Думаете, птицам не снятся сны? Если да, то вы ошибаетесь, ещё как снятся!

Например, вчера мне приснилось, как будто я купалась в большом-большом озере и в нём чистила свои крылышки, из-за чего они стали сверкать на палящем солнце.

Но сегодня, пока я ехала в машине, мне приснилось нечто необыкновенное, что я запомню навсегда…

Я сидела НА ВЕТКЕ! Да-да, именно на ветке и смотрела на звездопад: с неба падали маленькие сверкающие кристаллы, заставляя блестеть всё тёмно-синее бархатное небо. Сначала их было немного, но потом… Звёзд стало всё больше и больше, пока, наконец, они не покрыли всё небо. Вдруг издалека мне показался чей-то силуэт. Он приближался ко мне, как-то давал знаки, пытаясь оповестить о своём приближении, и, когда он приблизился ко мне вплотную, я поняла, что это… СИНИЧКА! Та самая СИНИЧКА, которая постоянно меня преследовала!

– Ева… – тихий шёпот заставил обернуться, – Ева…

Тут я разлепила глаза и увидела перед собой хозяйку, пытавшуюся меня разбудить.

– Ева, – начала она, – давай просыпайся, мы приехали!

Обвела взглядом комнату. Правда, уютненько!

По бокам небольшой комнатки стояли две аккуратно прибранные кровати, рядом с которыми расположились большие узорчатые ковры. С потолка свисала люстра, освещая всю обитель мягким светом. В самом углу стоял огромный письменный стол, над ним возвышались маленькие полочки с различными книгами в цветных обложках, пол покрывал мягкий деревенский ковёр.

Я ответила хозяйке, довольно чирикнув.

– Ладно, – усмехнулась девушка, – идём, я познакомлю тебя с моими родственниками!

Тут я направилась в другую комнату, поэтому опишу всё остальное завтра.

 

Вывод, сделанный сегодня: «Все мои представления о мире оказались ошибочными. Он гораздо больше, чем я думала».

Ева. 

 

День 7.

 

Как и обещала, сегодня я напишу об этом самом домике в деревне.

Сразу после того как хозяйка вынесла меня и клетку из этой уютной и тёплой комнаты, я увидела просторную гостиную, которая, так же, как и спальня, отражала в себе все черты стиля «Кантри». Стены завешаны большими и маленькими картинами неизвестных художников, стены покрывали узорчатые обои, в самом центре расположился широкий деревянный стол, покрытый тонкой белой ажурной скатертью и, словно дополняя всё это, рядом с дверью, ведущей на кухню, стоял огромный стеллаж, переполненный тонкими и толстыми книгами в тёмно-красных и изумрудных переплётах, которые сохранились со времён СССР. Как оказалось позже, эти тома бабушка и дедушка хозяйки выписывали, собирая целые коллекции, которые теперь нигде не найдёшь, разве только в этой деревенской библиотечке.

– Бабушка, смотри! – вскрикнула хозяйка, поднеся меня к пожилой женщине, сидящей на белой табуретке, – Это Ева.

Я пристально посмотрела на женщину и замерла – так я делаю всегда, как только вижу незнакомых людей.

– Красивая птичка, – ответила она, – надеюсь, Васька её не съест?

В конце фразы женщина усмехнулась.

 

Примечания: чуть позже я узнала, что Васька – это местный рыжий кот, который очень любит поесть.

 

– Нет, – ответила той девушка, – я комнату закрывать буду, тем более, вы не разрешаете его впускать в детскую.

– Это правильно. Ладно, давай обедать.

И я сразу оказалась в тёплой спальне, где меня закрыла хозяйка.

«Так Васька точно до тебя не доберётся», – сказала девушка перед уходом.

 

Сейчас я сижу на жёрдочке и смотрю в окно, за которым вижу прелестный палисадник. Я слышала, что в нём летом очень красиво – повсюду цветут пионы, хризантемы, вишня, слива и множество других неизвестных мне цветов. Но, приехав сейчас сюда, я поняла, что это садик красив не только летом. Он продолжает красоваться и зимой.

Сейчас палисадник очень напоминает ледяной садик при дворце Снежной королевы: с деревьев, словно с крыш зданий, свисают сверкающие хрустальные сосульки… Мне почему-то сразу захотелось подлететь к дереву и ударить клювиком по одной, ведь мне кажется, если дотронуться до сосульки, она, столкнувшись с другими, издаст приятный звук, похожий на звон колокольчика.

Но не только «хрустальные деревья» меня привлекали в этом саду.

Огромные сугробы покрыли всю поверхность земли, и снежный слой, получившийся слишком толстым, чуть не доходил до стекла! На мой взгляд, этот ковёр очень плотный, поэтому мне сразу захотелось попрыгать по нему, даже не боясь, что провалюсь. Да как я провалюсь-то? Я слишком лёгкая…

 

Пишу ночью. Спать не хочется.

Несмотря на то, что все спят, я продолжаю слышать некие звуки и позже понимаю, что это посапывание младшего сожителя. Хозяйка тоже спит.

Как только я собираюсь положить свою голову на крыло, чтобы ещё раз попробовать заснуть, я вижу некий силуэт, приближающийся к окну. И… тут сразу вспоминаю сон в машине, ведь, когда фигура почти рядом со стеклом, понимаю, что это та самая СИНИЧКА!

«Она издевается?!», – думаю я и пристально смотрю в глаза птице. Та делает то же самое. Вдруг форточка окна открывается, и сюда влетает СИНИЧКА. Она выпускает меня из клетки, и я выхожу оттуда, любопытство побеждает.

Тут птица вылетает из форточки, и я лечу за ней.

Завтра утром напишу, что же было.

 

Вывод, сделанный сегодня: «Если хочу прожить интересную жизнь, то я должна совершить сумасшедший поступок».

Ева. 

 

День 8.

 

Домой я вернулась в четвёртом часу утра.

Хочу заявить, что это какая-то мистика, зачем я только полетела? Ах да, больше покидать помещения не буду, слишком холодно!

Я летела изо всех сил, стараясь догнать эту странную птицу.

СИНИЧКА же неким образом то появлялась, то исчезала, постоянно обгоняя меня. Я уже перестала замечать, что улетела довольно далеко: подо мной уже не было маленьких домиков, из которых выглядывали маленькие лучики света, внизу были лишь бескрайние пустые поля.

Вдруг я сравнялась с СИНИЧКОЙ и попыталась врезаться в неё, чтобы та смогла остановиться, но тут она внезапно влетает в ветви сирени и скрывается.

«Да ну её!, – сказала я сама себе, – ещё тут мучиться буду!».

После этого я направляюсь в обратную сторону.

Мистика…

Сейчас двенадцать часов дня, и все мои сожители отправились на обед. В комнате я одна, поэтому могу спокойно вести свой дневник.

 

Наконец-то я разглядела Ваську!

Я представляла его худым, активным котом, бегающим по всему дому в поисках развлечении, но разочаровалась в своём мнении, лишь увидев его. На самом деле Васька – толстый, рыжий и ленивый кот, который то и делает, что, посапывая, дремлет под большой, сверкающей своими огнями в зале, ёлкой. Мне даже сначала показалось, что это не кот идёт, а собака, которая немного переела, но… я снова ошиблась.

 

«Тик-так», «Тик-так».

Вот это звуки! Никогда раньше их не замечала из-за постоянного шума гостей, а теперь…

Как-то странно они на меня влияют. Нет, я не начинаю кричать на всю комнату человеческим голосом, как это принято в сказках. Я пристально наблюдаю за этими звуками, затем почему-то сажусь на жёрдочку-качелю и замираю, будто заколдованная. Для меня «Тик-так» – это некая волшебная песня, которая, словно сирена, накрывает меня своей шалью чар, и я, поддаваясь, засыпаю в этой спокойной идиллии звуков…

– Ева, не спи! – я просыпаюсь и вижу перед собою младшего сожителя, упорно пытающегося меня разбудить.

Впрочем, это не трудно, ведь я реагирую на малейшее движение.

Вдруг в комнату заходит хозяйка и громко говорит ему:

– Опять ты её разбудил?! – кричит она, – ты бы лучше бабушке помог, а не мешал тут всем!

Мальчик убежал. Как я поняла, «помогать кому-то другому».

Полностью проснувшись, я поняла, что не ела весь день, и решила позвать хозяйку дать мне корма.

По всей комнате ходили мои крики, а девушка металась, ища эту злополучную упаковку с кормом.

И вот я получила своё.

Хочу сказать, что дальше день был очень нудный и не вёл за собой никаких интересных событий.

 

Вывод, сделанный сегодня: «Я начинаю понимать, что такое окружающий меня мир – это большое неизведанное пространство, которое, возможно, навсегда останется неизведанным».

Ева. 

 

День 9.

 

* – След птичьей лапки. 

 

День 10.

 

Да! Да! Да! И ещё раз «да»!

Меня перенесли в зал, и наконец-то я увидела ещё одну комнату этого дома!

Я, увидев всё это, зачирикала от удивления.

Дизайн, конечно, не отличался от дизайна других комнат, которые находились в этом доме, но кое-чем зал всё-таки отличился. «Кое-чем» – оказалась огромная ель, стоящая в самом центре комнаты. Она была даже больше нашей и доставала до самого потолка… Крупные новогодние огни сверкали на ней разными цветами, образуя на дереве некую «новогоднюю» радугу.

Теперь весь день я буду стоять тут и любоваться этой неведомой красотой.

Вскоре началось застолье, поэтому я стала наблюдать не только за роскошью ели, но и за новым для меня праздником – Рождеством.

Все члены семьи сели за стол и стали разливать по фужерам напиток, называемый ШАМПАНСКИМ. Маленькие пузырьки то появлялись, то исчезали, лопаясь и шипя. Младшему сожителю решили всё-таки налить сок. (Старший мужчина сказал, что маленьким нельзя).

Чуть позже все горячо обсуждали прошедшие события, и каждый из них имел при себе такую историю, с помощью которой он мог удивить любого присутствующего, в том числе, меня. Какой светлый позитив, какие нотки счастья излучал этот праздник! Мне почему-то сразу захотелось зачирикать, даже запеть, но, к сожалению, девочки не поют(.Ой, смайлик…

Ладно, в конце концов, это мой дневник или что?

Ещё я не хотела прерывать эту идиллию добра, ведь это такое счастье – видеть своих сожителей тёплыми, радостными и душевными людьми.

Вдруг хозяйка встала из-за стола и загадочно улыбнулась. Руки девушки были за спиной, словно она там что-то прятала.

Ясно: она задумала нечто неожиданное.

Вдруг её громкий и выразительный голос заставил всех присутствующих обернуться в сторону девушки:

– Прошу тишины! – вскрикнула она, – у меня для вас всех есть подарки!

– Ура! – закричал младший сожитель, встав со своего места и начиная радостно ходить вокруг наряженной ели.

 

Знаете, что будет, если бросить камень в реку? Конечно, он утонет и больше никогда не всплывёт на поверхность. Но моя хозяйка не такая, ведь у неё есть то, о чём многие могут лишь мечтать – оптимизм.

Эта черта характера никогда, повторяю: НИКОГДА не даст девушке утонуть так же, как и камень. Даже когда ситуация настолько критическая, что все остальные то и дело что паникуют, моя хозяйка сможет «выплыть на поверхность» и сделает так, чтобы всё было хорошо. Но она умеет и поддерживать эту атмосферу (если, конечно, девушку кто-нибудь не разозлит до белого каления), тем самым делая и даря разные побрякушки ручной работы. Как говорят многие: «Мелочь, а приятно…».

Иногда, в душе, я чувствую себя не в своей тарелке, считаю, что я – лишняя в этом человеческом коллективе, что мне следовало бы остаться там, с моими подругами, которые, как и я, то и дело прыгают на стенки клетки и весело щебечут друг другу что-то бессмысленное, но весёлое. Что-то интересное, но и обыденное… Кажется, будто я – лишь дополнение среди декораций, так аккуратно выставленных на полках нашей квартиры.

Так я думала очень долгое время, пока, наконец, не поняла, что та девушка, которая кормила, поила, очищала мои апартаменты и всячески пыталась украсить клетку своими маленькими произведениями искусства – действительно тот, кого я так давно хотела обрести. ДРУГ. Самый настоящий друг, защищающий тебя в любой ситуации, приносящий или делящий с тобой радость, это то, кого нужно иметь каждому из нас. И совсем недавно я стала счастливой потому, что у меня есть ДРУГ.

 

Ладно, хватит, давайте я продолжу повествовать события.

Тут моя хозяйка начала подходить к каждому присутствующему и, вытаскивая из небольшого блестящего пакета различные штучки, давала ему подарок.

В этом году подарком стали большие колокольчики, расписанные и украшенные сверкающими блёстками в виде звёзд, а также перевязанные большим количеством красных и зелёных лент, придающих поделкам рождественский облик.

Я, посмотрев на эту тёплую семейную картину, повернулась в сторону окна. А вот и прекрасная рождественская ночь с множеством кристаллов на небе. Разглядев всё внимательно, я сразу вспомнила небольшое стихотворение, которая моя хозяйка сочинила очень давно:

 

Ночью всё не так, как днём:

Вместо света тьма кругом,

Вместо солнца жаркого

В небе луна яркая.

Ночью всё окутал сон –

Вот цветочный спит бутон,

Спят и люди, спят и звери,

Даже спят под камнем змеи!..

Лягу-ка и я в кровать,

Буду сладко там я спать.

 

Ну, в последних строках я на данный момент не очень уверена, потому что в ТАКИЕ чудесные моменты я спать не хочу.

– Ева, а для тебя у меня тоже есть подарок…

Ой, меня, кажется, зовут, допишу чуть позже.

…– Ева, у меня для тебя тоже подарок!

Я, резко повернувшись, увидела улыбающуюся хозяйку, держащую в руках что-то небольшое, но живое, ведь рука хозяйки не напрягалась, а нежно держала это, пытаясь не повредить.

Мой взор глаз-бусинок остановился на этом предмете.

Тут дверь моей клетки приподнялась, и рука хозяйки выпустила то, что так бережно держала. Я, опустив голову, чуть снова не упала с жёрдочки, ведь подо мной была СИНИЧКА, преследовавшая меня всю эту неделю! Я боязливо отошла в уголок клетки, всё ещё наблюдая за птицей. Та, легко вспорхнув крыльями, села рядом со мной.

Тут вмешалась хозяйка:

– Это, Ева, твоя новая подруга – синичка Зоя.

Я, вздрогнув, посмотрела на девушку, но та продолжала:

– Я её нашла по пути в магазин. Бедняжка сидела в снегу и мёрзла, наверное, от семьи оторвалась и, скорее всего, живёт одна уже несколько дней, – продолжала девушка. – Я подумала, что тебе неплохо было бы завести подругу. Ну, знакомьтесь, а я пошла…

После этого хозяйка скрылась.

Я продолжала боязливо смотреть на птицу, но та вдруг, обведя меня своими небольшими, как у меня, глазами, сказала:

– Наконец-то я с тобой встретилась!

Немного посмотрев на СИНИЧКУ, я спросила:

– Зачем ты меня всё время преследовала?

– Я уже давно живу без семьи… Но однажды я заметила тебя и поняла, что мы очень похожи. Я так хотела попасть к тебе, всячески подавала знаки, но тебя это, кажется, раздражало, не так ли?

Я смущённо опустила голову.

– Ну, – протянула я, – очень трудно ответить, но теперь всё позади, и поэтому добро пожаловать в нашу семью!

Тихий щебет меня и Зои заставил соседку улыбнуться, и девушка довольно прошептала: «Разговаривают…».

 

Вывод, сделанный сегодня: «Судьба – вещь очень трудная и непредсказуемая, но её не стоит бояться – только так она преподнесёт нам лишь приятные сюрпризы».

Ева. 

 

Последняя запись.

 

Сейчас я еду в машине и весело обсуждаю с Зоей все события, свидетелями которых мы стали, пока были в деревне.

В этой записи я хочу отразить лишь одну вещь – счастье, испытываемое мною сейчас. А что мне ещё делать, кроме как радоваться? У меня есть подруга, которая всегда меня выслушает и будет со мной, пока никого нет дома, у меня есть сожители, обеспечивающие мою… Нет, теперь уже НАШУ жизнь… Неужели это не счастье?

 

Все записи, которые я заносила в этот дневник, теперь останутся со мной на всю жизнь, и я, иногда перечитывая их словно любимую книгу, буду вспоминать те мгновения, которые наполнили моё маленькое птичье сердце счастьем.

Несмотря на то, что я лишь птица, моя душа теперь огромна. И за это я благодарна именно тебе, дневник. За то, что я могла отразить, словно зеркало, свои мысли на твоих страницах, за то, что ты понимал все мои раздумья и за то, что я изменена в лучшую сторону.

Огромное спасибо.

 

Теперь я не скоро возьму в лапы новую тетрадь, чтобы писать туда все мои эмоции размышления. Я могу поделиться ими с Зоей, которая сейчас зачарованно смотрит в окно и наблюдает за красотой, виданной моими восхищёнными зимней природой глазами, когда я только ехала в это прекрасное место – ДЕРЕВНЮ. Очень надеюсь побывать там снова.

 

Жизнь – трудная вещь, но вполне укротимая.

Ева.

Соединённые войной

Тусклый свет лампы мягко освещал гостиную, часы то и дело постукивали, считая секунды, а за окном притаился мрак.

К пожилой женщине, мирно дремавшей в мягком кресле, подбежала девятилетняя девочка и села к бабушке на колени. Взявшись белыми ручками за краешек старой, пропахшей сундуком шали, девочка попросила:

– Баб! А расскажи что-нибудь!

Женщина, ласково посмотрев на внучку, хрипло произнесла:

– А что тебе, Анечка, рассказать-то? Все сказки, что я знала, я уже давно тебе рассказала, – тут бабушка закашляла, из-за чего она невольно прикрыла рот тыльной стороной ладони.

– Ну баб! – настаивала Анечка. – Тебе уже девяносто лет, ты же так много знаешь!

Женщина задумалась.

– Хотя… – протянула она, – есть у меня одна история, правда, она очень грустная. Но ты же у меня взрослая девочка, так?

– Да-да, конечно я взрослая! Ну давай, расскажи! – настаивала Анечка.

Бабушка, глубоко вздохнув, начала....

 

 

...Жили-были три девочки. Вернее, три сестры. Правда, точных фактов их родства не было, как и документов, удостоверяющих личность.

К счастью, эти самые девочки смогли преодолеть все трудности, которые преподносила им судьба, даже как-то всё ещё не убив друг друга. Да-да, именно не убив: характеры этих троих были полностью противоположными, что ещё раз заставляло задавать вопрос: «А сёстры ли они?».

Инна – старшая – довольно властная и эгоистичная натура. Голос этой девочки слышал каждый житель приюта. Инночка постоянно ухаживала за собой, несмотря на ужасные условия детского дома. Она даже умудрилась смастерить из веточек гребешок для волос, лишь бы их расчесать и видеть, как они блестят на солнышке.

Точного имени средняя сестра так и не узнала. Предположительно, её настоящее имя – Арина, но так как это было сомнительным, все прозвали её Арькой. Ну, Арька так Арька, вроде всё нормально, да только сама девочка до сих пор никак не могла с этим смириться. Как только она слышала в свою сторону резкое «Арька», девочка едва сдерживалась, чтобы не подбежать и не ударить кулаком в лицо какой-нибудь девчонке, живущей с ней в одной комнате.

Душа Арьки горела ярким пламенем, что сделало девочку драчуньей и авантюристкой. Мелкая щепотка соли, случайно опрокинутая на сердце Арьки, заставляла ту кричать и плакать одновременно.

Инночка любила задирать сестру колкими словечками, при этом ничуть не боясь её гнева. Частой насмешкой была фраза «Самопарикмахерша хренова», которая слышалась из уст Инны чуть ли не в каждой ссоре сестёр.

Несколько месяцев назад Арька ужасно разозлилась на свои светло-русые волосы, которые росли мгновенно. Она жаловалась на каждый волосок, случайно упавший с её головы.

Однажды ночью, когда все вокруг мирно посапывали, Арька бесшумно встала с кровати, снова бросила пару неласковых слов в сторону казённой сорочки и направилась в ванную, где лежала пара огромных ржавых ножниц. Один «чирк» лишил Арьку, фактически, её главной изюминки – волос. Но девочка ничуть не жалела о потере.

Только маленькая, девственная душа Соньки считала совсем иначе.

Соня продолжала любить Арьку и Инночку, но, кажется, её чувства не были взаимными.

Девочку называли «мусором», а Инночке ничего не оставалось, как держать ту у себя за спиной. Сонька боялась всего: от грозного взгляда воспитательницы до безвредной бабочки.

– У неё глаза на крыльях страшные, – дрожащей рукой Соня показывала Инночке на бабочку с красивыми расписными крыльями, второй рукой держась за кофту сестры.

Инна досадно вздыхала после каждого заявления младшей сестры. Арька любила издеваться над Сонькой, но иногда её терпение просто кончалось, и сёстры вступали в длительную драку.

Объединяло их троих только две вещи: приют, соединивший их в единое целое, и календарь, хранящийся в шкафу, на котором жирными и чёткими цифрами было выведено: «1941 год».

 

 

... Инна, расчёсывая свои длинные каштановые волосы самодельным гребешком, сидела на кровати.

На соседней постели лежала Арька, не сводя глаз с высокого потолка их спальни, которая чем-то напоминала спортзал.

Наконец, распутав волосы, Инночка положила гребень на тумбочку и уже собиралась потушить слабый огонёк прикроватного ночника, как услышала просьбу Арьки:

– Подожди.

Инночка, не поняв, в чём проблема, так же сухо спросила:

– Что не так?

Арька продолжала смотреть пустыми глазами в потолок.

– Я не хочу спать.

Инночка капризно фыркнула, затем выдала:

– Ну и лежи, а я спать.

После этих слов девочка отвернулась от сестры и сомкнула глаза.

Уйти в страну снов Инне помешал голос воспитательницы. Это была женщина среднего возраста, по одному взгляду которой можно понять, что детей она просто ненавидела. Правда, зачем она пришла работать в детский дом – никто до сих пор понять не смог.

– Итак! – выкрикнула Зинаида Ивановна, – немедленно спать! Чтобы я такого больше не видела! – воспитательница посмотрела на Соньку, руку которой крепко сжимала.

– Что опять с ней не так? – спросила зануда Машка, потягиваясь и зевая.

– Да вот, встала у крыльца и не уходит. Говорит, будто что-то не так.

После ответа тётя Зина резко толкнула Соньку в другую сторону с криком «Иди спать!», после чего девочка боязливо сжалась в комок.

Когда, наконец, воспитательница ушла, Инна схватила дрожащую Соньку за руку и повела её к кровати.

– Что опять не так? – спросила Инночка, заставив сестру сесть на жёсткий матрас.

Сонька, прижав колени к груди и обняв их, тихо ответила:

– Воздух тяжёлый, трава пожелтела, с неба что-то на меня упало… Мне страшно…

– О-о-ох… – протянула старшая, – тебе страшно от всего! Даже от… от… – Инночка стала искать, на что бы показать пальцем, – даже от этой тряпки!

Девочка показала на половую тряпку, лежащую в углу комнаты.

Сонька ничего не ответила....

 

 

... – Ребята, подъём! – Зинаида Ивановна пулей влетела в спальню и, отдышавшись, дрожащим голосом произнесла: На нас идёт атака.

Сонные до этой фразы детские глаза в тот же миг открылись, и в них загорелась паника.

– Что мы будем делать?! – со слезами на глазах воскликнула Машенька, прижав ладони к щекам.

Все дети тут же зарыдали, моля небеса о пощаде, однако в глубине души они понимали, что это бесполезно. «Разве мы заслуживаем этого?», – сами себя спрашивали мальчики и девочки, всхлипывая, – «Почему нам выпала такая ужасная, беспощадная и кровожадная доля?..».

Ребята даже не понимали, почему так произошло. Они искренне недоумевали, в чём же кроется причина этой проклятой войны. Разве нужно убивать целый народ ради какого-то куска земли? Разве не могут все жить в мире и согласии?.. Но на эти вопросы никто так и не смог найти ответы.

Зинаида Ивановна, увидев, в каком состоянии её воспитанники, решила это немедленно прекратить.

– А ну-ка хватит! За нами приедет грузовик, который увезёт нас в безопасное место, но если вы не поторопитесь!.. – воспитательница не решилась договорить фразу, а лишь грозно посмотрела на детей, которые сразу же притихли.

– Вот так-то лучше. А теперь немедленно собирайте всё самое необходимое и выходите на крыльцо! – с этими словами Зинаида Ивановна покинула спальню.

Все дети стали лихорадочно собирать свои любимые игрушки и книги, но самое важное, что не хотел оставить тут ни один ребёнок, – это старые семейные фотографии, напоминавшие им о самых счастливых мгновениях их жизни.

Только у Инночки, Арьки и Соньки не было таких фотографий. Они даже не помнили, как попали сюда, и вечерами, когда дети все вместе рассматривали фотографии, три девочки всегда сидели в сторонке, с завистью глядя на хоть и немного, но счастливых детей.

Когда спальня опустела, из неё выбежала толпа ребят. Каждый из них что-то нёс в руках, из-за чего детям было довольно трудно ничего не уронить.

Грузовик приехал очень быстро. Водитель явно понимал, какая судьба ждёт этих детей, если он не поторопится.

Зинаида Ивановна и ещё двое воспитателей встали рядом с машиной, лихорадочно загоняя детей, но при этом даже не считали их. Они не думали, что кто-то захочет остаться здесь.

Да, воспитатели были правы, но они даже не могли подумать о том, что может произойти то, что произошло с Сонькой и ещё несколькими ребятами.

Неся груду любимых игрушек, Сонька побежала за сёстрами, но внезапно грязный плюшевый зайчик выпал из рук девочки прямо на землю.

– Зайка! – воскликнула Сонька и побежала обратно за ним, бросив остальные игрушки, словно что-то неважное.

– Дура, вернись! – Арька, уже сидевшая в машине, резко выпрыгнула оттуда и побежала за младшей сестрой.

Инночка, увидев, что ни Арьки, ни Соньки рядом нет, скрестила руки на груди и мысленно произнесла: «Где же они шатаются? Неужели жить надоело?». Затем девочка вышла из машины и побежала в сторону приюта, где, возможно, находились её сёстры.

Догнав младшую сестру, Арька схватила ту за плечи и прокричала ей в лицо:

– Ты где должна быть, что ты тут забыла?!

Сонька, дрожа, робко ответила:

– Я зайку ищу…

Арька, нахмурившись, стала глазами искать плюшевого зайца и, наконец, найдя его и принеся сестре, раздражённо бросила Соньке игрушку в лицо.

Младшая, взяв зайца в руки, сразу же обняла его и улыбнулась.

Только вот Арьке было не до этого. Она знала, что если не поторопиться, грузовик уедет.

Повернувшись в сторону машины, Арька увидела бегущую к ним Инночку. Девочка уже хотела спросить старшую, почему она не в грузовике, как вдруг заметила, что машина тронулась с места.

– Нет, подождите! – закричала Арька, но было уже поздно: грузовик уехал.

– Что ты наделала?! – повернувшись к младшей сестре, выпалила девочка. – Мы же теперь погибнем!

Сонька с недоумением посмотрела на сестру, а затем начала всхлипывать, всё ещё обнимая плюшевого зайца.

– Вы где были? – спросила запыхавшаяся Инночка, добежав до девочек.

– Да вот, зайца искали! – ответила Арька, – только вот теперь мы никуда не уедем!

– В смысле? – с непониманием спросила девочка.

– В прямом! Посмотри назад.

Последовав совету сестры, Инночка ужаснулась. На её лице отразилась паника и, прижав руки к голове, та прошептала: «Нам конец».

Вдруг Арька увидела двоих мальчиков и одну девочку, стоящих в нескольких метрах от неё самой.

– Эй! – окликнула знакомых Арька, – вас что, тоже забыли?

Ребята подошли к троице и посмотрели на рыдающую Соньку и паникующую Инночку, ходящую взад-вперёд.

Ваня – один из мальчиков – усмехнулся и ответил:

– Ну да, предположим, что забыли. А как вы тут оказались?

Арька угрюмо посмотрела на Соньку и процедила сквозь зубы:

– Долгая история.

Вдруг Инночка заметила ребят, стоящих рядом с Арькой, и в её глазах сразу же загорелась надежда.

– Может, – предложила она, обращаясь к знакомым ребятам, – мы пойдём вместе? Так, по-моему, будет гораздо безопаснее…

Затем Инночка выдавила неуверенный смешок.

– С вами? – Ваня недоверчиво посмотрел на сестёр. – Нет, я и сам справлюсь. Мне посторонние не нужны.

Затем Инночка умоляюще посмотрела на других ребят, однако те лишь отрицательно помотали головой.

– Ну и ладно! – бросила Арька, повернувшись в противоположную сторону, – и без вас справимся! Пошли!

Девочка посмотрела на Инночку и Соньку, зовя их за собой взглядом.

Тут, к сожалению, Инночка даже возразить не могла, как она привыкла делать. А что тут можно сказать? Другого выхода у них просто нет.

 

________________________________________________________

                                                      

«…»

 

Добрая старушка, приютившая девочек у себя после того злополучного случая у детского дома, поднялась на чердак, чтобы пожелать им спокойной ночи.

Инночка, Арька и Сонька уже лежали на старых обшарпанных матрасах, укрывшись либо шалью, либо пустым пододеяльником.

– Спокойной ночи! – сказала пожилая женщина, приоткрыв дверь.

– Спокойной ночи! – в один голос ответили ей дети, а затем закрыли глаза.

Старушка вышла и спустилась вниз. Каждый раз, желая девочкам сладких снов, она снова думала о том, что рассказали ей сёстры, прибежавшие неделю назад к ней домой.

«Какая же тяжёлая у них судьба», – мыслила про себя пожилая женщина, сидя на своей кровати. Ей было очень жалко девочек, поэтому после каждой подобной мысли старушке становилось очень тепло и легко на душе: она не дала им погибнуть...

 

 

... Инночка всё никак не могла заснуть: её мучили разные мысли о том, что произошло с ней и её сёстрами.

Девочка стала замечать, как же сильно они все поменялись. Ни у кого из них не было ни малейшего желания задеть друг друга каким-нибудь колким словечком: теперь все трое были готовы помогать не только доброй старушке, но и друг другу.

Когда несколько дней назад у Соньки поднялась температура, Арька на удивление всем добровольно отправилась за лекарством к соседям и уже через полчаса стояла у порога с маленьким пузырьком, наполненным какой-то странной жидкостью.

Именно это средство и подняло Соньку на ноги на следующий день.

Все эти дни младшая сестра искренне благодарила Арьку за это чудотворное лекарство, и пусть Арька постоянно отмахивалась от различных комплиментов, по её лицу было понятно, что она очень довольна тем, что сделала.

Такие метаморфозы в поведении Инночка заметила и в самой себе: она уже не была такой эгоистичной  и равнодушной по отношению к другим, в особенности к своим сёстрам. Каждый день она интересовалась их настроением, самочувствием, а иногда даже помогала старушке с завтраком, чтобы не только помочь ей с работой, но и накормить Арьку и Соньку.

Девочка заметила, как же их сблизила эта ужасная ситуация: находясь в постоянных бегах и в поиске укрытия, сёстры совсем забыли о той гордости, что разделяла их. Всю свою жизнь они боялись просто подойти и рассказать друг другу о своих переживаниях, потому что считали, что их не поймут или же просто не захотят слушать.

«Теперь всё будет иначе», – произнесла Инночка у себя в мыслях и закрыла глаза, провалившись в царство Морфея....

 

 

... Подозрительная тишина не давала Инночке покоя. После пробуждения девочка привыкла слышать, как старушка что-то готовит или моет, однако сегодня вместо всего этого царила мёртвая тишина.

Пролежав пятнадцать минут и так и не услышав ни единого звука, Инночка решила спуститься вниз. То, что она увидела на первом этаже, повергло девочку в шок: вся посуда, все предметы домашнего обихода валялись на полу, словно в доме давно никто не прибирался.

По телу Инночки пробежали мурашки.

– Что-то случилось, – тихо сказала девочка и попятилась обратно к лестнице, ведущей на чердак.

Оказавшись в комнатке, Инночка принялась будить сладко спавших Арьку и Соньку.

Те проснулись, однако не понимали, почему Инночка так всполошилась.

– А в чём дело? – Арька потёрла сонные глаза и недовольно посмотрела на старшую сестру.

– Бабушки дома нет, а внизу такой бардак!..

По тревожному взгляду Инночки было понятно, что этот самый бардак появился не просто так.

Дослушав короткую историю сестры, Сонька и Арька застыли. Они не знали, что и сказать: девочек охватила странная паника, из-за чего обе даже боялись просто выйти из комнаты и проверить, правду ли говорит Инночка или просто разыгрывает их.

– И что мы будем делать? – после пятиминутного молчания Сонька всё же решилась спросить.

Арька посмотрела в окно: на улице не было ни единой души.

– Тут явно что-то не так, – девочка поняла, что это не очередной розыгрыш старшей сестры.

– Предлагаю выйти на улицу и осмотреться, – в голосе Инночки чувствовались нотки страха, – а потом…

– Что? – поинтересовалась Арька.

– Не знаю… Будь что будет.

Инночка встала с пола и решительно направилась к двери. Соньке и Арьке ничего не оставалось, как последовать за сестрой....

 

 

...– Что за чертовщина? – выругалась Арька, обойдя вместе с Сонькой и Инночкой соседние дома, – никого нет.

Тут все девочки испугались не на шутку. Они не знали, что делать дальше и где искать всех жителей деревни.

– Может, пойдём к другим домам?.. – робко вставила свою мысль Сонька, однако потом пожалела об этом: Инночка и Арька бросили на неё неодобрительные взгляды.

– Куда же мы пойдём, если толком не знаем, где и что находится в этой деревне? – Арька приложила ладонь к лицу и отвернулась: она не знала, что делать.

Внезапно девочки услышали чьи-то голоса, доносящиеся с другого конца деревни. Сёстры сразу поняли, что это были именно жители этого посёлка, так как слышали их не раз за всю ту неделю, что живут здесь.

Без лишних раздумий все трое рванули на те самые голоса. Они уже не думали, что там их может ждать что-то опасное: интерес был сильнее страха.

Когда девочки оказались на нужном месте, они сразу же спрятались за ближайший дом после того что увидели.

Несколько мужчин в военной форме на ломаном русском что-то требовали от жителей и даже не боялись ударить кого-то из них, несмотря на то, что основная масса населения – это пожилые люди.

Внезапно девочки увидели, как один из солдат подошёл к той самой старушке, приютившей их. Он яростно схватил женщину за руку и посмотрел ей в глаза.

– Где вы хранить еда?! – мужчина крепко сжал руку старухи.

На глазах женщины стали выступать слёзы.

– Так мы всё уже вам отдали, – старушка, как и все жители деревни, говорили правду, однако ни один немецкий солдат им не верил.

Сонька смотрела на всё это с ужасом. Она не могла спокойно смотреть на то, как издевались над доброй старушкой, которую она так полюбила за всё то короткое время, что жила у неё.

Внезапно Сонька выскочила из-под укрытия и закричала:

– Уйди от бабушки!

Все взгляды устремились на Соньку, и девочка испугалась: по тому, как на неё смотрел тот самый солдат, было понятно, что ничего хорошего ждать не стоит.

Инночка прижалась спиной к холодной стене. «Это конец», – говорила она про себя, мысленно прощаясь с жизнью.

Арька, слегка выглянув из-под стены, за которой она с Инночкой пряталась, увидела, как тот немецкий солдат отпустил руку старушки и снял со своей спины оружие.

Сонька застыла: её голова просто отказывалась работать и воспринимать то, что сейчас происходит.

Мужчина направил прицел на оцепеневшую девочку и нажал на курок. Средняя сестра, ни о чём не думая, выбежала из-под укрытия, оставив Инночку одну, и встала перед Сонькой.

Через секунду Арька почувствовала невыносимую боль в груди. Приложив обе руки к месту ранения, девочка увидела ярко-алую кровь, стекающую по её ладоням. После этого она без сил упала на мокрую землю, всё ещё держа руки у груди.

Все присутствующие, включая немецких солдат и офицеров, замерли в изумлении.

Сонька смотрела на истекающую кровью сестру и никак не могла признать тот факт, что это происходит именно с ней.

Лицо Инночки, окаменевшее от ужаса и неожиданности, стало не по-детски серьёзным. Она подбежала к Соньке и посмотрела на скорчившуюся от боли Арьку.

Раненая, посмотрев на Инночку, хриплым голосом выдавила:

– Бегите.

Тут Инночка схватила за руку ещё не отошедшую от шока Соньку и побежала в дебри леса, находящегося неподалёку от деревни. Она не знала, куда бежит, и что её там будет ждать; она слышала, как с криками за нею и Сонькой бегут те самые злые мужчины в униформе, однако это её уже не волновало.

Инночка уже ни о чём не думала – она просто бежала....

 

 

.... – Потом девочки прибежали в город, где стали помогать на заводе. Там они и пробыли до самого окончания войны, – бабушка закончила свою историю, а затем посмотрела на внучку, сидевшую рядом с ней и от удивления раскрывшую рот.

Внезапно девочка задумалась. Просидев ещё несколько секунд молча, внучка посмотрела на бабушку и, глядя ей в глаза, спросила:

– Бабушка, а почему тебя зовут как ту девочку из истории – Сонькой?

Пожилая женщина молча отвернулась в сторону окна и с горечью посмотрела на густой сосновый бор.

Она знала ответ на этот вопрос.

Comments: 0

Азалия(Среда, 30 Ноябрь 2016 10:46)

Очень интересный рассказ, только позитивные эмоции:-)

 

#2

Михаил(Вторник, 29 Ноябрь 2016 10:44)

Очень интересный подход! Я бы так не смог! Молодец!

 

#1

Елена(Вторник, 29 Ноябрь 2016 10:43)

Очень интересное, своеобразное произведение!Я восхищена!