ВЛАДИМИР НЕВСКИЙ

РАССКАЗЫ

След дождя

Сергей сидел в мягком кресле, пил баночное пиво и пускал к потолку табачные кольца. Окидывал взглядом комнату, словно был здесь первый раз. А здесь, как всегда, царил беспорядок: на столе, диване и даже на полу были разбросаны фотографии. Здесь жил Витя, его лучший друг, помешанный на фотоделе. За этим занятием он проводил всё свое свободное время. А его было у него предостаточно в связи с безработицей.

– У тебя что-нибудь случилось, Иваникос? – он всегда звал Сергея по фамилии, переделав её на иностранный лад.

– Нет. У меня всё в порядке, – ответил угрюмо Сергей. Витя только пожал плечами. Он хорошо знал Сергея: когда ему будет совсем плохо, он расскажет сам.

– Кстати, хотел показать тебе одну фотографию. – Витя вскочил с дивана и стал рыться в шкафу.

Сергей смотрел на его суету и мысленно улыбался. Витя никогда не знал покоя, постоянно был чем-нибудь занят. Со стороны казалось, что он всегда спешит, и это было почти так. Шкаф был забит снимками, Витя копался в них и что-то бормотал себе под нос.

– Я жду, – громко сказал Сергей, ожидая казуса. И он не ошибся. Когда Витя особенно спешил, то у него ничего не получалось. Сергей знал это и иногда подшучивал над другом. Вот и сейчас Витя сделал неловкое движение, и фотографии водопадом свалились ему под ноги. Он в растерянности смотрел на них, а Сергей весело рассмеялся – плохое настроение как рукой сняло.

– Наконец-то, нашел, – Витя осторожно, что бы ни наступить на фото, подошел к Сергею и протянул снимок. Это был портрет молодой и очень симпатичной девчонки. Желтые волосы, голубые, даже чуть зеленоватые глаза в бахроме пушистых ресниц, курносый нос, маленькие бледноватые губы.

– Кто это?

– Обрати внимание на качество. Это же идеальное фото. В этом деле главное что?

– Что? – непроизвольно спросил Сергей.

– Постановка света! А здесь она – высший класс. Художественная реликвия. Этот фотограф – мастер своего дела.

Он ещё что-то объяснял, сыпал терминами, но Сергей его не слушал. Он был очарован незнакомкой. По натуре Сергей был очень влюбчивым. Ему нравились все девчонки, попадавшие в его поле зрения. Но это состояние, как обычно, проходило так же быстро, как и рождалось. И Сергей сейчас почувствовал в душе знакомое волнение.

– Кто это? – он оторвал взгляд от фото и посмотрел на друга.

– О! Иваношвили! Знакомый блеск в твоих глазах. Снова вижу тебя прежним. Но мне придётся тебя огорчить. Я нашёл эту фотографию.

– Жаль! – вздохнул Сергей, вновь глядя на незнакомку.

– Если внимательно приглядеться, то можно заметить, что черты лица у неё не идеальны. Я бы не назвал её красивой. До Голливуда ей далеко.

– Софи Лорен я бы тоже не назвал красавицей.

– Не спорю. Я в этих делах дилетант. Это ты у нас Казанова.

Сергей перевернул фото и прочитал надпись на обороте – «С. Родимова. 10 класс. Школа № 849».

– Вот тебе и зацепка. Кстати, имя тоже на «С». Может, София?

– Дашь мне фото?

– Бери. Ищи.

– Спасибо.

– Только позвони мне, когда одержишь очередную победу. Ладно?

– Ол райт!

 

 

***

Сергей Иванов был из интеллигентной семьи. Единственный сын и внук двух бабушек и дедушек, он рос избалованным ребёнком. У него было всё, что он хотел. В его большой отдельной комнате многое напоминало о беззаботном детстве: коллекции значков и марок, копии автомобилей, большая библиотека. Ко всему добавились аудио и видео аппаратура. А если заглянуть в семейный фотоальбом, то Сергея можно увидеть во многих городах: Ленинград и Волгоград, Сочи и Анапа, Евпатория и Нальчик и даже Берлин, София, Прага. Учился он в школе с уклоном английского языка. Учёба давалась легко, хотя школу он окончил без медали, к огорчению родителей. После школы стоял большой вопрос о дальнейшем обучении. Отец и его родители хотели, чтобы он пошёл по их стопам, то есть стал физиком. Мать его мечтала видеть в качестве врача. Иногда они собирались большой дружной семьёй на даче, где и решалось Сережино будущее. Это ему не нравилось, никто не спрашивал его мыслей. Он заявил:

– Иду в юридический.

Ссоры улеглись, настало затишье. Никто не выразил согласия, но также не противился. Теперь он учился в университете и мечтал о карьере адвоката.

Девушка с фотографии не давала ему покоя. Целый день он ловил себя на том, что снова думает о ней. «Где находится эта школа? В каком краю миллионного города? Да и номер кажется знакомым, где-то я его слышал. Но где? Когда?». Даже вечером он не мог отвлечься от этих мыслей. Они играли с отцом в шахматы, мать отгадывала кроссворд. Отец в очередной раз выиграл партию и с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла.

– Что-то ты сегодня рассеянный?

– Не мой день. – Сергей смешал фигуры.

– Как дела в университете?

– Всё о*кэй.

От дальнейших вопросов его спасла мать своим очередным вопросом:

– Римский император, шесть букв, на «А» начинается.

– Адриан. – Ответил Сергей.

– Подходит, – обрадовалась мать и после паузы сказала: – Что-то Ирина к нам давно не приходит.

Ирина Петровна была другом их семьи. Она часто приходила к ним в гости, и они весело проводили время. В основном играли в «подкидного дурака». Все старались оставить Сергея в «дураках», и когда это удавалось, Ирина Петровна смеялась и подшучивала над ним.

«Ирина Петровна, – мелькнуло у Сергея в голове. – Она же работает директором школы. И не какой-нибудь, а школы № 849»

– Мам, Ирина Петровна в какой школе работает?

– В 849-й.

Сергей не смог удержаться и улыбнулся.

– Так, хорошо, – он готов был закричать от радости.

– А в чём дело? – поинтересовался отец.

– Мне необходимо порыться в архиве этой школы.

Отец удивлённо посмотрел на сына:

– Зачем?

Сергей не привык обманывать родителей, но сейчас говорить правду совсем не хотелось

– Нужно найти следы одного человека.

– Твоё дело сейчас хорошо учиться, – отец любил напомнить об этом.

– Именно для этого он мне и нужен, – отпарировал Сергей, слегка краснея.

Перед сном он долго смотрел на фото. Какая-то неведомая сила таилась в этих голубых глазах.

– Я всё равно найду тебя.

***

Ирина Петровна в свои сорок лет выглядело молодо и энергично. Своих детей у неё не было, и всю свою любовь она разделила на учеников и детей знакомых. Большая часть, конечно, доставалась сыну лучшей подруги – Сереже. По существу, она была ему второй матерью.

Сейчас она сидела в кабинете и собиралась на очередной урок, прокручивая сценарий. В дверь постучали.

– Войдите, – разрешила она, и в кабинет вошёл Сергей.

– О, Серёженька, – она вышла к нему навстречу и по-матерински обняла.

– Здравствуйте, Ирина Петровна. Вот решил зайти к вам, узнать о ваших делах.

– Всё идёт относительно нормально.

– Что-то вы давно не приходили к нам.

– Зайду на днях.

Сергей откашлялся – официальная часть встречи закончилась, пора было приступать к основной цели своего прихода.

– Ирина Петровна, у меня к вам дело.

– Слушаю тебя, Сережа.

– Мне необходимо покопаться в архиве вашей школы.

Ирина Петровна лукаво сощурила глаза. В отличие от его родителей она считала, что каждый имеет право на свой секрет.

– Надеюсь, ничего криминального? – спросила она.

– Шерше ля фам, – с едва натянутой улыбкой ответил Сергей, зная, что это останется между ними.

– Что ж, я помогу тебе.

Сергей копался в пыльных бумагах совсем недолго. Скоро он наткнулся на знакомое лицо и через несколько минут многое узнал о Свете Родимовой. Именно так звали эту красивую девчонку. «Ничего в ней необычного нет. Обычная составная серой толпы троечников. Но разве могут эти бумаги отразить всю полноту её внутреннего мира? Чем она живёт, чем дышит? Как мне хочется приподнять занавес».

У Ирины Петровны был урок, и Сергей не стал дожидаться его окончания. Сейчас ему больше всего хотелось увидеть Виктора, поразить его своей находчивостью.

– Привет, Иванссон! У тебя счастливое лицо. В чём дело?

– Я почти нашёл её.

– Кого? – не понял Витя. Для него это была просто фотография с хорошим качеством. Сергей и показал ему это фото.

– А, понятно. Быстро ты, однако, работаешь. У тебя что, связи на Петровке?

– На Лубянке, – отшутился Сергей. – Только чувствует моё сердце, что её нелегко завоевать. И я разработал план.

Витя сразу же отмахнулся.

– С твоими планами недалеко до решётки, я в них больше не участвую.

– Витёк, прошу тебя. В последний раз.

Витя внимательно посмотрел другу в глаза и понял, что это действительно серьёзно.

– Это серьёзно?

– Йес!

– Хорошо, Иванян.

– План довольно прост. Мы его уже не раз проворачивали. Она идёт, ты нападаешь, а я её спасаю.

– Что не делаешь ради друга, – согласился Витя.

 

***

Сергей провожал Свету домой. Но никак не мог начать разговор, простой и непринуждённый. Впервые в жизни он почему-то растерялся перед девушкой. Только изредка они перекидывались словами. С каждой минутой он чувствовал, что поглощается всё больше и больше неведомой пучиной. Света в жизни была ещё симпатичней. В ней была какая-то изюминка, сила, которая влекла и заманивала Сергея. Не покидала мысль, что в конце этой театральной драки с Витей он перестарался и последний удар получился настоящим. Наконец-то он откинул эту мысль. Пора было говорить о более важном. Он лихорадочно искал повод. И вскоре повод подвернулся.

– Стало опасно ходить по улицам, – вздохнула Света.

– Разреши, я буду твоим ангелом-хранителем, – предложил Сергей.

Света посмотрела на него и улыбнулась. Улыбка была столь привлекательной, что хотелось снова и снова смотреть на неё. Она ничего не ответила, и после этой неудачной попытки замолчал и Сергей. Все его надежды медленно, но верно таяли.

– Вот я и пришла, – сказала девушка.

Могла бы и не говорить. Сергей уже знал, где она живёт, он даже несколько дней наблюдал за ней.

– Что ж, до свидания, – Сергей задержал её ладонь в своей. Света как-то виновато улыбнулась и поразила Сергея:

– А ты извинись перед другом, кажется, ты перестарался.

Сергей растерялся, но быстро взял себя в руки:

– Я попрошу.

– До свидания.

– До свидания.

Она ушла, и Сергей почувствовал пустоту не только вокруг себя, но и в себе. Он закурил, но и это не помогло.

Витя не спал, он ждал, как было оговорено, звонка от Сергея. Но Сергей не позвонил, а пришёл. Сразу же увидел, что глаз у Вити заметно опух.

– Извини, – он похлопал друга по плечу.

– Да ладно тебе, Иванидзе, ничего страшного. Лучше расскажи, как у тебя дела.

– Я потерпел полное фиаско.

– Дала отпор?

– Не совсем так. Просто я растерялся и всю дорогу молчал.

– Так что же ты раскис? – Витя достал из холодильника пиво и бутерброды. Сергей ничего не ответил, лишь вздохнул и взял баночку пива. Витя долго наблюдал за ним.

– Можешь не говорить, мне всё понятно. Ты привык, что девушки сразу теряют головы, и в первое же свидание ты добиваешься всего. А сейчас всё не так. Так ведь, Иванишевич?

– Так. Мне кажется, что у меня с ней ничего не выйдет. А мне этого очень хочется. В первый раз сильно хочется. Что-то происходит со мной. Такого не было раньше. Это что-то новенькое.

– Чем больше девушка недоступна, тем больше нравится она. Не надо опускать руки. Первый шаг сделан, не стоит отступать.

– Может, ты и прав.

– Конечно, прав. Вон возьми телефон и позвони ей. А я, чтобы тебя не смущать, выйду из комнаты.

Сергей подвинул себе телефон. Трубку сняла она.

– Добрый вечер, Светлана. Это я. Я извинился перед своим другом.

– Ты? Кажется, ты обо мне всё знаешь.

– Нет, не всё. Но мне хотелось бы узнать.

Света помолчала, потом вздохнула и сказала:

– Это невозможно.

– Почему?

– Невозможно, и всё. Я уезжаю завтра к бабушке на всё лето.

– И это причина? – Сергей чувствовал прилив радости, словно она ему сказала «да».

– А разве нет?

– А если я найду тебя?

На том конце провода послышался веселый, озорной смех.

– Тогда посмотрим. До свидания.

Света положила трубку. Сергей откинулся на спинку кресла и открыл баночку пива. В комнату зашёл Витя.

– Судя по твоему цветущему виду у тебя полный ажур?

– Всё о*кэй! – и он рассказал о своём разговоре. Витя изумлённо пожал плечами.

– Мне не понятна твоя радость.

– Я могу найти адрес её бабушки. Могу поехать к ней.

– Ты сошёл с ума.

– Ты так думаешь?

– Да, Иванеску, я так думаю.

 

***

Они больше никогда не встречались. Для этого не было причин. Света вскоре вышла замуж, и Сергей не искал больше встреч. Но с тех пор он сильно изменился. Хотя виделись они лишь однажды, он не шептал ей нежных слов, не обнимал, не целовал, но она оставила в его душе неизгладимый след. Иногда в трудные моменты душевного беспокойства он вспоминал её, улыбался. И боль проходила. И вновь хотелось жить. Это была любовь. Его первая любовь. 

Четыре часа в пути

Наконец-то контролёр проверил билеты, дверка «Икаруса» мягко захлопнулась, и автобус тронулся. За окнами поплыл город с его высотками, редкой зеленью и горячим асфальтом. Поскорей бы вырваться из этого шумного и пыльного мегаполиса. Быстрей бы туда, где чистый воздух, нетронутая природа, голубая гладь озёр и рек. Вырваться на чёрную ленту автострады, что, извиваясь змейкой, манит куда-то в светлые дали.

Павел горел огромным желанием вырваться в деревню. Там, в забытой богом деревушке, живут родители. И он едет к ним провести отпуск. Время было выбрано очень удачно: рыбалка, ягоды и сенокос. Всё то, что он любил и по чему так сильно успел соскучиться. И нежная рябь голубой глади воды, и опьяняющий аромат свежескошенной травы. Он сидел один и смотрел, как слишком долго и навязчиво пробегает за окнами город. Но вот наконец-то автобус вырвался на оперативное пространство, и, прибавив скорость, покатил среди зелёных полей и посадок белоствольных берёз. Павел привёл кресло в полулежащее состояние и закрыл глаза. Старался уснуть, чтобы быстрее пролетели эти четыре часа. Всего-то двести сорок минут отделяли его от встречи с отчим домом и отголосками детства.

За спиной, на соседнем ряду кресел, послышались голоса.

– Мама, я пить хочу.

– Сейчас. Я достану.

Павел замер, напрягся. Он хотел тут же обернуться, но заставил себя не принимать поспешного решения. Этот голос словно вырвался из прошлого и растревожил сердце. Он нажал кнопку, и кресло приняло изначальное положение. Сердце билось, словно от страха. Нет, здесь нет места сомнениям. Это она! Этот сладкий, сочный голос принадлежит ей. Алена, Алёнушка! Сколько же времени пролетело? Шесть лет? Да, шесть долгих лет.

Павел закрыл глаза и попытался заглушить в себе желание обернуться, чтобы вновь утонуть в карих изумительных глазах, окаймленных пушистыми длинными ресницами. Чтобы увидеть её белозубую улыбку и родинку на верхней губе. Чтобы вдохнуть соблазн, которым пахли всегда её кучерявые волосы.

«Если я обернусь, что изменится? Опять потеряется покой. Вновь она начнет приходить в сновидения и внушать несбыточные надежды. И целыми днями думы о ней станут преследовать меня, терзая сердце и изводя душу. Ничего не изменится. Эх, Алёнка, Аленка, почему же мы не вместе?» – мысли понесли его на волнах памяти в шестилетнее прошлое.

 

Ему было тогда семнадцать лет. Всего семнадцать. Эх, молодость, молодость, горячие головы и пламенные сердца. Время свершений, побед и ошибок, которые, к сожалению, уже не исправить. Познакомились они на вечеринке. Среди множества гостей Паша не обратил сначала на неё никакого внимания. Он был занят одноклассницей Тамарой. Накладывал ей салаты, говорил комплименты, шутил. И мысленно собирался протанцевать с ней весь вечер. Но как только начались танцы, Тамара упорхнула, словно птичка. Паша остался сидеть в одиночестве за столом в обнимку с испортившимся настроением. И вдруг! Вдруг среди толпы танцующих он заметил незнакомую девчонку. Невысокого роста, стройная, очень симпатичная. Он долго наблюдал за ней, ещё не осознавая, что вся его душа уже потянулась к ней. И как оказалась надолго. Заиграла медленная музыка, и Паша выскочил из-за стола, боясь, что кто-нибудь опередит его.

– Вы танцуете?

Девушка вскинула на него глаза, и Паша поплыл. Таких красивых и выразительных глаз и так близко он ещё ни разу не видел. Только на экране телевизора, да в модных женских журналах. Она молча положила руки ему на плечи, и они закружились в танце.

– Вас как зовут?

– Алёна, – ответила машинально, думая о чём-то своём.

– Не Лена? Не Елена? А именно Алёна?

Теперь Алена внимательно посмотрела на партнёра и улыбнулась. Она старалась не улыбнуться, но не сдержалась. Паше так понравилась еще и её улыбка, что он начал рассказывать анекдоты, шутки, прибаутки по любому поводу и без оного. И был за это вознаграждён сполна. Алена смеялась в голос, а он наслаждался её чудным смехом.

– А где ты живёшь, Алена? Почему я вас раньше не встречал?

– Там, за речкой.

За речкой находилось соседнее село.

– Я приеду к тебе.

– Нет, – она перестала улыбаться. Стала вмиг серьёзной и деловой. – Не надо.

– Почему?

– Не надо. – Просто повторила она.

И ведь ясно дала понять, что ничего у них не получится, но Пашу, как говорится, уже понесло течением. Он уже ясно представлял себе их будущие встречи, полные взаимности и гармонии. Что было дальше? Да ничего не было!

Алена оказалась неприступной крепостью. У неё был парень, которому она оставалась верна. Все стремления, все знаки внимания, все ухаживания не дали никакого результата. И хотя он уже всё понимал, но поделать с собой ничего не мог. Он приезжал в их клуб, садился где-нибудь в укромном уголочке и просто наблюдал за ней. Он видел её весёлой и жизнерадостной, и не решался в такие минуты омрачать её счастье. Он видел её угрюмой и подавленной, и стремился разогнать тучи над её головою. С каждым днём она всё больше заполняла его душу. И порой не хватало вот так просто сидеть и наблюдать. И он в очередной раз делал попытку сблизиться с ней. Он нарвал огромный букет цветов и оставил их лежать на крыльце. Сам не успел спрятаться, чтобы издали понаблюдать за её реакцией. Не успел отойти от крыльца её дома на пару метров, как столкнулся с нею нос к носу.

– Ты? – Удивилась она, и тут она увидела цветы. Изображать восхищение ей не пришлось.

– Это мне? – Алёна спрятала лицо в букете, вдыхала его аромат и молчала.

Красноречие изменило Павлу. Он не знал, как объясниться с нею, как открыть всю душу.

– Мне двадцать два года, – вдруг сказала она.

– Я знаю, – прошептал он, и съёжился, словно от дуновения морозного воздуха. Она дала ему ясно понять, что смотрит на него, словно на мальчишку, и никак иначе.

– У меня есть парень.

– Я знаю, – голос его стал ещё тише.

– Я люблю его, – Алена вновь спрятала лицо в букете цветов.

– А я тебя, – наконец-то заявил он.

На её лице читалась жалость:

– Эх, Пашка, Пашка. Ты ещё такой молодой, такой симпатичный. У тебя вся жизнь впереди. Не стоит тратить её на то, чтобы приезжать сюда и смотреть на меня. Дни пройдут, и всё забудется. Неужели весь мир сошелся на мне клином? Да любая девчонка будет счастлива, если ты обратишь на неё внимание. Извини, но моё сердце принадлежит другому.

– Я тебя никогда не забуду.

И Павел оказался прав. До сих пор в его сердце живёт она. Он продолжал видеть её, но только тайно, словно шпион. Лишь бы не расстраивать её. Он наблюдал её свадебную церемонию. Слышал веселую музыку, радостные всплески смеха, крики «горько» и отчёт времени после этого. Было мучительно больно. Так, что на глазах выступали слёзы. И лишь после этого он бросил приезжать за речку. Окончил школу, курсы, устроился на работу. А когда от знакомых узнал, что Аленка лежит в роддоме и намедни родила девочку, то не сдержался и послал ей в подарок букет цветов. Она сама позвонила ему:

– Это уже лишнее, Павел.

– Я просто поздравил тебя.

– Спасибо, конечно. Но больше не делай так. Мой муж может не правильно понять. – И без слов прощания она бросила трубку.

Это был их последний разговор. Паша был для неё всего лишь мимолётным, незначимым эпизодом в жизни.

А она для него была первой любовью, которая или забывается не скоро, или не проходит никогда. И хотя он встречался с девчонками, но стоило лишь услышать знакомоё имя, то сердце отзывалось болью.

Осенью того же года он ушел в армию, а после остался в городе.

 

И вот сейчас, после шестилетней разлуки, он услышал её голос за спиной. Павел достал из сумки шоколадку и обернулся. Так и есть: Алёна и Наташенька.

– Привет! Как жизнь?

Алена вздрогнула, и улыбка едва прикоснулась к уголкам её губ. Она нисколько не изменилась: всё такая же свежая, красивая, манящая. И дочка вся в мать – кучерявая, с бархатными глазёнками. Паша не стал задерживать взгляда на Алене, заострил внимание на ребёнке:

– Как живешь, Наташенька?

– Холошо, – девочка легко пошла на контакт.

– Хочешь шоколадку?

– Хочу.

Паша протянул ей батончик.

– Ой, спасибо, – она тут же принялась разворачивать фольгу.

Паша продолжал смотреть только на неё, давая возможность Алене и в себя прийти, и его рассмотреть.

– Мама, – вдруг спросила девочка, – а можно я пойду к дяде?

Паша мгновенно опередил Алену:

– Конечно, можно. Пошли, – он протянул руки и взял ребенка.

Усадил к себе на колени, и между ними завязалась беседа. Наташа просто закидывала его вопросами, и он едва успевал отвечать на их многообразие.

– Дядя, а у тебя есть ещё шоколадка?

– Натали, – окликнула дочку Алена. – Дядя уже устал от тебя.

– Шоколадки больше нет, но есть яблоко. Вкусное, большое яблоко. – Паша проигнорировал желание Алены забрать дочь. – Вот возьми, кушай на здоровье.

– Спасибо. А давай сидеть тихо-тихо, чтобы мама не лугалась?

– Давай, – улыбаясь, ответил Павел. – А что, мама у тебя строгая?

– Очень, – покачала головкой девочка.

Паша чувствовал, что Алена вся обратилась в слух, ловит каждое слово и наверняка улыбается.

– А папа?

– Папа уехал далеко- далеко. Я не знаю когда он плиедет. – Наташа сразу изменилась в лице. На глазках заблестели слезинки. Паша отругал себя за оплошность и поспешил успокоить ребёнка. Поцеловал её в щечку.

– Не плачь. Он обязательно приедет.

– И пливезёт мне живую собачку.

– Да, обязательно.

Они молчали. Наташа расправлялась с большим яблоком. А Паша со своими мыслями. Как часто брошенные матери придумывают для маленького ребенка эту легенду: папа уехал далеко, но он скоро придет и привезет тебе собачку.

– А ты не мой папа? – Наташа посмотрела на него большими грустными глазами. И он знал, как напряглась Алена.

– Нет. К сожалению, – уже тихо добавил он, больше для неё.

– А давай, ты будешь моим папой? – Девочка не унималась, вгоняя Павла в тупиковую ситуацию. Он растерялся.

– Давай, спросим это у мамы? – Предложил он, и они оба обернулись. Алена заметно побледнела.

– Мама, можно дядя будет моим папой?

– Ну, у нас уже есть папа, – Алёна собрала всю волю в кулак. – Он скоро приедет.

Они встретились взглядами, и Паша почувствовал, как в душе нарастало волнение.

– Я пить хочу.

– Иди сюда.

Наташа вернулась к матери, а вскоре уснула.

– Как живёшь, Алена?

– Нормально.

– Нормально – это понятие растяжимое.

– Да ну тебя, – она слегка улыбнулась своей миловидной улыбкой. – Расскажи лучше, как ты? Жена? Дети?

– Нет.

– Что так?

– Не встретил такую как ты.

– Смотри, жизнь ведь проходит.

– Я знаю.

Они недолго еще перешептывались, боясь разбудить Наташу. А вскоре Павлу предстояло сойти, да и Алёнке до дома оставалась полчаса пути.

– Счастливо вам.

– И тебе тоже.

Ночью Павел долго не мог уснуть. В голове постоянно крутились мысли об этой встрече. Он часто повторял про себя: «И всё-таки я не забыл тебя. Алена, Аленушка. Моя первая, и как оказалось, единственная любовь. Вряд ли я когда-нибудь смогу вот так сильно и безумно влюбиться. Никогда. И буду жить только верой и надеждой. Да только не все мечты сбываются. И что тогда? Тогда жизнь, считай, пройдет впустую».

Уснул он только под утро, которое тоже не принесло покоя. Он сидел на крыльце и курил. И тут увидел маленького щенка около конуры.

– Мама, – позвал он мать, которая возилась в сенях. – Что за чудо?

– Найда принесла, – пояснила мать. – Ощенилась где-то, вот и привела. Одно, слава богу. Оставили. Пусть растет.

Идея мгновенно выросла из маленького зернышка сомнения в большую уверенность успеха. Он ухватился за неё как утопающий хватается за соломинку. Это был знак сверху. Как шанс. Единственный шанс. Да и не могло же его всю жизнь преследовать только невезение.

Вечером он был уже за речкой. За пазухой мирно сопел щенок. Его не тревожило сильное сердцебиение хозяина. А тот никак не мог набраться смелости и решительности сделать несколько шагов, отделяющих от знакомого крыльца. Стоял и курил, одну за другой. И тут на крыльцо выскочила Наташенька.

– Дядя! – Она увидела его и сбежала со ступенек. – Смотли.

В руках она несла щенка. Живого щенка. Паша был ошеломлен, сигаретка выпала из его рук.

– Это папа пливёз, он плиехал.

Из дома раздавались приглушенные разговоры и громкий смех. Он словно острый нож полоснул Пашу по сердцу. Легенда «об уехавшем отце» оказалась реальностью. А он вновь оказался лишним на празднике жизни. И он, обернувшись, пошел обратно. Нет, не стоило ему оборачиваться в автобусе. Не стоило ловить надежду. Не стоит пытаться вернуться в прошлое. Оно должно оставаться прошлым. Всегда! 

 

Два брака

Они стояли на мосту, который был перекинут через небольшую речку в центре города. Он был спокойным и задумчивым, медленно курил, стряхивая пепел в речку. Она нервничала, лицо её горело ярким румянцем.

– О, Боже, – часто повторяла она, – что же я наделала?

И в сотый раз открывала паспорт, где в графе «Семейное положение» стоял новенький яркий штамп: «Состоит в браке с Ломакиным Александром Александровичем». Но сколько б раз она ни открывала документ, штамп не пропадал. Это не было ни сном, ни миражом – час назад они поженились.

– Что же ты молчишь? – Она смотрела ему в глаза. Саша не выдержал её гневного взгляда. Отвёл глаза и смотрел на просыпающийся после зимы город.

– Ты винишь меня?

– А кто же виноват? – вопрос прозвучал резко.

– Это было обоюдное решение, – оправдывался Саша. – И некого винить за это.

– Но ты же видел, что я не в себе. Я переживала разрыв с Николаем, а ты воспользовался этим и потащил меня в ЗАГС.

– Не надо, Юля. – Перебил он её.

– Как же теперь будешь смотреть мне в глаза? А моим родителям?

– Она прижала ладони к щекам, которые горели уже огнём.

Саша достал новую сигарету и закурил. Он и сам толком не знал, как случилось это. Всё произошло неожиданно и удивительно быстро. Он бросил нежный взгляд на Юлю. Жили они в одном селе, правда, на разных его концах. Но постоянно встречались в школе, где учились в одном классе. Юля всегда нравилась Саше, и не только своей природной привлекательностью. Она была боевая, смелая, решительная. В классе была заводилой, любое дело горело у неё в руках. Саша же был полной её противоположностью, часто бывал один, любил тихие, неторопливые беседы. Он был самым обыкновенным троечником, и ему стоило больших усилий поступить в тот же институт, что и Юля, где он мог встречаться с ней не только на лекциях. Но и по вечерам, в общежитии, он никогда не признавался ей в любви. И вот даже сегодня, когда целовал её в ЗАГСе, почему-то не решился произнести эти три слова.

– Не переживай, – Саша обнял её за плечи, но Юля скинула его руку и бросила в лицо:

– Всё равно я не стану твоей женой. Не подходи ко мне больше. Никогда! Слышишь, никогда!

Она повернулась и пошла. Саша долгим и печальным взглядом проводил её. Ушла, и он вдруг почувствовал пустоту. Он понимал, что теперь между ними уже не будет той прежней лёгкой дружбы. И на лекциях не сядет рядом, и не примет больше его приглашений в кино и на танцы. Не будут вместе ездить домой. Что же остаётся?

При встречах – «привет», при расставаниях – «пока». Да, глубокая пропасть легла между ними, и через неё трудно будет перекинуть мосток.

Лишь вечером он вернулся в общагу. Домой не поехал (не хотел встречаться с Юлей). Он чувствовал себя виноватым и ждал больших неприятностей. В комнате был Толя, с которым они жили и дружили.

– Ты не уехал? – удивился он.

– Я раздумал, – хмуро ответил Саша и плюхнулся на койку.

Толя продолжил чтение книги, лишь иногда бросал на друга изучающие взгляды. Наконец, он не выдержал молчания, отбросил книгу и спросил:

– У тебя что-нибудь случилось?

– Я женился.

– Понимаю, – покачал головой Толя и рассмеялся, – вот тебе и новый анекдот.

Саша грустно усмехнулся

– И всё же? – Толя не унимался.

– Серьёзно. Я женился. – Саша сел на койке и посмотрел другу в глаза.

– Неужели? – без капли иронии спросил Толя, почувствовав, что другу совсем не до шуток. Он слушал его, не перебивая, а когда рассказ Саши был исчерпан, он вздохнул:

– Да! История! Знаешь, я тоже боюсь, что женюсь по глупости. Когда я встречаюсь с новой девчонкой, то уже через два дня готов ей предложить и сердце, и руку. Но проходят дни, и это безумное желание испаряется. Я тогда понимаю, что чуть-чуть не совершил большую глупость. Я, наверное, так и женюсь, и буду жалеть об этом всю жизнь.

– У нас всё наоборот.

– Вот именно. Это она совершила такую ошибку. А ты, ты-то любишь её?

Саша пожал плечами. Встал, подошел к окну и стал смотреть на ночной город.

– Наверное, люблю, – после молчания ответил он и, обернувшись, спросил:

– Что такое любовь?

– А чёрт её знает. – Быстро ответил Толя, словно ждал этого вопроса.

– Вот и я не знаю.

– А может, её нет совсем. Всё это фантазии поэтов. Она только в кино и книгах, – он кивнул на книжную полку. – В жизни реальной её нет.

– А что есть?

– Ну, я не знаю, – развёл руками Толя, – привычка, расчёт. Влечение, инстинкт. Да, и, в конце концов – не писаное правило: жениться, родить детей. Как говорится, продолжение рода.

– К чёрту всю философию. Пойдём лучше сходим в пивную. Напьёмся, увидим жизнь в другом ракурсе.

– Пошли, – согласился Толя, – надо же отметить твою женитьбу.

Он поймал взгляд Саши и улыбнулся:

– Хорошо, хорошо. Не будем больше об этом говорить, – и похлопал своего расстроенного друга по плечу.

Уже целую неделю Юля и Саша не разговаривали, даже старались не попадаться друг другу на глаза. На лекциях Саша с трудом сдерживал желание обернуться, найти её взглядом среди студентов и посмотреть ей в глаза.

Наступила суббота. Он поехал домой на автобусе последнего рейса. Так было меньше шансов встретиться с односельчанами. Дома был уже поздним вечером. Родители сидели за столом и ужинали. Саша по интонациям их голосов и по взглядам понял, что они уже всё знают. Он никогда не прятался от их гнева и сейчас сразу же сел за стол в ожидании скандала и нотаций. За столом несколько минут висела тишина.

–Ты бросаешь институт? – спросил отец. Этого вопроса Саша не ожидал и был даже удивлён.

– Зачем?

– Ну, как же, – отец развёл руками, – тебе надо теперь устраиваться на работу, чтобы прокормить семью.

Он сделал ударение на последнем слове. Саша вспыхнул, опустил голову. Молчал, гонял в стакане чаинки.

– Что же ты наделал, сынок? – спросила мать. Голос её был добрым, но чуть-чуть дрожал.

– Не знаю. – Саша, и правда, ничего не знал.

– «Не знаю», – передразнил его отец и встал из-за стола. – Опозорил девчонку! Нас с матерью поставил в неловкое положение. Себя насмешил. Жених! – Он ушёл. Немного погодя ушла и мать, не сказав ни слова.

Саша сидел один, всё так же тупо глядя в стакан с остывшим чаем. Он ожидал большого скандала, с криками, таблетками от сердца и может быть пощечиной. Было бы лучше, а сейчас… Боль стала ещё сильнее.

Уехал он на первом автобусе. Не хотелось ни с кем встречаться, словно он совершил преступление. Около общежития он столкнулся с Юлей.

– Привет.

– Привет, – Юля на этот раз не отвела взгляда и не поспешила уйти. – Ты из дома?

– Да.

– Об этой истории знают только твои и мои родители.

Саша ничего не ответил.

– А я подала на развод. – Юля не стала ждать ответа, ушла.

Саша был рад этому, потому что он не знал, что и ответить ей. Только с грустью подумал, что новый штамп в паспорте всё равно не вернёт прошлое. «Мы навсегда стали чужими». От этой мысли почему-то повлажнели глаза.

2.

Автобус был переполнен. Саша стоял около самого выхода и смотрел, как асфальт бежит под колёса, как за окном мелькают то поля, то берёзовые рощи. Он уже долго не был дома, и теперь природа вне города казалась ему необыкновенно красивой: листья уже распустились, закудрявились луга. Их тёплый, нежный, такой живой цвет радовал глаз.

Вдруг автобус три раза «чихнул», дёрнулся и остановился. Водитель выругался и вылез. Саша тоже вышел из автобуса покурить. За ним стали выходить и другие пассажиры. Кто покурить, кто вдохнуть свежего весеннего воздуха, кто просто размяться.

Саша с завистью посмотрел на просёлочную дорогу, которая уходила вдаль между берёзовыми посадками. Она вела в родное село, до которого было всего десять километров. У него созрело решение пойти домой пешком.

– Может, пойдём? – вдруг кто-то спросил его.

Саша от неожиданности вздрогнул и обернулся. Рядом стояла Юля.

– Пешком? – Он кивнул на дорогу.

– Не расклеимся, – улыбнулась она.

– Пошли, – Саша с радостью согласился.

По дороге Юля что-то говорила. Но Саша слушал её в пол-уха. Прошло уже два года с тех пор, как они поженились и развелись. Хотя они и встречались почти каждый день, разговаривали, всё равно ощущалась постоянная напряженность, которую не сгладили эти годы. Юля сильно изменилась. Уже не было той лёгкости и беспечности, которые были присущи ей. Может, она просто повзрослела и окунулась в большую жизнь.

– Скоро окончим институт, и разбросает нас судьба по разным частям света, – долетел до него грустный голос Юли.

– Да, – подержал он её, – грустно. У нас такие хорошие ребята. Тихо! – Саша остановился.

– Что? – Юля стояла рядом с ним.

– Слышишь? – тихо спросил Саша. – Слышишь, как поёт соловей?

Юля заглянула в его глаза и увидела в них какой-то необыкновенный свет. Они долго стояли на дороге и смотрели друг на друга, слушая, как где-то в листве кудрявых берёз заливается соловей. Юля стояла так близко, что Саша не мог преодолеть искушение прикоснуться к её чуть приоткрытым влажным губам. Юля подалась ему на встречу. Поцелуй был долгим и страстным. Вдруг Юля вырвалась, опустила глаза, щеки её залил яркий румянец. Не глядя на него, она сказала:

– Не делай этого больше.

– Юля! – он шагнул к ней.

– Не надо! – вскрикнула она и вдруг побежала по дороге к селу.

Саша не мог с двумя чемоданами догнать её. Пришлось остаток пути идти в полном одиночестве. Она ждала его около села. Уже спокойная, с озорным блеском в глазах. Протянула руку за чемоданом.

– Спасибо.

– Не за что, – Саша смутился.

– Кстати, приходи завтра ко мне.

– Я? – удивился он.

– Да. Завтра приезжает Николай.

– Зачем? – вопрос вылетел как-то невольно.

– Свататься. Приходи. – Она повернулась и пошла.

«Зачем ты так?» – хотелось крикнуть ей в спину, но Саша промолчал. Вспомнил, что в последнее время он видел Юлю и Николая вместе. Всё вернулось на круги своя. И в душе его родилась злость.

«А что если завтра встретить его на остановке и набить морду? Ведь она же моя, моя, я люблю её», – в сердцах подумал Саша, хотя с Юлей они никогда не были вместе.

Совсем не хотелось идти домой. Опять было чувство виноватости и потери. Хотелось просто заплакать, как в детстве – навзрыд.

А вечером он попал на вечеринку, где впервые выпил слишком много. Голова кружилась, его качало. А на сердце были боль и злость, к которым прибавились ещё и решительность, и безумие. Он не очень твёрдым шагом направился на другой конец села, где жила Юля.

Любовь толкает человека либо на подвиг, либо на безумные поступки. Саша подогрел любовь ещё и алкоголем.

В комнате Юли горел свет. Саша подошёл к окну и заглянул в комнату. Юля сидела в кресле и вязала. Саша долго любовался ею. Потом постучал. Юля вздрогнула, встала и распахнула окно.

– Ты? – удивилась она.

– Где твой Николай?

– Ты пьян? – ещё больше удивилась она.

– Почему ему должно достаться всё?

– Что всё? – спросила Юля, ничего не понимая.

Саша не слушал её, продолжая говорить.

– Ты не забыла, что я был твоим мужем? Забыла? Посмотри в паспорт! А я даже не прикоснулся к тебе. Тебе не кажется, что брачная ночь должна принадлежать мне?

– Саша! – вскрикнула Юля.

Этот крик на какое-то мгновенье отрезвил Сашу. Он резко повернулся и побрёл обратно. Юля не пыталась остановить его. Он быстро шел по дороге, но вскоре силы вновь покинули его, он опустился на чью-то лавочку, уткнулся лицом в руки и заплакал.

Утром он проснулся с головной болью и угрызением совести. В душе была пустота, под ложечкой неприятно подсасывало. Ему казалось, что все знают о вчерашнем. И он, сославшись на подготовку к экзаменам, уехал обратно в город.

Лекции, дипломная работа, экзамены, выпускной вечер – время так быстро пролетело. Они всегда находились рядом, но старались не встречаться даже взглядами. А если это происходило, то оба торопливо отводили глаза.

3.

Сразу после института Сашу забрали в армию. Он хотел пригласить Юлю на проводы, но её не было в селе – она уехала куда-то отдыхать.

Привык к армейской жизни он быстро. В душе улеглась вьюга. Повседневные занятия, усталость как-то оттеснили Юлю на второй план. И он стал постепенно забывать её. Видя, как его новые друзья ждут писем от девчат, расстраиваются, страдают, даже был немного рад, что у него всё решилось на гражданке. Его никто не ждёт. И никакие сомнения не терзали его.

Но неожиданно на седьмом месяце службы пришло письмо от Толи. Сперва это было самое обыкновенное письмо: новости гражданской жизни, проблемы трудовой деятельности, расспросы, пожелания. А в конце всего в нескольких строчках, новость, которая потрясла Сашу: «Встретился случайно с Николаем. Хотел узнать о Юле, но поверг его в шок. Он утверждает, что она вышла замуж за тебя!!! Неужели это правда? И ты не пригласил меня на свою вторую свадьбу?».

Саша несколько раз перечитывал эти строчки и никак не мог понять: правда ли это или его друг решил посмеяться? Первым его желанием было написать Юле письмо. Но Саша никогда не подчинялся первому порыву. Они, как обычно, горячие и внезапные. Он так и не решился написать ей, так же как и расспросить родителей о ней.

Вскоре ему дали отпуск, и он поехал домой. Родители от радости заплакали, а потом началась суета и разговоры. Отца интересовали в основном техника и учения, мать больше расспрашивала на бытовые темы. Саша улыбался, отвечал на все их вопросы. И только к вечеру он вырвался на улицу. В клуб не пошел, хотя там была вся молодёжь села. Он просто бродил по улицам, узнавая и не узнавая их. Всё меняется каждое мгновенье, а здесь прошел уже год.

Сам того не замечая, Саша шел к Юлиному дому. Очнулся лишь тогда, когда увидел, что в её комнате света нет. «Зачем я здесь?» – мелькнуло у него в голове. Не найдя ответа, он закурил и задумчиво смотрел в тёмные окна. И уже повернулся, чтобы уйти, как вдруг услышал оклик:

– Саша?

Он вздрогнул, услышав этот нежный и милый для сердца голос, и обернулся

– Привет.

– Привет! – она стояла перед ним, красивая и желанная. – Ты в отпуск?

– Да.

– Надолго?

– Месяц.

– Как служба?

– Нормально. А как ты?

– Хорошо.

Перекинувшись общими фразами, они замолчали. Саша вновь достал сигарету, но не прикурил, вертя её в руке. Ругал себя за нерешительность.

– Замуж вышла? – приходилось дальше вести разговор в том же русле.

– Никто не берёт.

– Да ладно тебе.

– Серьёзно, – Юля почему-то грустно улыбнулась.

– А Николай?

– Он звал.

– Почему же?

Юля вздохнула и подошла к нему так близко, что почувствовала его дыхание на своих щеках.

– Помнишь 9 апреля?

– Да, – он смотрел ей прямо в глаза, ещё до конца не веря в то, что должно произойти.

– Тогда мы с тобой расписались.

– Я люблю тебя, – тихо сказал он. И в следующий миг он уже крепко обнимал её, осыпая горячими поцелуями.

– Я думала, ты никогда не скажешь это, – тихо прошептала Юля.

Через месяц, который пролетел как лёгкий сон, Юля провожала Сашу в армию. В город они приехали рано, чтобы побродить вдвоём по улицам, где прошла их юность.

–Ты счастлива?

– Да, – она уткнулась ему в плечо. – Я снова замужем за Ломакиным А.А. Но, в отличие от первого раза, я счастлива.

– Да уж. Первый раз ты плакала вон на том мосту, – он махнул рукой.

– Ты помнишь всё?

– Да. Абсолютно всё. Надеюсь, что второй брак будет намного длиннее, чем первый. Правда? – он спросил серьёзно, без всякого намёка на шутку.

– На всю жизнь, – горячо прошептала она и после короткой паузы добавила уверенно, – на всю жизнь. 

Чужая женщина

Репродуктор щелкнул, и мелодичный женский голос раздался в зале аэропорта:

– Рейс 410 «Москва-Мурманск» задерживается на два часа.

В конце зала ожидания молодой, лет двадцати пяти-двадцати семи мужчина только тяжело вздохнул и еще раз посмотрел на часы. Из-за непогодных условий он сидел здесь вот уже пять часов. Предстояло лицезреть окружающее еще два, как минимум. Он старался уснуть, но сон не шел. Он старался думать о чём-нибудь приятном: вот прилечу домой, приму горячую ванну, посмотрю телевизор. И дальше список приятного заканчивался, да и мысли упорно возвращались к только что пережитому. Лариса и Анатолий. Лариса! Ларочка!

Он тряхнул головой и встал. Подхватив спортивную сумку, вышел на улицу. Вдохнул полной грудью свежего морозного воздуха и закурил. И как бы он ни отгонял от себя неприятные воспоминания, ему ещё раз пришлось мысленно прожить эти последние денёчки.

 

Толя давно приглашал его к себе. Их дружба длилась уже пять лет, со второго курса института, после окончания которого судьба по-своему распорядилась, не внимая их общему желанию, и разбросала по разным сторонам света. Игорь подался на север, а Анатолию повезло больше – он остался в Москве. Расстояние никак не повлияло на их мужскую дружбу. Писались письма и открытки, заказывались телефонные переговоры. Регулярно ездили друг к другу в гости. И на этот раз (в свой очередной отпуск) Игорь приехал в Москву. Едва он соскочил на перрон, как попал в крепкие дружеские объятья.

– Привет, старина. Как доехал?

– Без приключений, – ответил Игорь и заметил рядом с другом представительницу противоположного пола.

– Познакомься, это Лариса, – представил её Толя.

Лариса оказалась невысокой и весьма симпатичной девушкой. Её карие большие глаза излучали невидимый и такой тёплый свет, что на душе становилась приятно и покойно. Она протянула руку и улыбнулась, продемонстрировав при этом ровный ряд белоснежных зубов. А на щечках появились чуть заметные милые ямочки. Игорь пожал её мягкую теплую ладошку очень нежно и осторожно, словно боясь повредить.

– Игорь.

– Очень приятно.

– Мне тоже.

Толя видел по глазам друга, что его девушка понравилась Игорю, и был счастлив этому обстоятельству.

– Ждите меня здесь, я найду такси, – пробормотал он и скрылся в толпе.

– Толя много рассказывал о тебе, – сказала Лариса, глядя ему прямо в глаза. – И очень хорошее.

Игорь улыбнулся, радуясь, что разговор завязывается без особых проблем.

– Бьюсь о заклад, что он сгустил краски.

– Неужели?

– Уверен.

– Ты разбираешься в поэзии?

– Не совсем. Только Лермонтов и Превер.

– Любишь живопись?

– Матисс и Дали.

– Много знаешь о звёздах?

– Только легенды, предшествующие их названию.

– Увлекаешься историей?

– Французской. Да и то только династией Валуа.

Лариса рассмеялась.

– По крайней мере, как утверждает Толя, ты – очень интересный человек, и с тобой не бывает скучно.

– Не всегда. У меня бывает плохое настроение, и я могу молчать целыми неделями.

– Ты опроверг все слова Толи, – она вновь миловидно улыбнулась.

– Он большой фантазёр.

Их разговор прервал сам Анатолий.

– Поехали?

– Мы как пионеры.

Дорога до дома, где проживал друг, заняла почти час. И он тоже был заполнен разговорами и знакомством. И лишь когда Лариса по дороге покинула их, Игорь почувствовал расслабленность. Девушка почему-то слегка напрягала его. Друзья по приезду принялись за приготовление ужина. Это было традицией: совместными усилиями готовить праздничный ужин, за которым первый обязательный тост был – «за встречу». Ужин затянулся.

– Почему ты не сообщил мне, что у тебя появилась девушка?

– Хотел удивить тебя. Шоковая терапия.

– Считай, что получилась.

– Всегда рад удивлять тебя.

 

Утром Анатолий отправился на работу. Игорь же решил побродить по городу. Москва не переставала удивлять его своей красотой и масштабностью. Да и список сувениров для знакомых был достаточно объёмным и разноплановым. Одним днём тут вряд ли можно было справиться.

– Привет! – Голос за спиной заставил вздрогнуть.

– Лариса?! – Он был приятно удивлен. – Ты?

– Я.

– Встретить тебя вот так случайно на улице в многомиллионном городе? Это же чудо!

– Да, – её улыбка могла просто свести с ума даже самого толстокожего женоненавистника.

– Ты не слишком занята?

– Абсолютно. У меня каникулы и никаких планов в голове.

– Вот и хорошо. Может, заглянем в какой-нибудь кафетерий и съедим по порции мороженого.

– Зимой? Я не против.

В кафетерии выбор мороженого был огромным, и они решили попробовать хотя бы по три. Игорь рассказывал о Севере. Рассказывал так, как человек безмерно влюбленный в него. Лариса слушала заворожено, порой затаив дыхание. За этими рассказами не заметили, как быстро пролетело время. И пришло оно для расставания. Игорь возвращался не спеша. Почему-то хотелось как можно дольше оставаться наедине со своими впечатлениями о встрече с Ларисой. Ведь стоит встретиться с Толей, и это эйфория закончится тривиальностью. Так оно, в конце концов, и произошло. Толя был уже дома и занимался приготовлением ужина.

– Где пропадаешь?

– Гулял. Вот пиво купил.

– Пиво? Отлично, и очень кстати. А то у меня сегодня котлеты получились пересоленными.

Ужинали они в полном молчании, налегая на пиво. «Пересоленные» – слишком мягкое определение для кулинарного шедевра Анатолия.

– Какие планы на вечер?

– Купил три билета на последний сеанс. Отличный, по отзывам, фильм. Сейчас позвоню Ларисе.

Игорю такая перспектива совсем не понравилась, и он пошел на хитрость:

– Извини, у меня были совсем другие планы.

– Другие? – Удивился Толя

– Да.

– Ничего не принимаю. Пойдёшь с нами, и всё. В кинотеатре имеется бар. Можно просто там посидеть, ретро-музыку послушать.

– Да не хочу я мешать вашему свиданию.

– Ха, да у нас ещё вся жизнь впереди, успеем еще надоесть друг другу. И вообще, это ты у меня в гостях, а значит, это я обязан обустраивать твой досуг. И весело, и с пользой. Не спорь! – Резко сказал друг, и Игорю пришлось слабо согласиться:

– Ладно.

С Ларисой они встретились около кинотеатра. Анатолий поцеловал её в щёчку, что-то прошептал ей на ухо. Лариса улыбнулась и протянула руку Игорю, давая понять, что Толе не обязательно было знать об их сегодняшней встрече. И он снова аккуратно и осторожно пожал её тёплую мягкую ладонь. А когда встретились взглядами, то оба смутились, как провинившиеся школьники. До начала сеанса было еще время, и они направились в бар. Заказали по коктейлю и мороженому. Игорь старался не смотреть на Ларису, с трудом преодолевая это желание. Чтобы хоть как-то заполнить пустоту, принялся рассказывать анекдоты. К счастью, на память приходили только новые и оригинальные. Толя с Ларисой не переставали весело смеяться.

– Всё, хватит. Дай спокойно доесть уже растаявшее мороженое, – с трудом выговорил друг.

– На этот счёт тоже есть один анекдотик, – невозмутимо подхватил Игорь и поведал очередную байку.

– Я больше не могу, – прошептала Лариса. У неё на глазах выступили слёзы. Игорь смотрел на неё и всё больше восхищался. На середине сеанса он тихонько выскользнул из зала, решив влюблённых оставить наедине. Анатолий вряд ли испугается его исчезновения. Они понимали друг друга с полуслова. Больше всего он исчез для себя – следовало разобраться в себе и в своих чувствах. Игорь пешком возвращался домой. Ночь выдалась тихая и тёплая.

«Признайся же, тебе очень понравилась Лариса? Да, да, очень. Такие девушки не могут не нравиться. Удивительная и загадочная. Редко в наше время встретишь такую. И вот мне повезло: я встретил! И что? Она – подруга моего лучшего и единственного друга. Чужая она. А Толя молодец, такую девчонку имеет. Ему крупно повезло. Знает ли он только об этом? Осознаёт ли? Надо ему сказать об этом. Обязательно сказать, какой клад ему достался, и чтобы он ценил это и хранил».

В квартиру он попал без труда. Еще по приезду друг выдал ему комплект ключей. Допил пиво и завалился спать.

А когда проснулся, Толи уже не было. На столе записка с пожеланием доброго утра и список продуктов, необходимых купить на ужин. Не успел Игорь одеться, как в дверь позвонили. По привычке, не спрашивая, он распахнул входную дверь, и был безмерно удивлен: на пороге стояла Лариса.

– Привет. Толик просил, чтобы я прошлась с тобой по магазинам.

– Очень заботливо с его стороны. Я ведь и заблудиться могу. Заходи, через пять минут я снова стану пионером.

Собрался он действительно за пять минут. Закупками требуемых Анатолием продуктов они занимались до самого обеда. Но надо сказать, что эти часы лично для Игоря пролетели слишком как-то уж быстро. Он хоть и оставался серьёзным, но старался шутить, на ходу сочиняя небылицы, понимая, что далёк от вчерашней формы. Чтобы хоть как-то сгладить неприятность, купил гвоздики.

– Это тебе.

– Мне? Зачем ты? – Прошептала смущенная девушка. В ее глазах плескалась неподдельная радость. – Это мои любимые цветы. Тебе Анатолий рассказал? Или они тоже присутствуют в списке?

– Это моя инициатива, да и других просто не было. – И тут же сменил тему разговора, который в принципе мог перерасти в неприятный. – Смотри. Видишь вон ту собаку. Порода ризеншнауцер. У меня дома точно такая же.

– У тебя есть собака? – Удивилась девушка. – Знаешь, а мне всегда были непонятны люди, которые в городе содержат собак. Прогулки два раза в день при любой погоде, приготовление питания, уколы, причёски.

– Я ведь живу один. А так приходишь с работы, а дома живая душа. Ждёт тебя преданный друг. А я привык жить в заботе о ком-нибудь. Решать проблемы до изнеможения. А если нет проблем – то я их сам создаю. – Он говорил очень серьёзно, без намёка на иронию. Лариса глянула на него и не могла поверить, что он может быть так серьёзен.

– Ты живёшь совсем один? Сам варишь, стираешь?

– Меня воспитывали как в древней Спарте. И потом, чему ты удивляешься? Толя же тоже проживает один.

Лариса смутилась и густо покраснела.

– Я упустила это из вида.

– А вот мы и дома. Спасибо за помощь. – Он протянул руку. Не корректно он посчитал приглашать девушку в квартиру в отсутствии там ее жениха.

– Мы разве сегодня не увидимся?

– Нет.

– Тогда, до свидания.

– До свидания.

Игорь был удивлён, когда застал на кухне друга.

– Ты уже дома?

– Сегодня пятница, короткий день, да и на тот я отпросился. – Кивнул на объёмные пакеты. – Всё купил?

– Благодаря Ларисе. И когда ты успел её об этом попросить?

– Вчера, между поцелуями.

– Ясно. – Игорю совсем не нравилась перспектива провести целые выходные в обществе друга и Ларисы. Хотя нет, не точное определение. Без Ларисы. Раньше они весело проводили время вдвоем, устраивая соревнования, кто больше «склеит девчонок». Теперь такое времяпровождение исчерпало себя полностью. Он распаковал пакеты.

– Пиво? – Удивился Толя. – Кажется, в списке отсутствовал сей пенный напиток.

– Я для себя. Как с обедом?

– Мой руки. Обед почти готов.

Обедали снова в молчании. Только иногда Анатолий бросал озабоченные взгляды на друга, который обильно запивал каждую ложку пивом.

– Ты немного пьёшь?

– Что-то муторно на душе. – Отмахнулся Игорь.

– Тебе понравилась Лариса?

Игорь давно ждал этого вопроса, и всё-таки он прозвучал как-то не к месту и не ко времени, заставив вздрогнуть и слегка покраснеть. Хорошо, что Толя склонился над тарелкой, и не видел этого. Игорь же быстро взял себя в руки.

– Отличная девчонка. Я даже завидую тебе.

– Помнишь, именно о таких мы с тобой когда-то мечтали. Правда?

– Да, мечтали. Хоть у одного из нас мечта сбылась.

– Верь, взойдёт она,

Звезда пленительного счастья. –

Успокоил его Толя. – Знаешь, я очень счастлив. Даже не понимаю, как я раньше жил без неё.

– Я рад за тебя.

– Спасибо.

 

Прошло несколько дней. Игорь, внешне спокойный, чувствовал в душе настоящий разгул стихии. Он был влюблен. И это чувство ежедневно росло и укреплялось, но радости и счастья не приносило. Он изменился с тех пор, когда только что прилетел в столицу. Он старался избегать встреч с Ларисой, но это ему очень редко удавалось. Анатолий, ослепленный своим счастьем, не замечал ничего вокруг себя. И устраивал культпоходы и вечеринки с обязательным присутствием лучшего друга и любимой девушки. Где они только не успели побывать за столь короткое время. Выставки и экскурсии, дискотеки и катки. Походы на лыжах в Подмосковье. Игорь же становился всё грустнее и грустнее. Настроение его падало. Тем более он стал вдруг всё чаще ловить на себе Ларисины взгляды, которые дружескими уже не назовешь. В редкие минуты уединения он всё чаще ругал себя:

– Мне надо срочно уехать. Я так боюсь понравиться этой чудо девочке. Толя мой единственный друг, и я не могу рисковать такой дружбой. Надо сделать всё, чтобы Лариса почувствовала ко мне неприязнь, лучше даже отвращение. И тогда огромная пропасть ляжет между нами. Она чужая. Чужая. Запомни это, Игорек. Я не имею права отбивать ее, даже если она сама того желает. Толя, тоже мне! Слепец! Ничего не замечает. И как же он будет страдать, если вся правда вылезет наружу. Да. Это с одной стороны. А если взглянуть с другой? Вдруг Лариса – моя судьба, моя вторая половинка. Такое может быть? Может! Вот дилемма! Вот вопрос!

 

Он сидел в том самом кафетерии, за тем же самым столиком. Только рядом не было её, а на столешнице – бокалы пива, которое, к сожалению, совсем не помогало ему ни решить все вопросы, ни утолить боль.

– Привет, – раздался рядом такой милый голосок.

– Привет.

– Толя волнуется. Думает, что ты заблудился. А моё сердце подсказало, где тебя искать.

– Твоё сердце не ошиблось.

Она присела напротив и смахнула несколько рыбных чешуек.

– Опять ты пьешь? – Грусть в голосе была неподдельной.

– У меня начался запой.

– Запой?! – Одновременно прозвучало и удивление, и недоверие. Да Игорь решил прибавить к ним еще и разочарование:

– Месяц пью, неделю отхожу. Немного отдыхаю, и опять всё по кругу

– Ты врёшь.

– Нет.

– Врёшь, – упорно повторила Лариса. – И я не понимаю, зачем тебе это надо? Это даже не смешно.

– Неужели не понимаешь? – Он взглянул в её глаза и заметил, что девочка на грани срыва. Глаза уже блестели от влаги. Ничего не говоря, она вскочила и убежала. Игорь даже не шелохнулся. А через полчаса к нему подошел Анатолий.

– Ты испугал меня.

– Я уезжаю завтра.

– Почему?

– Ты всё поймёшь.

Они молчали. Достаточно долго. И взгляды поверх пены пива на кружках многое сказали без слов.

– Пошли, поздно уже. Да и кафе скоро закроется.

Они вышли на морозный воздух. Постояли, подышали, изгоняя из организма отравленную атмосферу кафетерия. И не спеша, побрели домой, всё так же безмолвно. И лишь когда подошли к самому дому, Толя схватил друга за руку:

– Скажи, неужели это конец? Я не хочу терять такого друга, как ты. Но и Ларисой жертвовать…

– Ну что ты, Толян. Это просто на меня хандра напала. Всё будет, как и прежде. Навсегда. Успокойся.

Ларису он больше не видел.

И вот уже седьмой час торчит он в аэропорту. Словно сама погода против того, что бы он покинул город. В голове постоянно крутились строчки какой-то полузабытой песенки «Мы любили с тобою друг друга, но, увы, нам вместе – не судьба». И он шептал эти строчки, шептал. То ли успокаивал себя, то ли совсем наоборот. Пройдёт целый год, прежде чем они встретятся с Анатолием. И это только по их плану. А время, как известно, хороший доктор. Лишь бы девочка не наделала глупостей.

Наконец-то объявили посадку, и через несколько минут самолёт поднялся в морозное московское небо.

Комментарии: 2
  • #2

    pervayarosa (Среда, 16 Октябрь 2013 20:28)

    Уважаемые читатели! Авторы с большим волнением ждут ваших отзывов и комментарий. Пишите, делитесь своими мыслями о прочитанном. Ваши пожелания, добрые слова или критика просто необходимы.

  • #1

    pervayarosa (Воскресенье, 06 Январь 2013 17:05)

    Радует новая встреча с Владимиром Невским!