Галина Щапова

ГАЛИНА ИВАНОВНА ЩАПОВА  г.Москва

О себе: Козерог (Родилась 15 января).

Окончила Томский университет (факультет мехмат), несколько лет работала на московском радио.

Много путешествую, пишу повести рассказы, очерки.

Член союза писателей России. Печатаюсь в журналах "Природа и человек", "Турист", "Лазурь", «Крылья» , «Работница»,«Литературные незнакомцы», «Свирель»

Автор книг "Когда чайка не машет крыльями", "Московский трамвай - записки водителя". Последняя переведена на несколько европейских языков.

В настоящее время консультант и лектор Российского Центра Информатики.

К родным и дальним берегам

сборник рассказов и очерков

Восход, которого нет нигде, кроме…

Внуково. Восемь вечера. Ту-154 почти без разбега стремительно поднялся в воздух, взяв направление на Иркутск. В салоне самолёта справа от меня сидит молодая симпатичная женщина-бурятка. Немного поговорив с ней, я подложила под голову надувную подушку, на глаза надела тёмную повязку и постаралась уснуть.
Когда открыла глаза, за окном тоненький месяц, повернувшись своими рожками к единственной звёздочке, любовался ею. А под нами облака слились в единое полотно, похожее на вспаханное чернозёмное поле, с ровной линией горизонта, будто проведённой по линейке. Этот небесный пейзаж был совершенно неподвижен, и казалось, что наш самолёт не движется, а висит в пространстве между «пашней» и ночным небом.
За бортом быстро темнело. Мы летели в ночь. Разность во времени между Москвой и Иркутском пять часов. Я закрывала глаза, а через некоторое время вновь открывала, чтобы проверить, там ли ещё месяц со звездой. Да, они были на том же месте. Он не сводил с неё глаз, а она сияла для него одного.
Я устала наблюдать за влюблённой небесной парой. Пассажиры в салоне дремали, и я, опустив пластиковую шторку иллюминатора, снова погрузилась в сон.
– Не спите, – слегка тронула меня за локоть соседка, – сейчас начнётся рассвет. Давайте посмотрим.
Я открыла глаза. На часах было половина первого ночи по московскому времени.
– Здесь уже наступает утро. Такого восхода вы не увидите нигде на планете, – продолжала женщина. – Поднимите шторку, – попросила она.
Вспаханное облачное чёрное «поле» превратилось в грязно-серое «одеяло». Самолёт всё так же «висел» в пространстве. Линия горизонта посветлела, а месяц со звездой всё любовались друг другом.
Я не отрываясь смотрела в иллюминатор и ждала чуда. И оно случилось.
В середине «одеяла», где оно как бы прохудилось и стало редковатым, вдруг появились два небольших оранжевых озерца. Не за линией горизонта, как мы обычно наблюдаем восход, а снизу, в середине этих густых облаков начали пробиваться первые солнечные лучи. Затем озерца исчезли, потом вновь появились и незаметно слились в одно длинное огненно-оранжевое озеро.

И, наконец, появился небольшой краешек солнца. Очень медленно оно поднималось из-под облаков, разрывая их, и вот уже перед нами полный золотистый диск.
А месяц со своей звездочкой всё ещё никак не могли проститься и расстаться.
И все три светила какое-то время продолжали сопровождать нас.

Здравствуй, Байкал!

В аэропорту Иркутска девушка Оля с табличкой «Байкальские приключения» встречала нас – туристов из Москвы. Отдохнув и пообедав в одном из ресторанов города мы на большом комфортабельном автобусе выехали в посёлок Большое Голоустное на берегу Байкала, где нас ожидал катер, чтобы везти дальше в бухту Песчаную на базу отдыха «Байкальские дюны».
Во время поездки на автобусе близость сибирской таёжной сказки уже маячила перед нами. Россыпь изумительных солнечных жарков мелькала за окнами. Хотелось, чтобы не кончалось пылающее зарево этих оранжевых цветов, перемежающихся с белыми головками ромашек, высокими фиолетовыми башенками иван-чая и цветущим шиповником.
И вот она – долгожданная встреча с Байкалом и первое знакомство со священным озером-морем.
На катере никто не спускался в каюту, несмотря на холодный ветер. Все любовались морским простором, чистейшей водой и природой, такой дикой, гористой, поросшей лесом. Дети, а их было четверо в группе, не выпускали из рук биноклей, рассматривая подробности на дальних берегах.
Два часа водного пути и мы у цели. Добраться сюда можно только по воздуху или по воде. Это место надёжно отделено от шумной и суетной цивилизации бездорожьем, поэтому и сохранило свою первозданность.
Забросив вещи в дом, спешу на берег. Домики, в которых нам предстоит прожить неделю, стоят прямо в лесу и в их окна смотрят ветви могучих кедров – хранителей природы. А лес так близко к песчаному берегу, что вечером, сделав один шаг за порог и утопая босыми ногами в песке, можно любоваться огненным закатом.
Сама база расположена в уютном живописном месте на территории Прибайкальского национального парка и окружена с одной стороны скалами и тайгой, с другой – озером. С севера и юга бухту, которую часто называют Сибирской
Ривьерой, прикрывают мыс Малый Колокол и скала Жандарм. Но о названиях гор, скал, хребтов, бухт мы узнаем позже в экскурсиях и походах, в которых неизменным нашим гидом-экскурсоводом будет Татьяна.
– Я абориген. И всё знаю об этих местах. Готова поделиться с вами своими знаниями. – Так начала знакомство с нами эта удивительная женщина.
На первый взгляд непривлекательна, худощава, близорука, а начнёт говорить, что-то рассказывать и впечатление резко меняется. Смотришь на эту уже немолодую женщину и видишь перед собой обаятельного, умного, интересного человека. В первый же вечер Татьяна организовала для нас костёр знакомств. Знакомства с ней, друг с другом, с историей Байкала, овеянной легендами.

Бурятская сказка-легенда

Было у Байкала три дочери: старшая Лена – умная, рассудительная, средняя Рита – эгоистка, любящая только себя, девушка себе на уме, и младшая – романтичная красавица Ангара. По традиции отец сначала должен выдать замуж старшую дочь. И сосватали Лену за богатого жениха Енисея. Енисей красив, хороший охотник и воин.
Но Ангара, гуляя по лесным просторам, наслышалась от птичек, что есть такой красавец Енисей, который якобы без ума от неё. И она решила бежать к Енисею.
И вот в одну тёмную ночь Ангара, надев своё самое лучшее голубое платье, тихо-тихо вышла за дверь и убежала.
Проснулся отец и, узнав об этом, разгневался, бросил вдогонку шаман-камень, чуть не убил Ангару. Упал этот камень на подол её платья и потянулся за ней длинный шлейф. Рассвирепевший отец отправил в погоню за беглянкой своего сына Иркута, чтобы он вернул Ангару, но Иркут любил сестру и хотел ей добра, поэтому, ослушавшись отца, помог ей бежать. Когда Ангара добежала до Енисея, тот встретил её с распростёртыми объятиями. Оскорблённая Лена, обидевшись, развернулась и ушла в другую сторону. Рита же, насмотревшись семейных страстей, решила остаться одна и жить для себя.
Если мы посмотрим на карту, то увидим, что «шлейф» Ангары в виде расчёски огромным количеством воды вытекает из Байкала, Шаман-камень – это выступающая часть одного из её отрогов, а Иркут – приток Ангары.
Лена берёт своё начало недалеко от Байкала у приморского хребта, там, где начинается Байкало-Ленский заповедник и, захватывая среднюю часть, делает резкий поворот и уходит дальше на север.
А Рита в основном подземная река, она имеет подземное русло и берёт начало у мыса Рытова. Этот мыс известен как аномальная зона и человек, находящийся здесь долгое время, чувствует легкое волнение, дискомфорт. Именно там местные шаманы часто проводят свои обряды.
На Байкале существует несколько таких мест, которые плохо влияют на человека. На острове Ольхон, например, есть шаман-камень или, как его называют, шаман-скала, на которую женщинам не рекомендуется не только подниматься, но и подходить близко, так как потом они не смогут иметь здоровых детей.
Но гораздо больше в прибайкальских скалах мест, где можно почувствовать прилив сил и энергии. В одно из таких мест мы и отправились.

 Скала Обозрения

Сначала Татьяна ведёт нас лесом, затем выводит туда, где обширная песчаная дюна на склоне, опускающемся к  воде, образует небольшую ложбину и называется «сковородка» На этом открытом солнечном месте можно не только загорать, но и поджариться, как на настоящей сковороде.
Бухта Песчаная – это одно из самых экзотических и романтичных мест на юго-западном берегу озера. Песчаный пляж её в форме полукруга тянется на 750 метров в длину и метров 20 в ширину. Белый песок и голубая прозрачная вода создают ощущение райского тропического уголка. Однако вместо пальм мы видим ходульные деревья с обнажёнными корнями выше человеческого роста, из-под которых вода и ветер постоянно вымывают и выдувают песчаную почву. И они высоко поднялись над землёй на своих корнях-ходулях. Видим могучие винтовые сосны и лиственницы с закрученными ветром стволами и ветвями. Какая невероятная сила заставляет их скручиваться в таком ужасном танце!
Я разуваюсь и, с удовольствием утопая в горячем песке, щёлкаю фотокамерой.
Покидая «сковородку» снова входим в лес. Наш путь к Скале Обозрения продолжается.
Раскидистые многовековые сосны, лиственницы, кедр – хлебное дерево Сибири порой вопреки природе растут без почвы на голых скалах. Не зря их здесь называют деревьями мужества.
Время от времени на нашем пути попадаются кучки обшелушенных шишек – это поработала белка. Кроме белки орешками промышляет и кедровка, пёстрая бело-чёрная птица, размером с голубя. В лесу можно наблюдать такую картину. Белка сидит, держит шишку и грызёт орешки. Кедровка пикирует на неё, белка шишку роняет, а другая кедровка подбирает её. Часто скупая кедровка прячет свои запасы, забывая, куда спрятала. Был даже такой случай, когда орнитологи нашли кедровку, которая умерла от голода, хотя её зоб был полон орешков. Она их не ела, не глотала, себя не кормила, она их накапливала.
– А обшелушенные шишки – это прошлогодние, – поясняет Татьяна, – сейчас кедр цветёт, а маленькие шишки будут спелыми только на следующий год. На сосне и лиственнице тоже можно увидеть три поколения шишек.
Но вот мы и на Скале Обозрения. Отсюда с высоты двухсот шестидесяти метров открывается удивительный по своей красоте вид на бухты Бабушка, Песчаная, Академическая и, конечно же, на озеро Байкал.
Затаив дыхание смотрю на уходящую вдаль панораму. Это необыкновенное место. Здесь на плоских поверхностях скалы в разных местах образовались семь небольших круглых колодцев глубиной в тридцать-сорок сантиметров, которые считаются энергетически сильными. Эти углубления постоянно заполнены водой, которая никогда не испаряется и не зеленеет.
Учёные-геологи говорят, что в этих местах залегает железная руда, поэтому часто притягиваются молнии, и постоянные удары большой силы в одно место приводят к образованию таких небольших выемок.
Существует поверье, если в такой колодец бросить монетку, загадав при этом заветное желание с условием никому не навредить, то оно непременно сбудется. А если полежать на огромных камнях этой скалы, можно почувствовать прилив сил и энергии, что мы и делаем, подставив свои тела солнцу и ветру, восстанавливая силы после подъёма.

Бакланий Камень

Дорога идёт лесом по высокому берегу вдоль озера и поднимается всё выше и круче. В Песчаной бухте нет ни одного маршрута без подъёмов и спусков.
Группа из двадцати человек вытянулась в длинную цепочку.
Таёжные буреломы приходится преодолевать медленно и осторожно, стараясь идти «след в след». Зато на открытых местах есть возможность останавливаться у каждого незнакомого кустика и цветочка.
По всему склону поляны, на которую мы вышли, как будто разбросаны крупные колючие фиолетовые шарики, похожие на репейник – это левзея во всей своей красе. Здесь же попадаются нежные жёлтые маки, незабудки на низеньких стебельках, бело-розовые гвоздички. В лесу в тенистых местах белый вьюнок оплетает кусты и деревья, а в траве кукушкины слёзки или таёжный ландыш опустил розовые головки к земле. Даже подснежник встречается иногда, несмотря на июнь месяц.
Незаметно за разговорами выходим к Бакланьему Камню – небольшой голой скале, высота которой метров пятнадцать, а вершина частично имеет вид башни. До середины ХХ века она была излюбленным местом бакланов, а теперь здесь гнездятся одни чайки.
Баклан – птица южная и прилетала сюда, чтобы вывести птенцов, а вскормив и вырастив их улетала и больше уже не возвращалась. Летели бакланы в Китай на Жёлтое море и дальше на юг. В природе этих птиц становится всё меньше. Вырождаются они. Китайцы используют их как живую удочку. Надевают на шею баклана кольцо на верёвке и отпускают в полёт. Голодная птица кидается за рыбой, хватает её, а проглотить не может. Бакланы в отличие от чаек не могут есть и глотать рыбу на воде или на лету. Они должны присесть где-то и тогда съесть её. И вот хозяин отнимает рыбу у птицы, и бедный голодный баклан снова летит за пищей для себя, которую у него опять отбирают. Да и омуля, которым он питается, становится в Байкале всё меньше.
Чудесное место у Бакланьего камня настолько притягательно, что его часто можно увидеть на картинах художников и в фотоальбомах, рассказывающих о Байкале, который иногда называют морем алмазов.

За солнышком подсматривать нельзя

Говорят, если встать в четыре часа утра и смотреть в сторону Скалы Обозрения, можно увидеть необычный восход солнца.

Я встала, оделась потеплее, ночи на Байкале холодные. Вышла на улицу. На территории базы кое-где на низких столбиках горят весело раскрашенные фонари, светятся неоновые номера домиков. Небольшой фонтан круглосуточно разбрызгивает освещённые струи. В отдалении наш катер «Святой Лука» спит у причала. На спортплощадке колышутся разноцветные флаги, обдуваемые лёгким ветерком. Ласково шуршит озеро. На базе сонное царство.

Укутавшись в одеяло, я устроилась в шезлонге на самом берегу озера в ожидании рассвета. Тёмная, длинная почти неподвижная туча, словно щука с открытой пастью нависла над озером.

Прошёл час. Восхода нет. И «щука», разорвавшись на две части, уплыла в глубокое воздушное пространство. А солнце из-за гор всё не выходит, только розовая полоса протянулась от скалы вдоль озера.

На часах пять часов пятнадцать минут. Вот ещё кто-то вышел на берег и бредёт на дальнем конце пляжа. «Наверное, дед-туман не выпускает солнышко на свет» – думаю я, встаю с насиженного места и отправляюсь досыпать – до завтрака ещё почти четыре часа. Нетерпеливый я человек – посидеть бы до шести утра и увидела бы то, что хотела. Придётся завтра повторить всё сначала, не уезжать же с Байкала так и не встретив восхода солнца.

На следующее утро встала в пять утра. И вот я опять дежурю на своём вчерашнем месте. Небо затянуто сплошной густой тучей и только у горизонта светлая полоса. Это радует. Значит, солнце можно будет увидеть. Но признаков восхода пока нет. Недалеко в шезлонгах сидят ещё несколько человек. Из окна бани, что стоит на

берегу, падает полоска света. Тихо. Только чайки в своём семействе на высоком камне то кричат как кошки по весне, то кудахчут как куры.

Вдруг распахнулась в бане дверь, и девушка, сияя белизной своего тела, стрелой пролетела к озеру, окунулась в шестиградусную воду Байкала и умчалась обратно. Через пару минут молодой человек проделал из бани тот же путь.

И опять тишина.

Светает. Начал накрапывать дождь. Стало понятно – восхода не увидеть.

Я снова отправилась спать, и мне приснился сон. Будто стою я на берегу. Вдруг откуда-то появляется непонятное расплывчатое существо, оно смотрит на меня с укором, грозит пальцем и говорит так тихо и медленно:

-– За солнышком подсматривать нельзя.

Затем, удаляясь, оборачивается и добавляет:

– Судьбу можешь изменить.

И, прижав палец к губам, исчезает.

Проснувшись, я задумалась над странным сновидением и поняла, что увидеть восход солнца на Байкале мне не суждено.

Северное море

Глядя на карту можно увидеть, что озеро образовано в виде двух бычьих рогов, как бы соединённых алмазной пряжкой – островом Ольхон. Но морем алмазов его называют ещё и потому, что вода в нём абсолютно прозрачна – чистейшая пресная вода, насыщенная кислородом, которую можно пить. Есть у этого озера ещё одно название – Северное море. Когда русские люди пришли на Байкал, а было это в середине XVII века, здесь уже поселились разные племена, и у каждого из них было своё название озера. Китайцы, например, называли его «Бэй-хай» (Северная вода, Северное море), якуты – «Бай-гель» (Богатая вода), монголы и буряты – «Байгаал»
(Большая вода). Русская фонетика заменила несколько букв, преобразовав название в «Байкал».
На побережье основательные исследования и раскопки начались в XVIII веке по указу Петра I. Были найдены орудия труда, осколки керамической посуды, относящиеся к I тысячелетию до н.э. Но только лет тридцать назад в Иркутском университете была создана система по изучению бурятского языка и культуры этого коренного населения Прибайкалья.
История самого озера уходит в более давние времена. Байкал – старейшее озеро в мире. Оно существует около 25 миллионов лет. Вода в его чаше была всегда, но признаков старения учёные не наблюдают. Подводные растения и животный мир обновляют воду и не дают ей стареть. Сейчас возраст воды в южной части озера всего 220-250 лет. А постепенно разрушающиеся горы расширяют границы Байкала примерно на два сантиметра в год. У природы есть места, которые она создаёт с особой любовью. Пронзительно чистая то голубая, то бирюзовая вода Байкала в искусно выполненных декорациях с изломами скал и горными вершинами – одно из таких чудесных мест на нашей земле. В древних летописях XII века сказано об этом озере: «Всевышний создал это море таким, что оно шумит и бушует, и будет шуметь и бушевать, и реветь до скончания дней наших».
Июнь, 2009 г.

Хакасская мозаика

Город моего детства

Более полувека живу я в Москве, но даже одно упоминание о городе Абакане тревожит мою душу. Мне часто снятся моя школа, мой старый дом, одноклассники, с которыми мы до сих пор встречаемся каждые пять лет. Вот и в этом году наша очередная встреча.
Жарким летним днём в назначенный час пятнадцать выпускников (ох, и давнего года!) встретились у своей школы. Кто-то приехал впервые, кто-то бывал уже не раз, а кого-то уже не будет с нами никогда. Разобравшись, кто есть кто, заходим в школу. Какое же здесь всё родное! Десять самых дорогих юных лет провели мы в стенах этого здания. Дежурный открыл наш класс, и мы, рассевшись за современные парты-столы, вспомнили, какие у нас были парты с откидной крышкой, кто, где и с кем сидел и … пошли воспоминания.
Я в первом классе сидела за первой партой, и у нашей учительницы не было часов (даже у учительницы!). Она посылала меня в коридор к большим часам посмотреть время. Я возвращалась и сообщала примерно так: «большая стрелка на шести, а маленькая на десяти». И Мария Петровна, так звали мою первую учительницу, определяла, сколько минут осталось до конца урока.
А когда мы учились в 10 классе, помню, в Абакан приехала из Москвы съёмочная группа фильма «Неотправленное письмо». И мы решили пригласить на школьный вечер Татьяну Самойлову. В гостиницу, где она жила, пришли с подругой нарядные в белых школьных фартуках. Стали подниматься по широкой лестнице, а навстречу спускается ОНА – такая знакомая, лёгкая, в розовой кофточке и узкой юбке.
Ещё не закончили мы свою подготовленную речь, как сверху кто-то крикнул, что её вызывает Москва. Татьяна побежала, споткнулась, упала на лестнице, вскочила и быстро умчалась. Мы пригласили, но она не пришла.

Мы знали, что история о том, как четыре геолога искали в безлюдной промёрзшей тайге месторождение алмазов, снималась в подлинно таёжных местах, описанных в повести Валерия Осипова. Самойловой роль давалась очень трудно, так как она с детства страдала туберкулёзом и на площадке у неё вспыхнула старая болезнь.
У нас в городе нашлась девушка очень похожая на Татьяну, говорили, что она её дублировала в самых сложных сценах.
Но вернёмся в наш 10«Б» класс.
Мы всё вспоминали и вспоминали – и наши летние походы, и наши споры, и школьный театр, которым руководила любимая нами Ираида Андреевна – заслуженный учитель республики и почётный гражданин города. До сих пор благодарные ученики всех выпусков несут и несут цветы к подножию её памятника на кладбище.

Два дня продолжались наши воспоминания – в школе, в кафе, и… на вокзале.
Одноклассники разъезжались по своим городам – Новосибирск, Красноярск, Москва, Екатеринбург. Я же оставалась в Абакане ещё на неделю, чтобы походить, поездить, послушать хакасские легенды, и узнать что-то новое о своей малой родине.

Медвежья кровь

Давным-давно, говорится в хакасской легенде, неподалёку от одного из аулов появился аба – медведь великан. Он держал в страхе местных жителей, уничтожал скот, нападал, бывало, и на людей. Бесчинствовал медведь до тех пор, пока не вырос в ауле молодой алып – богатырь. Он отважился вступить в схватку с медведем. Долго они бились, ни один не мог одолеть другого. Наконец, алыпу удалось ранить зверя, и тот бежал. Однако богатырь не успокоился и бросился за ним в погоню. День и другой шёл он по следу медведя, пока не услышал ночью, как тот кричит, чувствуя близкий конец. Когда рассвело, богатырь увидел среди дикой тайги погибшего зверя, превратившегося в огромную гору, из которой била мощная струя воды. Вбирая в себя по пути всё новые ручейки, поток сбегал вниз, превращаясь в полноводную реку. Местные жители назвали эту реку Абахан или Абакан, что в переводе с хакасского означает «медвежья кровь». На берегу этой реки и возникло поселение. Археологические раскопки доказали, что ещё в I в. до н.э. здесь жили люди. За свою долгую историю эта территория сменила многих кочевых и оседлых владельцев. Но история самого города известна с 1780 года, когда на этом месте образовалось село Усть-Абакан, а в 1931 году оно получило статус города. В  настоящее время Абакан – столица Республики Хакасия.
Просторные проспекты и улицы города, построенные на перспективу, удивляют своей шириной. В современной части столицы тон задают высотные здания, они постепенно вытесняют старые деревянные дома и постройки. Но мне милей и дороже наш старый квартал деревянных двухэтажек, который ещё существует. Как магнитом тянет меня в эти дворы, где когда-то собиралась ребятня всех возрастов, и мы играли в лапту, выжигалку, штандер, в казаков-разбойников. И много ещё игр было у нас. Всей ватагой ходили на речку. Мальчишки брали большую камеру от грузовика, а мы, девчонки, – наволочки. Мало кто сейчас представляет, как можно плавать на наволочке. Взявшись за её уголки с открытой стороны, и резко взмахнув
над головой, набираешь в неё воздух, зажимаешь открытую часть рукой, кладёшь на надутую наволочку голову и плывёшь, пока воздух не выйдет.
По зелёной аллее, которая тянется через весь проспект Ленина до самой реки, пересекая фонтан-сюрприз с неожиданными взрывными струями и парковую зону, выхожу к реке Абакан. Теперь здесь всё такое ухоженное – организованный пляж, красивый мост перекинут на другую сторону реки, лодочная станция, детские аттракционы. Множество скверов, парков, площадей в разных частях города  украшают фонтаны, цветочные клумбы, необычные памятники.
В центре города я неожиданно обнаружила утопающий в зелени мини-парк, где можно прогуляться среди цветущих кустов и деревьев, полюбоваться лилиями в пруду, фонтанчиками, небольшими водопадами, посидеть в открытых цветочных кафе. А дети могут подняться на пиратский корабль и увидеть сказочный замок.
Еду на незнакомую мне доселе Соборную площадь. Семи-купольный  Преображенский собор, сияющий белизной и позолоченными куполами, виден уже издалека. Он включает в себя верхний храм с пятиярусным иконостасом и двумя
боковыми приделами, и нижний – крестильный храм и пяти-ярусную колокольню с двенадцатью колоколами. Собор довольно «юный», его строительство было начато в 1994 году. Недалеко от храма в Преображенском парковом комплексе поставлен памятник святым князю Петру и княгине Февронии – покровителям супружеской любви, семьи и верности, а в центре парка на ступенчатом постаменте, на светлой мраморной колонне «Добрый ангел мира» выпускает в небо голубя.
В комплекс входит и парк топиарного искусства – единственный в своём роде парк в России. Иногда его называют «сад мечты». Топиарное искусство – это искусная стрижка кустарников и деревьев, в результате которой появляются фантастические образы птиц, животных, геометрические фигуры.
Войдя в парк, я оказалась среди Альпийских гор, тропических растений и миловидных животных. Вот сидит орёл с размахом крыльев в десять метров, кочки из травы, которые оказываются ёжиками, автомобиль диковинной марки. Внимание привлекает копия Эйфелевой башни. Высота её четырнадцать метров. Это примерно высота пятиэтажного дома. Отличие от парижской – не только в высоте. Башня покрашена в белый цвет, а на первом ярусе планируется открыть маленькое летнее кафе.
Возвращаюсь в центр города.
В 2008 году на улице Пушкина во всей своей красоте и великолепии поднялся ещё один храм в честь святых равноапостольных Константина и Елены. Забытый жизнью уголок Абакана, поросший бурьяном, крапивой и завершающими свой век тополями, превратился в одно из красивейших мест столицы, создавая атмосферу гармонии и умиротворённости. Но есть в городе и древняя Никольская церковь, по красоте своей она не может соперничать с молодыми красивыми храмами. С 1859 года скромно стоит она на краю города. Много раз её разрушенную восстанавливали, реставрировали, и она до сих пор радушно принимает прихожан.

Солёные «лечебницы»

Хакасию можно назвать уникальным природно-историческим заповедником. Кажется, будто природа, создавая этот уголок земли, использовала всю фантазию, чтобы показать своё великолепие.
Необычайно разнообразны хакасские ландшафты. Бескрайные степи, высокие горы, суровая тайга, алтайские луга и горная тундра. Более двухсот озёр разбросаны по степям. Некоторые из них засолены, вода в других обладает целебными свойствами.
На одно такое озеро я и отправилась со своими давними знакомыми. Когда-то мы с Агнией и её родителями жили в общей коммуналке и не виделись много лет, а встретились как родные люди.
Днём стояла нестерпимая жара, поэтому на озеро Лукьяновское поехали к вечеру. Удивительный берег увидела я. Зелёный травяной и изумительно мягкий, словно ковёр, он пестрел от разноцветных палаток, навесов и машин. Отдыхающие загорали, мазались целебной грязью и, как поплавки, болтались в солёной воде. Мы присоединились к ним. На этот «дикий» курорт народ съезжается со всей Хакасии и Красноярского края. Здесь купаются и отдыхают молодые семьи с малышами, взрослые дети с родителями-пенсионерами. Сюда приезжают за исцелением. Озеро насыщено минералами. Женщины, нанося грязевые маски на лицо, уверяют, что лукьяновские маски лучше всякого омолаживающего кожу лифтинга.

Пробуждение духа земли

В начале июня центр Абакана превратился в декорированные театральные подмостки, а горожане в зрителей. В Хакасии начался VIII международный экологоэтнический фестиваль театров кукол «Чир Чайаан» (в переводе «Дух земли»).
Актёры в самых разнообразных нарядах из разных городов и стран прошли по улицам города от парка «Орлёнок» до театра «Сказка». Когда-то мне  посчастливилось даже поработать в этом замечательном театре. Праздничное шествие то и дело прерывалось театрализованными выступлениями-постановками. Здесь и огромные рептилии высотой с двухэтажный дом, и клоуны на ходулях, и гимнасты с барабанщиками. Красочная фиеста привлекала взгляды прохожих, вовлекая их в общий праздник. Удивительное ощущение – оказаться внутри карнавала. Фестиваль «Чир Чайаан» можно считать одним из самых главных культурных событий в республике. Помимо театральных выступлений здесь проходили концерты, выставки, кинопоказы. А на театральных подмостках выступали гости из США, Болгарии, Японии, Голландии. Россию представляли знаменитый московский театр имени Маяковского и, конечно, хакасские коллективы.
Репертуар постановок был разнообразным – от классических до экспериментальных. Камерные спектакли соседствовали с площадными представлениями. Но какой же фестиваль без угощений. Как в сказках говорится, должен быть «пир на весь мир». Так, чтобы стол ломился от разнообразных яств.
Кроме хакасской и русской кухни здесь были польские, армянские, корейские по настоящим корейским рецептам – хва из курицы, огурцы жареные, национальное блюдо кимчи, без которого не обходится ни один корейский стол, приготовленное из пекинской капусты, заправленной красным перцем, чесноком и прочими специями. На столе армянской кухни зелень, сыр и лаваш, голубцы из виноградных листьев и сухофрукты. Русские девушки потчевали гостей расстегаями, блинами, сбитнем из мёда.
На дегустации я познакомилась с жительницей Таймыра и узнала от неё потрясающую вещь – оказывается, есть такой народ НЯ, и осталось их всего 800 человек! Неизменным на фестивале оставалось бережное отношение к народным корням, языку и традициям. И когда шаманы в колоритных одеяниях проводили на
Театральной площади мистический обряд «кормление огня» и повязали на берёзу чалама (ленту), небо разразилось проливным дождём. Хороший знак, решили в театральном сообществе.
Дух земли пробудился!

Тайны древней земли

На географических картах Хакасия появилась лишь в ХХ столетии, но история живущего здесь народа насчитывает несколько тысячелетий. Археологические раскопки подтверждают, что ещё во II тысячелетия до н.э. здесь обитали люди, достигшие довольно высокого уровня развития. Они умели добывать и обрабатывать медь, разводили лошадей, коров, овец. От тех времён остались разбросанные по всей степи менгиры – врытые в землю вертикальные камни высотой до трёх-четырёх метров. На некоторых из них вырезаны личины, напоминающие человеческие лица или изображения мифических животных. По всей вероятности, возле них совершались культовые обряды или какие-то другие ритуальные действия.
В Хакасии немало мест, где порой происходят необъяснимые, мистические явления. Из-за необычайной энергетики их называют местами силы. Особой целебной силой предания наделяют «Большие ворота» – две стоящие на вершине горной гряды вертикальные каменные плиты, открывающие вход в Салбыкскую котловину. Высота их достигает трёх, а ширина полутора метров. Учёные выяснили, что менгиры установлены в местах тектонических разломов земной коры. Здесь наблюдаются энергетические аномалии, которые положительно влияют на биополе человека. Это и есть так называемые места силы.

Оберег души

В национальном костюме хакасского народа нашли отражение не только материальные стороны его жизни, но и духовные – верования и особенности мироощущения. Костюм их сформировался под влиянием кочевого образа жизни и традиционных занятий – охоты и скотоводства. Поскольку большую часть времени они проводили в седле, одежда им требовалась свободная, удобная, не сковывающая движений. И в мужских и женских костюмах использовались общие элементы кроя. Обязательно длинные штаны и мягкие сапоги. Согласно верованиям и традициям хакасов, одежда защищает не только тело человека, но и его душу. Некоторые детали костюма играли роль оберегов, например, пояс у мужчин и женские украшения. В женском свадебном одеянии есть деталь, которая не встречается ни у одного народа. Это нагрудное пого – древнее хакасское украшение. Его можно увидеть даже на некоторых каменных изваяниях, относящихся к II тысячелетию до н.э. Из куска дублёной кожи или хлопчатобумажной ткани, проклеенных в четыре слоя, вырезали нагрудник в форме полумесяца со скруглёнными концами. Обтягивали его бархатом и с лицевой стороны нашивали перламутровые пуговицы разной величины, пространство между ними заполнялось мелкими кораллами и бисером. Край отделывали бахромой из бисерных нитей с монетами на концах. Это было одно из самых дорогостоящих украшений. В наши дни хакасские женщины надевают пого не только на свадьбу, но и по праздникам.
Хакасы отдавали предпочтение украшениям из серебра. Считалось, что оно очищает душу, а его лунный блеск притягивает жизненную силу.

Народная музыка

Знаменитое хакасское горловое пение – хай широко известно и за пределами республики. Хакасы считали, что посредством горлового пения между собой общаются горные духи, от которых и перешло к людям это искусство. Без песен и игры на музыкальных инструментах не обходится ни одно сколько-нибудь значимое событие в жизни этого народа. Тысячелетия насчитывает история хакасских музыкальных инструментов. Так, один из них – хамыс упоминается ещё в летописях III века до н.э. Позднее появился чатхан, занявший важное место в музыкальном творчестве и жизненном укладе народа, став по сути, его символом. С этим  инструментом связано и горловое пение.
Чатхан – многострунный щипковый инструмент. Вдоль длинного прямоугольного корпуса резонатора, имеющего форму ящика, натянуто 6-7 струн, под каждой из которых подложены передвижные костяные регуляторы настройки. Хамыс имеет две-три струны. На двухструнном – одна струна, дающая более высокий звук, изготавливается из белого конского волоса, другая – из чёрного. По-видимому это было связано с представлениями народа о двух началах в строении мира – небесном (светлое) и земным (тёмное).
К своим музыкальным инструментам хакасы относились как к живым существам. Например, певец-хайджи перед началом исполнения обычно символически угощал чатхан чаркой вина.

Волшебный чатхан
(хакасская сказка)

Давным-давно жил старик - пастух. Звали его Чатхан. Много скота было у хана,  много было и пастухов. Трудная служба у пастуха, одни заботы и совсем нет радостей. Долго думал Чатхан, чем бы облегчить такую жизнь, и придумал. Сбил из дощечек длинный узкий ящик, натянул на него волосяные струны и начал играть на них. По вечерам к нему стали приходить пастухи послушать музыку. Так красиво звучали семь струн, что у людей сладко замирало сердце, птицы и звери останавливали свой полёт и бег. Очарованные рыбы замирали в реках и озёрах, в степи слушали волшебную музыку табуны коней. Лёгкой стала работа пастухов. Стоило разбрестись стаду, как Чатхан брал свой музыкальный ящик, трогал струны и стада снова собирались. Чатхан один управлялся с бесчисленным стадом хана.

Какая свадьба без чатхана

По традиции свадьбы играли летом перед началом сенокоса. Родители жениха заблаговременно присматривали девушку из хорошего рода, желательно из многодетной семьи. Часто молодые до свадьбы не видели друг друга. Браки между представителями одного рода не заключались. Согласно древнему обычаю жениху полагалось похитить невесту, уплатив впоследствии за неё калым. Свадьбу назначали примерно через полмесяца после похищения. Невеста ехала на бракосочетание верхом на своём коне, который вела в поводу её старшая сестра или невестка. Следом тянулся обоз с приданым – сундуки с одеждой, постельным бельём, домашней утварью. Сразу после приезда невесты праздновали сас-тойы – обряд расплетения косичек. Он проходил в свадебном шалаше, построенном из трёх жердей, крытых древесной корой или полотном. Здесь невеста находилась в продолжение всего праздника. Ей заплетали две косы, которые полагалось носить замужним женщинам, затем устраивали мировую, во время которой окончательно договаривались о времени проведения свадьбы и платили калым. Свадьбу праздновали три дня. В первый день совершали обряд поклонения солнцу, луне и домашнему очагу, а вечером проходило застолье. Мужчины праздновали с южной стороны юрты, женщины – с северной. Молодёжь праздновала отдельно от взрослых в юрте. Застолье продолжалось утром следующего дня. Молодожёнам преподносили подарки и деньги, а затем близкие родственники жениха по очереди приглашали всех участников торжества к себе. Последний день свадьбы считался началом семейной жизни. Оставались на нём только старики и старухи, разрешалось присутствовать вдовам и вдовцам, которых в первый день праздника не приглашали. В этот последний день совершали обряд введения невесты в дом свёкра. Молодых впервые сажали вместе за стол и они трижды угощали друг друга. Каждый из своей тарелки. Затем угощали гостей, которые их благословляли. В настоящее время такие обряды, возможно, соблюдаются в дальних аулах, а в городе современные молодые люди чаще женятся по любви, частично используя элементы древних традиций.

Обо всём этом я узнала в Национальном хакасском краеведческом музее. Он был открыт в 1931 году. Здесь собраны богатейшие коллекции произведений древнего искусства – копии наскальных рисунков, каменных изваяний, стел 5000-летней давности, погребальные таштыкские маски, созданные в V – I веках до н.э.
Этнографические коллекции отображают всё многообразие хакасской культуры: интерьер жилища, утварь, национальную одежду, украшения и музыкальные инструменты. В музее хранятся экспонаты, рассказывающие о верованиях и обрядах нации.

Наследие хакасской принцессы

Второй этаж музея посвящён Ирине Карачаковой-Картиной, (1929 – 1989), которую называют последней принцессой Хакасии.
Ирина Николаевна – скульптор, меценат, собиратель уникальной коллекции произведений живописи и скульптуры русских и западноевропейских художников. В музее хранятся около двух тысяч экспонатов – её скульптурные работы, документы, письма, фотоматериалы. Большую часть своей жизни Ирина прожила во Франции, но всё, что имела, она завещала хакасскому музею, своим землякам. В зале размещена гостиная XVIII – XIX веков, гобелены, редкие музыкальные инструменты – это всё предметы, привезённые из Франции.
Сотрудники музея собрали представленные в экспозиции предметы в один каталог, чтобы широко и полно поведать миру о наследии выдающейся дочери хакасского народа.

Когда змея поднимет голову

Самые почитаемые народные праздники – это Чыл-пазы и Тун пайрам (праздник первого молока). Чыл-пазы дословно переводится как «Голова года». Это хакасский Новый год, отмечается он не так, как у европейцев. Годовой цикл хакасы  символически представляли в виде свернувшейся змеи. Когда она просыпается после зимы и поднимает голову, начинается новый год, а это бывает обычно в день весеннего равноденствия (20-23 марта). Празднование этого события состоит из трёх частей. Накануне проводится тщательная уборка юрты, помещений для животных, надворных построек. При этом где-нибудь возле юрты или кошары оставляли символическое количество мусора, чтобы вместе с ним не вынести из дома счастье и удачу. В день весеннего равноденствия все жители аула (селения) рано утром поднимались на ближайшую возвышенность и встречали восход солнца. Самый уважаемый старец читал молитву, после чего все возвращались в свои юрты и совершали ритуальное кормление духов, сберегающих жилище. Затем начиналось пиршество – той. Родственники и соседи ходили друг к другу в гости с  поздравлениями и угощениями, произнося: «Голова змеи поднялась, голова года вернулась!».
Следующий этап праздника наступал, когда прилетали первые галки. Радуясь птицам, люди кланялись им и говорили: «Мир вам, сёстры галки!»
Сигналом об окончании празднования нового года были первые раскаты грома. Считалось, что весенний гром очищает мир от всего плохого, связанного со старым годом. Люди выбегали на улицу и брызгали в воздух и на землю айран (кисломолочный напиток), восклицая: «Мир вам!».
Это был третий и последний этап праздника. Хакасский Новый год окончательно вступал в свои права.

Вдохновение художника

Знаменитый русский художник Василий Суриков несколько раз побывал в Хакасии. Впервые он приехал туда в 1873 году, будучи студентом Санкт-Петербургской академии художеств. Сырой климат столицы неблагоприятно сказался на его здоровье, и врачи посоветовали ему выбрать для лечения местность с тёплым и сухим климатом. Поехать «на кумыс» в Хакасию молодому художнику предложил его покровитель – красноярский золотопромышленник П. Кузнецов, имеющий там свою резиденцию. С альбомом и красками Суриков гулял по окрестностям, встречался с местными жителями. Он сделал множество набросков и акварельных рисунков, передающих подробности быта и детали одежды минусинских татар, как тогда называли хакасов. В 1909 году В. И. Суриков приехал в Хакасию к солёному озеру Шира. Уже в конце XIX века были известны его целебные свойства. И появилась картина «Портрет хакаски». На нём изображена молодая замужняя женщина в праздничной национальной одежде.
Впоследствии Суриков ещё трижды приезжал в Хакасию с целью работы над картиной «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем». Именно здесь художник нашёл то, что долго искал – десятник казачьего полка минусинского округа стал его Ермаком, а натурные зарисовки хакасов воплотились в образы воинов хана.
Июль, 2014 г.

Город ссыльных декабристов

На рейсовом автобусе из Абакана за 30 минут я доехала до Минусинска.
Старинный сибирский город, расположенный на правом берегу Енисея в центре Минусинской котловины часто называют Сибирской Италией. Село Минусинское существовало с 1793 года. Своё название оно получило от слов «мин-уса». Финский учёный Н. А. Кастрин, побывавший в 1847 году в Минусинске, писал, что якобы два брата из народа чуди, населявшего край в древние времена, вступили в спор из-за земельных участков, расположенных возле реки, и воскликнули при этом – «минуса, мин-уса!». На их языке это означало «моя доля». Так долгое время село и называлось «Минуса». В 1823 году село было преобразовано в город Минусинск.
В то время он представлял собой четыре улицы, три общественных деревянных дома, две мельницы на речке Минусинке и около сотни обывательских домов.
Минусинск бурно стал развиваться во второй половине XIX века – в период «золотой лихорадки», когда разрабатывались золотые прииски. В это время город становится крупным культурным центром Сибири.
Автобус, на котором я приехала, остановился у Спасского собора – визитной карточки города. Это самое древнее каменное сооружение в Минусинске. Когда-то на этом месте стояла деревянная церковь XVIII века. При строительстве собора новые каменные стены как бы облегали старые, которые по окончании работ были разобраны. В 1814 году храм был освящён. Волны времени многое уносят с лица земли. Так, в советские времена исчезла Александро-Невская церковь, в сороковые годы был разрушен Свято-Троицкий храм и множество других минусинских церквей.
Из всех бурь и лихолетий невредимым остался лишь Спасский собор. В пятидесятые годы, когда пытались закрыть его, протоиерей Всеволод Барков (старожилы помнят его имя) ходил по партийным инстанциям, доказывая, что нельзя закрывать храм – там Ленин с Крупской венчались. А старые прихожане рассказывали, как они хранили в своих подвалах в ивовых корзинах храмовые иконы, переданные им отцом Всеволодом. Такие корзины защищали иконы от крыс, любителей полакомиться старинными красками, замешанными на яйцах. Служительница храма рассказала, что в городе постепенно стали восстанавливать разрушенные церкви. Так, например, на старом кладбище восстанавливается Сретинская церковь, построенная в 1887 году на деньги купца - мецената Масленникова.
Большую известность городу принёс основанный провизором Н. М. Мартьяновым в 1877 году исторический музей (архитектор В.А.Рассушин), при котором позднее была открыта библиотека. За короткое время музей и библиотека получили известность в Сибири, а затем во всей России и за рубежом. В настоящее время в фонде библиотеки насчитывается более ста двадцати тысяч книг, газет и журналов. В хранилище находятся редкие издания XVIII и XIX веков. Здесь работали многие исследователи, писатели, учёные. Частым посетителем библиотеки был и В. И. Ульянов (Ленин), находившийся в сибирской ссылке с 1897-1900 годы.
В первом зале музея висит потрясающий портрет Мартьянова вышитый гладью. И что самое интересное, вышивал его, как мне сказала смотритель зала, хакасский дедушка. Долго рассматривала я эту работу, но не увидела ни одного стежка.
Жаль, что не сохранилось имя этого талантливого человека.
В музее собраны археологическая, этнографическая и естественно - историческая коллекции. Кроме того в комплекс исторического музея входит первый и единственный в Красноярском крае музей декабристов. Он был открыт в 1997 году в доме братьев Александра и Николая Крюковых. И вот я шагаю на улицу Обороны, чтобы посмотреть и узнать, как жили в период сибирской ссылки участники декабрьского восстания 1825 года.
Старинный деревянный дом XIX века. Именно здесь в период с 1842 по 1860 годы жили братья Крюковы, а позже и ссыльный революционер-демократ Михаил Буташевич-Петрашевский.
Перехожу в музее из одной комнаты в другую. Марина – экскурсовод, радуясь единственному посетителю, с удовольствием рассказывает мне о пребывании в Минусинске участников восстания на Сенатской площади, об истории декабрьского восстания. В период с 1827 – 1861 годы на поселении в Минусинске находилось восемь декабристов. Много полезного сделали они для горожан и всего Минусинского округа. Братья Беляевы, например, открыли первую в городе школу, где обучали чтению, арифметике, музыке, истории. Братья Крюковы давали домашние уроки. Многие декабристы имели земельные участки, где пробовали выращивать табак, арбузы, дыни, помидоры, фруктовые деревья.
В советское время дом неоднократно перестраивался и использовался под коммунальное жильё. При создании музея был восстановлен внутренний интерьер тех лет. В одной из комнат выставлены письма и конверты, на которых видно, как декабристы использовали «язык марок». Секрет этого языка в том, что по-особому наклеенная марка могла означать больше, чем сам текст послания. В основном это выражение чувств и состояние души автора письма.
Покинув дом декабристов, иду в старую часть города знакомиться с архитектурой, поскольку архитектура – это летопись времени. Здесь почти каждый дом имеет свою историю. Даже одно перечисление названий и усадеб производит впечатление: дом Вильнера, дом Малинина, типография Метёлкина (там и сейчас типография), музейный комплекс имени Мартьянова, Спасский собор. Это сгусток истории и архитектуры прошлых веков. Одно-, двухэтажные здания из камня органично вписываются в деревянный Минусинск, который начали строить прибывшие сюда первые переселенцы в середине XVIII века.
Деревянная архитектура – это особый пласт истории градостроительства. Даже людей, искушённых в архитектуре, очаровывает деревянное зодчество старых сибирских городов.
Современный горожанин, особенно живущий в многоэтажке, вглядываясь в старинные деревянные дома, часто испытывает ностальгию по возможности выйти на деревянное крылечко своего дома и пробежаться босиком по траве.
Поскольку климат в Сибири резко континентальный, зимы суровые дома строили с небольшими окнами со скромным убранством по наличникам и с добротными воротами из тёса. Дом-крепость. В этом была необходимость – предки современных хакасов, кыргызы, жаловали набегами, зверьё часто подходило под окна, беглые каторжники пошаливали.
Строительство каменных построек в городе началось с 1854 года. И наиболее интересным зданием в плане декоративного оформления стал дом Вильнера, который строился в несколько этапов с 1897 по 1912 год. Это единственный трёхэтажный старинный дом в городе, он богато декорирован тёсаным кирпичом. Хотя его архитектурное убранство не отвечает классическому стилю, но оно создаёт образ величественного здания, органично вписавшегося в городской ландшафт.
Владелец дома Г.М. Вильнер – потомок еврея, посланного на поселение в Сибирь. В Минусинске сохранилось старое еврейское кладбище, где захоронены члены клана Вильнеров. Революционные вихри разбросали эту семью по всему свету, но и сегодня некоторые потомки Вильнеров живут в Хакасии. Дом Вильнера стал центром архитектурной застройки исторической части города. С 1913 года здесь размещалось реальное училище, позже Сибирский Торговый банк, кинотеатр, магазины. С 1980 года дом приобрёл статус историко-архитектурного памятника.
В 1996 году после обильных ливневых дождей произошло обрушение части здания и в настоящее время идёт его восстановление.
Каменные дома строились с большим умом и хозяйской расчётливостью. В каждом доме были добротные вместительные подвалы, выложенные природным плитняком. На лето они заполнялись глыбами льда и служили отличными холодильниками. Некоторые из них функционируют до сих пор. Старожилы утверждают, что их родители рассказывали о якобы существовавших до революции подземных дорогах, связывающих торговые дома между собой и с пристанью.
Имея свой речной транспорт, на котором перевозили грузы по Минусинке и Енисею, дореволюционный Минусинск торговал со всей Россией и зарубежьем.
К сожалению, время не сохранило имена многих архитекторов причастных к строительству домов в городе, но имя Персикова Афанасия Фёдоровича горожане помнят. Он жил и работал на рубеже XVIII – XIX веков. Не имея ни архитектурного, ни строительного образования, Персиков был блестящим самородком, истинным русским умельцем, самозабвенно влюблённым в Сибирь и в Минусинск, где творил красоту своим талантом. Здание пожарной охраны, драматический театр, церковь Вознесения – всё это его работа, как архитектора. Похоронен Персиков в Минусинске, и одна из улиц названа его именем.
Июль, 2014 г.

Праздник первого молока

Тун Пайрам – это яркий, самобытный хакасский праздник первого молока, дошедший до наших дней из глубины веков. Проводится он обычно под открытым небом в степи в начале лета, когда скотоводы получают в изобилии первые молочные продукты. Первое приготовление напитка айрана связано с приходом весны, с новой зелёной травой вобравшей в себя свежую силу земли.
У меня появилась возможность увидеть это действо своими глазами. В восемь утра мы с сыном выехали на его машине из города к Сагайской долине. Дмитрий давно живёт и работает в Абакане, он главный архитектор республики и дорога ему хорошо знакома. Сотни машин ползли нескончаемым потоком и чем ближе мы приближались к месту праздника, тем гуще становилась эта движущаяся колонна.
И вот мы на месте. На стоянке я выбралась из салона автомобиля и замерла, с наслаждением вдыхая степной воздух, наполненный ароматом пряного разнотравья. Он казался таким чистым и вкусным, что я не могла надышаться.
Огромные зелёные просторы открылись нашему взору. В вышине голубело бездонное небо, а внизу на поляне, которая с места нашей остановки была видна как на ладони, образовался настоящий палаточный городок – юрты, яркие палатки, красочные сценические площадки. С холмов по проторённым тысячами ног тропам сквозь густую степную колючую траву как ручейки стекались в долину люди.
Праздник начался. Зазвучала музыка, затрубили трубы, загремели барабаны, зажёгся священный огонь, и побежали по поляне светлые «духи», приветствуя великий праздник первого айрана – Тун Пайрам. И разлилось священное море айрана, и появился из импровизированной чаши Айран Хан и стал угощать всех своим напитком, разливая его по чашкам огромной ложкой. Сквозь века в гости к хану на степном скакуне прискакал великий воин, и устроили воители соревнования меж своими подданными – так возникла борьба курес. Особенность этой  национальной борьбы заключается в том чтобы, не отпуская рук от пояса противника, опрокинуть его на лопатки или на все четыре конечности.
Ещё один вид состязаний – хапчастас – поднятие камня. Камушек весом около восьмидесяти килограммов хакасские алыпы (богатыри) поднимали до пояса, приседали, затем поднимались в полный рост и перекидывали через плечо.
Площадка для детей открылась любимым многими театром кукол. Посмотреть сказку в исполнении тряпичных актёров собралось много ребятишек, в сопровождении взрослых. А нас с Дмитрием пригласили в юрту к накрытому столу с национальным угощением.

Трапеза по хакасски

Исконная хакасская кухня складывалась веками, умело сочетая продукты по вкусовым качествам и сезонным возможностям. Основной пищей всегда было мясо, молочные продукты, ячмень и пшеница. Потребность в витаминах удовлетворялась за счёт кедровых орехов, ягод, кореньев, съедобных трав, полевого лука, дикого чеснока-черемши. С середины XIX века хакасы, взяв пример с русских крестьян, стали сажать картофель, заниматься огородничеством и садоводством, печь хлеб.
Это обогатило стол, однако в национальные праздники без традиционных блюд, проверенных временем, не обойтись. В юрте оказалось довольно светло, свет проникал через открытый дверной проём и окна из прозрачной плёнки. Слева от входа – походная кухня, справа – накрытый стол, за которым уже сидели человек десять в основном руководители и организаторы праздника. Хозяйка в нарядном национальном костюме (длинное просторное атласное синее платье с вышивкой на груди и небольшая круглая шапочка на голове) вежливо указала нам места за столом и предложила горячий суп с тутпасом (лапшой). Бульон для такого супа готовится из костей и рёбер животных или домашней птицы. Стол был уставлен разнообразной пока ещё не знакомой мне едой. Салаты из мелко нарубленной черемши и дикого лука с яйцом и сметаной, нарезанная соломкой харта (готовится из толстой кишки лошади), пахта из сметаны и ореховое печенье из кедровых орешков.
Отведав национальных угощений и поблагодарив хозяйку, мы вышли из юрты.
Юрта – уникальное жилище, прекрасно приспособленное к суровым условиям степей и зимним морозам. Зимой в ней тепло и уютно, даже если за войлочными стенами завывает пурга, а летом, когда царит жара, в юрте прохладно. Мы это почувствовали, как только вышли из юрты в тридцатиградусную жару.
В этот день на празднике можно было осмотреть множество юрт. Их хозяева  участвовали в конкурсе «Лучшая юрта хакасского рода».
На другом конце необъятной долины желающие прыгали с шестом, метали аркан на деревянную голову лошади, пробовали свои силы в рукоборье и бодались как бараны. Это, конечно, не очень интеллектуальный вид борьбы, когда два человека, стоя на четвереньках, бодаются, стараясь вытолкнуть один другого за черту, но смотреть на эту забаву весело, и смешно. А уж пройти мимо конкурса на лучший напиток из айрана никак нельзя. Больше десяти районов привезли на праздник свой кисломолочный продукт, и каждый желающий мог попробовать его, сравнивая с предыдущим. Самым вкусным мне показался айран под номером четыре и я посоветовала рядом стоявшей женщине его отведать. Каково же было моё удивление, когда она ответила:
– Спасибо. Я автор этого напитка. Если он вам понравился, проголосуйте за него.
И мы опустили в самодельную урну листок с номером четыре.
Пройдя торговые ряды с национальными сувенирами, поделками, картинами, мы вышли к ипподрому,
Соревнования открыли школьники лет четырнадцати-пятнадцати на осликах. И сколько же было смеха и веселья среди зрителей, когда один из осликов сбросил свою наездницу и прибежал к финишу самостоятельно, а девчонка бежала за ним, но так и не смогла его догнать.
На сценических площадках продолжали выступать танцевальные ансамбли республики.
В последние годы этот праздник стал очень популярным. В нём участвуют лучшие творческие коллективы, спортсмены, стрелки из лука, борцы, наездники. Под призывные звуки национального инструмента чатхана состязаются сказители-хайджи и певцы-тахпахчи, мастерски владеющие приёмами поэтической и музыкальной импровизации.
Праздник первого молока будет продолжаться до самой ночи, а мы с Дмитрием, уставшие и изнывающие от жары, но очень довольные, идём к своей машине. Пора возвращаться в город.

Степные идолы

Проезжая просёлочными дорогами, видим, как удивительна летом хакасская степь.
Высоко в небе, раскинув огромные крылья, величественно парит орёл. Десятки оттенков зелёного и жёлтого гармонично сочетаются с белыми, синими, розовыми, фиолетовыми красками степных цветов. Но не только яркими красками будоражат взор степные просторы. В этой сочной пестроте невозможно не заметить камни, стоящие то здесь, то там по всей степи. Многие века стоят они, став неотъемлемой частью ландшафта. Среди многочисленных мегалитов особо выделяется одна группа – тщательно обработанные стелы с выбитыми на них изображениями.
Останавливаемся у одного из них. Это коновязь. Иногда роль коновязи выполняют столбы, деревья. Здесь это стелы, на которые навязываются ленточки – подарок духам. Хакасы считают, что духам для одеяний достаточно узких кусочков ткани, но они должны быть только красного, белого или голубого цвета. Белый – символ чистоты, красный – женственности, голубой – нежности. Навязывая на коновязь,
они как бы дарят наряд духам. Не рекомендуется вешать ленточки жёлтого цвета – цвет болезни. Это связано с оспой, которая свирепствовала когда-то здесь, и трахомой. И если мы всё-таки видим жёлтые ленточки на коновязи – значит, здесь побывали монголы, у них жёлтый цвет – символ золота и счастья.
Иногда, если нет возможности или желания остановиться и повязать ленту,  проезжающие бросают деньги из окна машины в сторону столба. Простояв тысячи лет в степи и испытав на себе воздействие ветров, дождей и перепадов температур, стелы кое-где утратили отдельные детали, но при хорошем освещении взору предстают подлинные древние шедевры. С каждой из них на нас смотрят загадочные, часто нереальные лица. Вглядываясь в эти таинственные изображения, кажется, будто ты попадаешь в мир, населённый языческими богами.
На протяжении многих тысячелетий художники разных эпох, используя выбивку, гравировку, краску наносили изображения на скальные обнажения гор, каменные плиты и стелы. Этот край настолько богат памятниками древнего искусства, что по праву может называться художественной галереей под открытым небом.
Уникальность каменных стел древней Хакасии состоит в том, что этим вертикальным плитам присуща сложная многоярусная композиция с изображением человеческих лиц, животных и других персонажей, расположенных как на узкой, так и на широкой стороне плиты. Центральная часть соотносилась с землёй, верхний ярус – с небом, нижний – с подземным миром.
В те далёкие времена создание произведений искусства было тесно связано с магией и ритуалом. Изваяния в степи ставились по тем же причинам, что и в наше время строятся храмы. Все изваяния ориентировались лицевой стороной на восток, каждое сопровождалось жертвенником, в которых были обнаружены кости животных. Сегодня многие стелы и изваяния вывезены из степи в город. Самые обширные коллекции находятся в Хакасском Национальном краеведческом музее.
Но одно из известнейших изваяний «Каменная старуха» из Абакана снова перекочевала на своё прежнее место в степь, где для лучшей сохранности реликвии её накрыли большим стеклянным куполом, а ЮНЕСКО причислила менгир к памятникам мирового культурного наследия.
«Каменная старуха» с выпуклым животом почитается хакасами как покровительница женщин, к ней до сих пор обращаются те, кто страдает бесплодием. Для этого, приехав к ней, нужно привезти гостинец и искренне попросить о рождении ребёнка.
Говорят, она и сегодня помогает.

Древние курганы

В VI – V веках до н.э. человечество переживало важный этап в развитии  цивилизации, а в степях Евразии в это время возникает кочевое скотоводство. И, хотя обычаи и общественный уклад кочевых жителей казались дикими высоким цивилизациям, тем не менее, развитые соседи вынуждены были считаться с грозной военной силой кочевников, с мобильностью владык Великой Степи. Не стали исключением и обширные просторы Хакасии.
Древняя культура этой земли сохранила более тридцати тысяч памятников – каменных изваяний и курганов, каждый из которых неповторим и может рассказать о многом. В шестидесяти километрах от Абакана находится Салбыкская долина. Она получила своё название от хакасского слова лужа, низина. Именно это место выбрали кочевники в качестве огромного кладбища. Туда и выехал ранним утром новенький частный микроавтобус с тремя туристами, экскурсоводом и водителем (все, кроме меня, местные жители). И чем дальше на север мы продвигались, тем выше и круче становились горные хребты, виднеющиеся вдалеке от степной дороги.
– Если подняться на вершину хребта, то можно увидеть, что одна сторона горы совершенно голая, а другая покрыта лесом – такова особенность хакасских гор, – рассказывает Надежда, наш симпатичный гид.
– Многие хребты и горы имеют своё название. Во-о-н та гора, например, «Ревнивая». Легенда говорит, что когда-то у подножья этой горы разыгралась трагедия. Две ханские жены поссорились, и одна из них убила вторую. С тех пор гора и стала называться «Ревнивой». Раньше у каждого рода была своя родовая гора, от благосклонности духа-хозяина этой горы зависело благополучие членов рода. В настоящее время только у хакасов сохранились горные моления и жертвоприношения хозяину гор, хозяину воды, хозяину неба. В подтверждение этого скажу, что после осмотра Большого Салбыка мы решили съездить к Солёному озеру, но в степи так много пересекающихся дорог, что водитель сбился с пути, и дорога увела нас в тайгу, где мы заблудились. И не было в той глуши даже сотовой связи, а комары, казалось, сожрут заживо. От машины шёл пар, дым и что-то отвалилось снизу.

Света, одна из нашей мини-группы, молодая женщина лет тридцати, высказалась с упрёком: «Володька Цыбин (другой водитель) никогда не попадает в такую ситуацию. Он в начале поездки всегда задабривает духов чем-нибудь. А мы ничего духам не дали. Надо было хоть кусок сыра бросить».
Вот такая вера в помощь духов у местного населения.
В конце концов мы всё-таки выбрались из тайги, толкая машину задним ходом по своему же следу. Но это будет позже, а пока цель нашей поездки – Большой Салбыкский курган – музей под открытым небом.
В долине, куда мы едем, в радиусе около пяти километров разбросано более пятидесяти курганов. Первый на нашем пути – Малый Салбык, холм метров шесть в высоту. На него мы и поднялись. И вдруг увидели необычную картину.
В воздухе дрались два орла. Они быстро приближались к земле, и казалось, что сейчас ударятся о землю и разобьются оба. Но у самой поверхности разлетелись в разные стороны и снова взмыли ввысь. Орёл – священная птица хакасов, и считалось, что если молодой человек съест сердце орла, то станет сильным и смелым, как эта птица.

Большой  Салбыкский  курган 

При входе на «кладбище» с восточной стороны стоят большие ворота – два мегалита – вход  в  священное  пространство  гигантских  погребальных  сооружений.

По данным специалистов-географов камни расположены на границе зоны «магнитного спокойствия», а по определениям лозоходцев – на границе  геопатогенной зоны.

В настоящее время именно у ворот хакасские шаманы проводят свои обряды – камлания.  Они поют молитвы ямбическими стихами и через каждые четыре стиха бьют в бубен, который снаружи разделён рисунками на три части,символизирующие надземный мир, землю и подземный мир.  Когда шаманы собираются, то камлают  с вечера до утра, отдыхая лишь, чтобы выкурить трубку или выпить чашку холодной воды. Света, наша спутница,  рассказала как однажды была очевидцем шаманского обряда.  Когда зазвучал бубен, удары его вдруг совпали с ритмом её сердца, который стал убыстряться вместе со звуками бубна.  Ей стало плохо, казалось, сердце выскочит из груди и она не знала, как его успокоить.  Но вот шаман сбавил темп и бубен стал бить реже,  Светланино сердце послушно последовало за ним.  Она подумала: « Когда остановится бубен, остановится и моё сердце»… Не остановилось!  Выдержало,  слава  богу.

Мы, отдавая дань уважения духам и соблюдая традиции предков, завязываем ленточку чалама (их продают в юрте музея), бережно прикасаемся к камню-мегалиту руками и проходим  на кладбище к самой величественной усыпальнице.

В настоящее время этот курган полностью раскопан, но даже по каменной конструкции ограды можно судить о его грандиозных размерах.  Высота кургана составляла около тридцати метров.  Поднимавшийся над степью наподобие четырёхэтажного дома Салбык ещё издали впечатлял своими размерами.

К моменту раскопок насыпь сильно оплыла, но всё равно сохранила высоту около двенадцати метров и пирамидальную форму благодаря тому, что главное ядро и облицовка кургана были сложены из дерновых брикетов с прослойкой из глинистой муки. Курган был обнесён квадратной оградой из плит девонского песчаника высотой в два метра, а по углам стояли колоссальные пятиметровые стелы, ориентированные узкими стенками на восток и запад.

С восточной стороны ограды находился вход в курган в виде четырнадцатиметрового коридора, выложенного каменными плитами.

При раскопках в погребальной камере склепа были найдены остатки семи скелетов.   Один из них – мужчина лет семидесяти, тагарский царь эпохи VII–III веков до нашей эры, тот, для чьего погребения и сооружался этот курган.  К сожалению, он был разграблен ещё в XVIII веке, но это не умаляет его значения. 

Курган сам по себе уже представляет большую историческую ценность.  Ведь над сооружением этой усыпальницы долгое время трудилось множество людей.   Кроме того, установка плит ограды связана с основными моментами восхода и захода солнца и луны в астрономически важные дни.

На плитах кургана обнаружены знаки в виде кругов,  полумесяцев и других фигур, показаны важнейшие моменты движения небесных светил.

По монументальности своей конструкции Большой Салбыкский курган, охраняемый государством, может быть  поставлен в один ряд со знаменитым Стоунхенджем в Англии, а по  конструктивному решению близок к пирамидам Египта и Китая.

Есть какая-то огромная тайна в этих уникальных памятниках Хакасии, уходящая своими корнями вглубь тысячелетий.  Желание понять её или хотя бы соприкоснуться с ней всегда будет притягивать внимание людей.

 

 В Хакасии я бываю редко, но каждый раз мне, выросшей на этой земле, открывается что-то новое, до сих пор неизвестное, какие-то скрытые слои, позволяющие полнее  почувствовать  прочную связь с ней. Если кому-то хочется ощутить сибирскую природу, искупаться  в целебных водах озёр, вдохнуть непередаваемый запах знойной степи, побывать в самом настоящем «таёжном тупике», познакомиться с памятниками далёкого прошлого, услышать звуки таинственной музыки и услышать чарующие легенды,  собирайтесь и приезжайте в маленькую страну – Хакасию.     

Июнь,  2009 г.

Вечно юный Томск 

Любимый город никогда не может быть прочитан до конца. К нему хочется возвращаться вновь, как к любимой книге, каждый раз открывая что-то новое, пропущенное прежде по невнимательности или из-за недостаточной подготовленности.

Так и я, поступив в 18 лет в Томский университет, и живя в таком замечательном городе, просто радовалась студенческой жизни и совсем не интересовалась его историей. А после окончания университета нас, восьмерых выпускников двух факультетов, направили работать в Подмосковье.

И вот по прошествии почти полувека, мы с мужем, тоже выпускником этого университета, летим в Томск на встречу с однокурсниками и любимым городом. Я очень волнуюсь и теперь уже не упущу случая, как можно больше вспомнить, увидеть и узнать о ставшем мне родным, городе.

Ранним дождливым утром мы прилетели в Томск. Устроились в университетской гостинице и первым делом, конечно, ноги сами повели нас к университету.

На здании главного корпуса огромные цифры «135» – столько лет исполнилось знаменитому ВУЗу страны в этом году.

В мае 1878 года император Александр II подписал указ о создании первого и на долгие годы единственного высшего учебного заведения на огромных российских просторах от Урала до Тихого океана – Сибирского Императорского университета. И первые занятия на одном лишь тогда медицинском факультете начались 1 сентября 1888 года.  В течение долгого времени университет носил имя бывшего студента юридического факультета революционера Валериана Куйбышева. Памятник, установленный ему в канун 60-летия советского государства, стоял перед главным входом. Теперь он вынесен на задворки. Обидно.

Знаменитая Университетская роща, воспетая местными  поэтами и прозаиками – одно из самых живописных мест в городе.

Благодаря, тогда ещё молодому учёному, одному из основоположников геоботаники П. Н. Крылову был создан беспримерный Ботанический сад при университете и эта роща, где, до сих пор, шумят раскидистые деревья, некоторым из них более ста лет. В роще всегда празднично, уютно, тихо. Деревья подобраны так, чтобы в любое время стремительного сибирского лета какие-нибудь цвели.

В начале июня, когда мы прилетели, запах цветущей белоснежной черёмухи обволакивал до головокружения. Это было чудесно!

Побродив по университету и роще, идём в Научную библиотеку.

Научная библиотека 

Ещё до открытия университета в 1880 году ранней весной по последнему санному пути в Томск прибыл обоз и с ним около 300 ящиков с книгами – знаменитая библиотека Строгановых. В ожидании открытия университета, «товар» сгрузили на складах Гостиного двора.

Двадцать две тысячи книг! Томск стал обладателем книжных богатств. Среди них появились редкостные европейские издания в роскошных кожаных и сафьяновых переплётах с золотыми тиснениями, работы парижских мастеров времён французской буржуазной революции, альбом видов Египта, некогда принадлежащий Наполеону. Всё это передал будущему учебному центру потомок известных солепромышленников, дипломат, граф А. Г. Строганов.

Полярный исследователь А. М. Сибиряков приобрёл для университета личную библиотеку В. А. Жуковского на русском, немецком, французском языках, книги с автографами самого поэта.

В настоящее время Научная библиотека хранит частные коллекции князей Голицыных, книги с дарственными надписями Пушкина, Гоголя, Герцена, Чернышевского, Белинского.

Гордость библиотеки – фонд рукописей и книжных памятников XIII – XX веков и знакомство с ними доступно не только сотрудникам библиотеки и студентам, но также  томичам и гостям города.

Научная библиотека Томского университета по праву считается книжной сокровищницей Сибири.

До назначенной встречи с однокурсниками ещё два дня, и мы с мужем идём гулять по знакомому и в чём-то новому для нас городу.

История города 

На юго-западном мысе Октябрьской горы (бывшей Воскресенской), куда мы поднялись, установлена глыба красного железняка. На прикреплённой к нему мемориальной доске надпись: «На этом месте в 1604 году был основан город Томск».

Зимой 1604 года с берегов тёмной реки прибыл в Москву к Борису Годунову князь племени Эушта (томские татары) Тоян с подарками и просьбой защитить его мирный народ «от набежчиков ближних и дальних». И по указу царя в этом же году за несколько месяцев один из удобных для обороны холмов ощетинился острогом – стеной из заострённых как заточенные карандаши брёвен, деревянной изгородью и сторожевыми башнями.

Главным сооружением в остроге стал деревянный храм Живоначальной Троицы с двумя приделами. Поставлен он был в честь Бориса Годунова и его сына Фёдора, а наречён именем Фёдора Стратилата, Бориса и Глеба. В конце XVII века томский воевода велел укрепить обрыв деревянным срубом. С тех пор это место называется «Обруб».

В настоящее время острог восстановлен в его первоначальном виде – с острожной стеной, воеводскими хоромами и церковью.

Томск получил название от имени реки, на которой стоит. О названии рек Томи и впадающей в неё Ушайки существует несколько легенд.

Вот одна из них.

На высоком берегу большой сибирской реки стоял хорошо укреплённый городок храброго князя Тояна.  И родился у него сын Ушай. Он рос бесстрашным и умелым воином.  А неподалёку от тоянова городка, у притока большой реки, жил со своим племенем князь Басандай. Была у него красавица дочь Тома. Многие знатные князья сватались к Томе, но Басандай мечтал выдать её за большого сибирского хана.

Однажды во время охоты, преследуя сохатого, Ушай случайно оказался в угодьях Басандая.  В это время княжна Тома прогуливалась по лесным тропинкам, слушая пение птиц, вдыхая животворный воздух под могучими кедрами.

Увидев её, Ушай был сражён красотой девушки, а Тома поразилась силе и ловкости Ушая. Они полюбили друг друга и стали часто встречаться в условленном месте. Во время очередного свидания их застал Басандай, и с позором прогнал со своих земель небогатого князя Ушая.

Тома в отчаянии добежала до реки, возле которой жил любимый, и бросилась в неё. С тех пор эту тёмную реку называют Томой или Томью.

Узнав о смерти княжны, Ушай тоже расстался с жизнью, а речка, в которой он утонул, стала называться Ушаем (Ушайка).

Очень достоверное предание, поскольку у сибирских народов издавна принято давать рекам и озёрам имена  утонувших.

Так и течёт через город небольшая Ушайка, впадая в полноводную Томь, как бы увековечивая союз двух влюблённых. А в зелёном пригороде Томска впадает в Томь речушка Басандайка.

С Октябрьской горы открывается широкий вид городских кварталов, прорезанных извилистой лентой реки Ушайки с её мостами. Рядом с современными зданиями можно разглядеть постройки в стиле русского классицизма, позднего ренессанса, барокко, модерна.

Осмотрев музей «Старый Томск» и спустившись с горы, выходим на площадь Ленина, бывшую Базарную – главную площадь города. В центре её возвышается скульптура В. И. Ленина.

Здание Биржевого корпуса (XIX в.) – наиболее значительное на площади. Его общая композиция в виде двухэтажной галереи определялась его назначением – необходим был навес для сортировки, просушки, осмотра мехов и взвешивания товаров.

Каменное двухэтажное здание на другой стороне площади в устье реки Ушайки, построенное в конце XIX века как трактир, называлось «Славянский базар». Оно и сейчас красуется на том же месте.

Когда-то в революционные годы у «Славянского базара» проводились солдатские митинги, а теперь, начиная с весенне-летнего сезона и до осени, каждую пятницу здесь собирается молодёжь. Они читают стихи, поют под гитару, танцуют, играет музыка.

Забавные памятники 

Будучи в Томске, в «Славянском базаре» побывал А. П. Чехов. О городе он отозвался не очень лестно, сказав, что  грязь на улицах и мужики много пьют. В память об этом событии томичи поставили писателю забавный памятник с надписью: «Антон Павлович Чехов глазами пьяного мужика, лежащего в канаве и не читавшего «Каштанку»». В городе много забавных памятников и студенческих приколов с ними связанных.

Например, у одной из гостиниц есть памятник домашним Тапочкам с надписью «Будьте как дома». И когда в городе  проходил конкурс на лучшее произведение архитектуры, эти тапочки заняли одно из первых мест. Голосование велось по интернету, а Томск – город вузов, науки, недаром его называют «Сибирские Афины». Здесь каждый пятый житель – студент, и почти все сидят в интернете. Так и прикалываются.

Или ещё пример.

На проспекте Ленина, на спуске от политехнического института к университету на высоком постаменте стоит белый памятник С. М. Кирову.

И как только студенты политеха защитят диплом, то тут же закрашивают Кирову сапоги красной или синей краской. Городские службы восстановят цвет сапог, а кто-то снова защитился, и сапоги Кирова опять цветные. И так в течение всего дипломного периода. Момент перекраски сапог памятника нам довелось увидеть.

У медицинского института установлена решётчатая модель беременной женщины, созданная из чёрных металлических прутьев. Внутри – зарождающийся ребёнок. Сюда приходят женщины, желающие родить здоровое дитя, и привязывают к животу разноцветные ленточки. А на противоположной стороне проспекта у родильного дома прелестный памятник младенцу в капусте.

На одном из перекрёстков в центре города установлен памятник инспектору ГАИ Путинцеву Н. П., почётному гражданину города. Двадцать лет он бессменно нёс службу на этом посту и его знают все жители города.

Говорят, он совершал немало добрых дел и памятник ему поставлен вполне заслуженно.

А на стадионе «Труд» зимой и летом сидит на трибуне «Болельщик» с папиросой во рту и болеет за футбольную команду «Томь» в любую погоду, даже когда на стадионе пусто.

Встреча однокурсников 

Первая встреча была назначена в одной из аудиторий нашего мехмата. Среди собравшихся шестнадцати человек кого-то я узнала сразу, кого-то с трудом. Ведь прошёл не один десяток лет. Многие стали томичами и даже преподавателями родного университета и других вузов – кандидаты, доценты, профессора.

На следующий день на кладбище почтили память преподавателей и однокашников, которых уже нет с нами. Погрустили. Но живые должны радоваться жизни.

И мы радовались, собравшись в университетском кафе. Весь вечер звучала музыка, вспоминали и пели студенческие песни, рассказы, расспросы.

Какое прекрасное студенческое время! И как приятно хоть ненадолго в него окунуться!

 

Томск в дереве и камне 

Удивительное искусство безымянных мастеров прошлого не оставляет равнодушными ни жителей, ни гостей города. Жители гордятся, гости восторгаются.

Мы с мужем бродили по улицам, часто останавливаясь и без конца фотографируя исторические здания и деревянные дома, на многих из которых прикреплены таблички об их исторической ценности. Вглядывались в замысловатые ажурные узоры на наличниках окон, верандах, карнизах крыш.

Срубы из кедра, сосны, лиственницы, просмоленные природой, ещё долго могли бы стоять, если бы не пожары. Уцелели более поздние строения – особняки купцов, промышленников, любивших похваляться друг перед другом роскошью, диковинным видом и затейливым орнаментом деревянных палат. На их деньги, но не их талантом построены томские терема.

Пришлые и местные умельцы творили эти чудеса – где-то кедровая шишка вплетена в деревянный узор, где-то гроздь таёжных ягод, а то и сказочные петушки с вытянутыми шейками тянутся на крышах к солнышку. Немало теремов сохранилось в Томске и, весьма своеобразно видеть часто встречающиеся сочетания старых порой покосившихся деревянных домов и огромных современных сооружений, которых в городе стало довольно много.

Тот же «почерк» отличает архитекторов и строителей, возводивших Томск каменный.

Недалеко от памятного места, где был основан Томск, на соседнем холме устремляется ввысь семью небольшими главами двухэтажная Воскресенская церковь конца XVIII века – одно из первых каменных зданий не только в Томске, но и во всей Сибири. Детали её фасада решены в стиле русского барокко. Обрамление окон и углы здания оформлены веерообразными и фигурными фронтонами.

Интересно в городе представлен классический период, отличающийся простотой архитектурных форм. Построенное в начале XIX века здание на площади Ленина, где раньше была Мещанская управа, пример тому. Оно сохранилось в первоначальном виде лишь с незначительными переделками.

Достойно внимания здание краеведческого музея, бывший дом золотопромышленника Асташева (XIX в.). Фасады решены в классических формах с колоннадами над первым этажом.

Томск это как город-музей под открытым небом. Трудно перечислить все его архитектурные и исторические шедевры XVIII – XX веков.

Это и Дом офицеров (бывшее Общественное собрание), и  построенный в стиле модерн бывший дом Флеера, ныне дворец бракосочетаний, и здание гастронома, бывший городской суд, и много других. Местный архитектор К. Н. Лыгин впервые в Томске ввёл для оформления фасадов зданий сочетание красного кирпича со светлым песчаником, хорошо выдерживающим суровый климат Сибири.

Томск относится к тем сибирским городам, которые обладают своеобразием и неповторимостью. Архитекторы и реставраторы стараются не допускать разноголосицы, объединять в одно целое прошлое, настоящее и будущее города. И это им во многом удаётся.

Вот и закончилась наша прогулка-путешествие по старому и всегда юному городу Томску – частичке нашей Родины и нашей души. И в настроении особой приподнятости мы возвращаемся в Москву. 

Июнь, 2013 г.

Прогулка по Смоленску 

Успенский собор 

Подъезжая к Смоленску, уже издалека вижу возвышающийся над городом пятиглавый бело-голубой собор.

От Колхозной площади, где остановился автобус, выхожу к реке, и невольно вспоминается заученная строка из школьной программы: «Чуден Днепр при тихой погоде». Сейчас его быстрое течение мчит мутные воды, не обращая внимания на строителей, обустраивающих набережную.

Иду по широкому мосту. Забавно, но рядом построен ещё один – узкий, на таком близком расстоянии, что люди с этих мостов могут практически поздороваться друг с другом за руку.

Пройдя через сквер мимо памятника Кутузову, поднимаюсь по высокой парадной лестнице к собору.

Успенский кафедральный собор не только главный символ города и его визитная карточка, но и один из наиболее известных и величественных храмов нашего отечества. Он считается жемчужиной русской архитектуры XVII – XVIII веков – это целый архитектурный ансамбль: рядом с храмом колокольня, чуть поодаль церковь Иоанна Предтечи, над холмом как бы нависает храм Богоявленского собора.

Успенский собор имеет, как и сам город, богатую историю.

В 1101 году Владимир Мономах велел заложить первое каменное здание города – этот собор. В начале XVII века польские захватчики разрушили его. И только в 1654-ом, когда город был возвращён России, на Соборном холме выстроили новый Успенский собор.

Но и на этом история его не закончилась. С 1933 года до начала Великой Отечественной войны собор использовался как антирелигиозный музей, во время войны немцы проводили здесь свои богослужения, а при отступлении заминировали его и хотели взорвать. Но, к счастью, не успели.

Войдя в собор, невольно замираешь от красоты и величия того, что видишь.

Внутреннее пространство храма весьма обширно, площадь его около двух тысяч квадратных метров. Четыре мощных столба несут его своды. Главное украшение интерьера – грандиозный вызолоченный пятиярусный резной иконостас, выполненный в стиле барокко, и обилие деревянных скульптур. Над созданием такого интерьера в течение десяти лет трудились талантливые российские мастера.

Постояв перед главной святыней – старейшей на Руси иконой Божьей матери и привезённой из Константинополя в 1046 году Одигитрией Смоленской, покидаю Успенский собор.

Пройдя через врата Богоявленского собора, выхожу на древнейшую улицу с названием Соборная гора. Она неприметна и не совсем ухожена, но раньше играла важную роль в жизни города, которому исполнилось 1150 лет. Об этом говорят и цифры, выложенные цветами на Соборном холме.

 

Улица Большая Советская 

Соборная гора выводит меня на главную улицу города – Большую Советскую. До 1918 года она называлась Большой Благовещенской. К юбилейной дате на многих домах появились дополнительные таблички со старыми названиями улиц.

Поднимаясь по Большой Советской, оказываюсь у Троицкого монастыря, самого древнего сооружения на этой улице, основанного во второй половине XII века. За монастырскими стенами возвышается собор Святой троицы, к нему примыкает усыпальница, в которой покоятся четыре первых смоленских митрополита. В комплекс входит и церковь Зачатия Анны.

Любопытно расположена колокольня, находящаяся за пределами монастыря на противоположной стороне улицы.

После революции этот мужской монастырь был закрыт.

Какое-то время там был спортивный зал, затем макаронная фабрика, а с 1980 года после реставрации в помещении Соборной церкви открылась экспозиция музея «Смоленский лён».

На перекрёстке Б. Советской и улицы Козлова моё внимание привлекло трёхэтажное здание XIX века с избыточными архитектурными излишествами и с вазонами, венчающими здание, первый этаж которого занимает Дом книги. Смоляне называют его «Дом Павлова», по имени купца, построившего это здание.

Интересен на Б. Советской и «Дом с часами». До революции здесь находилась гостиница Европейская. Во время войны дом был разрушен, но часы сохранились. Говорят, долго искали мастера для починки этих часов. И, наконец, нашёлся человек, который заставил часы работать. В благодарность за свою работу часовщик получил квартиру в этом доме.

 

Кремлёвская стена 

В архитектурный облик Смоленска неотъемлемо вошла крепостная стена, возведённая в XVI веке. Тогда московское княжество спешило укрепить свои западные границы от посягательств панской Польши. Всей русской землёй решают поставить в Смоленске неприступную крепость. В течение пяти лет триста тысяч человек во главе с известным мастером Фёдором Конем возводили крепостные сооружения, и в 1602 году строительство этого первоклассного фортификационного и замечательного архитектурного сооружения было завершено. Тридцать восемь башен имела крепостная стена и ни одна из них не повтрялась. Названия башен, как и улиц, со временем менялись.

Поднимаюсь на Громовую башню. Это название она получила, вероятно, от того, что в её крышу часто попадали молнии. Башня как бы оторвана от крепостной стены, которая имела протяжённость более шести километров, но в результате многочисленных войн в ней появились проломы.

В настоящее время в Громовой башне два этажа занимает музей истории строительства крепости и амуниции военных времён, а с третьего можно выйти и прогуляться по участку стены. Что я и сделала.

Сверху открылся чудесный вид на аллею. Я стояла и любовалась, как утреннее солнце освещало опавшие жёлтые листья и ещё не поблекшие остатки осенней зелени. С другой стороны башни виден памятник зодчему Фёдору Коню (Савельеву). Создатель смоленской крепостной стены за свою силу и выносливость был прозван Конём.

Побывала я ещё в одной башне – Пятницкой, в которой сегодня находится музей русской водки. Это первый музей, организованный производителем этого снадобья.

Гордость музея – разнообразные бутылки прошлого из-под напитков, выпущенных на винокуренном заводе купца П.А.Мачульского, есть здесь и другие экспонаты, относящиеся к истории этого производства в начале XVII века.

Древние крепостные стены Смоленска хранят вечную память о великих событиях истории – обороне города 1609 – 1611 годов от польско-литовских феодалов, о боях Отечественной войны 1812 года, о смоленском сражении в Великой Отечественной войне.

 

Арбат имени Ленина 

Во многих городах есть пешеходные улицы и когда попадаешь на такую улицу, невольно называешь её местным Арбатом. В Смоленске это улица Ленина (бывшая Кирочная, позже Пушкина).

С начала XVII века она стала одной из центральных. Здесь практически каждый дом имеет свою историю.

Вот, например, самая старая в городе гражданская постройка петровских времён, именуемая «кузницей». В ней и сейчас кузница-музей. Недалеко от неё находится здание лютеранской церкви XIV века – кирха. Став в то время достопримечательностью города, кирха дала даже название улице – Кирочная. В настоящее время здесь разместился шахматный клуб.

Дальше по улице ­– исторический музей. Когда-то это был магазин всемирно известной компании Зингер, производившей швейные машинки.

А вот, красивое здание Дома культуры профсоюзов, бывший Дворец Труда, в котором проходили выставки художников и Казимир Малевич, автор нашумевшего «Чёрного квадрата», читал здесь лекции о новом течении в искусстве – авангардизме.

На фасадах всех этих исторических зданий, можно увидеть много интересного: оригинальные карнизы, фигурные наличники, вазоны, богатый лепной декор и другие архитектурные детали, делающие каждое здание неповторимым.

 

Сказочная улица 

С улицы Ленина иду через небольшой сквер. Под ногами шуршит жёлто-оранжевая осенняя листва и так радостно чувствовать эту красоту, шагая среди ещё не совсем сбросивших листья кленов. Выхожу на улицу Карла Маркса, бывшую Королевскую. От такого старого названия веет чем-то сказочным, а появилось оно в XVI веке, очевидно, от того, что на этой улице стоял дворец польского короля Казимира.

Бывшая Королевская интересна тем, что на ней отсутствует нечётная сторона, вместо неё тянется сквер, а на чётной стороне двух- и трёхэтажные особняки вдоль улицы выстроились как на парад, плотно прижавшись один к другому. Но, несмотря на разнообразие их архитектурных стилей, застройка улицы Карла Маркса воспринимается как единый ансамбль.

Бывшая Королевская почти переходит в городской Лопатинский сад, который ещё в 1874 году бал устроен по распоряжению смоленского губернатора А. Г. Лопатина.

Пройдя по симпатичному горбатенькому мостику, перекинутому через пруд, оказываюсь у памятника, посвящённого сражению в Смоленске в 1812 году.

Чугунная пирамида высотой более 25 метров увенчанная луковичной главкой с позолоченным крестом напоминает часовню.

Ещё один памятник посвящённый мужеству и стойкости русских людей находится в сквере Памяти героев.

Обойдя памятник со всех сторон, видно, как по крутой скале карабкается воин-галл. Он добрался до вершины и занёс меч над орлиным гнездом, но два орла не дают ему разорить его.

Скала – символ неприступности России, гнездо – древний Смоленск, орлы – русская армия, а воин-галл – армия Наполеона.

Так изобразил мощь России автор памятника Н. Шуцман.

В другой части сквера горит Вечный огонь – память долга живых перед павшими в Великой Отечественной войне.

Покинув Лопатинский сад, выхожу на улицу Пржевальского. Раньше она называлась Большой Вознесенской. Таким названием была обязана Вознесенскому деревянному монастырю, построенному в начале ХVI века. Но, как гласит предание, на средства и по собственным чертежам Петра I на месте деревянного позже был построен каменный монастырь.

Прогуливаясь возле монастыря, попадаю на улицу, которая носит имя выдающегося скульптора Конёнкова, и останавливаюсь у его памятника.

Удивительна судьба Сергея Тимофеевича. Он родился в беднейшей крестьянской семье. Под крышей их дома жили двадцать шесть человек. Мальчик с детства обнаружил способности к рисованию и уже в шестилетнем возрасте пробовал писать иконы. В дальнейшем были учёба в Москве и в Академии художеств в Петербурге.

Долгие годы Конёнков жил в Америке, и популярность его была огромна. В 1945 году скульптор с женой вернулись на Родину.

В год своего 80-летия он создал свой автопортрет в мраморе. Бронзовая отливка с него, сделанная в 1974 году и  сегодня стоит на улице его имени.

Кроме памятника есть в Смоленске и музей Конёнкова.

 

Улица Маяковского 

Прогулка по центру города выводит меня на небольшую улицу Маяковского. Раньше она называлась Малая Дворянская, позже Малая Пролетарская, но малой оставалась всегда. Строений здесь немного. Самое значительное – бывший Дом дворянского собрания, ныне Концертный зал филармонии – один из лучших смоленских архитектурных памятников ХIХ века. Зал этот видел многих великих людей. В нём чествовали М.И.Глинку, до революции в Доме дворянского собрания выступали Ф. И. Шаляпин, А.В. Нежданова, Л.В. Собинов, С.В.Рахманинов и много-много других известных певцов и музыкантов.

Недалеко от Концертного зала, в саду Болонье, в конце ХIХ века был установлен один из лучших памятников в Смоленске – композитору, основателю русской классической музыки М.И. Глинке.

На этой улице находится ещё один интересный памятник архитектуры ХIХ века с богатым лепным декором на фасаде. Здание строилось для Международного банка, но с 1973 года здесь и разместился музей скульптуры Конёнкова. Мимо пройти никак нельзя, и я захожу в музей, где экспонируются более шестидесяти работ самобытного скульптора.

Среди них и огромная фигура Маяковского, и изящная Айседора Дункан, и фантастический автопортрет, вырезанные из разных пород дерева.

Гуляя по улицам Смоленска, я открыла для себя ранее незнакомый город, в котором плавные линии ландшафта гармонично переходят в изящные архитектурные формы, величавая строгость монументов уживается с каким-то домашним уютом. Невероятно красивая теплая смоленская осень усиливала приятное впечатление об этом городе.

Много неописанных мной исторических мест, памятников,  скверов города.

Двух дней не хватает, чтобы всё осмотреть, поэтому хочется возвращаться сюда и бродить, бродить по его улицам и переулкам. 

Октябрь, 2013 г.

Чудесный уголок России  

В восемнадцати километрах южнее Смоленска там, где струится среди древних курганов река Сож, находится заповедник Талашкино.

Между вековыми липами, ясенями и берёзами старинного парка я иду по полого спускающейся аллее к заросшим прудам. Тёплое солнце прошивает золотыми иглами гладь двух озёр, а кустистые берега окрашивает в жёлтые цвета разных оттенков. Полюбовавшись осенней безмятежностью природы, подхожу к зданию школы.

На рубеже XIX – XX веков здесь протекала бурная жизнь. Об этом напоминают сохранившиеся постройки местечка Флёново – «Теремок», храм-усыпальница Святого Духа, сельскохозяйственная школа.

Село Талашкино известно с XVII века. Когда-то оно принадлежало польскому шляхтичу Гейдалу Талашке, но прошло много времени, и в конце XIX века владелицей стала Екатерина Четвертинская, которая в 1893 году продала имение своей подруге Марии Тенишевой.  Известная меценатка княгиня Тенишева была удивительной личностью. Она не только жертвовала деньги на добрые дела, но и обладая энциклопедическими познаниями в искусстве активно проявляла себя как певица, художник, историк, археолог, архитектор, педагог, учёный, писатель.

Марии повезло с мужем. Князь В. Н.Тенишев был умный, интеллигентный и очень богатый человек, любящий свою жену. Он всегда поддерживал Марию в делах благотворительности.  Ещё в 1887 году прежней владелицей Четвертинской в Талашкине была открыта сельскохозяйственная школа для крестьянских детей. Тенишева преобразовала её в школу Министерства земледелия с подготовительными и специальными классами. В школу принимались дети-сироты не моложе де-вяти лет. Считалось, что крестьянский ребёнок только с этого

возраста начинает осознавать себя.  Шесть лет учёбы в школе включали общее образование, обучение ремёслам и ведению сельского хозяйства.

Княгиня Тенишева, не имевшая счастливого детства и не знавшая родительской ласки, к детям своей школы проявляла неподдельную любовь. Она с удовольствием устраивала им праздники. И обязательно зимняя ёлка!  На ней развешивались мешочки с орехами, пряниками, конфетами, карандашами, тетрадями, детям дарились рубахи, картузы. Однажды в новогодние дни Тенишева отсутствовала в Талашкине и ёлка не была организована. Она очень переживала по этому поводу и, вернувшись через несколько месяцев, несмотря на весенне-летнюю погоду, устроила для детей новогодний праздник с ёлкой, песнями, хороводами.

Сельскохозяйственная школа в Талашкине стала уникальным учебным центром с замечательным преподавательским составом, а малоизвестное барское поместье превратилось в заповедное место.

Вхожу в здание школы, в учебный класс. Меня охватывает чувство волнения и ностальгии: класс почти такой, в каком училась я сама в советское время. Такие же чёрные парты, чернильницы, правда, перья у нас были не гусиные. На стене географическая карта, доска, учительский стол, у стены резной шкаф.

Современным детям, приезжающим сюда с родителями, очень интересно всё это видеть. Сотрудники музея даже предлагают им посидеть за такой партой, обмакнуть гусиное перо в чернила и что-нибудь написать.

Класс большой, просторный, разделён ширмой на две части – учебную и рабочую, где девочки вязали-вышивали, а мальчики что-нибудь мастерили. Школьные мастерские довольно скоро вышли за рамки учебных планов и превратились в художественно-промышленные, в которых кроме учащихся и выпускников школы работали мастера из местных кустарей и умельцев. Возникла необходимость поставить во главе мастерских человека знающего, влюблённого в идею возрождения народных промыслов и при этом талантливого.

Тенишева по рекомендации Врубеля приглашает Сергея Васильевича Малютина. И бедствовавший в то время художник с женой и четырьмя детьми переезжает в Талашкино. Малютин обладал даром фантазии. Увидев однажды забавную японскую игрушку с секретом, он придумал русскую матрёшку, ставшую известной во всём мире.  В Талашкино Малютин ярко раскрыл себя как архитектор и живописец. Он украсил пейзажи Талашкина и Флёнова затейливыми мостиками, воротами. Местные мастерские выпускали по его эскизам разнообразные изделия из дерева и керамики – столы, стулья, диваны, кресла, скамьи, сани, ларцы, игрушки. Для сбыта изделий Тенишевой пришлось даже открыть в 1901 году магазин в Москве. Кроме продажи на внутреннем рынке изделия мастерских имели спрос и за границей, особенно в Англии.

Дом, в котором жил Малютин со своей семьёй, он превратил в расписной живописный «Теремок». Это самое яркое и впечатляющее детище его таланта.

Среди высоких холмов в обрамлении тёмной зелени дубов и елей срубил мастер свой знаменитый сказочный домик.  Это бревенчатое сооружение представляет собой подлинный шедевр русского малого зодчества.  Окна, двери, карнизы, наличники и остальное убранство – всё это искусно выполнено, ажурно вырезано. Яркая раскраска, сказочные мотивы на фасадах создают образ праздничный и фантастический. В наружном декоре переплелись солнце и луна, драконы и лебеди, цветы и листья.

После Великой Отечественной войны разрушенный  «Теремок» смоленские реставраторы сумели восстановить,  и он снова стал таким, каким его создал С.В. Малютин.  В Тереме-музее, переходя из комнаты в комнату, не устаёшь удивляться и восхищаться всем, что видишь.  Изразцовая печь, резные столы и стулья, сундуки, вышивка – всё это настоящие произведения искусства, созданные руками русских умельцев. В музейных залах «Теремка» можно увидеть изделия талашкинских мастеровых, мебель, изготовленную по проектам Малютина, акварельные эскизы Врубеля, керамику Рериха и многое другое.  В одной из комнат хранится большое созданное по рисунку Малютина сквозной рельефной резьбы по дереву с многокрасочной росписью панно «Садко – богатый гость».  Среди изделий столярной мастерской большое место занимают балалайки с оригинальной росписью на деках, когда-то они произвели фурор на Всемирной выставке в Париже. Большинство из них расписал сам Малютин. Излюбленным мотивом у художника была жар-птица, она встречается во многих его работах.

Одним из ведущих художников талашкинских мастерских была сама Мария Тенишева. Она расписывала ларцы, шкафчики, создавала рисунки крестьянского платья, рисунки для вышивки шёлком по холсту, а также новые образцы мебели и домашней обстановки.  Мария Клавдиевна самостоятельно освоила эмалевое дело, в котором достигла высокой степени совершенства и приобрела заслуженную известность. В «Теремке» представлено её выдающееся произведение в технике эмали – монументальный портал с композицией «Святой Георгий, поражающий дракона». Это была её работа при защите диссертации в Московском археологическом институте в 1917 году на тему «Эмаль и инкрустация».  Кроме того, Тенишева известна как талантливая собирательница историко-этнографической коллекции. По её поручениям собирались в деревнях российских губерний древние иконы и старинные вещи.  И в 1901 году она открывает свой первый музей в Талашкино, а в 1905 её коллекция переезжает в Смоленск, в здание, построенное по проекту Малютина, – музей «Русская старина».

С первых лет существования сельскохозяйственной школы из учеников был организован балалаечный оркестр. С его помощью детям прививалась любовь к народной музыке, которую Мария Клавдиевна сама хорошо знала и любила. Дети выезжали с концертами в Смоленск, для них это были праздники.  Обучать детей игре на балалайке княгиня пригласила талантливого музыканта из оркестра народных инструментов Андреева.  В самодеятельном театре, который был создан при школе, тоже всегда царило радостное настроение и успех.

За что бы ни бралась Мария Тенишева, всё делалось профессионально и серьёзно. Художественная атмосфера, наполненная мечтами, поисками и открытиями, влекла многих выдающихся деятелей русской культуры в Талашкино. На протяжении почти четверти века Талашкино считалось крупным художественным центром России.

Здесь бывали известные певцы, музыканты, художники: Шаляпин, Дягилев, Маковский. Сюда приезжали и работали здесь друзья княгини – Михаил Александрович Врубель, Илья Ефимович Репин. В собрании Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге хранится написанный в то время Репиным портрет Марии Тенишевой.

Целый период в жизни Талашкина связан с именем  Н. К. Рериха.

Ещё в начале 1900-х годов Тенишева решила построить в Талашкине храм. Наиболее удобным местом для строительства была выбрана вершина поросшего старыми елями и липами большого холма во Флёнове, откуда открывался прекрасный вид необозримых смоленских далей. Здесь в 1912 году и была заложена церковь Святого Духа. Задуманная как усыпальница Тенишевых, она была построена в традициях старого русского зодчества с тремя рядами кокошников и маленькой главкой. В создании проекта участвовали Малютин и сама Тенишева, а над украшением храма трудился Николай Константинович Рерих. Но храм Святого Духа никогда не использовался так, как мечтали обитатели Талашкина. Его судьба сложилась драматично.

Рерих, воплощая идею единства религий, допустил в росписях многочисленные отступления от православного канона, и это послужило причиной неосвящения храма. Но бесценным даром дошла до нас великолепная мозаика «Спас нерукотворный», выполненная художником над порталом церкви.

В 1919 году Тенишева покидает Россию, и последние годы жизни ей пришлось провести во Франции вдали от родины.

Жизнь в Талашкине затухает. Но традиции не исчезли бесследно. До сих пор наследницы талашкинских мастериц вышивают руками нарядные сарафаны, салфетки, полотенца-рушники.  Драгоценная коллекция, которую княгиня подарила народу, дошла до нас, несмотря на частичные утраты. Ознакомиться с экспонатами можно в Художественной галерее и в музее «Русская старина» Смоленска.

Талашкино – место особенное. Здесь всё пробуждает воображение: Теремок, тенишевская школа, вековые деревья, которые, наверное, помнят кипящую жизнь, шум и веселье детских голосов, тихие пруды, освещённые заходящим солнцем. Всё это любила княгиня Тенишева.

Здесь, на открытой поляне у школы и поставлен памятник Марии Клавдиевне Тенишевой – удивительной женщине, меценатке, страстно любящей свою Родину. 

Октябрь 2013 г.

Град на острове стоит 

На просторах большой Волги далеко виден живописный остров Свияжск с белокаменными колокольнями и разноцветными маковками церквей. 

Город, что стоит на этом острове, возник в XVI веке как стратегическая крепость в тридцати километрах от Казани и был опорным пунктом Москвы при взятии столицы Казанского ханства.  После нескольких неудачных попыток Ивана Грозного овладеть Казанью осенью 1550 года русское войско расположилось лагерем у реки Свияги.  Внимание царя и воевод привлекла Круглая гора, весьма удачное место для возведения форпоста. Царю приходит мысль – на этой горе, поросшей лесом, построить крепость. Но как это сделать на чужой земле, земле Казанского ханства?

И всё-таки царь отдаёт приказ строить на острове город-крепость, причём в предельно короткий срок. Решено было сооружать всё из дерева. Оно имело свои преимущества перед камнем при скоростной постройке.

Что же измыслили русские мастера?

В великой тайне в лесах под Угличем застучали топоры и зазвенели пилы – русские мастера рубили будущую крепость! Поставят башню с бойницами, пометят брёвна – разберут. Поставят участок стены от башни до башни, пометят брёвна – разберут. Так же избы, церкви, амбары. И как только вскрылась Волга ото льда, весной 1551 года пошёл караван судов с разобранной крепостью по реке к Свияге.

Пристали к горе.

По приказу большого воеводы, одна часть людей валила лес на острове, готовила площадку, другая – сразу ставила стены. Всё делалось быстро-быстро. А князь Василий Серебряный тем временем получил  приказ идти на Казань, чтобы отвлечь внимание казанцев и не допустить их к Свияж-городу.

Дружина князя почти вся была иссечена, но задачу выполнила. И когда остатки дружины через четыре недели прискакали к горе Круглой, они не увидели гору, поросшую лесом. Они увидели огромную крепость, которая превосходила по своим размерам Московский кремль. Опираясь на эту крепость, Ивану IV в 1552 году удалось захватить Казань.

Свияжск был умно спланированным городом, но со временем отпала необходимость содержать его как крепость. Жители покидали остров, и Свияжск превратился в монастырский городок.

Века изменили облик древнего города, угасла его слава. Но и сегодня мы можем увидеть здесь Успенский собор, построенный во второй половине XVI века псковскими каменщиками во главе с Постником Яковлевым и Иваном Ширяевым, Никольскую церковь с самым высоким сооружением Свияжска – колокольней, высота которой 43 метра, ограду XVII века, бывшие конюшни. А на территории бывшего мужского монастыря до наших дней сохранились древнейшие памятники архитектуры, в том числе и Троицкая церковь – один из немногих в Среднем Поволжье памятников русского деревянного зодчества XVI века.

Рядом с Троицкой церковью на территории Иоанно-Предтеченского монастыря в 1906 году появилась одна из главных доминант Свияжска – Собор всех Скорбящих Радость. Каменный красно-бело-купольный собор сразу притягивает взгляд. А что ему остаётся делать? Он совсем юный по сравнению с Троицкой церковью, которая знает себе цену и достойна особого внимания. Удивительно, что более четырёхсот лет стоит это рукотворное чудо.

Оно стоит, несмотря на все войны и пожары. Свияжск горел несколько раз. Всё горело, а церковь стоит.

Именно здесь молился Иван IV перед походом на Казань. Молился и плакал. Он понимал – врагов на Руси много,  ему не простят очередного позора, если он будет побеждён.

Как и все русские церкви Троицкая имеет трапезную, средний храм, алтарь, освещённые небольшими окнами. Внутреннее убранство сохранено в первозданном виде. Сегодня церковь принадлежит казанскому музею изобразительных искусств. Сохранившиеся иконы тоже находятся в этом музее.

Если приглядеться и прислушаться к голосам памятников седой старины, можно стать свидетелями удивительных событий прошлого. Дерево и камни не молчат. Даже развалившиеся замшелые крепостные стены, башни и храмы, изъеденные временем, могут поведать о многом.

Захожу внутрь уникальной церкви, трогаю стены, прикасаюсь к такой невероятно древней старине. Надо постоять. Подышать этой стариной. Подумать. Вот она, вечность! 

Сентябрь, 2012 г.

Завидово и Городня 

Эх, дороги 

Первое письменное упоминание о селе Завидово Тверской области относится к 1560 году. Название это произошло от имени, а может прозвища новгородского посадника XII века – «Завид».

Поскольку земли по берегам реки Шоши – притока Волги, принадлежали в то время Великому Новгороду, то существует предположение, что название села связано с одним из новгородских Завидов (их было несколько), который основал в этом месте селение или был его владельцем.

В XIII – XV веках земли Завидова входили в состав тверского княжества, соперничавшего с московским.

Многолетнее противостояние двух княжеств закончилось победой московского и Завидово вошло в состав земель, принадлежащих Ивану Грозному.  Позднее эти земли были переданы Архангельскому собору московского кремля, и только в XVIII веке Екатерина II изъяла их у церкви и передала в государственную собственность.

Через Городню и Завидово проходила дорога, связывающая с древности Новгород и Москву, а первая большая ямская дорога на Руси от Москвы до Новгорода была создана при Иване III. За её состоянием следил назначенный ямской дьяк.

По всему тракту через каждые тридцать километров устраивался ям (деревня, станция или слобода), жители которого несли ямскую повинность и назывались ямщиками.  Ямщик работал на государственной лошади и получал жалование. И до XVIII века ямские селения жили по специальному государственному уставу.

В Завидово в ямскую службу была включена небольшая часть населения, а основная масса крестьян занималась земледелием и животноводством.  Лица, отвечавшие за ямскую службу, обязаны были ремонтировать в селениях избы, сенники, тыны, чинить мосты, очищать дороги, отмерять ямщикам землю для пашни, сенокоса и выпаса лошадей.

Пётр I в начале XVIII века реорганизовал ямскую службу и учредил почтовое ведомство.  У каждого ямщика, курьера и почтаря, везущего почту или важные бумаги, был обязательно рожок или свисток. Завидев встречные подводы или желая обогнать ехавших впереди, ямщик подавал звуковой сигнал, по которому всякий был обязан освободить дорогу.  Подъезжая к яму, ямщик трубил или свистел особым образом. По этому сигналу дежурные выводили свежих лошадей и готовили упряжь, так что на смену экипажей уходили считанные минуты. Те, кто не имел подорожной карты, должны были нанимать частных ямщиков.  Впрочем, и наличие подорожной не гарантировало комфортабельной езды.

Известный историк Н. М. Карамзин в конце XVIII века, проезжая по этой дороге, так писал о своих впечатлениях.

«…Кибитку дали мне негодную, лошадей скверных. Лишь только отъехали с полверсты, как переломилась ось, кибитка упала в грязь и я с нею. Илья мой поехал с ямщиком назад за осью, а я остался на сильном дожде».

При активном строительстве Петербурга и выходом России к Балтийскому морю по тракту Москва – Петербург двинулся непрерывный поток грузов и людей. Тянулись всевозможные обозы: одноконные, двуконные и троеконные, ехали дорожные экипажи, мчались курьеры в лёгких бричках, проезжали тяжёлые, полные пассажиров, дилижансы.  В сёлах Городня и Завидово, через которые проходила дорога Петербург – Москва, так же, как и в Твери, были выстроены путевые дворцы, предназначенные для отдыха членов императорской фамилии, следовавших по тракту.  В Завидово дворец был обширным одноэтажным деревянным строением в центре села. После революции в нём располагались различные советские учреждения. Позднее дворец сгорел.

До начала XIX века петербургская дорога была источником экономического процветания жителей сёл и деревень, расположенных вдоль тракта.  Крестьяне занимались частными перевозками людей и грузов, обслуживали пассажиров, изготавливали и ремонтировали дорожную технику, ковали подковы. Шла торговля хлебом, калачами, молочными продуктами, предметами домашнего ремесла. Хорошую прибыль получали владельцы постоялых дворов и трактиров.  Однако с открытием в 1851 году железной дороги сёла потеряли своё былое значение, поскольку привычные источники заработка жителей исчезли. Городня и ряд других придорожных селений пришли в упадок.

В 1856 году Городню посетил русский драматург А. Н. Островский. Ямщик, вёзший его, пожаловался: «Приобидела нас чугунка». А когда писатель посоветовал жителям заняться земледелием, они ответили: «От косы, да от сохи не будешь богат, а будешь горбат»

Село Завидово тем не менее продолжало процветать, чему способствовало его выгодное территориальное положение, предприимчивость и трудолюбие жителей.

 

Храмы у дороги 

Свернув с дороги бывшего тракта, автобус подъехал и остановился у ограды храмового комплекса, украшавшего село Завидово. От современной дороги на Петербург комплекс отгорожен небольшой рощицей. Сквозь негустые деревья уже издалека были видны пятиярусная колокольня и белый фасад Успенской церкви с ярко-голубыми куполами, облитыми золотыми солнечными бликами.  Через врата колокольни входим на территорию комплекса. Завидовский храмовый комплекс включает в себя церковь  Успения Божьей матери, Троицкую церковь и колокольню.

С XVII века колокольня и церковь Успения, стоявшие у дороги, возвышались над Завидовом. Многочисленные перестройки, которым подвергался храм, не позволили определить точное время его создания.

Первоначально расположенная рядом с кладбищем церковь была деревянная. Сегодня же мы видим белый каменный фасад трапезной с крестом на маковке, а выше голубые купола. С двух сторон от входа в церковь на стенах размещены изображения пророка Ильи и архангела Михаила, напоминающие о посвящениях приделов в трапезной. По невысокому крыльцу поднимаемся и входим в церковь.

Внутренние стены храма покрыты росписями, посвящёнными событиям из жизни Пресвятой Богородицы.  Интересна люстра в форме огромного кадила, расположенная в центре храма. На ней подвешены большие страусиные яйца, которые настоятель церкви привёз из паломнической поездки. Считается, что эти яйца сохраняют окружающую обстановку от появления паутины и различных жучков.

Недалеко от Успенского храма стоит ещё одна церковь, построенная в 1787 году. Первоначально она была сооружена в честь архангела Михаила, но через сто лет её переименовали в Троицкую.  Церковь представляет собой белого цвета оштукатуренную кирпичную постройку, украшенную угловыми пилястрами и увенчанную массивным пятиглавием. Свод трапезной опирается на арки, перекинутые между стенами, и двумя стоящими в центре столбами.  В интерьере Троицкой церкви частично уцелели росписи, а также пол из чугунных плит первой половины XIX века.

Зачем же прихожане решили возвести вторую церковь рядом с первой?

Строительство требовало значительных расходов. Строили всем миром. Завидовцы пошли на это вероятно потому, что старый Успенский храм нуждался в серьёзном ремонте, который мог затянуться на долгие годы. Да и число прихожан продолжало увеличиваться, и Успенская церковь уже не вмещала всех верующих.

Троицкий храм – типичный памятник провинциальной архитектуры XVIII века. Сегодня в нём организован музей истории села Завидово и его храмового комплекса.

Поднимаемся на третий ярус колокольни, где накрыты столы, и хозяева радушно угощают нас душистым чаем с мёдом, баранками и пряниками, а после чаепития разрешают подняться ещё выше – до самых колоколов.

Интересные снимки можно сделать с колокольни, полюбоваться прудом, который был вычищен и углублён ещё в 1876 году. По берегам пруда были высажены декоративные растения. Созданный как хранилище воды на случай пожара пруд стал украшением площади перед церквями.

 

Город на холмах, которого нет 

Покинув Завидово, едем ещё к одной матушке-истории в село Городню, где на высоком холме возвышается самое древнее сооружение Тверской земли – церковь Рождества Пресвятой Богородицы (XIV в).

История села уходит в далёкое прошлое. Когда-то на этом месте стоял и жил активной жизнью древний город Вертязин. Он был пограничной зоной между Тверским и Московским княжествами. Все переговоры проходили в этом городе. Тогда и была возведена белокаменная церковь Рождества Пресвятой Богородицы. Давно нет этого города. После пожара в 1412 году на месте Вертязина был заложен городок Городень.  Городня же стала известна с XVI века как почтовая станция на дороге между Москвой и Новгородом. Но сколько же бедному городу пришлось перенести пожаров и разрушений!  В 1569 году Иван Грозный полностью рушит город, за-подозрив его жителей в измене. Но каждый раз город вновь  возрождается и начинает жить заново.

В конце XVIII века при очередном восстановлении к церкви пристраивается кирпичная трапезная, шатровая колокольня и расписывается внутренний интерьер. По указу Екатерины II в Городне строится Путевой дворец. Главный корпус в стиле позднего барокко, два флигеля, ограда, чугунные ворота – всё это работа архитектора М. Ф. Казакова.

После открытия железной дороги во дворце была устроена больница. Теперь на этом месте стоит православная гимназия. При закладке её в Городню приезжало много известных людей: Клара Лучко, Михаил Ульянов, Евгений Жариков, Нонна Мордюкова.

Но вернёмся в 1866 год. После изучения за границей молочного дела художник Н. В. Верещагин при помощи Российского Экономического общества организовал в районе производство сыра. Была создана артель и в Городне.

Во время Великой Отечественной село опять подверглось разрушению. Целый месяц немцы грабили и разоряли Городню зимой 1941 года.

Густой туман стелился над Волгой, когда мы подъехали к храму в Городне.

Церковь Рождества Пресвятой Богородицы увенчана золочёной луковичной главкой. Территория окружена массивной каменной оградой с трёхпролётными арочными воротами, также увенчанными золотой главкой.

Когда-то на этом месте стояла деревянная крепость, окружённая рвом. Ров с тех пор сохранился. Он отделяет храм от дороги. Через ров перекинут красивый каменный мост, ведущий к воротам церковной ограды. По этому мосту мы и проходим на территорию храма.

Более чем на 20 метров возвышается храм над уровнем реки и «малиновый» звон колоколов с шатровой колокольни разносится далеко в округе, означая начало службы.

Обходим церковь, окутанную осенним туманом, надеясь, что он рассеется, и мы сможем с вершины холма полюбоваться Волгой и окрестностями, а пока просто слушаем рассказ гида.

При очередной реставрации в 1980 году под основным сооружением храма было обнаружено несколько каменных мешков, куда сажали инакомыслящих и огромное помещение – второй храм и одновременно убежище, где люди прятались во время длительных осад.

Входим в трапезную с приделом Иоанна Предтечи. Низкие своды и стены покрыты росписью XIX века, в оконных проёмах можно рассмотреть фрагменты уникальных фресок, кое-где надписи и рисунки XV века.

Выйдя из церкви, можно спуститься с холма и прогуляться по набережной Волги. Трудно представить, что раньше Волга не была такой полноводной. Недалеко от Городни по отмели люди переходили на другой берег реки вброд. А корабли в этом месте тащили волоком.

По протоптанной дорожке спускаюсь вниз и между холмами, покрытыми зеленью, ещё не тронутой холодной осенью, иду к святому источнику, освящённому когда-то Сергием Радонежским. Удивительно красивое место! Не зря любят его разные киностудии. Многие фильмы снимались в Городне: «Иван Бровкин», «Анискин и Фантомас», «Деревенский детектив» и даже франко-итальянский фильм «Подсолнухи» с участием Софи Лорен и М. Мастрояни.

Проходили века, церкви Городни и Завидова жили, менялись, но, несмотря ни на что, оставляли свой отпечаток времени, который придаёт им художественное обаяние и духовную ценность, превращая простые сельские храмы в интереснейшие памятники истории и культуры православного Верхневолжья.

 

Ноябрь, 2014

Вдали от суетных дорог 

В верховьях Волги среди сосновых и смешанных лесов находится село Игуменка. С древних времён это место считалась святым, так как рядом располагался монастырь, и здесь селились в основном верующие люди.  А село получило название в честь настоятельницы монастыря.  В 1609 году монастырь был разрушен польско-литовскими интервентами, а земли в районе Игуменки отданы помещику Чагину. Село тогда состояло всего-то из десяти дворов и восемнадцати человек. Чагин, выдавая свою дочь замуж, отдал Игуменку дочери в приданое.

Впоследствии поместье многократно переходило из рук в руки, менялись хозяева, но дольше всех, почти двести лет, этим имением владел род Заворовских.

В 1851 году Заворовский, уезжая из этих мест, продаёт поместье меценату, богатому человеку Михаилу Петровичу Карякину. Новый владелец разместился в двухэтажном деревянном доме, завёл большое хозяйство, разбил парк. Но нашлись в Игуменке недоброжелатели–завистники и подожгли барский дом.

Карякин не пал духом. Он заказал в городе добротный красный кирпич, нанял рабочих и выстроил новый одноэтажный особняк в классическом стиле. И до сих пор с 1851 года стоит в селе этот красивый усадебный дом, фасад его украшен белыми пилястрами с капителями по верху, выделяющимися на тёмно-красном фоне здания. С северной стороны к просторной веранде с видом на Волгу вела парадная лестница. Сейчас, к сожалению, она в разрушенном состоянии.

Сам помещик в деревне не жил, но приезжал в Игуменку часто. Имением его управляли наместники.

В 1912 году Карякин продаёт имение гвардейскому офицеру из Прибалтики Эдварду Луйко. При новом хозяине в Игуменке началась развесёлая жизнь. Луйко любил выпить, погулять, повеселиться с цыганами, ну точно Ноздрёв из поэмы Н.В.Гоголя «Мёртвые души». Летом катания на лодках, зимой – на санных тройках, постоянные гости.  Но, с другой стороны, он тщательно следил за хозяйством, нанимал косцов, поля были ухожены, парк пополнился множеством редких видов деревьев. Появилась липовая аллея с пасекой, серебристые тополя, ели. Луйко был щедрым барином – одаривал крестьян одеждой, хорошо кормил. Но уж, если напьётся, крестьяне прятались от него кто куда – он мог забить человека за любой пустяк.

Старики рассказывали, что однажды он до полусмерти избил мужика за то, что мужицкая курица залезла на его двор и что-то там поклевала. Крестьянин остался жив, но поехал в Тверь и подал на Луйко в суд. К удивлению селян, суд оправдал крестьянина, а помещику присудил большой штраф.

После революции имение было национализировано, а хозяин запряг ночью лошадь, сел в упряжку и был таков – бежал в Прибалтику. Пришли люди в помещичий дом, а вещей-то в доме нет. Остались только огромные часы с массивными гирями да громадный старинный буфет из чёрного дерева с резными дверцами – ценнейший раритет.  Под домом было обнаружено огромное помещение, настоящие катакомбы для хранения вин и продуктов.

В 1920 году в помещичьем доме была открыта школа красных командиров, позже – детский дом, затем дом отдыха и, наконец, лечебный корпус санатория «Игуменка», который существует до сих пор.

С XVI века стояла в Игуменке церковь Казанской Божьей матери. И люди рассказывают о создании этой церкви историю – то ли быль, то ли легенду.

Жила в одном селе девочка Матрёна, пела в церковном  хоре, помогала священнослужителям. Когда ей исполнилось шестнадцать лет, влюбилась она в парня по имени Иоанн, да и он полюбил её. Поженились они. И всё бы хорошо, да не было детей у них. Вот уже и двадцать, и тридцать лет они вместе, а детей так и нет.  И обратились они к богу за помощью, и бог сказал им: «У вас родится младенец, когда вы сделаете доброе дело для людей». Пошли они в раздумье, что бы им такое сотворить? Шли, шли и пришли в деревню Игуменка, спустились в низину и решили откопать пруд.  Стали копать и обнаружили источник. Вода в нём оказалась лечебной и необыкновенной силы. Она излечивала разные болезни и особенно помогала при заболеваниях глаз.  Стали люди приводить сюда слепых детей и взрослых, промывали им глаза и те начинали видеть. Паломники шли к пруду для омовения и уходили одухотворёнными.  На горке недалеко от источника Иоанн и Матрёна построили церквушку с божьей помощью и назвали её именем Казанской Божьей матери, которая всегда на Руси считалась покровительницей слепых и слабовидящих.  Доброе дело сделали для людей Матрёна с Иоанном и родился у них младенец. В честь этого события посадили они три красавицы ели. Много лет деревья, как верные сторожа, охраняли храм и давали прохладу путникам в жаркие дни, пока страшный ураган не повалил их.

Шли годы. Казанская церковка со временем обветшала и пришла в полуразрушенное состояние. И в 1897 году в честь коронации императора Николая II тверской губернатор построил на этом месте на государственные деньги новую церковь.

В годы войны, отступая, немцы сожгли село, но церковь не тронули. А когда люди возвращались в свои родные места, им негде было жить, они ютились в землянках. И, чтобы найти материал для строительства, стали разбирать церковь и разобрали её до основания.

И сегодня ещё есть в Игуменке старые дома, которые стоят на фундаментах из церковных камней.

В 90-е годы ХХ века в селе появляется казачество, и атаман Рыжков организует здесь свою резиденцию.  В подарок селянам на средства казаков он строит на месте разобранной церкви новую с двумя приделами и с тем же названием.

Много раз пытались жители села сажать вокруг храма и ели, и кусты сирени, и цветы, но ничего не приживается на этом месте. Видно боженька обиделся на людей за то, что не сумели они сохранить матрёнины деревья и не стал помогать им больше. Так и стоит на пустынной горке одинокая церковь Казанской Божьей матери.  Но в отдалении, блуждая по запущенным тропинкам, среди живой природы можно слышать шум деревьев и плеск речной волны, любоваться закатом и восходом, наблюдая, как на сине-лиловом небе из-за густых облаков поднимается солнце, отражаясь в воде, и уезжая, запомнить это надолго.

 

Останутся в сердце навеки стволы белокурых берёз

И эти суровые реки у плёса волнуют до слёз,

И ливни такие косые, что в поле не видно ни зги,

И всё это наша Россия, ты помни её и люби.

 

Ноябрь, 2014 г.

Казан на ветру 

Недалеко от города Щёлкино, что в Крыму на Керченском полуострове, есть небольшой клочок земли, уходящий в Азовское море на несколько километров, образуя полуостров Казантип. Это древний ископаемый риф, сформированный мшанковыми известняками, состоящими из скелетных останков морских животных – мшанок. Отложения эти мягкие и быстро разрушающиеся. По этой причине побережье мыса сильно изрезано и напоминает гигантскую шестерёнку, где скалистые мысы чередуются с уютными бухточками.  Купание в этих затерянных уголках – просто наслаждение!

В самом центре полуострова большая котловина и поэтому весь мыс напоминает огромный казан диаметром около четырёх километров. Воды Азовского моря омывают эту огромную округлой формы чашу, где почти всегда дуют ветры. Отсюда его необычное и красивое название. В котловине стоят вышки – там добывают нефть довольно высокого качества и газ. Делается это аккуратно, не загрязняя прилегающих площадей. Но, когда в 1998 году для сохранения уникальных ландшафтов, животного и растительного мира Казантипу присвоили статус заповедника, котловина не вошла в эту зону, и заповедник приобрёл форму бублика.

По извилистой тропе из села Мысовое, что раскинулось у подножья Казантипа, поднимаемся с экскурсоводом Еленой на возвышенность полуострова.  Сразу поражает первородная дикая красота каменистой пустыни. Кажется, что кроме ветра и нагромождения камней, поросших лишайником и мхом, здесь ничего нет.  Но это только на первый взгляд. Если внимательно присмотреться, то тебя захватывает причудливость и разнообразие цветовой гаммы.  В ярких солнечных лучах серебрится ковыль, янтарным  блеском сверкают кустики мелких жёлтых цветов, под ногами среди выгоревшей рыжей травы стелется белый вьюнок, кое-где колышутся головки степного мака, а вот у тропинки на высоком стебле гордо стоит одинокая бледнолимонная мальва.  И повсюду, как слёзы грусти по прошедшей весне, свисают с сухих травинок белые раковинки наземных моллюсков.

Неотразимы внутренние склоны котловины, украшенные голубоватыми бусинами цветущего перекати-поля. Ближе к зиме под резкими порывами ветра перекати-поле сорвётся и покатится, рассыпая свои семена по всему полуострову.

Пустынно, тихо вокруг, только откуда-то из-за холмов доносится еле слышный шум прибоя. Там своя жизнь.

На двадцать-тридцать метров возвышается Казантип над уровнем моря, а котловину окружает несколько невысоких скальных гряд. И если подняться на южную гряду, открывается замечательная панорама города Щёлкино с окрестностями, двух заливов – Казантипского и Арабатского и перешейка, который соединяет мыс с полуостровом.  Сложные причудливые очертания берега сформировались в результате тысячелетних разрушений известняков. Как следствие – хаотическое нагромождение камней и глыб самых фантастических форм. Немного воображения – и чего только здесь не увидишь: доисторические монстры, причудливые животные, человеческие фигуры и лица, массивные кресла, причудливые арки и гроты.  Ландшафт полуострова поражает сходством с удивительными просторами Исландии, где мне недавно довелось побывать. Не зря Фёдор Бондарчук выбрал Казантип в качестве натуры для съёмок фильма «Обитаемый остров» по фантастическому роману братьев Стругацких.

Продвигаясь вглубь полуострова, подходим к условной границе, обозначенной как начало «Античной зоны».

Четыре – пять тысяч лет назад уровень Азова достигал максимума и находился на 1 – 2 метра выше современного. Тогда Казантип был островом, а Казантипский залив имел более крупные размеры.  Первое поселение здесь возникло в конце VI века до н.э.. Это место привлекало греков наличием удобной естественной гавани.  В первой половине III в. до н.э. поселение в юго-западном районе прекращает своё существование. Трудно сказать, чем это было обусловлено: внешней опасностью, либо изменением природных условий – обмелением гавани или исчезновением пресной воды. Ясно одно – посёлок был покинут, причём следов насильственных действий не обнаружено.  Древние греки не покинули Казантип, а переселились на его восточное побережье. Здесь археологами было обнаружено крупное античное поселение и подземный ход, ведущий к морю. Сохранился воротный проём главного входа в городище, где висели крепкие дубовые ворота.

Сегодня сложно представить, что 2,5 тысячи лет назад весь Керченский полуостров покрывали дубовые рощи. Они исчезли в результате изменения климата и активной вырубки деревьев для хозяйственных и кораблестроительных нужд.

Среди природных сооружений на Казантипе встречаются и фигуры, напоминающие огромные менгиры – вертикально врытые в землю камни. Есть предположение, что это деяния рук человеческих, воздвигнутые несколько тысяч лет тому назад. Самый знаменитый из таких камней носит название «Камень Инь». Считается, что место, где находится этот камень, обладает сильной энергией и мистической силой. Не случайно его любят последователи нетрадиционных культов (йоги, суфии, дианетисты). Они регулярно проводят здесь свои встречи, обмениваются опытом, медитируя и заряжаясь энергией.

Наслушавшись рассказов о могучем камне, я тоже прислоняюсь к нему, чтобы зарядиться энергией.

Ещё не раз и не два поднималась я на Казантип за время моего отдыха на Азовском море, спускалась то к одной бухте, то к другой, слушала шум прибоя, любовалась закатом. 

Вот огромный оранжевый шар касается горизонта. Море дышит спокойно, размеренно накатывая волны на берег. Рыбачья лодка проплыла, пересекая искрящуюся дорожку, идущую от заходящего солнца к берегу. Пролетела чайка и села в отдалении на выступ невысокой скалы, словно тоже решила полюбоваться закатом.  А огненный шар медленно будто погружается в воду. И вот уже красная дорожка, до этого ярко пылавшая, тускнеет и вовсе гаснет, как только последняя оранжевая полоска исчезает за морем.  Огромное багряное зарево разгорается в облаках.  Значит, завтра по народной примете будет ветер.

Чарующий и роскошный Казантип – это щедрый подарок живущим здесь и приезжающим отдохнуть людям.

 

Июль, 2011 г.

Два дня в Выборге 

На северо-западе Карельского перешейка между Ладогой и Балтийским морем недалеко от границы между Россией и Финляндией расположен старинный город Выборг. Неширокой полосой вытянулся он вдоль побережья Выборгского залива. Живописные мысы, острова и полуострова причудливой формы создают его своеобразную красоту.

История города очень богата и начинается она с конца XIII века. На его территории, расположены сотни памятников истории и архитектуры.

Главная достопримечательность города – средневековый замок на Замковом острове. К нему и направляюсь.

Если пойти от железнодорожной станции направо, попадаешь на рыночную площадь. И вот она – старина!

Крытый рынок, построенный в 1904 г., до сих пор используется по назначению. Оформление здания с часовой башней строгое и сдержанное. Над аркой главного входа укреплён барельеф, изображающий старинный герб Выборга – W под тремя коронами. В 1403 году Выборг получил статус города и первую городскую печать с такой символикой, она и стала гербом города. 

Здесь же на площади привлекает внимание круглая башня. Так и хочется назвать её толстой, такая она объёмная.  Башня, возведённая в XVI веке перед городскими воротами, охраняла границы Каменного города, древней части Выборга. За 460 лет она пережила не одну смену эпох и правителей. В начале ХХ века уникальные средневековые интерьеры башни были воссозданы финским архитектором Уно Ульбергом, а в 1923 году здесь открылся ресторан. Он и сегодня принимает посетителей.

Напротив крытого рынка на противоположной стороне площади находится бывший Объединённый банк северных стран (1900 г.). Здание напоминает флорентийское палаццо эпохи Ренессанса. Роскошная облицовка фасада поражает высоким уровнем мастерства зодчего – архитектора В. Аспелина и строителей.  Сейчас там банк «Выборгский», а крылатые львы на балконе, как и прежде, охраняют сокровища хозяев.

 

Выборгский Замок 

Уже от Рыночной площади виден величественный и строгий Выборгский замок – сердце города, его визитная карточка.  Перед замком на небольшой Ратушной площади установлен памятник маршалу Торгильсу Кнутсону, правителю Швеции. Считается, что на этом месте и был им основан Выборг во время третьего крестового похода. Ратушную площадь украшает бывший городской музей. Первые два этажа этого красивого здания построены в XVII веке, а третий надстроен уже в XIX в.  Когда-то здесь размещались магистрат и суд, а с XIX в. исторический музей, погибший при пожаре 1939 года. Сегодня это восстановленный жилой дом.

Здесь же на Ратушной площади ещё одно здание – дом Филиппа Векроота. Он интересен тем, что в нём в 1783 году останавливалась Екатерина II, когда следовала через Выборг во Фридрихгам на переговоры с королём Швеции  Густавом III. В честь этого события даже улица, где стоит дом, была названа Екатерининской. Теперь она – Крепостная.

С именем Филиппа Векроота – представителя купеческой династии связана любопытная история.

Расточительный владелец, наследник огромного отцовского состояния был так уверен в своём вечном благополучии, что бросил золотое кольцо в воды залива со словами: «Как невозможно вернуться этому кольцу в мой дом, так невозможно мне обеднеть».  Спустя некоторое время кольцо нашлось в желудке рыбы, готовящейся попасть на стол Векроота, и вскоре он обеднел,  а его недвижимость отошла казне.

Более века дом служил почтамту, позже здесь была ночлежка выборгского дивизиона Армии спасения. Сегодня это тоже жилой дом.

Маршал Кнутсон с высокого гранитного постамента устремил взгляд на своё детище – Выборгский замок. Это самый древний архитектурный памятник города, свидетель всей его истории. Построенный в 1293 году, замок многократно подвергался разрушению и возрождался вновь.

Королевские ворота при входе в замок венчают две скульптурные фигуры женщин – «Промышленность» с шестерёнкой и молотом в руках и «Морская торговля» с атрибутами бога Меркурия (XIX в.)  В XIII веке в целях обеспечения безопасности замок был обнесён крепостными стенами.

Прохожу по мосту, ведущему на остров к крепости. 

В северо-западном углу внутренней стены возвышается башня Святого Олафа, борца против язычества.

Медленно поднимаюсь в длинной цепочке туристов по узкой спиралевидной железной лестнице на смотровую площадку башни.  С 50-метровой высоты открывается прекрасная панорама на залив, старый город и его окрестности.  В замке работает музей истории города и самого замка. Знакомство с Выборгом без его истории невозможно. 

Осмотрев замок, возвращаюсь в город.

На нечётной стороне Крепостной улицы сохранилась колокольня XV века бывшего кафедрального собора. Она успела послужить пожарной каланчой, а в 1753 году обзавелась первыми в городе часами и стала называться Часовой башней. Неподалёку от Часовой башни на склоне холма сохранился небольшой памятник шведского средневековья XVI века – усадьба бюргера.  В усадьбе живописный двухэтажный дом богатого горо-жанина, выстроенный из валунов, и хозяйственная постройка. В настоящее время в доме открыт культурный центр с небольшой выставкой и сувенирным магазинчиком.

Крепостная улица выводит меня на Театральную площадь к Собору апостолов Петра и Павла. В 1793 году был заложен первый камень этой лютеранской церкви, а через шесть лет собор освятили. Храм действующий, кроме того здесь регулярно проходят концерты органной и хоровой музыки.

В конце XVIII века по инициативе губернатора Энгельгарта было решено начать строительство нового православного храма. И когда Екатерина II следовала через Выборг в шведский Фридрихсгам, в числе её сопровождающих был архитектор, член Академии Художеств Н. А. Львов, приверженец античной классики и стиля итальянской архитектуры. Получив одобрение Екатерины Великой на создание проекта храма, он тут же набросал эскиз будущего Спасо-Преображенского собора.

Колокольней для нового храма вначале служила Часовая башня. Но это было неудобно в обслуживании колокольни и её связи с собором, учитывая расстояние в полкилометра.  И после пожара 1793 года служители церкви отказались от использования Часовой башни. Перед храмом выстроили новую трёхъярусную колокольню, а постройки соединили продольной трапезной.

Во время войны в соборе хранилось оружие, а в 1945 году он был заминирован, но при взрыве пострадал только пол.

После развала Союза эта бело-бирюзовая воздушная церковь была полностью восстановлена.

 

Парк Монрепо 

На берегу Выборгского залива раскинулся пейзажный парк Монрепо – одна из главных достопримечательностей города. В эти жаркие майские дни здесь можно укрыться от палящего солнца, посидеть на берегу залива и взобраться на невысокие скалы.  Три столетия назад на этом месте были огороды и городские выпасы скотного двора частной сельскохозяйственной  усадьбы.

Годами менялись владельцы этих земель, герцог Вютембергский последний из них. Он подарил парку имя «Монрепо» (в переводе с французского – «мой отдых»), но был вынужден покинуть Россию из-за конфликта с Екатериной Великой.

В 1801 году парк обрёл заботливых хозяев в лице барона Людвига Николаи и его сына Пауля и стал известным не только в России и Финляндии, но и во всей Европе.

По замыслу Л. Николаи, немецкого писателя и поэта, президента Императорской Академии наук в Санкт-Петербурге парк должен был предназначаться не только для прогулок, но и в целях просвещения.

Поэт-романтик привнёс в свой парк мотивы романтизма. К работе по оформлению парка были приглашены лучшие архитекторы того времени.

В усадебно-парковый ансамбль вошли памятники деревянной архитектуры (главный усадебный дом и библиотечный флигель) и пейзажный скальный парк романтического стиля с прекрасными аллеями, павильонами, гротами, скульптурами и ажурными мостиками.

Со смертью Пауля и до конца ХХ века парк переживал упадок и только в 1988 году он получил статус заповедника. Постепенно Монрепо возвращает себе истинное назначение – пристанище культуры, красоты и духовности.

Выборг – город музей. Почти на каждой улице можно увидеть здания XIV – XIX веков.

Символично и расположение Выборга – именно здесь на северо-западе России более 300 лет назад Пётр I “прорубил” окно в Европу, поэтому Выборг по праву может быть включён в список интереснейших в историческом плане городов нашей страны. 

Май, 2014 г.

Кронштадт ­­– город-крепость 

В воскресный майский день от Дворцовой набережной Петербурга отправился в недалёкое морское путешествие современный катер «Метеор», сверкающий стеклом, металлом и пластиком.

В Финском заливе в сорока восьми километрах от Петербурга на острове Котлин находится город Кронштадт, один из наиболее известных исторических городов страны. Туда мы и направляемся. Название острова связывают с легендой – якобы во время Северной войны при высадке русских на остров, шведы в испуге бежали, оставив на привале костёр с котелком, поэтому и назвали остров Котлин от слова «котёл».  Красивая выдумка. Но, тем не менее, чугунный котёл и по сегодняшний день изображён на гербе города.  На самом деле остров получил своё название ещё в древности и связано оно с тем, что находится он в котловине Финского залива, которая похожа на котёл.  Во время Северной войны, когда потребовалось защитить устье Невы и юный Петербург от нападения шведов, на островках вокруг Котлина в 1704 году был заложен форт.  Опасения Петра оправдались быстро. Через месяц после окончания строительства к нему подошла шведская эскадра, но прорваться дальше форта ей не удалось. А в 1723 году на Котлине стали возводить крепость и дали ей название Кронштадт.

«Метеор» причалил к пристани и пассажиры, выйдя на берег, разбрелись кто куда. А я по заранее намеченному плану направилась к одной из главных достопримечательностей города – Морскому Никольскому собору.

Дорога вывела меня к небольшому Макаровскому мосту и дальше на Якорную площадь. Вот оно, сердце города! Площадь ограничена с одной стороны Морским собором, а с  другой – стеной Адмиралтейства, которое Екатерина II решила перевести из столицы в Кронштадт после того, как в 1783 году петербургское Адмиралтейство, находящееся недалеко от Зимнего дворца, пострадало во время пожара. И хотя этот проект не был полностью реализован, город смог усилить свою военно-морскую базу и обзавестись уникальным ансамблем Адмиралтейства.

Якорная площадь появилась в середине XVIII века и получила такое название потому, что её использовали для хранения корабельных якорей и якорных цепей.

Она стала играть большую роль в истории города после возведения Морского собора в начале ХХ века и открытия памятника адмиралу С. О. Макарову.

Флотоводец и изобретатель Макаров возвышается на пьедестале гранитной скалы как бы среди бушующих волн. На одном из барельефов постамента изображён момент трагической гибели адмирала на броненосце «Петропавловск» при обороне Порт-Артура.

И, наконец, самая главная достопримечательность Кронштадта на площади – Морской собор. Строился он одиннадцать лет, начиная с 1902 года.  Огромный, величественный, собор доминирует над городом, поскольку строился не просто как религиозное сооружение, но и как ориентир для мореплавателей и как памятник всем погибшим морякам российского флота.  Фасад собора облицован светло-жёлтым кирпичом, а главный купол и купола звонниц украшены позолоченными рельефными орнаментами с морской символикой из якорей и спасательных кругов.

Вхожу в храм. Со всех сторон обширные галереи с хорами над ними. Галереи поддерживаются мраморными колоннами. В интерьере тоже присутствуют морские мотивы – изображения рыб, кораблей, якорей и морских растений.

В течение долгого времени собирались реликвии, связанные с историей флота и хранились чёрные мемориальные доски с именами всех флотских офицеров, погибших в сражениях с 1695 по 1910 годы.  На основе архивных материалов был восстановлен текст  памятных досок, и сегодня они размещены на стенах возрождённого храма.

Собору многое пришлось пережить. В тридцатые годы ХХ века он даже был переделан под кинотеатр. Были здесь и клуб, и концертный зал. И только к 2013 году, ко дню своего столетия, он был полностью отреставрирован и восстановлен.

Покидая Якорную площадь, останавливаюсь у Вечного огня в память о погибших за победу советской власти, а у стены Адмиралтейства неожиданно обнаруживаю под ногами уникальную чугунную мостовую. «Кружевное» металлическое покрытие мостовой в виде чугунных шашечек, уложенных на слой песка и щебня, не только красиво смотрится, но и является весьма прочным и долговечным. В 1860 году впервые начали укладывать такую мостовую. Чугунная дорога исправно служила 80 лет до 1941 года, когда большую её часть стали переплавлять на мины. К счастью, кусочек уникальной мостовой сохранился и по ней постепенно восстанавливается эта необычная мостовая.

Выхожу к Купеческой гавани и Обводному каналу. Когда-то он был прорыт по периметру Адмиралтейства для защиты строений от пожара.  В этом месте на улице Макарова Обводной канал пересекает Синий мост с ярко синими ограждениями. Мост этот знаменит кронштадтским футштоком. Именно здесь находится отметка нулевого уровня Балтийского моря, от которого измеряются уровни других морей.

Футшточная служба начала действовать в Кронштадте ещё в 1707 году по инициативе Петра I. Следить за уровнем моря было необходимо, поскольку его изменения могли создать проблемы для судоходства и опасность наводнения.

Рядом с мостом стоит изящная классическая башенка – павильон с мореографом – самопишущим прибором, который непрерывно регистрирует уровень воды в колодце относительно нуля футштока.

У Синего моста есть ещё одна достопримечательность – памятник рыбке колюшке. Миниатюрная каменная рыбка закреплена на стене Обводного канала.

В период ленинградской блокады, когда крупной рыбы в окрестностях острова Котлин уже не было, единственным спасением для жителей стала мелкая колючая рыбка колюшка, которой в мирное время не кормили даже животных. Эта крохотная рыбка спасла во время войны тысячи жизней.

На перилах моста на табличке читаю стихи М. Аминовой:

 

Обстрелы смолкли и бомбёжки,

Но до сих пор звучит хвала

Блокадной маленькой рыбёшке,

Что людям выжить помогла.

 

От Синего моста шагаю вдоль Итальянского пруда. На набережной установлены пушки XVIII – XIX веков, направленные в сторону залива.

На противоположной стороне Макаровской улицы-набережной расположено одно из старейших зданий – Итальянский дом, бывший дворец первого губернатора города князя Меншикова. В строительстве дворца принимали участие итальянские мастера, откуда и пошло его название.  Сейчас в восстановленном здании, сохранившем черты архитектуры первой четверти XVIII века, находится множество организаций и учреждений, в том числе телерадиокомпания, издательство газеты «Морская» и филиал Центрального военно-морского музея «Кронштадтская крепость».

Дорога к пристани, ведёт через Петровский парк. Посреди главной аллеи лицом к гавани возвышается памятник  Петру I, открытый в мае 1841 года. После установки этого памятника парк и стал называться Петровским.

Собираясь в Кронштадт, я ожидала увидеть каменный город, и была удивлена, обнаружив множество бульваров, скверов, садов и парков.

Пётр I считал этот город частью Санкт-Петербурга, поэтому здесь работали лучшие архитекторы того времени, приглашались итальянские мастера.

Кронштадт застраивался по столичному образцу ­– широкие улицы, просторные площади, красивые дома. Вдоль длинных стен Адмиралтейства рассаживали фруктовые деревья и даже дикий виноград. На острове были построены доки, заводы, мастерские. В городе располагался морской кадетский корпус.

Здесь проходили службу знаменитые флотоводцы – Фёдор Ушаков, Павел Нахимов, Степан Макаров. От этого берега отправлялись первая российская кругосветная экспедиция Крузенштерна и арктическая экспедиция Беллинсгаузена.

Тяжелейшие испытания пришлось вынести Кронштадту во время Великой Отечественной войны. Город был изранен, обескровлен, но, всё же, выстоял и сохранил свой неповторимый облик.

В апреле 2009 года Кронштадту было присвоено звание «Город воинской славы».

Город богат огромным количеством памятников великим людям, имена которых связаны с Кронштадтом, жаль, что мне не хватило времени увидеть все его достопримечательности.

Возвращаясь в Петербург, я смотрела на удаляющийся город, на купол Морского собора сверкающий в лучах вечернего солнца, на сине-зелёные леса, окаймляющие берега залива, верхушки мачт на кронштадтском рейде, на проплывающие мимо пароходы и парусники.

Ещё один уголок моей России узнала и увидела я в этот день и он навсегда останется в памяти. 

Май, 2014 г.

Подземный город Горгиппия 

В зале краеведческого музея города Анапы висит большое полотно – картина неизвестного художника, на которой изображён турецкий город-крепость Анапэ, что по одной из версий в переводе с черкесского означает «угол стола».

Если смотреть с вершины Лысой горы на город, видно, что его территория напоминает угол стола, врезающийся в море – так объясняет название города Виктор Степанович, научный сотрудник музея.

В начале XIX века турки, чтобы перекрыть России выход к Чёрному морю, возвели мощную крепость вдоль берега. Но во время русско-турецкой войны крепость была разрушена и в 1829 году после заключения Адрианопольского мира территория Анапы навсегда отошла к России. По указу императора Николая I все укрепления крепости были уничтожены, оставлены лишь её восточные ворота в память о доблести русских войск. Они и по сей день стоят в городе с пушками у основания и называются «Русские ворота».  А рядом, буквально в двух шагах от Русских ворот, застыла в виде археологических раскопок более древняя история города.

Каждому, кто приезжает в Анапу, приятно видеть уходящую вдаль линию песчаных пляжей, светлые утопающие в зелени скверов и садов дома, массу яркого солнца и множество пёстрых цветов.  Но, гуляя в парках и по асфальтированным улицам города, мало кто задумывается над тем, что под современным городом-курортом скрываются остатки древних домов, улиц и площадей, некогда украшенных статуями и прекрасными храмами с мраморными колоннами.

Это древний город Горгиппия.

Об истории этого города, занятиях и культуре его обитателей мы узнаём из исследований археологов, позволяющих заглянуть вглубь веков.

Около 2500 лет тому назад древние греки стали осваивать берега Чёрного моря, которое называлось тогда Понтийским. На этой территории они основали несколько десятков античных городов-колоний. Одним из таких поселений стала Синдика, она вошла в состав Боспорского царства, правителем которого был Сатир.

Во время войны с меотскими племенами из-за Синдики царь Сатир погиб и наместником города стал его сын Горгипп, а город с тех пор получил название Горгиппия.  Горгипп сумел добиться мира и окончательно присоединить Синдику к Боспорскому государству.  Благодаря удобной гавани город превратился в крупный порт, поддерживающий торговые связи с государствами Средиземного моря и Южного Причерноморья. Через античную Горгиппию проходил великий шёлковый путь, связывающий Европу с Азией.

На месте древнего города в Анапе создан заповедник «Горгиппия» с музеем, где экспонируются археологические находки, найденные при раскопках. – бронзовые и терракотовые статуэтки, расписная чернолаковая и краснолаковая посуда, мраморная скульптура, архитектурные детали, стеклянные сосуды, изделия из натурального камня, резные саркофаги. На территории заповедника под открытым небом протянулись обнаруженные археологами улицы древнегреческого города. Его территория простиралась вдоль берега моря и обнесённая стенами занимала площадь более сорока гектаров.  Был открыт большой участок магистральной улицы шириной примерно пять метров, вымощенный крупными каменными плитами. Мостовая эта сооружалась в то время, когда единственным видом транспорта являлись колесницы и повозки, запряжённые волами и мулами. По обе стороны магистральной улицы располагались дома торговцев и мастерские ремесленников. Верхние части домов разрушены полностью, сохранились только фундаменты и обширные подвальные помещения, где хранились амфоры и пифосы – крупные глиняные сосуды для вина, масла, зерна.  Стены домов, сложенные на глиняном растворе, были настолько прочны, что даже турки, пришедшие сюда более чем через тысячу лет после разрушения Горгиппии, часто использовали стены древних построек как фундаменты для своих домов. Полы в домах были в основном глинобитными, а в некоторых парадных помещениях – мозаичными.

Более узкие поперечные улицы образовывали кварталы. Были обнаружены остатки гончарных мастерских и расчищена система каменных водостоков, подходивших к отстойному колодцу, в который с одной стороны вода вливалась, с другой вытекала, оставляя на дне колодца мусор.  Магистральная улица по всем признакам подходила к центральной площади, где предположительно находились храмы Посейдона – бога моря и Афродиты – покровительницы моряков.

Но весь фундамент этих сооружений археологам открыть не удалось, так как над большей их частью расположена современная гостиница.

Частый мотив в античном искусстве – Медуза Горгона. На территории заповедника выставлена огромная каменная кассета с её рельефным изображением. Лицо круглое, полные губы, развевающиеся волосы-змейки, часть которых завязана под подбородком.  Часто на фронтонах архаических храмов того времени Горгону представляли злющим оскаленным существом с высунутым языком, но поскольку в более поздних мифах Медуза превратилась в прекрасную возлюбленную Посейдона, то и в искусстве её образ перестаёт быть чудовищным, приобретая человеческие черты.  В эллинистическое время известны вырезанные из кости фигуры Горгоны, а также оттиски на золотых бляшках. Но особенно популярной эта тема становится в римское время, когда часто этим образом пользуются как декоративным.  Изображённая на медальоне голова Медузы Горгоны служит украшением аркады Форума или оформлением фонтана.  Лик Горгоны помещали также на стенах склепов и саркофагов, оберегая живых от мёртвых или мёртвых от живых, в зависимости от того, куда повернут оберег.

Во второй половине IV века кочевые полчища гуннов ворвались в пределы Северного черноморья, разрушили город, селенья и уничтожили остатки античной цивилизации в этом регионе. И только в XIII веке у берегов нынешней Анапы появились корабли генуэзских торговцев. Предприимчивые мореплаватели оценили удобное положение гавани и на развалинах древней Горгиппии поставили крепость, отмеченную на средневековых картах как Мапа. 

В 1475 году турки захватили все черноморские колонии Генуи. Не избежала этой участи и Мапа. На её месте они возвели сначала город, а затем и крепость Анапэ.

В центре современной Анапы на берегу Чёрного моря сохранился уголок древнейшего города Горгиппии, который играл важную роль в экономической и культурной жизни Боспорского государства.

Жемчужиной России называют сегодня город-курорт Анапу, а подлинной жемчужиной города является археологический заповедник «Горгиппия», единственный в своём роде в нашей стране музей под открытым небом и любой посетитель может побывать здесь и окунуться в историю далёкого прошлого. 

Лето, 2009 г.

Усадьба Середниково 

В 35 километрах от Москвы по Ленинградскому шоссе находится усадьба Середниково, куда я приехала очень рано. В девять утра я уже стояла у закрытых ворот перед табличкой с надписью «Усадьба Середниково. Архитектурный памятник XVIII века».  По совету проходившего мимо местного жителя откинула задвижку ворот и вошла на усадебную территорию. Вокруг – ни души. Извилистая асфальтированная дорожка привела меня к барскому дому.  В окружении старого парка стоит изысканный двухэтажный дом, соединённый колоннами и галереями с четырьмя флигелями. Образованный ими небольшой двор завершают парадные ворота и ограда. И только с экскурсией можно войти в этот украшенный цветочными клумбами двор и главный усадебный дом.

Экскурсия начнётся в час дня, и у меня масса времени, чтобы побродить по парку и окрестностям.  Гуляя по безлюдным тропинкам, я чувствовала себя словно купеческая дочка из сказки С. Т. Аксакова «Аленький цветочек» в царстве лесного чудища.  От ворот главного дома уходит липовая аллея с оранжереями, корпусами скотного и конного дворов. Со стороны парка дом выглядит особенно привлекательно – от него к пруду в обрамлении вековых лиственниц спускается широкая каменная лестница-пандус. Редкое для подмосковных усадеб сооружение.

Спускаюсь к воде. Опытный мастер умело использовал изрезанную оврагами местность для устройства прудов, расположив их террасами вдоль реки Горетовки. Через глубокий овраг перекинуты арочные мостики. Выхожу к самому большому из них – каменному мосту под названием «Чёртов мост».  Плакучие ивы и белые облака, отражаясь в тихой воде, дополняют романтическую атмосферу старинного парка. 

Недалеко от усадьбы находится храм XVII века Алексия Митрополита, где часто бывал и пел Ф.И.Шаляпин.

К началу экскурсии у ворот усадьбы набралось человек двадцать. И когда, наконец, распахнулось чёрное кованое солнце ворот, взору открылся усадебный ансамбль – белоснежный, симметричный, совершенных пропорций.

В середине XVII века усадьба принадлежала сенатору Всеволжскому, при котором и был создан этот прекрасный архитектурный ансамбль.

В 1825 году Середниково купил генерал-майор Д. А. Столыпин, двоюродный дед Михаила Юрьевича Лермонтова. В усадьбе юный поэт проводил свои летние каникулы с 1829 по 1832 год, когда учился в университете. Об этом напоминает обелиск в парке. 

Почти полвека прожили Столыпины в усадьбе, а в 1869 году дом был продан московскому купцу Ивану Григорьевичу Фирсанову. Купеческое общество Фирсановых было очень богатым и влиятельным. Им принадлежали Петровский пассаж, Сандуновские бани, более двадцати доходных домов по всей Москве. И последней хозяйкой Середникова была дочь Ивана Григорьевича, Вера Ивановна Фирсанова.  Долгие годы прожила она в этой усадьбе и много здесь переделала и придала ему образ идеальной русской усадьбы «Золотого века».

На первом этаже центральную часть занимает овальная гостиная или «дубовый зал» - так его называли за то, что его стены по периметру украшены дубовыми панелями.

В гостиной сохранился уникальный оригинальный буфет Веры Фирсановой с зубцами на верхней части. Такими зубцами здесь оформлено всё – зеркала, дверные и оконные проёмы. На окнах – чудом уцелевшие ламбрикены. В буфете стоит портрет М. Ю. Лермонтова.

Откуда же появилась фамилия и семья Лермонтовых?

Предком Лермонтова был шотландец Георг Лермон (ударение на втором слоге), он служил солдатом в польской армии. Время было «смутное», когда поляки пришли в Россию и захватили Москву. Лермон, воевавший в рядах польской армии, был практически нашим врагом. В то время два доблестных героя Минин и Пожарский собрали ополчение и прогнали поляков из Москвы.

В одном из боёв польский отряд, в котором служил Лермон, перешёл на русскую сторону. Шотландец остался в России, служил, женился на русской девушке, получил земли под Костромой. У него родилось пятеро детей. Семье его был присвоен дворянский титул, а к фамилии добавилось русское окончание, и она превратилась в «Лермонтов».

Когда молодой Михаил Лермонтов узнал историю своей фамилии, он написал стихотворение «Желание», которое было написано здесь, в усадьбе Середниково.

 

Зачем я не птица, не ворон степной,

Пролетевший сейчас надо мной?

Зачем не могу в небесах я парить

И одну лишь свободу любить?

На запад, на запад помчался бы я,

Где цветут моих предков поля,

Где в замке пустом на туманных горах

Их забвенный покоится прах.

 

Роду Лермонтова почти тысяча лет.

На втором этаже гостевого дома висит герб этого рода и фотографии родственников, которые живут в наши дни в разных городах и странах. Это наши современники.  В 1991 году они собрались все вместе, ими была создана Лермонтовская ассоциация, которая объединила всех этих людей.  И эта большая компания отправилась в путешествие по лермонтовским местам. На одной из фотографий они сняты на фоне большого жёлтого дома в Тарханах, где проходило детство поэта.

Переходя из комнаты в комнату, видно, как хорошо сохранился дом. Огромные внутренние ставни на окнах, которые закрывались на зиму, если никто не приезжал, а летом помогали укрыться от солнечного зноя. А как красиво, словно беседку, оформила хозяйка лестничную площадку – четыре больших окна с витражами, дубовые перила и лестница. Всё здесь сохранилось в первозданном виде XVIII века.

Вера Ивановна Фирсанова была удивительной женщиной, сделавшей много полезных и добрых дел.  В соседней деревне Лигачёво она построила детскую школу, к праздникам шила одежду крестьянским детям, помогала готовить приданое невестам, строила деревянные дома для молодых семей.  Благодаря своему влиянию Фирсанова добилась, чтобы поезд Николаевской железной дороги стал делать в этом месте остановку. Она построила полустанок, который с тех пор так и называется «Фирсановка», провела дорогу от Фирсановки до усадьбы, построила мост через речку Горетовка.  Вера Ивановна жила в этом доме, когда Лермонтова уже не было в живых, но она была большой поклонницей его таланта. И, чтобы увековечить память о нём, заказала Анне Голубкиной его памятник.  Знаменитая русская скульптор, ученица Родена, выполнила этот заказ в виде скульптурного портретного бюста.

Я смотрю на этот бронзовый бюст поэта и вижу, что Лермонтов изображён на нём совсем не в своём возрасте. Он погиб в двадцать шесть лет, а здесь кажется намного старше. Голубкина создала образ очень усталый, задумчивый и одинокий, грустный и печальный. Можно много эпитетов дать этому совершенно необычному портрету. Так его никто никогда не изображал. И сразу вспоминаются грустные стихи Лермонтова.

 

И скучно и грустно, и некому руку подать

В минуту душевной невзгоды…

Желанья! Что пользы, напрасно и вечно желать?

А годы проходят – все лучшие годы.

 

Дом построен в такой пропорции, что второй этаж намного выше первого. В некоторых залах потолки украшены росписью. В 1890 году по заказу Веры Ивановны художник В.Штембер расписал плафон в концертном зале на тему самого загадочного произведения поэта – «Демон».  Здесь стоял рояль, сюда съезжались гости и проходили концерты, литературные вечера и театральные представления с участием гостей и хозяев. Часто звучала музыка. Сюда приезжали Сергей Рахманинов и Фёдор Шаляпин. В прекрасном парке писали свои пейзажи Валентин Серов и Константин Юон.  Молодой Юон так полюбил эти места, что уговорил хозяйку продать ему клочок земли в соседней деревне Лигачёво, женился на местной красавице, построил дом и остался здесь жить навсегда.

Особый интерес в доме представляет голубая комната.  В ней сохранилась волшебная вещь – деревянный бельевой шкаф. Он скромно простоял в углу комнаты и пережил все сложные десятилетия – и революцию, и войну (военные разрушения не коснулись усадьбы, немцы прошли в стороне от Середникова), и времена, когда здесь всё рушилось. И несмотря на значительный возраст, прекрасно дожил до наших дней и даже его большое зеркало не пострадало. Божница в комнате тоже сохранилась с тех давних времён. 

В этой комнате стояла ещё хозяйская кровать. Она была из такого же дерева, что и шкаф, но в санаторские времена была сломана, и её выбросили на свалку. Один местный умелец из Лигачёва подобрал, отреставрировал её, и эта кровать и сейчас существует. Но … он спит на ней и не собирается возвращать усадьбе.

Ещё одна интересная комната второго этажа посвящена П.А. Столыпину. Эта личность долгое время была не очень популярна в историческом плане, но со временем отношение к нему изменилось. Пётр Столыпин был умный, образованный человек, выдающийся реформатор, судьба которого сложилась трагически.  Будучи ярым врагом мятежников и террористов, которых в начале ХХ века развелось в России великое множество, он хотел сохранить монархию и считал, что самодержавие и православие – это основа русского государства. У него было много врагов, он пережил десять покушений, но одиннадцатое оказалось смертельным. Это произошло в сентябре 1911 года.  В Середниково Пётр Аркадьевич Столыпин жил только в детском возрасте. Столыпины продали усадьбу, когда ему исполнилось семь лет.

После революции 1917 года усадьба была национализирована. Фирсанова уехала во Францию и не вернулась.

В 1919 году в ней отдыхал В.И.Ленин, затем здесь был открыт санаторий для нервных больных, а после войны – противотуберкулёзный санаторий «Мцыри».

С 1992 года усадьба развивалась без участия государства на средства ассоциации «Лермонтовское наследие» объединяющее потомков рода Лермонтова и на средства предпринимателя Михаила Юрьевича Лермонтова – правнучатого племянника великого поэта и директора Национального Лермонтовского центра «Середниково».

В июле 1841 года жизнь отняла у нас молодого и очень талантливого русского поэта. Несмотря на свою короткую жизнь, он сумел оставить нам богатейшее литературное наследие. В память о нём в местах, связанных с его именем созданы музеи, и усадьба Середниково – один из них. 

Июль, 2014 г.

Великая просветительница России 

Кремёнки 

При въезде в небольшой город Кремёнки Калужской области, что стоит на берегу реки Протвы, уже на автостанции виден герб города. На нём изображена женщина с серебряными волосами, в золотом платье, со знаком ордена Святой Екатерины на красной ленте и со звездой этого же ордена на груди, держащая в одной руке гусиное перо, а в другой развёрнутый свиток.

Эта женщина – Екатерина Дашкова.

История города неразрывно связана с её именем. Всё здесь напоминает о ней: улица Дашковой, сквер Дашковой, средняя образовательная школа имени Дашковой, при которой создан единственный в России музей Екатерины Дашковой. В эту школу я и направляюсь.

Меня приветливо встречает директор музея Ирина Петровна и, переходя от одного стенда к другому, ведёт свой рассказ.

Город Кремёнки возник как населённый пункт около села Троицкое в начале XVIII века. Земли эти принадлежали князьям Дашковым.

В 1759 году подпоручик Михаил Дашков женился на пятнадцатилетней дочери графа Р.И. Воронцова – Екатерине. После смерти любимого мужа двадцатилетняя вдова стала владелицей этих земель. Познав в своей сложной судьбе взлёты и падения, Дашкова была участницей выдающихся событий в российской истории.

Первым «звёздным часом» юной княгини стало её участие в возведении на престол своей царственной подруги, ставшей императрицей, Екатериной II. Можно представить, как 28 июня 1762 года молодая Дашкова в военном мундире скачет

на коне вместе с Екатериной во главе войска.

Хотя роль, которую будущая императрица предоставляла играть Дашковой в этих событиях, скорее эффектная, чем значительная. Она не раскрывала ей своих планов и, в тайне от «подруги», готовила переворот. Дашкова нужна была Екатерине Алексеевне, поскольку сама она была немкой, а Екатерина Дашкова принадлежала к высшему кругу русской аристократии и дружба с ней укрепляла позиции будущей императрицы в хитроумной борьбе за власть. Дашкова же наивно была убеждена, что активно участвует в революции, но мечты о доверительной дружбе рушатся, когда она убеждается, что Екатерина, не доверяя ей, действовала за её спиной.

Екатерина II старалась охранять свою власть от малейших посягательств на свой авторитет. Она помнила, что в тот самый июньский день, который решал её судьбу, солдаты на руках пронесли через всю площадь до самого Зимнего дворца восемнадцатилетнюю Дашкову.

Этот день стал для Дашковой началом её славы.

Со временем, узнав, что у Екатерины II есть люди более близкие, чем она, Дашкова разочаровывается в своём кумире и дистанция между ними возникает навсегда.

Спустя 20 лет в сопровождении знаменитого учёного Эйлера она войдёт в зал заседаний Петербургской академии наук в качестве директора. Это был второй «звёздный час» в её жизни. Более десяти лет Дашкова будет руководить академией.

Получив в ранней молодости блестящее европейское образование, Екатерина Романовна стала первой в России женщиной нецарского происхождения, занявшей государственный пост.  Однажды, отчитываясь перед Екатериной II о работе академии, она подняла вопрос о незнании русского языка многими, даже образованными, людьми. И по велению императрицы в 1783 году создаётся Российская академия русского языка, президентом которой становится Дашкова.

Объединив вокруг себя цвет российской словесности,  привлекая профессоров, преподавателей, студентов и всех желающих, она возглавила работу по составлению первого толкового словаря русского языка. Разбила участников на отряды – собирательный, кто собирал слова, толковательный, печатающий. Ещё Ломоносов говорил, что необходим словарь, и создавать его нужно «гнездовым» способом. Этим методом и воспользовалась Дашкова.  Сама Екатерина Романовна не только руководила отрядами, но и собирала и занималась толкованием многих слов.  Всего за 11 лет был собран и напечатан первый в России словарь русского языка. Если сравнивать с другими странами, то, например, французская академия составляла словарь 49 лет.  Первый том словаря был посвящён Екатерине II. Всего же было выпущено шесть томов.

Как-то Дашкова попросила членов учёного совета написать слово «ёлка» и все написали «iолка». Она воскликнула: «Доколе, господа, мы будем писать иностранными буквами? Я предлагаю, чтобы не искать для новой буквы место в алфавите, поставить две точки над буквой «е» – «ё» ». И решение было принято. В первый словарь, к сожалению, эта буква не вошла, так как он уже был в печати.

12 лет Дашкова руководила двумя академиями. Она была и цензором, и педагогом, занималась изданием журналов и трактатов о воспитании и образовании юношества. Кроме того, она руководила строительными работами в своём любимом имении Троицкое.

 

Троицкое 

От Кремёнок до Троицкого идти минут двадцать. Сначала через мост, затем по зелёному лугу. Я шла вдоль реки, вдыхая полной грудью свежий бодрящий воздух, орошаемый мелкими брызгами дождя. Уже с моста была видна сельская церковь Святой Живоначальной Троицы и узкая протоптанная дорожка, которая вела прямо к бывшей усадьбе. Это место было особым в жизни Екатерины Романовны.  Выросшая в Санкт-Петербурге, она впервые приехала сюда в 16 лет с мужем. Красота этих мест очаровала княгиню. 

В Троицком в то время был старый деревянный дом, мало пригодный для жилья. Тогда и решили они построить на берегу реки большой двухэтажный дом с мансардой.  Много лет Дашкова создавала и обустраивала усадьбу, вложив в неё душу, сердце и свои многосторонние знания по архитектуре.

Усадьба в Троицком – это уникальное поместье, один из лучших образцов усадебной архитектуры XVIII века. Жаль, что сегодня все постройки в разрушенном состоянии.  А когда-то единый ансамбль с домом княгини составляли театр, школа верховой езды, конюшня, дом для гостей, дом для слуг, оранжерея. Здесь было большое хозяйство, огромный парк, сады, теплицы, где выращивалось всё, вплоть до ананасов.

Извилистая тропинка выводит меня к насыпному холму, на котором высится гранитный монумент, посвящённый восшествию Екатерины II на трон.

Одно из главных сооружений комплекса – здание храма Святой Живоначальной Троицы с двумя приделами, трапезной и трёхъярусной колокольней. Храм, построенный по проекту и на средства самой Дашковой в стиле московского барокко, интересен как памятник архитектуры XVIII века и как усыпальница важной в истории России фигуры Екатерины Романовны Дашковой.

К западу от церкви находился парадный двор, въезд в него был через изумительные по красоте сохранившиеся ворота, дополненные с двух сторон калитками для пешеходов. От ворот вели каменные ограды к двум флигелям, они тоже сохранились, хотя и имеют неприглядный вид.

После смерти Екатерины II все сподвижники императри-цы оказываются в ссылке, в том числе и Дашкова. К сча-стью, у Екатерины Романовны нашлись заступники, и она вскором времени смогла вернуться в Троицкое. 

Здесь Дашкова начала писать свои мемуары.  Своеобразным жизненным итогом этой удивительной женщины явились «Записки», которые она завещала издать только после своей смерти.

 

В Москве 

В последние годы своей жизни, зимы Дашкова проводила в Москве в своём доме.

В 1766 году она купила участок у князя Н. Долгорукова и с энтузиазмом начала строительство дома (автор проекта В. И. Баженов). Она без конца вносила поправки в проект, ссорилась с архитектором и настаивала на своём. Здесь в красивом двухэтажном доме на Большой Никитской, который сейчас занимает консерватория, Дашкова часто встречала гостей и посетителей.

В этом доме она и умерла. Отпевали её в церкви Вознесения Господня, недалеко от дома, затем уложили в сани и крестьянин отвёз её в Троицкое. Там в храме Святой Троицы она и была похоронена, как завещала.

До сих пор в день её смерти (16 января, 1810 г.) ежегодно в церкви Вознесения Господня проходит панихида в память об этой великой женщине, на службу приходят студенты и те, кто помнит о ней.

После смерти Дашковой усадьбой владел её племянник М. С. Воронцов. В 1812 году дом сгорел, но через двенадцать лет был восстановлен в прежнем виде, а в 1871 году в дом графа Воронцова вселился новый арендатор – Московская консерватория.

Екатерина Романовна Дашкова передала свою библиотеку и богатейший минералогический кабинет Московскому университету.

Эта образованная, умная, энергичная женщина, сделавшая очень много для развития науки и просвещения России, достойна светлой памяти. 

Август, 2014 г.

Углич 

В 110 километрах к западу от Ярославля на Волге расположился небольшой старинный город Углич.  По историческим сведениям он был основан в 937 году посланцем киевского великого князя, отправленного в эти места для переписи населения и сбора дани.  Название же города происходит по одной из версий от слова «уголь» – в этом месте в древности выжигали уголь, по другой от слова «угол» – город расположен в том месте, где Волга делает резкий угловой поворот.

 

Угличская драма 

История Углича связана с историей трагической гибели наследника русского престола – младшего сына Ивана Грозного.  В возрасте двух лет он был выслан вместе с матерью в Углич под надзор людей Бориса Годунова.

15 мая 1591 года тревожно зазвонил набатный колокол. Со всех сторон сбежался народ, думая, что где-то случился пожар, но произошло то, что потом стали называть угличской драмой.  В этот субботний день после церковной службы все занялись повседневными делами, а семилетний Дмитрий со своими сверстниками оказался в пустынном уголке двора вблизи берега Волги. Они играли с ножичком и какое-то время оказались без присмотра взрослых.  Вскоре крики детей и звон соборного колокола собрали на месте игры царевича с детьми толпу граждан. Увидев глубокую рану на горле мальчика, они становятся свидетелями его смерти.

Дети же говорят о случайности, о приступе болезни, а царица обвиняет Бориса Годунова и его людей. Граждане, сострадая горю матери, бросаются в город и жестоко расправляются со слугами Годунова. Разгневанный Годунов приказывает наказать всех участников этого самосуда. Царицу Марию, мать Дмитрия, постригли в монахини, и даже колокол, оповестивший о гибели царевича, не избежал наказания.

«Обрезать ему ухо и язык, и в Сибирь его» – был приказ. Колокол сбросили с колокольни, отрубили язык и ухо, на котором он висел, и принародно на площади высекли плетьми. Затем отправили в ссылку. Долгие месяцы под конвоем стражников тянули осуждённый набатный колокол в сибирский город Тобольск.

В 1677 году во время сильного пожара угличский колокол расплавился. Через несколько лет в память о ссыльном колоколе в Тобольске отлили новый, похожий на прежний.

Гибель царевича так и осталась загадкой в русской истории, но прошло много времени и угличане подали прошение императору о возвращении городу незаслуженно наказанного колокола. И только в конце 19 века его копия была доставлена в Углич. Сегодня колокол находится в историческом музее угличского кремля.

Вся территория кремля представляет собой уникальный архитектурный памятник. Деревянные стены не сохранились, но каменные здания поражают своей древностью.  Остались кирпичные палаты удельных князей XV века. Именно здесь жил маленький царевич Дмитрий. На месте его гибели была возведена церковь, которая стоит до сих пор.  В главном храме Углича Спасо-Преображенском соборе находится деревянный резной иконостас с иконами XV– XVI веков. В городе сохранилось несколько старинных действующих монастырей, многочисленные церкви, открыты музеи.

 

Легенды и предания старины 

В городе есть интересный частный музей Мифов и суеверий русского народа, созданный женщиной с необычной фамилией – Дарья Чужая.

Поднимаемся по высокому крыльцу деревянного дома.

Уже в первой комнате местный гид начинает рассказ о волшебстве и волшебниках.

В южных областях России традиционно колдовством занимались женщины молодого возраста. Принято считать, что ими были старые девы или молодые вдовы. Колдунов и ведьм боялись не только при жизни, но и после их смерти.

Считалось, что если захоронить колдунью неправильно, то она превратится в существо, которое встаёт по ночам из могилы и пьёт кровь из живущих. Этих существ называли упырями, а с лёгкой руки А. С. Пушкина их стали именовать вурдалаками. В Европе таких существ назвали вампирами. Но если колдуна или ведьму похоронить правильно, то есть положить лицом вниз, то их сущность уйдёт в землю и там затеряется, а в дорогу ей обязательно надо было положить осиновый кол. Осина на Руси считалась энергоёмким деревом, она вбирает в себя волшебную силу колдуна и он уже ничего не сможет сделать.

Несколько таких захоронений археологи обнаружили под Угличем и в центре города, а колья специально возили в Петербург на исследование в Эрмитаж.

На Руси никогда не строили домов из осины. Если даже одно осиновое бревно попадёт при строительстве, оно будет вытягивать жизненные силы из живущих в доме и люди будут часто болеть. А строили из осины бани – это не жилое помещение. Люди приходили туда расставаться с «нечистым», то есть мыться, и все болезни и негативную энергетику осина забирала.

– А так выглядела волшебная птица Сирин, – указал гид на сидящую на дереве птицу в женском обличии с распущенными волосами и распростёртыми крыльями. Сирин жила на дереве, которое соединяло землю и небо. Она первая встречала лучи восходящего солнца и раскрывала ему навстречу крылья. Поэтому в костюмах русского народа эта птица олицетворяет солнце, а если крылья у неё раскрыты, значит, солнце в зените.

В следующей комнате видим, как выглядела колдунья северных областей. Она была неприветлива и сурова, как суровы северные леса. Колдунья собирала всевозможные лечебные травы и коренья, чтобы лечить людей. А если на её пути попадались раненые или больные звери, она их тоже лечила. Животные были ей благодарны, а люди считали, что она их заколдовала и поставила себе на службу.

Не забыла Дарья и про домового. Маленький симпатичный человечек сидит в углу и улыбаясь смотрит на нас. В каждом доме живёт свой домовой. Каждый год 10 февраля, у него был праздник. В этот день ему наливали рюмочку водки и ставили закуску, и тогда целый год он был рачительным хозяином. А если хозяева меняли место жительства, домового всегда забирали с собой. А когда въезжали в новый дом, первыми запускали петуха или кошку и если домовой был чем-то рассержен, то все беды и напасти, которые домовой приготовил для хозяев, рушились на этих животных.  Такой обряд до сих пор сохранился даже в больших городах России, хотя многие считают, что это просто такая традиция – первой в новую квартиру запустить кошку. Но кошка всегда выбирает плохую зону, и там, где она легла, не надо ставить кровать.

Кроме домового на севере Руси обитало ещё одно домашнее существо – Кикимора. В Белоруссии оно считается болотным. Была Кикимора хулиганка и жуткая шалунья: ночью бегала по чердакам, выла на разные голоса, переставляла мебель. Но иногда пыталась помочь хозяйке. Поскольку рукоделию её никто не обучал, она делала всё по-своему – путала кудель, и хозяйка потом долго не могла её распутать. Поэтому умные хозяйки всегда говорили молодым: «Никогда ничего незаконченного на ночь не оставляйте, если кикимора потрогает, за всю неделю закончить не сможете».

А вот и почитаемый нашими крестьянами Полевик – дикий дух русского народа. Он обитал в посевах, оберегая доброго человека от всякого зверья. У него тоже был свой праздник – после троицы в понедельник. В этот день на земле работать было нельзя. Ему приносили в подарок старого чёрного безголового петуха и два куриных яйца. Если Полевик принимал этот дар, то целый год охранял посевы, а его супруга, высокая Полудница в белых одеждах ходила по полю с огромной, отражающей солнечные лучи, сковородкой и защищала молодые ростки от выгорания.

Полудницей пугали маленьких детей. Говорили – пойдёшь в поле, тебя Полудница поймает, на сковородку посадит и зажарит. Поэтому дети без взрослых никогда в поле не ходили.

Заканчивается экскурсия по музею сценой святочного гадания.

Молодая девушка с распущенными волосами выстраивает зеркала так, что в конце образовавшегося длинного зеркального коридора можно было разглядеть суженого.

Всё, что показано в музее мифов и суеверий, собрано и сделано руками Дарьи Чужой. Это часть её коллекции, творческая мастерская.  Здесь можно увидеть костюмы, наряды, фотографии, чучела птиц – богатое культурное наследие, которое сохраняется в русских сказках, легендах и народных поверьях.

Город Углич – замечательный памятник истории и культуры России. Один из самых колоритных городов Ярославской области. 

Апрель, 2012 г.

Тверь старинная  и современная 

На холмах и равнинах, покрытых лесами и полями, раскинулась тверская земля.

Если приехать сюда летом, можно увидеть, как разнообразна природа этого края, но так случилось, что в Твери я оказалась зимой, когда всё вокруг покрыто белоснежным покрывалом, но и в этом есть своя прелесть.

– До Красной площади не подскажете, как добраться? – спросила я на автобусной остановке у тверчан.

– Вы же не в Москве, – был ответ. – Может вам на Знаменку нужно?

Так началось моё знакомство с древним городом, отметившим 879-летие.

Самая старинная торговая площадь у современного кинотеатра «Звезда» называлась Красной. Заканчивалась она у стен Кремля. Со временем Кремль разрушился, название стало забываться, а площадь стали называть по имени деревянной церкви Знамения Пресвятой Богородицы, стоящей на краю площади.

Церковь давно сгорела и сегодня на этом месте красуется библиотека имени М. Горького. Здание сталинских времён с высокими колоннами, внутренней парадной лестницей и вычурным декором в стиле ампир.

Выйдя из библиотеки, я спустилась к заснеженной Волге на набережную Михаила Ярославича, протянувшуюся между Старым и Новым мостами.

Когда-то здесь прогуливался А. С. Пушкин. Он часто бывал в Твери, иногда проездом, а порой гостил у своих друзей. Знакомство с этим краем не было для него просто эпизодическим, оно составляло часть его жизни. Встречи с друзьями и знакомыми, общение с народом, живущим в самом центре России, давали ему богатый материал, подсказывали разнообразные сюжеты и образы для литературного творчества.  Верхневолжская земля была «милым берегом» для поэта. Здесь некогда жили и сражались с врагами его предки, и здесь вдохновенно звучала его волшебная лира.  В ознаменование 175-летия со дня рождения А. С. Пушкина на берегу Волги ему был установлен памятник.

Летом можно было бы не спеша прогуляться по городскому саду, по краю которого проходит набережная, но сейчас не очень удачное время для прогулок – довольно холодно, да и сад огорожен, там идут ремонтно-строительные работы.

Путевой Императорский Дворец (конец XVIII в.) тоже затянут строительной тканью, и только бирюзовый купол его виден в морозной дымке.

Тверь часто называют «в Москву дверь», так как издавна дорога из Санкт-Петербурга в Москву проходила через этот город. Путь был долгим, мог занимать неделю и больше. И Тверь была одной из самых больших почтовых станций.

Тщеславная Екатерина II, проезжая через Тверь велела строить в городе дома в два этажа с девятью окнами, так как она – «вторая» и в её имени девять букв.

С 1763 года там, где дорога подходила к Волге, после того, как спадала вешняя вода, наводили Плашкаутный мост, прокладывая настил из досок, используя вместо опор лодки. А на левом берегу на площади была выстроена Воскресенская церковь.

 

Заволжье 

По старому мосту перехожу на левый берег Волги, чтобы посетить Воскресенскую церковь и поклониться выдающемуся путешественнику Афанасию Никитину, памятник которому возвышается над берегом.

История Никитина произошла в XV веке.

Наслушавшись рассказов приезжих купцов о сказочной стране Индии, увидеть её стало мечтой молодого купца  Афанасия. И в 1466 году вместе с другими купцами он отправился с товарами на восток.  Много несчастий претерпели купцы на своём пути, но Афанасий не оставил свою мечту и сложными неведомыми ранее путями всё-таки добрался до Индии.  Около шести лет прожил Никитин в Индии. Всё удивляло его в той стране, но тоска по родине не давала покоя. А как добраться до родной земли, не зная пути?  И всё же Афанасий пустился в полный опасностей обратный путь. Но не довелось ему вернуться домой в Тверь – в 1472 году под Смоленском он умер.  Спутники путешественника привезли в Москву его дневник, названный автором «Хождение за три моря», где он описал свои приключения.

 

Улица Советская 

Сделав круг от Старого моста к Новому, выхожу в центр города на главную улицу Советскую, бывшую Миллионную. Она не случайно носила название Миллионной.

В конце XVIII века после большого пожара Екатерина II якобы подарила городу миллион рублей, и по утверждённому ею проекту на этой улице началось строительство Гостиного Двора, растянувшегося на целый квартал. Сегодня на этом месте возвышается Драматический театр. Некоторые элементы Гостиного Двора включены в здание театра.

Главная улица как нитка бус, на которую нанизаны исторические площади и городские достопримечательности. И одна из них – собор Вознесения Господня.

В XVII веке здесь стояли две церкви – Вознесенская и Богоявленская, но после нескольких пожаров они сгорели. И только в XIX веке в непрерывный ряд домов был встроен монументальный собор Вознесения Господня с колоннами, парадным входом и трёхъярусной колокольней.  В церкви хранится список чудотворной иконы Пресвятой Богородицы «Тучная гора». На левой руке у Богородицы сидит младенец, а в правой она держит гору, на которой видна  церковь с несколькими куполами и крестами.

Существует предание, рассказывающее историю иконы.

Триста лет тому назад в одном из монастырей Твери велись внутренние работы. По их завершении настоятель решил благословить добросовестного работника по имени Козьма и предложил ему самому выбрать любую икону.  Козьма указал на икону Божьей матери, именуемую «Тучная гора», стоявшую на неподобающем ей месте ­– ­­ на полу. Настоятель исполнил его желание. Козьма принял святой дар и перенёс икону в свой дом. Всю жизнь хранил он эту святыню, а умирая, завещал своим детям беречь её и передавать из рода в род в мужском поколении, а если прервётся мужской род, то передать икону в храм божий.  Но не выполнили потомки завета прадедова – лишней оказалась икона в доме, и была вынесена на чердак.  Но царица Небесная, видимо, вразумила неразумного наследника. А произошло это так.

Невестка его терпела много напрасных огорчений и оскорблений в доме и, не желая больше терпеть унижения, решила наложить на себя руки. Она собралась уйти в тайное место и там удавиться.  Но вдруг перед ней предстал незнакомый инок и сказал: «Помолись Божьей Матери “Тучной горе” и жить тебе будет хорошо и покойно». И тогда икона была отыскана на чердаке, возвращена в дом и поставлена на подобающее ей место. А невестка обрела мир и спокойствие.

В XIX веке икона была передана в храм Смоленской божьей матери. Место, где стояла эта церковь, называлось в старину Горою как самое высокое место в городе.

В последние десятилетия икона «Тучная гора» была утеряна, но существовало уже несколько списков её. А в конце ХХ века по инициативе наместника Вознесенского собора эта почитаемая тверская икона была написана заново и ныне этот список находится в соборе.

В настоящее время в храме также хранятся мощи ново-мученика тверского архиепископа Фаддея возглавлявшего  тверскую кафедру в двадцатые годы ХХ века.

В самое трудное для православной церкви время он прошёл через тюрьмы и ссылки. Святым его считали ещё при жизни за доброту, скромность и за излечение больных. В 1937 году отец Фаддей был приговорён к расстрелу. Однако по пути следования к месту казни был утоплен своими палачами в нечистотах.

Шагая по Советской­-Миллионной, удивляешься: почти каждый дом имеет интересное прошлое. Вот Медицинская академия, в прошлом Мужская классическая гимназия. В 1804 году появилось это учебное заведение с парадной лестницей, актовым и гимнастическим залами, библиотекой.

Буквально через два дома снова история – Дом Губернатора (ныне архиерейский дом), одна из самых старых построек в Твери. Это целый комплекс ­– два флигеля, соединённые воротами с домом, занимают почти целый квартал.

 

Площадь Ленина 

Раньше эта площадь называлась Фонтанной, позже Восьмиугольной из-за своей необычной формы. На одном из полукруглых домов укреплена мемориальная доска с портретом Салтыкова-Щедрина, великого русского писателя-сатирика и революционного демократа.

Он вышел из среды помещиков. Недолгое время, в период проведения крестьянской реформы Салтыков был тверским вице-губернатором. На этом посту он делал всё, что мог, для защиты крестьян. В Твери сооружён памятник писателю, а в доме, где он жил, открыт музей.

В площадь Ленина упирается пешеходная улица Трёхсвятская. Это местный Арбат. В самом начале улицы вижу один из тех домов с девятью окнами, какие велела строить Екатерина II.

«Арбат» в эти холодные дни пустынен и малолюден и я возвращаюсь на Советскую улицу, которая выводит меня ещё на одну площадь.

 

Советская площадь

(В прошлом Полуциркулярная) 

Эта площадь встречала всех своих императоров.

Для въезда Екатерины II были специально построены триумфальные ворота и, хотя они были деревянные, их искусно покрасили под мрамор, украсили гипсовыми барельефами и статуями. Венчал ворота тверской герб и фигуры трубящих Слав.

К сожалению, Триумфальная арка не сохранилась. Она простояла всего двенадцать лет, и к моменту прибытия в город нового императора Павла I генерал-губернатор Твери приказал их сломать.

В 2008 году площадь украсил тверской Медный всадник – памятник святому благоверному князю Михаилу Ярославичу Тверскому. Он спас город от татарской Орды, а сам трагически погиб в начале XIV века после пыток и унижений в Орде. Тело его было перевезено в Тверь и погребено в Спасо-Преображенском соборе.

Князь Михаил Тверской, канонизированный православной церковью, стал Небесным покровителем города. Но собор был взорван в 1935 году, а мощи святого вывезены и утеряны.

Полуциркулярная площадь так и осталась парадными воротами Твери со стороны Москвы.

Отсюда город раскрывается, тремя улицами-лучами как бы приглашая гостей: «Мы готовы посвятить вас в свои тайны и показать самые прекрасные уголки. Добро пожаловать в наш город!» 

Декабрь, 2014 г.

Курортный город Ялта 

Два часа перелёта из Москвы до Симферополя и ещё примерно столько же на автобусе – и я в Ялте. В моём распоряжении две недели и надо успеть многое увидеть, ознакомиться, впитать и запомнить.

Первое письменное упоминание о Ялте зафиксировано в арабской рукописи XII века, а два последующих столетия в этих местах попеременно хозяйничали венецианцы и генуэзцы. В 1475 году южное побережье захватили турки. Они владели землями до присоединения Крыма к Российской империи в конце XVIII века.

В это время Ялта была небольшой рыбацкой деревушкой с тринадцатью домиками и военным редутом, созданным А.В. Суворовым в 1777 году. А когда была построена дорога от Симферополя до Алушты и далее до Ялты, владельцы имений начали возводить усадьбы, разводить виноградарство, обустраивать парки.

 

Прогулки по городу 

В нижней части Поликуровского холма и на мысе св. Иоанна, там, где сегодня Морской вокзал, зарождался будущий город, который позже стал называться Старый город. Туда я и отправилась.

Населённый пункт получает статус города, если в нём имеется каменный храм. Такой храм во имя святителя Иоанна Златоуста и был построен и освящён в 1837 году на Поликуровском холме.  Чуть позже церковь посетил Николай I и после молебна в таможенном доме для высочайших гостей был дан завтрак, на котором император провозгласил Ялту городом.  Церковь была выстроена в псевдоготическом стиле. Стены окрашены в охристые тона, пять шатровых куполов, покрытых сусальным золотом, блестели на солнце.  Трёхъярусная колокольня стала главным навигационным ориентиром.  Долгое время эта церковь в центре старой Ялты, окружённая кипарисовой рощей, оставалась самым красивым сооружением города.  В ней отпевали многих известных людей. Среди них – великого драматического актёра М. С. Щепкина, поэта С. Я. Надсона, художника Ф. А. Васильева. В восьмидесятые годы XIX века церковь была реконструирована, а в 1941 году она сгорела. И только в 1998 году по архивным документам и чертежам была восстановлена.

 

Набережная 

Спускаясь с Поликуровского холма, выхожу на набережную. Начинается она от ялтинского порта, который перестраивался несколько раз.

Ялта – морской город и главная улица находится не в центре, а у самого моря. Это Набережная. Когда-то здесь была пыльная почтовая дорога. Первые дома на нынешней набережной появились в семидесятые годы XIX века. Позже ялтинское городское управление решило превратить улицу в бульвар с цветниками, красивыми деревьями, беседками, скамейками, спусками к морю. Работы по расширению и благоустройству Набережной продолжались пять лет до 1895 года, и название она получила – Александровская набережная в память об императоре Александре II.  В двадцатые годы XX века набережной Ялты было присвоено имя Ленина, но для многих поколений крымчан она была и остаётся просто Набережной.

Архитектурный облик её формировался под влиянием выдающегося зодчего, городского архитектора Н. П. Краснова (1864–1939).

В 1880 году в память о трагической смерти Александра II на набережной была построена небольшая деревянная часовня. До наших дней она не сохранилась, сейчас на её месте стоит новая – каменная.

В 1886 году по указанию императора Александра III был создан проект каменного мола и пристани.  Мол начинался у мыса св. Иоанна и вдаваясь в море образовывал удобную гавань. Второй ярус мола, обрамлённый чугунными перилами, был любимым местом для прогулок, также как Городской сад и Александровский сквер.

Первым значительным зданием на главной улице стала гостиница «Россия», построенная в 1875 году. Это была самая роскошная и комфортабельная гостиница Ялты. Здесь останавливались многие известные люди. 

В августе 1876 года по совету своего друга врача С. П. Боткина в Ялту приехал и поселился в гостинице Н. А. Некрасов, да и сам Боткин тоже жил здесь. Некрасов тогда работал над поэмой «Кому на Руси жить хорошо».

В «России» останавливался композитор М. П. Мусоргский, совершавший с певицей Леоновой турне по южным городам России. Это здание хранит память о пребывании здесь Н. А. Римского-Корсакова, М. Н. Ермоловой, Н. К. Рериха и многих других знаменитостей.

Сегодня это президент-отель «Таврида». В советское время «Таврида» использовалась как санаторий, пансионат, общежитие.  В 1995 году в гостинице случился пожар, а после ремонта здесь были созданы элитные апартаменты, а о былом величии напоминает лишь мемориальная доска.

Набережная, обрамлённая с одной стороны шикарными зданиями конца XIX – начала ХХ века, с другой – панорамой порта и старинного маяка на фоне Чёрного моря до сих пор сохранила дух парадной праздности. После недавней реконструкции она приобрела классический вид, какой имела до революции. В отреставрированных особняках размещаются фешенебельные отели, дорогие магазины, рестораны и ночные клубы.

С набережной можно полюбоваться панорамой окружающих гор и бескрайнего моря.  Интересно наблюдать, как по выходным дням с самого раннего утра сидят с удочками рыбаки, чуть ли не плечом к плечу в длиннющем ряду. И никто не остаётся без улова. Пойманную рыбу они здесь же и продают.

На набережной есть два символа города, расположенные со стороны моря. Это рестораны «Пафос» и «Эспаньола».  «Пафос» выполнен в виде древнегреческого корабля, парящего над морем. А пиратский ресторан «Эспаньола» располагается на борту настоящего парусника, стоящего на вечном приколе.

В Ялте долгое время жил А. П.Чехов, и недалеко от моря установлен бронзовый памятник, посвящённый известному произведению писателя, действие которого разворачивается в Ялте – «Чехов и дама с собачкой»,

На другом конце набережной можно посидеть на скамейке у огромного пятисотлетнего платана Айседоры, под которым знаменитая танцовщица назначала встречи Сергею Есенину. И существует поверье, что если посидишь на этой скамейке, то тебя будет сопровождать в жизни вечная любовь. Поэтому здесь всегда толпится народ – любви-то всем хочется.

Недалеко от Концертного зала я обнаружила забавные памятники: портфелю Жванецкого, трубке Ширвиндта, жилетке Арканова и микрофону Кобзона.

Хозяева этих вещей не раз выступали в этом зале.

 

Римско-католический костёл пресвятой Богородицы 

С набережной сворачиваю на пешеходную улицу Пушкина. Здесь сидят художники, рисуя портреты и выставляя на продажу свои картины, работают сувенирные палатки, кафе, рестораны. Но меня на этой улице больше интересует Римско-католический костёл. Построен он в неоготическом стиле, для завершённости ему недостаёт высокого  шпиля, на сооружение которого у общины не хватило  средств.

Храм посвящён Непорочному зачатию Пресвятой девы Марии.

Ещё находясь перед воротами храма, обращаешь внимание на сад экзотических растений, украшающих дворик. Внутри храма первым, что бросается в глаза – большой орган с огромным количеством труб. Позже я побывала на концерте в этом костёле. Великолепная акустика и атмосфера храма создают неповторимое ощущение участия в вечном.

Ялта – город многонациональный, и потому на её улицах можно увидеть и православные храмы, и католический костёл, и лютеранскую и армянскую церкви.

 

Армянская церковь 

Церковь, построенная из форосского вулканического туфа, сооружена в 1907 году одним из крупнейших зодчих Закавказья Г. Тер-Микеляном. По своим формам храм напоминает древний храм св. Ринсиме в Эчмиадзине, который считается шедевром национального зодчества Армении.  К стоящему на крутом склоне храму ведёт монументальная лестница из ста ступеней, окружённая высокими кипарисами.

Поднимаясь по ступеням, виден весь храм сразу – компактный, как бы высеченный из монолита, увенчанный шестигранным шатром на изящном барабане.  Интересно, что лестница ведёт к ложному входу, выполненному в виде богато украшенной арочной ниши. Настоящий же довольно строгий вход расположен на западном фасаде.

Поднявшись, я обнаружила, что храм уже закрыт. Девушка в сувенирном киоске тоже заканчивала свою работу. Когда я посетовала на то, что долго и высоко добиралась до храма и сожалею, что не могу осмотреть его изнутри, она сама предложила открыть для меня церковь на пять минут.

За время своего пребывания в Ялте я неоднократно сталкивалась с необыкновенной доброжелательностью местных людей.  Пяти минут мне было достаточно, чтобы оценить интерьер церкви с цветными оконными витражами, великолепно расписанным куполом, на котором изображены синие райские птицы среди диковинных синих и белых цветов, тянущихся к солнцу, и мраморным инкрустированным иконостасом с позолоченными деталями.

В советское время церковь использовалась не по назначению, а после Великой Отечественной там находился отдел краеведческого музея.

Та же девушка рассказала мне интересную историю о том, что церковь долгие годы была закрыта на реставрацию, закончить которую помог случай.

Во время визита в Ялту Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачёв обратил внимание на церковь в строительных лесах, и спросил, как долго она находится на реставрации. Ему ответили: – «16 лет». «Что-то долго», – сказал Горбачёв.

И тогда нашлись и средства, и материалы, и специалисты. Армянская церковь была отреставрирована за год, к следующему приезду М. Горбачёва.

После реставрации в здании открыли археологический отдел историко-литературного музея, а позже церковь отдали верующим.

 

Собор Александра Невского 

Возведение собора связано с трагической гибелью императора Александра II от рук террористов.  Храм построен в стиле традиционного русского храмового зодчества. Торжественное освящение его происходило в 1902 году в присутствии императора Николая II, его семьи и свиты.  Интерьер храма украшен росписями в византийском стиле, во внешнем оформлении преобладают нарядные декоративные элементы. На фасаде в гранитной раме изображён  мозаичный образ святого князя Александра Невского.

Собор не только один из красивейших храмов в Крыму, но и памятник истории, связанный с именами трёх последних русских императоров. Это единственный православный храм в Ялте, который действовал в советское время. Сегодня – главный храм города, в котором совершаются богослужения.

 

Дворец эмира Бухарского 

В начале XX века в архитектуре Ялты господствует стиль модерн, в этом стиле и строился бело-купольный дворец эмира Бухарского.  Это одно из наиболее оригинальных и известных строений в Ялте. Дворец был построен в 1903 году по заказу эмира, который иногда посещал Ялту для отдыха.  Его Высочество хан эмир Бухарский, почётный гражданин Ялты, сделал много добрых дел для города, в частности на его средства была построена амбулатория имени наследника цесаревича Алексея. В советское время там размещалась городская поликлиника. Сейчас это аптека «Виста».

Для двухэтажного здания дворца, построенного в мавританском стиле, характерна ассиметричная композиция – сочетание прямоугольных и полукруглых объёмов, портиков и террас, лоджий и бельведеров. Нарядно на фоне белокаменных стен выглядит ажурная резьба колонн с изысканными капителями, балюстрад, подковообразных окон и зубчатого парапета под карнизом.

Ныне на территории дворца находится санаторий «Ялта».

 

Дом-музей А. П. Чехова 

В 1898 году обострившийся туберкулёз лёгких заставил А. П. Чехова прислушаться к совету врачей и переехать на постоянное жительство в Ялту. Пять последних лет прожил он в этом городе. Какое-то время писатель жил у друзей на даче, а год спустя на окраине города построил дом, окружив его посадками деревьев.  В этом доме Чехов поселился вместе с матерью и сестрой.

«Белая дача», как нарекли местные жители чеховский дом, была построена, по проекту архитектора Л. Н. Шаповалова, на высоком косогоре и ни одна сторона его не похожа на другую. С юга дом выглядит трёхэтажным, с запада – двухэтажным, с севера, со стороны парадного входа – одноэтажным. Не зря А. И. Куприн назвал этот дом самым оригинальным зданием Ялты. Он писал: «Вся белая, чистая, лёгкая, красиво-не симметричная».

Несмотря на тяжёлую болезнь, Чехов здесь написал несколько рассказов, в том числе «Дама с собачкой», «Душечка», пьесы «Вишнёвый сад» и «Три сестры».

Многие видные деятели литературы и искусства бывали у Антона Павловича в гостях. И. Левитан написал для камина в гостиной панно «Стога сена в лунную ночь». Здесь пел Ф. Шаляпин, играл на пианино С. В. Рахманинов, часто приходил М. Горький, подолгу на даче у Чехова жил И. А. Бунин.

В 1904 году Антон Павлович уехал на лечение в Германию, где и скончался. Похоронен он в Москве на  Новодевичьем кладбище.

В 1921 году чеховский дом был объявлен музеем, а сестра писателя Мария Павловна Чехова, которая жила с ним постоянно, стала пожизненным хранителем дома. Она сумела сберечь наследие великого писателя даже во время фашистской оккупации.

В фондах дома-музея сохранились личные вещи писателя, его прижизненные издания, автографы и подарки друзей. Имя А. П. Чехова носят в городе улица, театр, библиотека, гимназия, санаторий, который строился по инициативе писателя для неимущих туберкулёзных больных. В Приморском парке в 1953 году был открыт памятник А. П. Чехову. На высоком постаменте писатель изображён сидящим на камне с записной книжкой в руке, задумчивый взгляд его устремлён вдаль – к морю.

 

Имение Сельбилляр 

Княгиня Надежда Александровна Барятинская, статс-дама императора Александра III и её муж, генерал-адъютант, состоящий при императрице Марии Фёдоровне, Владимир Анатольевич Барятинский имели в Ялте усадьбу под названием Сельбилляр, что означает в переводе с татарского «Кипарисовая роща». Располагалась она на высоком холме.  В конце XIX века супруги решили обустроить имение и обратились к архитектору Николаю Краснову, который в 1892 году порадовал заказчиков обновлённой усадьбой. В Кипарисовой роще вместе с господским домом насчитывалось пятнадцать строений. 

Особняк Краснов создал в стиле итальянского ренессанса. Чуть ниже здания располагался партер, оканчивающийся беседкой-бельведером. Для украшения интерьера главного двухэтажного дома зодчий выбрал парадный стиль. При входе внутрь сразу же приковывал внимание вестибюль с широкой дубовой лестницей, тремя маршрутами поднимающейся вдоль стен на второй этаж, предназначенный для личных покоев хозяев и гостевых комнат, и естественным освещением, которое попадало в вестибюль через стеклянную крышу.

Семья Барятинских занималась благотворительностью и после смерти мужа Надежда Александровна продолжала творить добрые дела. Она кормила голодных и обездоленных, построила школу для бедных, была попечительницей домов трудолюбия и пансионата для девиц.  Но судьба её трагична. В 73 года Надежда Александровна оказалась парализованной и могла передвигаться только на коляске.  В 1920 году княгиня добровольно передала советской власти своё имение и большую коллекцию картин известных художников. Она могла эмигрировать, но не захотела и по доносу горничной и некоего Григорьева была расстреляна вместе с беременной дочерью и зятем. Троих внуков её удалось спасти благодаря их няне.

«Кипарисовая роща» превратилась в ялтинский Народно-художественный музей. В 1927 году землетрясение, произошедшее в Крыму, частично его разрушило, и экспонаты коллекции были развезены по музеям других городов.

После реконструкции господского дома в здании разместился противотуберкулёзный санаторий. В годы Великой отечественной войны здесь был военный госпиталь. С 1952 года усадьба Барятинских превращается в санаторий имени Кирова, который функционирует до сих пор, где я и отдыхала в марте этого года.

История Ялты – это пересечение жизни города и жизни людей – великих, известных и простых граждан.  Особняки, дворцы, гостиницы, дома могут многое рас- сказать о своих создателях и о тех, кто жил в них когда-то.

И наше уважение к старине, бережное отношение к культурному наследию делают нас умнее и богаче. 

Март, 2015 г.

Храм – маяк 

В Крыму недалеко от Алушты, в селе Малореченское на высоком обрыве у Чёрного моря возвышается храм Николая Чудотворца, освящённый в 2007 году.

Архитектор Анатолий Гайдамака сотворил уникальный и неповторимый храм в память о погибших на водах. Уникальность его в том, что он выполняет ещё и функции маяка.

Водитель остановил маршрутку у самого храма, я вышла и застыла в восторженном удивлении, глядя на эту красоту.

Белоснежный, высокий (65 метров его высота), стройный и изящный, освещённый мартовским утренним солнцем тянется храм к небу.  Вместо традиционного купола церковь венчает равносторонний золочёный крест, под которым ажурный позолоченный шар – символ земли. Именно в шаре устроен маяк, и его луч в тёмное время суток даёт надежду всем ищущим спасения.  Чуть ниже размещается колокольня с электрическим приводом колоколов. Это современное нововведение позволяет исполнять необходимые в каждом конкретном случае колокольные мелодии.  На всех фасадах как символы храма изображены святые, каждый из которых вписан мозаикой в форму креста.  Главные и боковые двери сделаны из твёрдых пород дерева, а в основе их декора Андреевский крест, принятый ещё Петром Великим как символ мученической смерти апостола Андрея.

Стилистика архитектурных деталей частично выполнена с применением традиционных орнаментов Древней Греции, поскольку ещё в IX веке в этих местах греками была по-строена христианская церковь, но в конце XIX – начале ХХ  веков она была разрушена.

Архитектурно-декоративное убранство храма и прилегающей территории связано с морской тематикой.  Площадка перед храмом стилизована под палубу с капитанским мостиком. Якоря, якорные цепи, окна-иллюминаторы, корабельные снасти, перед входом поминальные чаши для свечей, закреплённые на цепях – всё создаёт иллюзию, что церковь это корабль, плывущий по житейскому морю.

Вхожу в церковь. В этот ранний час в просторном и светлом храме нас двое – церковнослужитель и я.

Осторожно ступаю по мраморному полу, в центре которого в технике флорентийской мозаики выложена из гранитных плит картина «Роза ветров» с резвящимися дельфинами, верными друзьями мореплавателей.

Говорят, что при закладке храма к берегу приплыли дельфины и, будто радуясь происходящему, затеяли весёлую кутерьму.

Роспись церкви тоже необычна. Иконостас из ценных пород дерева украшен позолотой. На сводах канонические лики святых в сочетании с библейскими мотивами, связанными с водной стихией. На потолке одного из портиков знаки зодиака – символы созвездий, по которым ориентируются мореплаватели.

Талант художника

В храме среди икон находятся четыре уникальные иконы – Николая Чудотворца, Умиления Пресвятой Богородицы, Казанской Пресвятой Богородицы и Преподобного Сергия Радонежского. Их оклады выполнены в технике макраме, состоящие из нескольких миллионов узелков каждый.

Такие иконы создаёт бывший актёр Симферопольского театра Владимир Денщиков. Специалисты называют его работы новым способом иконотворчества.

Владимир работает в этой технике более тридцати лет. За это время он разработал свои приёмы и технологии. Лица и руки святых написаны на холсте маслом, а для одежд святых он изобрёл «рукотворную» ткань, делая её из льняных нитей толщиной в полмиллиметра, без поперечного крепления.

Иконы его светло-серого цвета, объёмные. Они дают ощущение света и глубины. На создание одной иконы у художника уходит от нескольких месяцев до года в зависимости от размера и сложности узора.  Каждая созданная художником икона индивидуальна и существует в единственном экземпляре, а создал он их множество. Работы его выставлялись как в Украине, так и в других странах – в Австрии, Германии, Венгрии, России.  Владимир считает, что к этому творчеству его привёл Господь Бог.

Случилось так, что однажды перед театральной премьерой болезнь поразила актёра. Инсульт. И он так бы и остался недвижимым, если бы не родные люди и страсть к творчеству. Прежде, чем попасть в больницу, Владимир начал работу над иконой для храма-маяка и решил, во что бы то ни стало, закончить её. Даже лёжа под капельницей, художник продолжал плести узелки и чувствовал, что его парализованная рука движется всё свободней , словно ей управляет сам Всевышний.

Долго можно стоять перед каждой иконой, вглядываясь в  это удивительно талантливое творение, подлинный шедевр нашего века.

В цокольном этаже церкви создан музей морских катастроф. К сожалению, мне не удалось посетить его, так как работает он с мая по октябрь.

Но и церковный двор тоже можно назвать музеем под открытым небом.

В оформлении двора использованы морские мотивы – якоря, якорные цепи, кнехты (тумбы на палубе судна для закрепления тросов при швартовке). Опоры освещения, напоминающие по форме византийские кресты, выполнены в технике художественной ковки. Перед входом в музей устроена беседка в виде «Летучего голландца» с капитанским мостиком и парусами.

Важная часть мемориала – стена, на которой помещены таблички с информацией о погибших на воде и под ними оставлены вещи утонувших людей.

Храм Святителя Николая в Крыму стал Маяком Веры и Надежды, верным ориентиром не только для мореплавателей, но и для прихожан на их сложном жизненном пути.

Март, 2015 г.

Московские фонтаны 

Слово «фонтан» в переводе с латинского означает «источник». В нашем понимании это струя воды, бьющая из-под земли, и называем мы этот источник ключом.

Люди ещё с древних времён обратили внимание на красоту такой струи и стали создавать искусственные источники, придавая им разнообразные формы.

Но для подачи воды необходимы трубы. Первые трубы делали из глины, обжигая их в печах.

Впервые такой фонтан появился в Коломенском, в загородной резиденции царя Алексея Михайловича, отца Петра I. Там царь построил деревянный дворец (в настоящее время он реконструирован) и в этой усадьбе приказал соорудить фонтан. Бояре называли его «водомётом». Воду брали из Москвы-реки.  Царю нравилась эта забава, но она оказалась слишком дорогой, чтобы создавать её для простых людей.

В XVII веке в Риме научились делать металлические, точнее свинцовые, трубы. Свинец получали при переработке серебряной руды. Из серебра мастерили украшения, подносы, чаши, а из отходов добывали свинцовый металл и использовали его для водопровода. Каждый богатый патриций в Италии считал своим долгом иметь фонтан у себя в доме.

Первые фонтаны были питьевые, но вскоре люди поняли, что их можно использовать и как красивое зрелище. Для этого надо больше труб и больше струй, тогда можно будет не только пить воду, но и любоваться выбросом воды.

Такие фонтаны были в древнем Риме, в Греции, в Европе, но самые красивые появились во Франции во времена Людовика XIV, современника Алексея Михайловича. Если русский царь сделал своей резиденцией Коломенское, Людовик XIV – в Версале под Парижем. Там работали художники, архитекторы и сам Людовик принимал участие,  постоянно вникая в разработку проектов.

И в Версале заработали роскошные фонтаны.

Позже и у нас в Петергофе, где свою загородную резиденцию устроил Пётр I, были выстроены шикарные фонтаны. Они работают до сих пор.

В Москве фонтаны появляются в 30-е годы XIX века в богатых загородных усадьбах. В городе фонтанов ещё не было, это связано с отсутствием водопровода, который появился только при Екатерине II.

Однажды по дороге из Петербурга в Москву у царицы закончился запас питьевой воды, и она со своей свитой заехала в селение (сегодня это город Мытищи). Там бьёт из-под земли множество ключей-родников. Екатерина приказывает набрать воды. И в это время, как рассказывает легенда, разразилась гроза, молния ударила в пригорок, и оттуда мощным фонтаном забил ключ. Императрица, испив этой вкусной водицы, принимает судьбоносное решение для Москвы – строить в Мытищах водонапорную станцию и тянуть трубы до села Ростокина (ныне район ВДНХ). У Ярославского шоссе строят Ростокинский акведук – Миллионный мост, названный так потому, что его строительство обошлось в несколько миллионов рублей. Туда из Мытищ тянут трубы и дальше ­– в центр Москвы. Цель была обеспечить москвичей питьевой водой.

В древности, когда Москва только возникла, вода в Москве-реке была очень чистая и воду для питья брали из неё. А в XVIII веке началось строительство фабрик, заводов и уже при Екатерине II было множество промышленных предприятий. Они загрязняли воду, сбрасывая отходы в Яузу и Москву-реку. По этой причине XVIII век стал веком эпидемий чумы и холеры.

И вот, начинается строительство питьевых фонтанов в районе Китай-города. Это был центр старого города, окружённый крепостной стеной. Один из таких фонтанов, находился на Лубянской площади, там, где стоял памятник Ф. Дзержинскому. Он не сохранился, но сегодня всё-таки можно увидеть питьевой фонтан, в районе Китай-города.  Это – фонтан «Витали» на площади Революции, у памятника Карлу Марксу. Он был сооружён в 1885 году и назывался Петровским, в настоящее время носит имя своего создателя, скульптора И. П. Витали. Ангелы на фонтане олицетворяют муз трагедии, комедии, поэзии и музыки.  В давние времена здесь заполняли свои бочки водовозы, а из нижних чаш поили лошадей.

У Большого театра – фонтан «Театральный». Он не такой старый, как можно подумать, построен был после войны и в 60-70 годы здесь собирались участники и ветераны войны.

Позднее в Москве стали строить не только питьевые фонтаны, но и для украшения.

В конце XIX – начале ХХ веков, когда появились общественные здания и гостиницы, такие как Метрополь, Националь, в них сооружались фонтаны в стиле модерн. В 1906 году был открыт такой фонтан в ГУМе.

Но трубы ржавеют, выходят из строя, фонтаны необходимо реконструировать, восстанавливать сливные чаши. Древние римляне делали чаши из мрамора. Мраморные чаши и у большинства наших фонтанов. Это красивый камень, но не очень прочный, со временем трескается и раскалывается.  Поэтому мраморная чаша в ГУМе была заменена. И сегодня фонтан уже совсем не тот, каким был в 60-е – 70-е годы. Он полностью перестроен, так же как и фонтан на Театральной площади. Там теперь целых три роскошные чаши.

Так что фонтаны тоже стареют, обновляются, перестраиваются и живут своей жизнью.

Интересен фонтанный комплекс на Манежной площади. Всё пространство украшают фонтаны-купола, пройдя от которых к боковой нижней части Манежной площади можно спуститься в Александровский сад.

Парк под кремлёвскими стенами первоначально назывался Кремлёвским, но когда Александр I скончался в 1825 году, в память о нём сад переименовали в Александровский.  В этом саду люди гуляли, играл духовой оркестр, но фонтанов не было. Фонтаны были перед входом около чугунных решётчатых ворот и возле Арсенальной башни. Здесь был огромный питьевой фонтан такой же, как на Лубянке.  В наши дни на Манежной площади и в Александровском саду работает большое количество фонтанов.  В большинстве своём это всё заслуга З. К. Церетели, он очень много сделал для Москвы, несмотря на то, что его творчество часто ругают.

 

Фонтаны Манежки 

Когда-то река Неглинка несла свои малые воды вдоль кремлёвской стены. В начале XIX века Неглинку убрали в трубу и опустили под землю. Там она и течёт, огибает Кремль и впадает в Москву-реку. А сверху разбили сад и построили Манеж. К 850-летию Москвы, в 1997 году, возникает идея: в память о том, что когда-то здесь текла Неглинка, сделать искусственное русло.  И теперь мы видим красивую имитацию реки, созданную по проекту Церетели.  Огромный фонтан «Гейзеры» мощно выбрасывает струи, обливая четвёрку вздыбившихся коней, которые символизируют времена года. Эта композиция напоминает о первоначальном назначении манежа. Здесь упражнялась кавалерия. Рядом в окружении «раковины» примостился небольшой фонтанчик «Улитка». Отсюда и берёт начало искусственная Неглинка. 

Выше сада, на Манежной площади, в тёплое время года работают фонтаны «Купола» – в центре большой, по бокам  два малых. А ближе к гостинице «Москва» ещё один купольный фонтан «Часы мира».  Сверху купола всадник Георгий Победоносец, поражающий змея, а под ним в куполе устроены часы. Купол разделён на 24 часовых пояса, он незаметно вращается, делая за сутки один оборот, и чтобы определить время в любой точке мира, нужно выбрать соответствующий сектор и по созвездиям и горящим лампочкам на ободе купола определить время. Это очень сложное сооружение. Автор всех этих фонтанов тоже скульптор З. К. Церетели.

 

Болотная площадь 

«Болото» – так называли это место в древности. Весной в половодье Москва-река широко разливалась и выходила из берегов. Всё вокруг было затоплено и образовывалось самое настоящее болото.  И вот однажды в 1773 году после затопления такого сильного, что даже снесло опоры Большого Каменного моста, Екатерина II решила положить конец этому безобразию и приказала отрыть параллельно Москве-реке водоотводный канал, который соединялся бы шлюзами с рекой.  В наше время Болотная площадь и набережная облагорожены. «Плавающие» фонтаны на водоотводном канале  словно киты выбрасывают вверх струи воды, разбит сквер с памятником И. Е. Репину. В советское время в сквере был выстроен «Репинский» фонтан», в 60-е годы его сделали светомузыкальным.  Здесь стала собираться молодёжь, петь, играть на гитаре. А в доме напротив, на улице Серафимовича, известном как «Дом на Набережной», жили члены правительства и их семьи. Они стали жаловаться на шум, который мешал спать, и светомузыку убрали.  Второй светомузыкальный фонтан был открыт в парке Горького к Олимпиаде-80.

Примерно в одно время с Репинским построен и «Пушкинский» фонтан у кинотеатра «Россия», (теперь он называется «Пушкинский»). Позже на Тверском бульваре, там, где раньше стоял памятник Пушкину, появился фонтан «Новопушкинский»

Если пройти по Тверскому бульвару до площади у Никитских ворот, то увидим удивительный золотокупольный фонтан-ротонду, посвящённый Александру Пушкину и Наталье Гончаровой. Он установлен перед храмом Большого Вознесения в 1999 году в честь 200-летия со дня рождения поэта.  Именно в этом храме в 1831 году венчались великий поэт и его невеста.  Внутри беседки-ротонды скульптуры Пушкина и Гончаровой, которые как будто только что вышли из храма.

Фонтан «Александр и Натали» питьевой. Здесь течёт вода высокой очистки и её можно пить.

 

Фонтаны ВДНХ 

На главной площади выставки гостей встречает фундаментальный фонтан «Дружба народов», открытый в 1954 году.

К. Топуридзе, автор проекта, предполагал создать группу из шестнадцати девушек разных национальностей, олицетворяющих республики Советского Союза, из бетона, покрытого смальтой (вроде фольгированного стекла).  Но когда он показал Сталину на утверждение шикарный проект фонтана с девушками по периметру чаши, а в центре огромный сноп, собранный из растущих у нас растений, тот сказал: «Золота я тебе не обещаю, но пятнадцать тонн бронзы и три килограмма сусального золота ты получишь».

Все скульптурные девушки имеют реальных прототипов. Они привозили свои национальные костюмы и позировали скульпторам Орлову и Добрынину.  И вот прошло более 60 лет, а «девушки» как стояли, так и стоят до сих пор, сияя золотом.

В вечернее время двести пятьдесят прожекторов освещают фонтан, и струи разной направленности окрашиваются в  радужные цвета. И мы любуемся этой красотой.

Ещё один фундаментальный Фонтан «Каменный цветок», открытый в 1954 году, создан из железобетона, покрытого смальтой, автор также К. Топуридзе.

По периметру фонтана установлены невысокие постаменты из красного гранита с подносами, наполненными дарами бывших республик.

Дмитрий Шостакович написал увертюру для цветомузыки, которая звучала в 1954 году при открытии фонтана. 30 апреля этого года, спустя более 60 лет, произведение было вновь исполнено оркестром московской филармонии и под эту музыку были включены все фонтаны выставки. В прошлом году в день рождения фонтана на перекидных мостиках солистами театра был исполнен балет «Каменный цветок». Чудесное представление можно было наблюдать на фоне рассыпающейся высокими подсвеченными струями воды!

Если зайти во внутренний дворик павильона «Оптика» (в прошлом «Ленинград»), то увидим в окружении зелени симпатичный небольшой фонтан «Мальчик и рыба».

Это самый старый фонтан на территории выставки. Он не работал более 30 лет и только в 2014 году этот изящный и красиво оформленный фонтанчик был отреставрирован.

 

Фонтаны Славы 

На Поклонной горе возвышается храм Георгия Победоносца. В центре площади – стела в виде четырёхгранного штыка, на нём статуя богини Победы Нике и ангелы, трубящие о Победе. А вдоль длинной аллеи «Годы войны» тянутся «фонтаны Славы». 1418 струй олицетворяют количество дней Великой Отечественной войны – столько длилась война. Вечером, когда включается подсветка, водяные струи окрашиваются в красный цвет – цвет крови воинов, отдавших свои жизни за нашу Родину.

Сегодня в городе более двухсот фонтанов малых и больших форм. Невозможно рассказать обо всех.

Это изобретение, идея которого взята у природы, всегда привлекало людей, поскольку любой фонтан представляет собой удивительное зрелище.

На низвергающуюся воду можно смотреть и смотреть, и любоваться ею бесконечно. 

Май, 2015 г.

Невыдуманная история

 

Отец 

Шёл 1941 гол. Немцы приближались к Волоколамску.

До прихода фашистов в деревне Парфеньково колхозники успели засыпать семенной фонд для посева на будущий год, прирезать колхозных коров и раздать мясо по воинским частям, а колхозное имущество Павел Константинович, председатель колхоза, решил раздать колхозникам.

Жена Павла с тремя младшими детьми эвакуировалась, а старшая Тоня, ей 17 исполнилось, осталась с отцом. Несколько лет назад ему оторвало кисть руки в льномялке и Антонина, как говорил Павел, была его правой рукой.

30 октября 41-го года в деревню вошли немцы.

И вот, что рассказывает Антонина.

– Нас с отцом выгнали из дома. Приютили соседи. Но тут же объявились предатели – братья Селивёрстовы. По их наводке разыскали отца, привели в немецкий штаб и приказали отобрать у колхозников ранее розданное зерно. Папа отказался, тогда его посадили в холодный погреб.

Немцы спешили к Москве и через 12 часов они выступили из деревни в сторону Клина, забыв про отца. Колхозники выпустили его из погреба.

Через три дня в деревне разместился новый немецкий отряд. Деревенские ребятишки пошли собирать в лесу трофеи и обнаружили тянущийся по земле кабель (как выяснилось позже, немецкая линия связи). Они вырезали около 100 метров этого кабеля, и вырезка эта кончалась как раз у нашего дома, который стоял на краю деревни.  Хотя мы в доме и не жили, фашисты обвинили в диверсии отца. Немцы кричали, что здесь живёт партизан, что он имеет связь с партизанами. Папе грозила виселица.  На казнь отца собрали всю деревню. Тогда родственники ребят, вырезавших кабель, вывели детей из толпы и признались, что это сделали они.

Ребят немцы выпороли, а папу заставили раздеться по пояс на морозе. Немецкий офицер стал водить рукояткой пистолета по правому плечу отца и о чём-то спорить с другими немцами. Затем папу завели в дом, который стоял нетопленный несколько недель, затопили печь и, закрыв трубы, специально напустили дыма. У дверей поставили охрану.

Под вечер у дома собралось много немцев, они шумно ругались, а потом стали что-то сколачивать на улице у стенки дома. Отец был ещё жив и думал, что это делают виселицу для него и председателя сельсовета Никиты Сергеевича Алексеева. Тот накануне отказался провести немцев через болото в обход на Теряево – Клин, откуда наши войска не давали фашистам покоя.

У папы была с собой опасная бритва, и он решил лучше покончить с собой, чем терпеть новые издевательства немцев. Но от угарного газа и нервного напряжения потерял сознание.

Очнулся, в доме тихо, темно. Немцы куда-то исчезли. Из охраны остался один солдат, по национальности чех. Он немного говорил по-русски. Чех потряс папу за плечо и сказал тихонько: «Комрад, комрад! Гитлер капут!».

Папа в начале ничего не мог ему ответить – от спазма сжало горло. Чех влил папе в рот немного воды. Первое, что отец спросил: «Кого немцы повесили?». Солдат ответил, что повесили восемь человек военнопленных.

Под арестом в своём доме папа находился недели две. Чех давал ему кое-что из еды, когда оставался охранять один. Помнили об отце и односельчане. Соседка Наталья Степановна Ускова входила с ведром в дом, просила у охранника разрешения взять коры для ягнят, обходила вокруг печи, на которой лежал отец, и иногда ей удавалось незаметно положить ему хлеб, сало или ещё что-нибудь

В это время немцы стали отбирать в Парфенькове и соседних деревнях молодёжь для отправки в Германию. Семья Усковых меня и молодую учительницу Татьяну спрятали у себя в подполье на картошке. А чтобы немцы нас не нашли, односельчане привели и поставили в избу маленького телёнка и ящик с поросёнком.

Печь тётя Шура специально натопит жарко. Маленькая избушка, четверо детей, от поросёнка с телёнком по избе идёт зловонный запах. Немцы сунутся в избу, сморщатся, пробормочут «русиш швайн» и уберутся. Так мы с Татьяной и были спасены.

Началось наступление под Москвой, немцев погнали назад. Наша деревня до войны насчитывала 127 домов и 20 колхозных построек. Отступая, немцы сожгли все до единого дома. Сгорело всё, не осталось даже холодных построек. Часть жителей покинула деревню. Большинство же осталось около сожжённых домов, спрятавшись в окопах.

Во время пожара нам с отцом удалось вытащить из дома стол, несколько табуретов, ещё кое-какую утварь и поставить всё это около нашего нового жилья – промёрзшего земляного окопа. Мороз 25 – 30 градусов. Ноги промокли. У папы начали отмерзать большие пальцы ног, поднялась температура. Он мучился от страшной боли. Недалеко от деревни идут бои, рвутся снаряды. Отец плачет, просит оставить его одного и уходить из выгоревшей деревни. Есть нечего, все голодные. Собираем щепки от разбитой снарядами мебели, разжигаем в окопе костерок, в ведре топим снег. В тёплую воду кидаем горсть муки и пьём эту болтушку. Хорошо, что с собой был ещё кусок солёного сала. Вот и вся еда.

Так в окопе мы мучились восемь дней. Бои не прекращались. Днём в окоп залетали осколки снарядов. От близких разрывов осыпались стенки окопов. Мороз пробирал до костей. Оставаться в окопе больше не было сил. Отец снова начал просить оставить его одного. Я уговорила его потихонечку двигаться к нашим.

Мы выбрались из окопа и поползли в направлении деревни Шишково. Вокруг шла стрельба, рядом взвизгивали пули. Глубокий снег не давал возможности передвигаться. Я тащила отца, положив его на какую-то тряпицу, одной рукой он держался за мою шею. Сам передвигаться совсем не мог.

Сколько метров мы отползли от нашего окопа, не помню. Но, наверное, моя молитва дошла до бога. Когда силы совсем покинули меня, к нам подъехал на лыжах русский солдат в белой маскировочной одежде. Это был разведчик, искавший проходы в минных полях.

«Это ведь по вам стреляют!» – отругал он нас – «Чёрная одежда на белом снегу – отличная мишень!» Солдат велел нам затаиться и уехал.

Но вскоре вернулся. За ним другой солдат привёл лошадь, запряжённую в дровни. В них были погружены какие-то ящики, покрытые белой материей. Папу погрузили на ящики под покрывало, а мне приказали держаться за оглоблю и не поднимать головы из-за лошади, тоже покрытой белой тканью, чтобы не было видно немцам.

В этот день, 6 января 1942 года в деревне Шишково для нас окончилась оккупация. Наше Парфеньково освободили позже – 17 января.

В Шишкове папу знали, нас пригласили в дом, напоили, накормили. В тепле у папы боли в ногах усилились. С трудом удалось найти лошадь, чтобы добраться до деревни Харланиха, где стоял артдивизион, и была хорошая медсанчасть.

Я пришла туда и слёзно молила врача о помощи отцу. Но отец не мог сам встать на ноги и дойти до медсанчасти. Пришлось ждать прихода с передовой машины скорой помощи. На ней папу привезли в медпункт, где ему ампутировали большие пальцы на ногах. И снова отвезли в тот дом, где мы остановились.

В этом доме кроме военных стояло ещё восемь семей из Парфеньково, поэтому можно было только стоять, так было тесно. Стоя, искали друг у друга вшей. Лишь для папы отвели в углу место, где он мог лежать. Его увозили на перевязку и привозили обратно.

Прошло столько лет, но и сейчас мне страшно вспоминать об этом.

Когда мама с сестрёнками вернулась из эвакуации, она не узнала меня. Соседи говорили, что я выглядела старше её.

 

Антонина 

Ярополец освободили в январе 1942 года и Антонина с отцом перебрались в это село и остались там жить.

Стояли сильные морозы, но молодёжь, по двое суток, не заходя домой, чистила от снега дорогу, по которой шли машины с боеприпасами в сторону фронта.

В марте Антонину вызвали в сельсовет и говорят: «Нужно культуру на селе восстанавливать, ты – девушка активная и комсомол поручает это тебе».

Восемнадцатилетняя девчонка даже не знала, с чего начинать.

Выделили ей помещение – жилой дом без окон, без дверей, крыша дырявая, фундамент разбит. Собрала она ребят, пошли по окопам, землянкам, насобирали досок, горбылей. Заколотили оконные проёмы, нашли дверь, сложили печку-времянку, грели руки. Ноги же примерзали к полу – там гулял ветер. Когда на улице стало теплее, намесили глины с мякиной и сделали фундамент на весь дом. Электричества, как и во всех окружных сёлах, не было – фашисты, покидая Ярополец, взорвали электростанцию.

Вместо светильников ребята приспособили стреляные гильзы. Сбоку пробили отверстие, чтобы можно было вешать на стену, вставили фитили, нашли керосин, из жести вырезали козырьки, чтобы потолок не коптился. Такое было освещение у первой избы-читальни, где по вечерам стала собираться молодёжь. Всем хотелось знать, что происходит на фронте, ведь газет не получали, радио не было

Антонина договорилась в воинской части о политинформаторе, он приходил, и время от времени читал им сводки Совинформбюро,

Ребята старались всё записывать. Разделили село на десятидворики, где собирались соседи, и пересказывали им то, что узнавали сами. Собираться приходилось не часто, так как продолжали работать на фронт – рыли оборонительный ров от деревни Петровское до деревни Кузяево протяжённостью в 11 километров.

Сильно промёрзшая земля поддавалась только лому и кирке. Дисциплина строгая, военная. Антонину назначили командиром роты. Её солдаты – 150 женщин, вооружённых лопатами.  Она вставала в пять утра и шла до трассы семь километров.

Бывало, придёт на объект, а многих людей на местах нет. Тогда ведь в каждом доме было горе. Расставит людей по трассе, а командир спрашивает, где остальные.

Приходилось возвращаться в Ярополец и выяснять причины отсутствия людей. С участковым милиционером, бывшим партизаном, они и обходили закреплённые за её ротой три деревни – Ярополец, Юркино и Большое Сырково.

Сколько же несчастий приносила людям война! Отцы, мужья, братья гибли на фронте. Освобождённые территории были напичканы минами, снарядами. Их ещё не успели обезвредить. От мин часто гибли дети из-за своего любопытства. Взрослым не было никакой возможности присматривать за ними – все работали от зари до зари на фронт, на победу.

 

Трудовой фронт 

Весна 1942 года. Наступила посевная пора. В колхозе «Призыв» было всё разрушено, нет ни одной лошади. Колхозное поле люди пахали на себе, впрягаясь по восемь человек в плуг. Плугом управлял Андрей Иванович, пожилой колхозник.

Как же тяжело было пахать вместо лошади! А первые пуды зерна для посева от станции Волоколамск тоже приходилось таскать на себе. Зерно засыпали в мешки по 15 – 20 килограммов и несли их 23 километра до Яропольца.

Сеяли вручную, разбрасывая семена по полю.

Осенью 42-го вернулся с фронта с изуродованной правой рукой машинист яропольской ГЭС Афанасий Иванович Иванов. Добираясь до села, думал, что сможет работать и с одной левой рукой. Но вот беда – электростанции нет, она взорвана немцами.

Не скрывая горьких слёз, он сказал: «Тогда я сам буду восстанавливать станцию». Попросил людей помочь ему. А кто остался в селе? Убитые горем матери да голодные подростки.

За рекой Ламой у деревни Юркино было много окопов и блиндажей. Женщины разбирали их, выкапывая брёвна на поверхность. Затем брали передок от телеги (две оглобли, два колеса да верёвки) и на нём перетаскивали брёвна за два – три километра к месту стройки. У Афанасия Ивановича был ещё один помощник – старичок Алексей Андреевич Кулаков, бывший лётчик, строитель, мастер на все руки. Он нашёл песчаную косу и сказал, что для строительства нужен песок. Так ещё и песок на носилках пришлось таскать за километр.

Здание электростанции люди общими усилиями построили. Но электрические столбы были повалены, провода оборваны. За помощью опять обратились в воинскую часть. 

И вот постепенно стали подключать к электролинии  деревню за деревней, и к 1948 году все деревни получили электричество.

Но это было в 48-м, а весной 1943 года надо было как-то обрабатывать землю и заниматься посадками. Комсомольцы села попросили у колхоза один гектар земли, обработали его, со скотного двора в корзинах натаскали навоз.

А где взять посадочный материал? У населения картофеля совсем не осталось. Часть забрали немцы, другая часть помёрзла, так как, уходя, немцы оставляли дома открытыми или вовсе сжигали.

Пошли по воинским частям, выпросили срезки с картофеля для посадки. За посаженными срезками ухаживали тщательно. Осенью получили неплохой урожай.

Собранным картофелем, который хранили в подполье избы-читальни, помогали многодетным семьям. Из эвакуации вернулись учителя. Им тоже выдавали картофель. И на весеннюю посадку оставили. Сколько радости было у молодёжи, ведь она своим трудом помогала людям.

А какие в деревне были сильные, ловкие женщины.

В поле приходилось работать по 10 – 12 часов. Была в селе такая Ольга Николаевна Климова, так она скашивала по гектару зерновых, а Антонина с напарницей завязывали за ней по 1300 – 1500 снопов пшеницы за день. Всё делалось вручную. Нужно было набрать снопы, свернуть поясок, связать и установить их в бабки. В селе такая выработка считалась рекордной.

Многие женщины от непосильного труда, плохого питания, нервного напряжения страдали куриной слепотой. Как только солнце пойдёт на закат, у них теряется зрение. Садится женщина на поле и плачет. Её ждут голодные дети, домашние дела, а она даже до дома дойти не может.

Не раз Антонина провожала таких женщин и помогала по хозяйству – натаскать воды и дров, приготовить немудрёную пищу.

Невозможно описать все дела, которыми приходилось заниматься молодёжи в те тяжёлые годы.

Но немцев всё дальше и дальше гнали на запад. Радостные вести с фронта вливали новые силы. У всех было одно желание – делать всё, чтобы приблизить долгожданный день победы.

С марта 43-го года Антонина была уже заведующей избой-читальней, как тогда говорили – избачём.

Во время войны фашисты сожгли сельскую библиотеку. Сгорело 25 тысяч книг. Став библиотекарем, она начала собирать книги. Кто-то из односельчан отдавал свои, у кого-то оставались библиотечные. Собирала книги и в Яропольце и по соседним деревням.

Вначале для библиотеки ей выделили одну неотапливаемую комнату при яропольском сельсовете. Она занялась её благоустройством. В комнате было две двери, одна входная, другая проходная, которую Тоня забила, к косякам прибила рейки, положила доски. Так получился её первый стеллаж из шести полок. Доски оклеила белой бумагой и расставила свой первый фонд – 153 книги.

Образование у Антонины было всего семь классов. Московская областная библиотека организовала заочные курсы для начинающих библиотекарей. Поступила на эти курсы и она, а району, как пострадавшему от оккупации, в виде шефской помощи выделили большое количество книг. Доставка на себе. Со станции Волоколамск идти пешком до села 23 километра.

Зима, дороги занесены снегом. Книги девушка перевязывала пачками наперевес через плечо и по сугробам несла в свою библиотеку. Идёт, голодная до головокружения, книги тяжёлые, одну ногу поставит в сугроб, а другую не знает, куда ставить. Но желание создать в селе хорошую библиотеку было непреодолимо.

В центре Яропольца стоял Народный дом, так его стали называть после революции 1917 года. Раньше в нём был трактир, после революции второй этаж превратили в клуб, а в 1951 году в Народный дом переехала библиотека, где и сейчас существует. В одной из комнат организовали читальный зал. Здесь же жители слушали лекции, беседы. По просьбе женщин Тоня организовала курсы кройки и шитья, Купить одежду было сложно, и женщины учились сами шить одежду для себя и детей.

В это время в библиотеке насчитывалось уже более 12 тысяч книг. Много тематической литературы выписывала молодая библиотекарь.

Рассказывает сама Антонина:

– Иду как-то домой, смотрю – на краю поля стоит трактор, а в нём копается Анатолий Куракин. Я пошутила, что, мол, Михалыч, не слушается он тебя. Куракин ответил, что вот трактор дали, а инструкции к нему нет. Узнав марку трактора, я выписала из районной библиотеки необходимую документацию.

Надо сказать, что мы часто выписывали необходимые книги, и нам никогда не было отказа.

За успехи в пропаганде книги наша библиотека в 1965 году получила диплом «Лучшая в РСФСР» и приз газеты «Известия».

К нам стали приезжать гости из соцстран – посещая библиотеку, они интересовались историей села, задавали вопросы о Пушкине, Гончарове, Чернышевском, декабристах.

И я занялась изучением истории села Яропольца.

Материалы об исторических событиях края накапливались. Хранились они в читальном зале. Количество документов, фотографий, экспонатов и живой интерес людей к этому натолкнули на мысль о создании музея. Моя задумка нашла положительный отклик в районе и в Москве.

И вот 23 ноября 1969 года в селе был торжественно открыт краеведческий музей.

А в 1987 году он получил почётное звание «Народный краеведческий музей села Ярополец».

Я и сейчас продолжаю собирать материалы для музея и вести экскурсии для посетителей.

 

18 мая 2013 года Антонине Павловне исполнилось 89 лет. Для неё это двойной праздник, так как 18 мая ещё и международный день музеев.

Сельский библиотекарь, создатель и бессменный директор Яропольского краеведческого музея, заслуженный работник культуры РФ, она до сих пор является хранителем и гидом своих любимых детищ – музея и библиотеки.

– Я счастлива, что всё ещё работаю и несу радость людям – сказала Антонина Павловна в конце нашей встречи.

 

Село Ярополец, 2013 г.

Небольшое путешествие по западному Подмосковью 

 

 Волоколамск

Если на стации Тушино сесть на электричку, то уже через два с половиной часа можно гулять по городу Волоколамску.  По преданию этот город был заложен в 1054 году Ярославом Мудрым, но официально годом его рождения считается 1135 год. Это самый древний город Московской области. 

Среди невысоких холмов на берегу реки Городёнки, впадающей в Ламу, где торговый люд перетаскивал волоком свои ладьи с товарами из одной реки в другую, возникло поселение Волок на Ламе или Волок Ламский.

Находясь на торговом пути из Новгорода в московские земли, Волок на Ламе долго оставался центром притяжения для русских князей и иноземцев. За сотни лет поселение разрослось, но и многократно подвергалось пожарам и разорениям. И только в XV веке Волоколамск вошёл в состав московского княжества.

С перемещением торговых путей город утратил своё прежнее значение и превратился в провинциальный уездный город.

Раскинувшийся на холмах Волоколамск удивительно живописен.

В излучине реки Городёнки сохранились земляные валы древнего кремля, заложенного в XII веке Андреем Боголюбским. Сегодня на территории восстановленного кремля расположен музейно-выставочный комплекс.

Медленно поднимаюсь по высокому холму в кремль. При входе посетителей встречает композиция из трёх деревянных скульптурных фигур, личности которых в прошлом способствовали развитию и процветанию Волока Ламского.

Это – последний Волоцкий князь Фёдор Рюрикович, правивший с 1494 года, фигура купца, держащего над головой символ путешествия – ладью, и, наконец, гусляр с гуслями, создатель былин и сохраняющий подлинную русскую культуру.

Чугунная ограда конца XIX века, отделяющая кремль от города, достойна особого внимания. Опорные столбы из красного кирпича со шпилями на конце стоят точно выстроившиеся воины, готовые к бою.

С кремлёвских валов хорошо видны Покровская церковь (1695 г.) и бывший Успенский собор. Из памятников гражданской архитектуры представляют интерес городской административный комплекс, выполненный в стиле ампир, и асимметричное здание пожарного депо с элементами модерна.

В кремле сначала осматриваю белокаменный Воскресенский собор конца XV века в стиле московского зодчества – самое древнее сооружение города. Однокупольный храм, украшенный терракотовым фризом, с изысканными пропорциями, передающими суровый характер эпохи его создания. На северо-восточном столпе сохранился фрагмент росписи конца XV века.

Многоярусная колокольня служит высокой доминантой комплекса.

В конце XIX века на территории кремля возведён кирпичный Никольский собор. В убранстве его использовались архитектурные мотивы XVII века. Сегодня это музей истории города и самого кремля.

Захожу в музей. Экспозиция начинается с истории края. Особое внимание уделено роли волоковых путей и интересной информации о дворянских усадьбах Гончаровых и Чернышёвых в Яропольце.

 

Ярополец 

Добраться до села Ярополец можно на автобусе, но, чтобы не терять время на его ожидание, проще доехать на такси или на попутке, поскольку расстояние от Волоколамска до села всего-то километров двадцать.

В Яропольце я не первый раз и мне здесь многое уже знакомо. Год назад в местном музее я познакомилась с удивительной женщиной – Антониной Павловной Кожемяко, о которой написала очерк. Именно она создатель и бессменный директор яропольской библиотеки и краеведческого музея, расположенного с давних времён в бывшем Народном доме.

И я снова иду на встречу с героиней моего очерка, чтобы поздороваться и поклониться ей за невероятную преданность своему делу.

Девяносто лет исполнилось Антонине Павловне, но она продолжает с жаром и любовью рассказывать экскурсантам об истории создания ещё в военные годы библиотеки, музея, об истории своего края.

Двухэтажное здание музея тоже имеет свою историю.

Старожилы рассказывают, что в 1920 году жители села и окрестных деревень решили своими силами построить гидроэлектростанцию. В ближайшем лесу нарубили и заготовили брёвна, собрали из них небольшое здание на месте бывшей мельницы Чернышёвых, а где раздобыть динамо-машину, силовой агрегат ­– проблема.

Случайно до них дошёл слух, что в деревню Кашино в 15 километрах от Яропольца на открытие первой тепловой электростанции приехали В. И. Ленин и Н. К. Крупская. Они быстро отправляют своих делегатов к Ленину и те просят его приехать к ним, посмотреть и помочь с их гидроэлектростанцией.

И вот к Народному дому подкатывает автомобиль и из него выходят Владимир Ильич и Надежда Константиновна. Они идут через «живой» коридор, поднимаются на второй этаж. Здесь, выступая перед крестьянами, В. И. Ленин хвалит людей за их инициативу и обещает помочь в короткие сроки.

И, действительно, уже через неделю из Москвы приезжают специалисты, доставляется динамо-машина. И в 1920 году заработала первая в России Яропольская гидроэлектростанция. В память об этих событиях на небольшой площади напротив музея установлены два бюста – В. И. Ленину и

Н. К. Крупской, а на здании музея – мемориальная доска с датой выступления Ленина.

В 1941 году электростанция была разрушена. Но в настоящее время восстановлена как музейный памятник истории.

Ярополец одно из древнейших сёл Подмосковья, известное с XII века, в котором находятся удивительные памятники архитектуры XVIII века – усадьбы Гончаровых и Чернышёвых. С 1684 года село принадлежало украинскому гетману Дорошенко. Сегодня над его могилой восстановлена часовня, установленная Гончаровыми по совету Пушкина.

После смерти гетмана его имение поделили два сына. Южная часть отошла Дорошенко-Загряжским, а с 1825 года стала принадлежать Н.И.Гончаровой, родственнице Загряжских. Северная часть, доставшаяся другому сыну, в 1717 году была продана фельдмаршалу Г. П. Чернышёву.

Впоследствии возникли два самостоятельных дворцово-парковых ансамбля Гончаровых и Чернышёвых.

Усадьба Гончаровых в стиле классицизма сложилась ещё в середине XVIII века. Изящный дом, украшенный лоджиями и колоннами, соединён крыльями-галереями с двумя флигелями. Сегодня там устроен музей с живописными картинами и семейными фотографиями родственников и друзей Гончаровых – Пушкиных.

Расположенные напротив дома конюшня и каретник образуют вместе с домом овальный двор. За пределами парадного двора находятся оригинальной архитектуры дом управляющего, корпуса ткацких мастерских с изящно обработанными фасадами, красивая Екатерининская церковь с двухъярусной колокольней, увенчанной шпилем.

Обхожу церковь слева. Узкая дорожка, заросшая высочен-ным борщевиком с белёсыми цветочными шляпками, спускаясь вниз, выводит к пруду. У воды тихо, спокойно, безлюдно, несмотря на то, что в усадьбе в настоящее время

работает санаторий.

Обрамлением усадьбы служит пейзажный парк, с причудливой оградой, зубчатыми башнями и павильоном в псевдоготическом стиле.

Усадьбу в 1833-1834 годах посещал А. С. Пушкин и перед главным домом возвышается его бюст.

В доме на стене холла висит схема генеалогического древа Гончаровых. Долго можно рассматривать эти ветви – их так много!

Поднявшись на второй этаж, я заглянула в одну из комнат. В небольшом помещении со скошенным углом и очень высоким потолком никого не было. Стояли две кровати и прикроватные тумбочки советского времени. Интересно, что чувствуют люди, отдыхающие в этом санатории? Наверное, неуютно жить и отдыхать в таком историческом месте.

Усадьба Чернышёвых при жизни фельдмаршала была превращена в роскошную резиденцию, которую современники сравнивали с Версалем.

На верхней террасе расположены сильно пострадавший от времени, но сохранивший следы былого величия, дворец, соединённый галереями с хозяйственными постройками. Перед домом остались чугунные ворота с башнями в виде крепостных сооружений средневековья. Сохранился регулярный парк с гранитным обелиском в честь посещения усадьбы Екатериной II. Напротив главного дома высится двухкупольный храм, в восточной части которого расположена Казанская церковь, а в западной – родовая усыпальница. В 1941 году село было оккупировано немцами, и усадьба здорово пострадала.

Побродив вокруг разрушенной церкви и постояв у огороженной усыпальницы, с надеждой на будущее восстановление уникальных памятников архитектуры, в создании которых принимали участие видные зодчие XVIII века Казаков, Баженов и их ученики, я возвращаюсь в Москву. 

Июнь, 2014 г.

Один день в Витебске 

Недалеко от Смоленска на берегах Западной Двины, несущей свои воды в Балтийское море, и её притоке Витьбы расположен белорусский город Витебск.

Отдыхая в смоленском санатории, мы с подругой решили съездить на один день в этот город.  Ясным солнечным осенним утром, заказав такси, мы отправились в недалёкий путь. 

Границу с российскими паспортами пересекли без особых проблем, так как у водителя было разрешение на проезд в Белоруссию. Примерно через два часа мы уже были в центре города на небольшой площади Тысячелетия, где на нашу удачу проходила экскурсия. Присоединившись к небольшой группе, прислушались к рассказу гида.

По легенде город был основан в 974 году киевской княгиней Ольгой. Возвращаясь из похода на печенегов, она облюбовала это место, заночевала здесь и велела заложить на этой горе замок. Считается, что с этого и началась история Витебска.

 

Городские площади 

На площади Тысячелетия в XII веке была построена Благовещенская церковь – одна из самых древних церквей города. Это первый каменный храм в Витебске. Со временем он перестраивался, надстраивался, а в 1961 году по приказу городских властей вообще был взорван.

Спустя тридцать лет было решено возродить церковь в её первоначальном виде, и в 1998 году она была восстановлена. Таким мы и видим этот действующий храм сегодня. Войти внутрь не удалось, так как там шла служба.

Здесь же на площади стоит небольшая деревянная церквушка Святого Александра Невского, построенная в 1993 году как временная до окончания реставрации Благовещенской церкви. Но временное, как часто бывает, становится постоянным.

Следующая площадь, куда мы пришли, была площадь Свободы, бывшая Соборная.

Её украшает здание Окружного суда. П-образная в плане постройка дополнена боковыми крыльями разной длины, а широкая литая металлическая лестница до сих пор украшает её интерьер. Элементы неоклассицизма и модерна в оформлении фасада позволяют отнести здание к числу наиболее интересных памятников архитектуры конца XIX века.  В настоящее время в нём находится художественный музей, достойный особого внимания, но посетить, к сожалению, его не удалось из-за недостатка времени.

Самая большая площадь в городе – площадь Победы.

Она имеет форму прямоугольника, с трёх сторон ограничена жилыми и общественными зданиями, а четвёртая сторона обращена к Западной Двине.  На площади находится Мемориальный комплекс в честь советских воинов-освободителей, партизан и подпольщиков Витебщины.

Во время Великой Отечественной войны оккупанты создали в городе пять лагерей смерти, в которых было уничтожено более ста тысяч военнопленных и мирных граждан.

Мемориал сооружён в 1974 году. Главный монумент его – три высоких трапециевидных обелиска, у подножья которых горит вечный огонь. К нему подходят два бассейна и пилоны с датами войны.

С площади Победы переходим в парк Победителей, где вдоль аллеи Воинской Славы выставлена боевая техника времён Великой Отечественной войны – танки, артиллерийские орудия, самолёты, полевая кухня.

Детишки с удовольствием лазают по этой технике. Запрета нет. Счастье, что для них это просто развлечение. И пусть они никогда не столкнутся с тем, что пришлось испытать и пережить их дедам и прадедам.

Останавливаемся ещё на одной небольшой площади – Ратушной. В начале ХХ века ансамбль её составляли здание городской ратуши, православная Воскресенская церковь и католический костёл Святого Антония. Сегодня костёла нет, а на его месте работающий фонтан обливает высокими струями аллегорические женские фигуры, символизирующие слияние трёх рек – Двины, Витьбы и Лучосы.

Иван Бунин в своём романе «Жизнь Арсеньева» писал, что в костёле св. Антония он впервые услышал звуки органа и они его так потрясли, ему казалось, будто нет на земле более дивных звуков, чем эти грозные, скрежещущие раскаты, гул и гром.

Воскресенская церковь, возведённая в традициях позднего барокко, своей высотой, богатым декоративным украшением фасада производит огромное впечатление.

Первая деревянная церковь на этом месте была построена в конце XVI века, а каменный храм заменил её только в XVIII веке. Он долго оставался одним из главных украшений исторического центра Витебска, пока не был, как и другие, взорван. Так советская власть боролась с религией.

Шестьдесят лет на месте церкви зеленела лужайка, где в праздничные дни устраивались концерты. И только в 2009 году восстановленная Воскресенская церковь вновь заняла своё место.

Визитной карточкой Витебска считается Свято-Успенский кафедральный собор. Он возвышается на Лысой горе и доминирует над городом.

В XV веке на этом месте стояла православная церковь во имя Пресвятой Богородицы. Бурные вековые исторические события меняли облик храма. В XVIII веке на этом месте был выстроен каменный храм, который стал называться Успенским собором. После революции он был закрыт, а в 1936 году взорван. И только через семьдесят лет собор был восстановлен и освящён.

В 2013 году перед Успенским собором установлен памятник патриарху Московскому и Всея Руси Алексию II.

С двинской кручи спускаемся на улицу Пушкина к миниатюрному памятнику Александру Сергеевичу, установленному в честь 190-летия со дня его рождения. Пушкин дважды проезжал через Витебск. В 1820 году, отправляясь в южную ссылку и четыре года спустя по дороге из Одессы в село Михайловское.

                  Музеи Шагала 

Оказавшись в Витебске, невозможно не побывать в доме-музее Марка Шагала.

В начале 1900-х годов дом построил отец художника. Детские и юношеские годы Марка прошли здесь.

Музей был открыт в 1997 году. В нём представлены предметы быта того времени, фотографии, копии архивных документов, рассказывающие о годах жизни Шагала. Во дворе установлен памятник художнику со скрипкой в руках под названием «Витебская мелодия на французской скрипке». Вместо смычка у Шагала кисточка, дека скрипки – Эйфелева башня, а сама скрипка – город Витебск.  Скульптор Валерий Могучий изобразил художника сидящим на ослике, во рту которого василёк – любимый цветок Шагала.

Недалеко от дома на Покровской улице установлен ещё один памятник Марку Шагалу. Там он изображён сидящим в низком кресле, держащимся за голову, вроде как с головной болью, над ним летящий ангел-хранитель. В народе этот памятник прозвали в шутку «памятник цитрамону».

С именем Шагала связано ещё одно здание на улице газеты «Правда». В 1918 году в этом доме Марком Шагалом было открыто Народное художественное училище – школа искусств, куда в качестве преподавателей были приглашены художники из Москвы и Петрограда.  В стране шла гражданская война, в столицах было холодно и голодно, поэтому переезд в провинцию, где выжить было проще, для многих представлялся привлекательным.  И на предложение Шагала в Витебск приехало созвездие замечательных художников – Казимир Малевич, Роберт Фальк, Мстислав Добужинский и много других. Каждый из них получил под крышей шагаловского училища полную свободу и в проявлении собственного творчества и в работе с учениками.

Усилиями Марка Шагала и преподавателями училища в Витебске был создан Музей современного искусства. Если бы коллекция этого музея сохранилась, это было бы большим достоянием города.  Но участь музея печальна. Часть картин была отправлена в Петроград, часть в Минск, но большая часть утрачена. Развал музея начался в 1920 году, когда Марк и другие художники уехали из города.

Сегодня здание бывшего Народного художественного училища принадлежит музею Витебского современного искусства, где предполагается организовать экспозицию, рассказывающую о традициях того времени.

Из современных сооружений интересен концертный зал под открытым небом на улице Фрунзе, куда мы случайно забрели. Это главная сценическая площадка Международного Фестиваля «Славянский базар в Витебске». Первый фестиваль здесь проходил в 1988 году. Крыша зала представляет собой высокую ажурную металлическую конструкцию, а зрительный зал в форме амфитеатра вмещает более шести тысяч человек.

Рядом с театром открыта аллея лауреатов, выложенная плитами с их именами на фоне шагалового василька ­– символа фестиваля.

Побродив ещё немного по улочкам старого города, отведав в кафешке белорусских драников, мы с тем же водителем, договорившись с ним заранее, вернулись в Смоленск. 

Октябрь, 2013 г.

Хошимин 

Часто этот вьетнамский город до сих пор называют Сайгоном. Такое название он имел до 1975 года, когда при воссоединении северного и южного Вьетнама был переименован в Хошимин.

Первая экскурсия, конечно, в музей военной истории. Слишком жестокую войну пришлось пережить стране, чтобы не говорить об этом.

Интересная часть экспозиции находится перед зданием музея, где размещены американские вертолёты, истребители и другая военная техника. В самом музее фотографии и стенды, которые со всеми шокирующими подробностями рассказывают об освободительных войнах с Францией и Америкой.

Следующий объект – собор Нотр-Дам, построенный французами в 1880 году.

Две изящные башни красного кирпичного собора уходят высоко в небо, а его скромный внутренний интерьер заметно оживляют красочные витражи.

А неподалёку находится грандиозное здание почтамта, которое можно принять за вокзал XIX века с великолепной арочной крышей – творением Гюстава Эйфеля. Внутри здания на торцевой стене помещён огромный портрет Хо Ши Мина.

У старинного деревянного стола на скамье каждый день сидит 95-летний старик и пишет письма для всех желающих на английском, французском, вьетнамском языках. На русском он знает только одно слово – «здравствуйте». Об этом рассказал наш гид Чон и показал место, где этот старик обычно сидит. На вопрос, как зовут старика, Чон ответил, что все зовут его просто «Дед».

Два раза приходила я на почту, хотела познакомиться и сфотографировать Деда, но его не было. Может, заболел, ведь ему 95 лет.

Во Вьетнаме средняя продолжительность жизни для мужчин 70 лет и 75 – для женщин, и это несмотря на пренебрежительное отношение к гигиене.

Однажды мы были свидетелями такого действа.

Наш автобус долго стоял у отеля и мы из окон могли наблюдать, как пожилая худенькая вьетнамка, сидя на корточках перед немудрёным очагом прямо на асфальте, готовила стейки для завтрака. Пока угли разгорались женщина сняла с ноги шлёпанец и протёрла тряпкой ступню, протёрла шлёпанец сверху, и подошву не забыла протереть. Потом проделала то же самое со второй ногой, протёрла перед собой асфальт, а затем этой же тряпкой стала протирать одну тарелку за другой.  Наблюдавшие в автобусе так и ахнули.  Готовые стейки женщина перекладывала на «чистые» тарелки.

Но также я видела, как рано утром в сквере перед отелем вьетнамцы начинают свой день с гимнастики тай-цзи, упражнений на растяжку и игры в бадминтон.

Гуляя по городу можно увидеть на большой красочно оформленной эстраде концерты народной музыки и танцев. Причём в танцах-аэробике участвуют все желающие под руководством организатора, а в скверах установлены бесплатные тренажёры, на которых крутятся, качаются, вертятся взрослые и дети.

К сожалению, прогулку в Хошимине, да и в других городах, огорчает неисчислимое множество мопедов, мотоциклов, велосипедов и других транспортных средств, которые несутся мощным потоком, не сбавляя скорости и не уступая пешеходам, и надо как-то умудриться перейти между ними дорогу. Главное в этом деле, советует гид, идти медленно и только вперёд.

 

Почти детективная история 

И всё-таки напротив нашего отеля сбила меня девица на мотобайке.

Из гостиницы выскочил служащий с какой-то спасательной жидкостью и показал, что надо быстрее растирать раненую ногу. Девица же постояла, глядя на меня с виноватым видом и снова умчалась в густом потоке таких же мото-байков, -циклов и всяких других «мото».

После этого случая переходить дорогу одной стало ещё рискованнее и я стала к кому-нибудь пристраиваться.

Как-то вечером, уже совсем стемнело, переходя через большую площадь от собора Нотр-Дам, я пристроилась за молодой девушкой. Машин в этот раз было немного.

Иду и рассуждаю: «Какая красивая фигурка у этой современной вьетнамки – короткое чёрное платьице, стройные ножки, на согнутой руке чёрная сумочка. Интересно, куда она идёт? Я всё равно гуляю, пойду-ка я за ней».

Мы пересекли мрачноватую площадь, девушка, назову её Ветой, впереди, я – за ней. Она вышла на ярко освещенную улицу, затем свернула налево и направилась к современному сияющему огнями зданию, доминирующему над соседними домами.

Открыв большую, тяжёлую дверь она вошла в здание.

«Ну, меня-то туда, скорее всего, не пустят» – подумала я, но потянула за ручку массивной двери и тоже вошла. Меня никто не остановил.

Девушка уже шагнула на эскалатор, который двигался вниз. Я поспешила за ней.

Здание оказалось огромным многоэтажным магазином с кафешками и ресторанами. Но Вета явно не собиралась ничего покупать.

Эскалаторы по спирали большого диаметра уходили глубоко вниз. В центре этого большого «колодца» висела великолепная люстра. На этажах за столиками сидели люди, бегали дети.

Девушка спускалась всё ниже и ниже.

«Может, она здесь работает», – рассуждала я, продвигаясь за ней. Девушка не чувствовала слежки и не разу не оглянулась.

Наконец на «минус энном» этаже она сошла с эскалатора

и направилась к стеклянной двери, автоматически раздвинувшейся перед ней. Я – туда же.

И увидела … игорный зал. За столами сидели мужчины и женщины по двое, по трое и даже кое-где по одному. Вета подошла к одному из столов и стала наблюдать за игрой. Я подошла к тому же столу и встала напротив.

Наконец-то я смогла рассмотреть её. Милое личико, прямые чёрные волосы до плеч. На меня не обращает никакого внимания.

Игроки за столом вытаскивали из холщёвых мешочков фишки и выкладывали их на стеклянную поверхность стола, под которой автоматически менялись картинки и надписи.

Постояв, минут пять, Вета отошла к другому столу. Я снова за ней. Она села, вытащила из сумочки такой же серый мешочек и выбросила несколько фишек на стол.  Удивительно, что она так и не взглянула на меня ни разу, хотя я следовала за ней от самого собора.

Понаблюдав за её игрой минут десять, бесполезно пытаясь понять смысл игры перед тем, как покинуть игорный зал, я решила сделать пару снимков. Но стоило мне вытащить фотоаппарат, как передо мной возник охранник с суровым лицом. Хорошо, что хоть аппарат не отобрал.

Девушка Вета осталась играть, а моя игра в детектив на этом закончилась.

 

Остров Тхай Шон 

Огромный район южнее Хошимина в дельте реки Меконг включает множество протоков, каналов, рисовых полей и речных плавучих деревень. И мы, группа из двадцати человек, плывём на небольшом кораблике, чтобы всё это увидеть.

Поразительно, но на воде в домах на сваях есть телевизоры, балкончики, украшенные цветами, и даже собаки бегают по узкому деревянному помосту. Здесь же огорожены небольшие бассейны, где имеется запас живой рыбы для продажи.

У одного из островов пересаживаемся в лодки по пять человек в каждой. Худощавая вьетнамка неопределённого возраста в неизменной конической шляпе оттолкнула длинным веслом лодку от берега, и мы продолжили путь по узкому каналу.

Справа и слева непроходимые джунгли. Мангровые заросли, деревья и стволы водяного кокоса почти цепляются за лодку.

Зелёный цветущий остров Тхай Шон – просто райский уголок. Туристам здесь всегда рады. Удивительный обед из национальных блюд был приготовлен для нас. Об этом стоит рассказать.

На столах с белыми скатертями уже стояли приправы, специи и в небольшой миске вода. Рассуждая, кто-то предположил, что вода, возможно, для мытья рук, но для пяти пар рук (за столом нас было пятеро) этой воды слишком мало.

Сидим, ждём.

Подходит девушка-официантка и молча ставит (именно ставит) на середину стола небольшую запечённую рыбу «Ухо слона».

Мы опять в недоумении – как же эту рыбу есть? Но вот официантка приносит «веер» из каких-то прозрачных пластин и начинает готовить для нас первое блюдо.

Она берёт из «веера» лист, опускает его в миску с водой, (вот, оказывается, для чего была приготовлена вода), он становится мягкий, эластичный этот рисовый лист. Девушка отщипывает кусочки рыбы и начиняет лист рыбой, рисовой вермишелью, пророщенными бобами, зеленью. Полученные голубцы раскладывает по тарелкам.

Затем она принесла суп Фо с лапшой, потом на столе появился кокос, наполненный рисом на гарнир к тушёной свинине, был подан салат с курицей, морковью, арахисом, базиликом и ещё с чем-то. Блинчики с проросшими бобами и, конечно, чай из ароматных трав. Всё было красиво, много и очень вкусно.

На острове организовано совсем небольшое предприятие  по изготовлению конфет из кокосового молока.  Всего четыре-пять человек занимаются этим.  Варят, иногда добавляют пряности, вытягивают полученную сгущёнку в полосу, режут, заворачивают в обёртки и готовый ирис тут же продают.

Побродив по этой части цветущего острова, достойного фотосъёмки, и накупив местных сувениров, мы по узкой тропе среди густой непроходимой зелени, вытянувшись в цепочку, выходим к дороге.

А дальше лошадки, впряжённые в тележки, доставляют нас к берегу. Снова рассаживаемся в лодки и отправляемся в обратный путь. Сначала в Хошимин, а затем и в Москву.

Вьетнам сегодня – умиротворённая страна. На её территории располагаются красивейшие пляжи и бухты, в городах красуются древние дворцы и буддистские постройки, а местные жители по-восточному улыбчивы и дружелюбны. 

Январь, 2013 г.

Страна древних цивилизаций 

Три часа перелёта из Москвы и мы в Стамбуле. Отдохнув один день, я и двое моих друзей, разместившись в междугороднем туристическом автобусе, вместе с другими единомышленниками отправились в недельное путешествие по стране.

 

Пещерный город 

На рассвете над Каппадокией в небо поднялись десятки разноцветных воздушных шаров. В корзине одного из них находилась и я.  Шар набирал высоту, а мы ждали восхода солнца. Все взгляды устремлены на восток.  И вот, наконец, оно медленно стало появляться из-за гор, освещая и расцвечивая панораму одного из прекраснейших видов на земле – огромное горное плато, усыпанное церквями, монастырями и домами, вырубленными в скалах.  Шары то поднимаются, то снижаются, разворачиваются, давая возможность обозревать огромные пространства этой удивительной «планеты Каппадокия».

Приземлились мы на платформу грузовика и какое-то время ещё сидели в корзине (нас было 18 человек), пока рабочие не погасили купол шара. Борта корзины довольно высоки и выбраться из неё трудновато, поэтому женщин мужчины снимали на руках.

И вспомнился мне эпизод из детства, когда Дед Мороз вот так же вынимал меня, шестилетку, из сундука и ставил к ёлке в детском саду, где я исполняла танец заводной куклы. Он «заводил» меня и я начинала двигаться.

Здесь вместо ёлки нас ожидал стол с шампанским и церемония вручения сертификатов за смелый полёт над Каппадокией – одним из самых необычных районов Турции.

Формирование этого ландшафта началось много веков назад во время извержений вулканов, окружающих местность.

Находки, обнаруженные во время раскопок в этих местах, говорят о том, что первые поселения в районе Каппадокии появились за семь – восемь тысяч лет до н.э..

Отложения в виде пепла, лавы, обломков и глины подняли уровень земли более чем на 300 метров и образовали рельефное плоскогорье. За миллионы лет вулканический пепел превратился в мягкий камень – туф.  Вода и ветер создали в туфе глубокие изрезанные каньоны, а в них – каменные столбы и «заросли» гигантских каменных грибов.  Такое чудо природы! Ходишь среди всего этого, и удивлению нет предела.

Местные жители научились выдалбливать в мягком туфе жилища, а в византийскую эпоху здесь возникли первые христианские монастыри. Монахи вырубали в конусообразных скалах кельи и храмы и покрывали стены фресками.

В монастырском горном комплексе Гореме (ударение на последнем слоге), куда мы поднялись, огромное множество строений IX, Х и XI веков.  Это и церковь св. Варвары, и церковь св. Катерины, молельня, Девичий монастырь. Церквей в скалах так много, что все не перечислить. Начиная с III века, Каппадокия становится центром христианской религии и на стенах многих церквей видны фрески с изображением сцен из Старого завета и жизни Христа. Особенно хорошо сохранились они в церкви св. Иоанна.

 

Подземные города 

Удивительны подземные города Каппадокии. По крутым ступеням спускаемся в один из них – в город Диринкую. По узким, низким и тёмным переходам, согнувшись, чтобы не ударить голову, переходим из одного помещения в другое.  В городе, который мог вместить до 30 тысяч человек, на глубине 85 метров выстроено, а точнее, выдолблено девять этажей.  Люди, жившие в этом регионе, в случае необходимости или войны прятались в таких подземельях, защищая свою жизнь и собственность. Более двухсот подобных поселений было построено в Каппадокии, начиная с Х в. до н.э..

Город Диринкую, где мы бродим, полностью оборудован для жизни человека в условиях изоляции. Имеются даже широкие загоны для животных, вентиляционные шахты, глубокие колодцы грунтовых вод, места для поклонений и молитв, спальни, кухни, «зал для конференций», помещения  для продуктовых запасов, печи, туалеты и трубы-каналы  для связи с внешним миром.  Каждый вход замаскирован и мог быть быстро заблокирован огромным камнем. Такие же камни блокировали ходы на этажи подземелья. А сами ходы строились с расчётом запутать непрошеных гостей, поэтому опасно сворачивать в сторону – можно заблудиться.

Пройдя за гидом по двум этажам города, выходим на поверхность земли.

Танцующие монахи 

Караван-сараи – места, где с XIII века останавливались торговцы-кочевники для отдыха на длинном караванном пути. Строились такие постройки на расстоянии километров сорока одна от другой, так как животные не могут преодолеть большее расстояние без отдыха. Сейчас караван-сараи используются как гостиницы или культурно-развлекательные центры.

В Каппадокии мы были приглашены на вечерний ритуал дервишей, проходивший в караван-сарае.

Своим видом караван-сарай напоминает крепость, так как нападение разбойников на придорожные гостиницы в те времена происходили очень часто. Стены возводились таким образом, чтобы могли выдержать нападение и недолговременную осаду.

Входим через величественные арочные ворота на территорию, окружённую высокой каменной стеной.

Первый двор представляет собой большой четырёхугольник с действующим фонтаном в центре. Вдоль стен открытые веранды с низкими столиками и креслами для отдыха, тёплая столовая, кухня, место для молитвы и комнаты для хозяев.

Через галерею проходим во второй двор. Это закрытое помещение предназначалось для животных, проводники же поднимались на крышу и там спали. А в холодное время года они ночевали вместе с животными. Сегодня этот караван-сарай служит местом проведения  молитвенных ритуалов дервишей, которые они демонстрируют посетителям.

Кто же такие дервиши?

В переводе с персидского это слово означает «бродячие бедняки». Но к турецким дервишам это определение явно не подходит.  Члены мусульманского религиозного братства, которых мы увидели, скорее, напоминают артистов, а их ритуал – настоящий спектакль.  Сначала группа монахов в чёрных одеяниях и высоких фетровых шапках конической формы ходят по кругу с молитвой на устах. Затем в действие вступает квартет музыкантов.  Начинают звучать заунывные звуки нея (подобие флейты), к ним постепенно присоединяются уд и канун – струнные щипковые инструменты и, наконец, громкие удары ручной  литавры – тамбуры. Ритм музыки становится всё интенсивнее, словно гипнотизируя зрителей и исполнителей ритуала. Дервиши сбрасывают чёрные одежды и остаются в белых рубахах и широчайших юбках. Со скрещенными на груди руками они кланяются своему наставнику, который остаётся в чёрной мантии, а затем, обойдя на площадке круг, начинают вращаться.  Их головы запрокинуты, руки поднимаются, причём правая ладонь повёрнута вверх, чтобы получить божье благословение, а левая – вниз, передать его на землю.  Дервиши кружатся на одном месте так долго, что удивляешься, как они не падают от головокружения. Минут через десять останавливаются, проходят по кругу и вновь их захватывает вихрь вращений. Длинные широкие юбки белоснежным колоколом окружают каждого из них.  Заходов во вращение после короткой остановки у дервишей пять или шесть.  Мистический ритуал заканчивается тем, что они снова надевают чёрные накидки, кланяются старшему монаху, выстраиваются в цепочку и уходят с арены. 

Красивая церемония.

 

Конья – город икон 

Город Конья считается одним из самых религиозных в Турции. С греческого он переводится как «город икон». Именно в Конье жил основатель ордена крутящихся дервишей Мевлан Руми. В средние века основанное им братство привлекало огромное количество паломников мусульманского мира. Судя по обнаруженным при раскопках предметам VII века до н.э. Конья – один из древнейших городов Турции.

XII-XIII в.в. стали периодом расцвета Коньи. Город украсили дворцы, мечети, медресе и мавзолеи. Вокруг города были возведены мощные стены, однако они не спасли Конью в XIII веке от нашествия монголов.

Проезжая через город, мы побывали в музее Мевлана и музее ататюркской культуры, где представлены небольшая мечеть, комната чтения, предметы турецко-исламского искусства, кельи дервишей. Музей Мевлана – один из лучших музеев Турции, расположенный в старинной гостинице XVI века, которую турецкий султан подарил основателю дервишского ордена. 

Комплекс зданий включает семахане для ритуального  вращения, библиотеку, жилые и учебные помещения. Главная достопримечательность музея – мавзолей с гробницей самого Мевлана Руми (1207–1273).

Рядом находятся саркофаги его жены и детей, а также потомков и последователей его учения.

 

«Хлопковый» замок 

На поверхности земли в тени облаков раскинулись белоснежные травертиновые террасы Памуккале. Природная красота этих гор превосходит все ожидания.

Ярко-белые образования возникли на склоне горы Чалдаг в результате отложения солей из богатых кальциевых источников. Прекрасные белые, словно из хлопка, горы, по которым течёт горячая минеральная вода, и огромное число естественных бассейнов манят к себе.

Разуваемся и топаем босиком по белоснежному простору.

Несколько лет назад посетителям и туристам разрешали купаться прямо в расположенных на террасах водоёмах, но теперь проход к ним закрыт. Но окунуться в горячие источники минеральной воды можно в «Священном бассейне Клеопатры». Там берёт начало большая часть ручьёв, создающих травертиновые образования. Вода в бассейне почти круглый год имеет температуру +35 градусов.

По легенде несколько столетий тому назад Клеопатра, прославившаяся своей небывалой красотой, почувствовала, что её красота понемногу увядает. И она приказала своим солдатам найти и принести лечебную воду, с помощью которой сможет продлить молодость и красоту.

Воины разошлись по всему свету в поисках чудодейственной жидкости для своей царицы. Одним из таких мест, куда они добрались, оказался бассейн на территории Памуккале. Умывшись привезённой воинами водой, Клеопатра увидела, как разглаживаются морщинки на её лице и, не теряя времени, отправилась к этому бассейну, чтобы окунуться в  него.

Хочется верить в сказку.

И я надеваю купальник и тоже вхожу в тёплую прозрачную воду бассейна Клеопатры.

Рядом с естественным чудом природы Памуккале раскинулся античный Иераполис.

Город был основан во II веке до н.э. и входил в состав Римской империи.

По одной из версий он был назван в честь Гиеры (Гиераполис), жены Телефоса, легендарного основателя города Пергама.

Иераполис часто разрушался землетрясениями, но в II – III веках н.э. постепенно восстанавливался.

Идём по улице древнего города. Не очень мощные стены окружали город. За пределами стен огромное античное кладбище. Склепы, выстроенные из мрамора и известкового камня, хранящие прохладу и сумрак, вот уже двадцать веков, поражают своими размерами.

Но самым величественным произведением архитектуры стал неплохо сохранившийся театр. Его строительство длилось 144 года. На барельефных фризах театра изображены религиозно-обрядовые сцены и мифологические темы войн между божествами и чудовищами.

В конце XIX века начались раскопки города, а позже ЮНЕСКО включила Памуккале и Иераполис в список мирового наследия.

 

Троя 

Более десяти лет длилась троянская война. Погибли тысячи славных воинов за эти годы. Причиной жестокой войны по легенде стало похищение троянским царевичем Парисом красавицы Елены, супруги спартанского правителя Менелая.

Троя была разрушена и в финале этих событий – исчезновение одной из древнейших цивилизаций.

Для осмотра руин Трои идём по круговому маршруту.

Лучше всего сохранились восточные стены, толщиной до  четырёх метров и высотой метров шесть, и городские ворота (1700 г. до н.э.). Облицованный камнем пандус ведёт к входу в бывшую крепость. Можно представить, как по нему вкатывали огромного деревянного коня из истории, изложенной Гомером.

Прямо за входом в крепость стоит хорошо сохранившийся дом и реконструированный храм богини Афины.

Осмотрев постепенно восстанавливаемые руины города, выходим к современной копии троянского коня.  Внутри трёхэтажного деревянного коня узкая лестница, по которой дети и взрослые лазают вверх–вниз и выглядывают в небольшие открывающиеся окна.

В последнее время исследования учёных и архиологические раскопки продолжаются, дополняя историю этого района.

 

Эфес 

Эфес, крупнейший античный город Турции, возник в  Х веке до н.э. на северном склоне горы Пион в удобном для торговли месте. Здесь пересекались морские пути и караванные дороги азиатских глубин.  Город имеет богатую историю, вдаваться в которую не стоит, просто войдём и будем осматривать частично сохранившиеся, а частично восстановленные храмы, памятники, здания. 

Улица идёт под уклон, слева руины гимназии (II в. н.э.), построенной по приказу императора Нерона, затем дорожка приводит к территории археологического раскопа, и мы оказываемся у церкви св. Марии (IV в.н.э.). Проходим к фасаду отреставрированного театра, построенного тогда же и рассчитанного на 20 тысяч мест, где в настоящее время проходят музыкальные фестивали.

Дальше двигаемся по Мраморной улице. В конце её сохранились руины публичного дома с символикой Дома любви, а напротив – самое знаменитое сооружение Эфеса – библиотека Цельсия (110-135 г. н.э.).  Здание построил консул Гай Юлий Аквила над гробницей своего отца Цельсия. Изящный двухэтажный фасад бывшей библиотеки, где хранилось свыше 12 тысяч книг, украшен нишами для муз, с изящными фресками Интересно, что из читального зала в  Дом Любви вёл подземный ход.

Если от библиотеки свернуть налево, то попадём на улицу Куретов, так она названа в честь жрецов храма Артемиды. В начале улицы руины византийского фонтана, а напротив – по всему периметру здания расположены посадочные места общественного туалета в хорошем состоянии. Уже в античные времена в нём была создана система канализации с проточной водой

Двигаясь по улице Куретов мимо фонтана Трояна, выходим к храму Домициана, в котором в настоящее время разместился музей.

Долго ещё бродили мы по древнему Эфесу, рассматривая агору – торговую площадь и сворачивая на небольшие улочки, но путешествие наше заканчивается.

 

В Турции можно валяться на белом песке, загорать, разглядывая пальмы, общаться с обитателями коралловых рифов, а можно совершить интереснейшее путешествие вглубь веков.

Что я и советую тем, кто не ленив и любознателен. 

Март, 2013 г.

Маленькая страна Черногория 

По одной из версий эта небольшая страна на западном побережье Балканского полуострова, которую можно объехать за один день, (её площадь около четырнадцати тысяч квадратных километров) получила своё название от растущего здесь дерева «чёрная сосна» или по местному «чёрная гора».  Высота его иногда достигает 35 метров, а объёмная тёмно-зелёная крона выглядит почти чёрной. Ценится сосна высоким содержанием смолы, что делает её водонепроницаемой, идеально подходящей для строительства кораблей. По этой причине она в стране почти полностью вырублена.  Черногорией эта православная страна называется только для нас, россиян, для западных же стран она – Монтенегро, что, в общем, одно и то же.

В аэропорту города Тиват, тёплым августовским вечером, нас встречает Весна. Миловидная блондинка Весна поясняет, что это не время года, а её имя. Путешествуя по стране, мы ещё не раз будем удивлены романтичными именами местных девушек.

От аэропорта до города Будва ехать минут 35 – 40. Автомобильная дорога, по которой мы едем, тянется параллельно длинной взлётной полосе и отделена от неё лёгкой сеткой. Из окна автобуса мне видно, как по этой полосе движется аэробус, почти рядом с нами, затем увеличивает скорость и поднимается в воздух, а мы продолжаем свой путь по земле.

 

Будва 

Стоит оказаться в любом городе у моря, океана или реки, вода, как магнит, притягивает к себе. Так и в этот раз, устроившись в небольшой частной гостинице, мы с мужем идём к морю с чарующим названием Адриатическое.  По всему побережью до самой пристани и Старого города, расположенного прямо у моря на небольшом полуострове, тянется галечный пляж.

Город Будва – один из главных морских курортов страны, он состоит из двух частей: современная часть и Старый город, основанный в V веке до н.э. как торговое поселение.

В чьих руках только не был город. Венецианцы, турки, французы, австрийцы, итальянцы хозяйничали здесь. И только после второй мировой войны Будва была освобождена от иноземцев. Богатое прошлое у небольшого Старого города. В 1979 году он был разрушен землетрясением, но позднее успешно восстановлен, и сейчас можно пройти по улочкам без названий, зайти в музеи, осмотреть церкви IX и XII веков. Есть и действующая церковь Святой Троицы XIX века.

Старый город окружают высокие толстые стены. Можно подняться и пройти по ним, наблюдая сверху за жизнью внутри города и вне его, что мы и сделали. Вдоль всей крепостной стены видим несколько башен, вышек, бастионов, проходов, лестниц.

А можно подняться ещё выше – в Цитадель. Когда-то здесь располагались австрийские казармы, сейчас – просторная библиотека, музей с экспонатами, обнаруженными при раскопках в 1936 году. Это и женские украшения из разных металлов, и монеты, и даже древний бронзовый шлем. Здесь же хранится символ Будвы – две каменные рыбки, о которых рассказывает легенда.

В давние времена в этом городе жил каменщик родом из семьи каменотёсов. Он полюбил девушку из богатой семьи и она ответила ему взаимностью. Но родители девушки решили выдать дочь против её воли за богатого купца. Узнав об этом, влюблённые решили не расставаться и, взявшись за руки, прыгнули с крепостной стены в море.

И случилось чудо – они превратились в двух рыбок и скрылись в волнах Адриатики. Люди, видевшие это, услышали, как из глубины донеслись два голоса: «Будем два, как одно целое, будем всегда вдвоём». Отсюда, якобы, и пошло название Будвы. И возникло поверие: кто погладит двух рыбок в Цитадели, тому будет сопутствовать вечная любовь.

В настоящее время в Старом городе узкие улочки заполнены сувенирными магазинами, кафешками, а в Цитадели проводятся встречи с артистами, писателями, художниками. И многочисленные туристы гуляют, смотрят, фотографируют.

В современной части зелёного города жизнь бурлит круглые сутки. Даже ночью город не засыпает. Открытые кафе и рестораны заполняются отдыхающими, на столах появляются морепродукты, звучит музыка. А летом здесь проходят многочисленные фестивали, концерты под открытым небом.

Каждый вечер к нам приходит Весна. Она рассказывает о городах, островах, озёрах Черногории и по её рекомендации мы отправляемся знакомиться со страной.

 

Город Котор 

На берегу Которского залива у подножья горы Ловчен расположен один из древнейших городов, основанный ещё во времена Римской империи.

Несколько веков Котор находился под властью Венеции. Бурные исторические события оставили в городе многочисленные следы, особенно в архитектуре.

Так, городской центр старого города с его площадями, улицами, храмами окружён стенами длиной почти пять километров, а толщина стен в некоторых местах достигает пятнадцати метров. Символ города – один из красивейших храмов XII века – католический собор Святого Трифона, в нём сохранились фрески XIV века и великолепная ризница работы венецианских и которских ювелиров.

На Окружной площади, куда мы вышли, возвышается башня с часами 1602 года. Во время землетрясения 1979 года было разрушено множество храмов и церквей в городе, но башня устояла и только на пятнадцать сантиметров отклонилась от вертикального положения. Под часами столб позора. К нему привязывали преступника и зачитывали приговор. Здесь же находился суд, здание  которого тоже сохранилось.  Местные жители, проходя по городской площади, видели привязанного человека и понимали, что его за что-то судят. Так венецианцы боролись с преступлениями в городе.

Недалеко от площади можно осмотреть наполеоновский театр (1809 г.), созданный для развлечения самого Наполеона.

Котор, как и Будва, состоит из современного и Старого города, который сохранился в хорошем состоянии и с 1979 года входит в список культурного наследия ЮНЕСКО.

 

Подгорица и Монастырь Острог 

Дорога к монастырю идёт через Подгорицу – столицу Черногории. История Подгорицы как поселения известна с XIV века. Долгое время она находилась под властью Турции и только в XIX веке освободилась от иноземного ига. Во время второй мировой войны город был почти полностью разрушен, но кое-что от древних построек удалось восстановить. Например, монастырь XII века и древний Визиров мост. А в основном это город с административными и университетскими центрами и современными музеями.

Остановившись на пару часов в Подгорице, мы едем дальше.

Высоко над Острожным утёсом высечен в скале самый  известный в Черногории монастырь XII века митрополита Василия Острожского, позже канонизированного.

Наш микроавтобус поднимается всё выше и выше по опасному пронумерованному серпантину. Останавливаемся на 25-м серпантине и далее идём пешком до Верхнего храма.  Монастырь встроен в крутую отвесную скалу и занимает часть природной пещеры. Два храма расположены при монастыре – Верхний и Нижний.

В Верхнем хранятся мощи святого Василия Острожского. Считается, что они вылечивают людей и тысячи паломников со всего мира едут, поднимаются пешком до Верхнего монастыря и по 5–6 часов стоят в очереди, чтобы прикоснуться к ним в надежде очищения от грехов и излечения.

А сами черногорцы говорят, что святой Василий наблюдает с горы за ними и ждёт, когда те вернутся к своим корням

 

Скадарское озеро 

В юго-восточной части Черногории на границе с Албанией среди густой зелени гор находится самый большой на Балканском полуострове национальный заповедник – Скадарское озеро. Когда-то оно было морским заливом, но, отделившись с годами от моря, стало пресноводным. Озёрная вода заполняет огромное по размерам углубление, расположенное между высокими карстовыми горами.

Множество рек наполняют озеро, и только одна река Бояна вытекает из него. Круглый год на озере сохраняется постоянный микроклимат, и благодаря тёплым воздуху и воде здесь скапливается огромное количество (около 270 видов) птиц. Это прекрасное место для исследования природных явлений и орнитологических станций.

 

Город Цетине 

Западнее Скадарского озера на высоте 760 метров над  уровнем моря у подножия горы Ловчен находится историческая и культурная столица Черногории город Цетине, основанный в 1482 году.

Для черногорцев Цетине – это символ нации и всей страны, созданный во время героической борьбы за свободу.

Немало исторических событий происходило в Цетине.  Именно этот город был центром организованного сопротивления туркам и резиденцией черногорской православной церкви.

Самая старая постройка в городе – церковь Влашка (XV в.). Цетинский монастырь вместе с церковью Негоша, бывшего государя Черногории, окружен высокими стенами с четырьмя башнями и составляет в настоящее время музейный комплекс. Недалеко от монастыря находится резиденция Негоша с кабинетом, библиотекой, бильярд-залом. Сейчас в этом здании музей, он так и называется «Бильярда».

Цетине – город музеев, и за короткое время их все обойти невозможно.

Из очередного музея выходим на площадь. У сувенирного магазинчика симпатичный колоритного вида кузнец в кожаном фартуке с шикарной седой бородой и радушной улыбкой, приплясывая под музыку у раскалённого горна, чеканит свои сувениры. Приятно у такого продавца купить только что изготовленную вещицу.

 

Остров святого Стефана 

В последний день нашего пребывания в Черногории мы решили побывать на острове, о котором слышали много интересного.  Каждые тридцать минут от причала Будвы отходят большие катера к острову святого Стефана.  На небольшом скалистом острове Будванской Ривьеры организован остров-курорт. С материком он связан тонким насыпным песчаным перешейком.  Назван остров в честь покровителя Черногории святого Стефана и славится своими пляжами с розовым песком, шикарными отелями, элегантными зданиями и живописными церквями на узких улочках.  Этот дорогостоящий курорт – одно из самых любимых  мест отдыха королевских особ и знаменитостей. А любознательные туристы, вроде нас, могут только объехать на катере вокруг острова – люкс, осмотреть его и сделать фотоснимки со стороны моря.

 

Маленькая Черногория богата достопримечательностями и трудно описать их все, надо побывать там и увидеть всё самому.    

Август, 2013 г.

Шри-Ланка  жемчужина Востока 

На протяжении своего существования эта страна имела самые разные названия.

До 1972 года она называлась Цейлоном и только через 24 года после обретения независимости вернулась к своему древнему названию.

Остров, на котором расположена Шри-Ланка, напоминающий по форме каплю воды, или фрукт манго, часто называют земным раем. А кому же не хочется побывать в раю?  Вот и мы с моей верной спутницей Людмилой в ноябре месяце прилетели в эту страну, чтобы узнать, как живут в раю люди.

Говорят, что в древности остров был соединён с материком полоской земли под названием Адамов мост и по легенде эту тропу, по которой ходили боги, бог-обезьяна использовал, чтобы спасти Ситу, возлюбленную невесту бога Рамы от ланкийского царя-демона.

Когда-то весь остров занимали густые джунгли, но в XIX – XX веках большая часть лесов была вырублена, их место заняли плантации кофе, чая, кактусовых деревьев, рисовых полей.  Рис – основной продукт питания островитян. Но не менее важную роль играют кокосы. Из них получают хлеб, вино, масло, уксус.

 

Ода кокосовой пальме 

Большая часть шри-ланкийских кокосов выращивается на небольших плантациях. Очищенные спелые орехи величиной с небольшой арбуз помещают в специальные теплицы, засыпают землёй, и через 6 – 10 месяцев проросшие растения высаживают в открытый грунт. Через 5 – 6 лет пальмы начинают плодоносить. Созревают плоды в течение года и с одной пальмы можно получить до сотни орехов. Жидкость внутри кокоса – приятный напиток, но главное сокровище – белая мякоть внутри ореха. Это источник растительного жира, который используется в кулинарии, при производстве косметики, мыла, шампуней, глицерина.  Но плоды не единственная ценность кокосовой пальмы. Практически каждая её часть полезна для человека. Не зря её называют деревом жизни. Говорят, что способов использования этого дерева столько, сколько дней в году.  Например, из кожуры кокоса мастера вырезают ложки, чашки, сувенирные фигурки. Одна из них стоит у меня на письменном столе – очень симпатичная обезьянка с раскрытой книжкой в руках. Я разговариваю с ней и велю ей смотреть не на меня, а в книгу, но она не слушается. Чудесный сувенир!

Толстое волокно кокоса после обработки идёт на производство ковриков, корзин, щёток, рыбацких сетей, угля и даже водонепроницаемой одежды. Я видела, как ребята-ланкийцы делают верёвки и канаты. Подобно нашим деревенским бабушкам, которые тянут куделю на прялках, они на примитивных станках вытягивают из специально подготовленного кокосового волокна верёвку, которая тут же скручивается.

Взрослая кокосовая пальма может достигать высоты до 25 – 30 метров. На её вершине трепещется на ветру настоящая корона из гигантских напоминающих перья листьев. Её ствол идеально подходит для изготовления рыбацких лодок, мебели, домов, а листьями покрывают крыши жилищ и даже из прожилок листьев местные жители плетут различные изделия.

 

Религия 

Большинство жителей Шри-Ланки исповедуют буддизм. Они берут на себя обязательства этой веры, известные как три драгоценности – это Будда, его учение и буддийская община.

Индуизм – вторая религия в стране. Индуистских храмов, как и буддийских, довольно много в стране.

Эти религии отличаются друг от друга и в то же время тесно связаны между собой. В храмах индуистских часто можно увидеть Будду, а в буддийских храмах – богов индуизма. Ислам, христианство, религия веддов также присутствуют в стране.

С христианством жителей Шри-Ланки познакомили португальцы, поэтому здесь господствует римский католицизм.

Интересно наблюдать, как по утром детей разных конфессий родители ведут и везут в школы.  Форма у всех школьников белая, но мусульманские девочки идут с белыми платками на голове, у мальчиков-иудаистов – шапочки-кипы, христианские девочки с бантиками в косичках.

 

Негомбо 

За две недели нашего пребывания в Шри-Ланке мы с подругой в сопровождении гида Сурекши и водителя просторной Тайоты побывали во многих городах страны, и первым был Негомбо, расположенный на западном берегу Индийского океана.

Океан встретил нас не очень приветливо. За два дня, что мы были в этом городе, огромные волны не позволили нам даже искупаться.

Негомбо довольно большой город, насчитывающий более ста тысяч жителей. Но это прежде всего рыбацкий порт. Рыбаки с утра на своих каноэ выходят в океан, а уже во второй половине дня берег заполняется рыбой, разложенной для просушки и вяления под жарким солнцем.

Историческую значимость города подчёркивает большой голландский форт. Сначала этот город заняли португальцы и их влияние проявилось во множестве католических церквей. В 1644 году он перешёл в руки голландцев, о чём напоминает архитектура общественных зданий, а позже его захватили англичане.

В сорока километрах от Нагомбо находится столица Шри-Ланки Коломбо и мы обязательно должны там побывать. 

Коломбо 

Стоит выйти из отеля, как трёхколёсные такси-трейши, часто их называют «тук-тук», уже рядом и водители предлагают свои услуги. Во многих азиатских странах бегают такие тук-туки с крышей над головой, но, чтобы они ещё и со счётчиком были, это я увидела впервые.  Мы с подругой садимся в такое такси, и ланкиец мчит нас вдоль океана, где на открытой пляжной полосе развлекаются местные футболисты, любители крикета, воздушных змеев и бега трусцой.  За четыреста рупий (примерно 4 доллара) мы добрались до центра города.

В начале XVI века португальцы, а позднее голландцы, строили на этом месте дома, возводили форт. Но наиболее явные следы оставили англичане. Это виллы и парадные викторианские постройки. Форт же сохранился лишь как название городского квартала близ порта. Побродив по его улицам, мы вышли в торговый район Петтах.  Этот район считается сердцем старого Коломбо. Здесь сосредоточено множество храмов, мечетей, магазинов, рынков, где продают всё – фрукты, овощи, одежду, сувениры, ювелирные украшения.

В квартале Петтах среди мечетей, церквей и храмов особого внимания заслуживают индуистские храмы Старый и Новый Катиресан, посвящённые богу войны Сканде. Когда на всём острове празднуют Вел в его честь, отсюда отправляется большая процессия. На ярко украшенной и запряжённой быками повозке, по улицам города везут статую и оружие Сканды.

Гуляя по городу с полуторамиллионным населением, видим, как старинные особняки колониального стиля соседствуют с небоскрёбами и с древними восточными храмами. Смешение культур и религий, времён и народов оставили свой отпечаток на неповторимом облике города.

 

Слоновый питомник 

По дороге в Сигирию останавливаемся у слонового питомника, который был организован, чтобы кормить и ухаживать за осиротевшими слонятами, найденными в джунглях. Здесь малышей кормят молоком из бутылочки, они вырастают и заводят свои семьи. Жарким ноябрьским утром целое стадо слонов со слонятами выводят к реке на водопой и для водных процедур, которые они замечательно устраивают с помощью хобота. А для тех, кто сидит на слоне, то и их обольют мощным душем. Для нас это аттракцион, а для животных – спасение от жары. Река мелководная, каменистая, с порогами посредине, но у берега спокойная и некоторые слоны улеглись в воду и лежат неподвижно, словно мёртвые. Ребята-погонщики трут им бока и спины, стараются расшевелить, но такую флегматичную громадину в десять-пятнадцать тонн не так-то легко сдвинуть с места.

Интересна и любопытна небольшая фабрика-музей при слоновом питомнике. Здесь из слоновьего навоза делают бумагу.  Сначала сырьё смачивают, размельчают, очищают, затем распределяют тонким слоем на поддонах, высушивают – и получают бумагу и картон, из которых тут же мастерят и расписывают сувениры.

 

Крепость в небе 

Скальная крепость Сигирия – самая значимая достопримечательность Шри-Ланки. Массивный монолит высотой около двухсот метров из красного камня со всех сторон отвесно обрывается вниз. Это чудо света мы видим уже издалека.

История рассказывает, что в V веке к власти в этих краях пришёл царь-отцеубийца Кассапа и спасаясь от мести брата  скрылся на этой скале.  После захвата власти он начал укреплять и без того неприступную скалу Сигирию и в завершение воздвиг на вершине этого гигантского мегалита роскошный дворец, ставший его резиденцией на долгие годы правления.  Внизу на равнине по его приказу были разбиты чудесные сады с бассейнами и прудами. Добраться до резиденции можно было, лишь карабкаясь по узкой крутой лестнице, вход на которую был оформлен в виде гигантского льва, высеченного в скале.  Проходя через его открытую пасть мимо вооружённой охраны, люди попадали к лестнице.  Необходимые припасы и воду на гору таскали рабы. 

И всё-таки уникальное убежище не спасло Кассапу.  Через восемнадцать лет его брат со своими воинами одержав победу провозгласил себя правителем. А Кассапа, увидев своё поражение, покончил с собой.

Крепость Сигирия была предана забвению. Её поглотили джунгли, а в местных пещерах поселились монахи.

Тропа через нижний парк выводит нас к двум львиным лапам. Только они и сохранились от огромного каменного льва. Чтобы добраться до верхушки Львиной горы, где спустя многие годы была обнаружена высотная резиденция правителя, надо обязательно пройти между этими лапами.

На полпути к вершине попадаем в узкий грот. Здесь сохранились знаменитые фрески Сигирии – «облачные девы», написанные прямо на скале.

В зелёных и красных тонах рисунки поражают яркостью красок. Скорее всего это портреты придворных красавиц. Их грудь обнажена, а бёдра скрывают облака и кажется, что девы парят в них.  Надпись на скале гласит, что красавиц было пятьсот, но обнаружено только двадцать две. Все вместе они являют собой одну из загадок древней культуры Шри-Ланки. От верхнего дворца, куда мы поднялись, до наших дней  сохранились только остатки стен, ступени лестниц и бассейн.

Зато с высоты открывается фантастический вид на джунгли, рисовые поля, озёра и далёкие горные хребты.

 

Древний город 

Анурадхапура был первой столицей острова ещё с IV века до н.э. и сохранял свой статус на протяжении тысячи лет. Этот город самый известный из древних городов Шри-Ланки. Его ступы (дагобы), построенные из небольших кирпичиков, высушенных на солнце, известны на весь мир. Эти сооружения, имеющие форму колокола,  отличаются красотой и великолепной архитектурой.

Одна из древнейших дагоб Руванвелисея – массивная белая, поднимаясь ввысь, кажется, растворяется в облаках.

В центре старого города растёт священное дерево Бо – одна из наиболее почитаемых буддийских святынь. Оно выращено из привезённого из Индии черенка дерева, под которым Будда достиг просветления и считается самым древним на земле, ему более двадцати двух веков. Дерево возвышается над храмом, его ветви поддерживают золотые подпорки. Вокруг сооружена платформа с ведущей к ней каменной лестницей, у основания которой установлена золотая скульптура, изображающая посадку черенка. Верующие сначала кланяются ей, а затем поднимаются на платформу, чтобы помолиться на само дерево.

 

Скальный храм Дамбулла 

Двигаясь дальше по маршруту, мы подъезжаем к великолепным скальным пещерам. Они находятся в огромной гранитной скале на высоте более пятисот метров.  И прежде, чем добраться до этого священного места, медленно поднимаемся по крутым каменным ступеням в сопровождении обезьян, которые ведут себя довольно дерзко.

Известно, что в этих пяти пещерах четырнадцать лет скрывался король Валагамба из Анурадхапуры. После его возвращения на престол он повелел выстроить на этом месте самые роскошные храмы острова.

Переходя из пещеры в пещеру, видим в каждой из них лежащего Будду огромных размеров, фигуры сидящего Будды и своеобразную настенную живопись.

Самая большая и самая значительная – вторая пещера. Здесь находятся шестьдесят фигур Будды, статуи некоторых индуистских божеств, двух царей и полторы тысячи изображений Будды на сводах. В центре пещеры высотой в семь метров стоит чаша, в которую со сводов капает священная вода.

Есть предположение, что эти пещеры служили прибежищем монахов ещё более двух тысяч лет тому назад, но статуи и настенная живопись были созданы намного позже.

В настоящее время этот уникальный пещерный комплекс находится под защитой ЮНЕСКО и отреставрирован частично с её помощью.

 

Канди 

Канди второй по величине и численности насе-ления (сто семьдесят тысяч человек) город Шри-Ланки. На протяжении двух веков до завоевания города британцами в 1815 году он был столицей страны. Канди считается культурным центром острова, он богат своими древними традициями. Многие виды искусств и ремёсел расцветали именно здесь (резьба по дереву, серебряное, медное, ювелирное искусство).

Приехав в город, прежде всего, идём в знаменитый, сияющий белизной, храм XVII века Зуба Будды. Это главный религиозный и исторический памятник всей Шри-Ланки. Расположен он в центре города на берегу красивого озера. Когда-то храм был разрушен террористами, но сейчас полностью восстановлен и имеет первоначальный вид.

Покрыв ноги и плечи, сняв обувь, мы входим в храм.

Помещение, где находится реликвия, венчает позолоченная крыша, а сам зуб хранится в золотой шкатулке, украшенной драгоценными камнями.

По легенде зуб был найден в пепле на месте кремации Будды в 543 году до н.э.. В Шри-Ланку его привезли в IV веке н.э., но потом он был украден и перевезён в Гоа. Только в XVII веке зуб Будды на Цейлон привезла индийская принцесса, спрятав его в своей причёске. И поскольку она приехала на слоне, то и он стал реликвией. Забальзамированный и украшенный слон стоит за огромным стеклом, мимо которого проходят тысячи паломников и туристов.

Во все буддийские храмы верующие приносят лилии для возложения богам. Цветы в огромном количестве продают при входе. Завораживающая картина – горы красных, белых, розовых лилий.

В музее храма можно ознакомиться с историей острова, а с верхнего этажа полюбоваться на огромную ухоженную территорию перед ним, на озеро и монаршие купальни на берегу

А вечером в театре познакомиться с сингальской народной музыкой и танцами в исполнении местных артистов. Под звуки барабанов танцоры исполняют невероятные акробатические трюки, а заканчивают выступление хождением босиком по раскалённым углям.

 

Чайные плантации 

Ранним утром покидаем Канди. Дорога идёт в гору мимо живописных чайных и каучуковых плантаций. Из окна машины вижу, как женщины-сборщицы чая идут на работу с заплечными мешками для сбора чайного листа и с длинными бамбуковыми палками, которыми они отгоняют змей и ограничивают свой участок при работе.

Раньше чайный лист собирали в корзины, но они были тяжелы для женщин. Ведь, чтобы добраться до плантации, им приходится два – три часа идти пешком по крутым горным склонам.  Красочно одетые женщины, собирающие листья с чайных кустов на зелёных просторах, – невероятно красивая картина и проезжающие туристы только и делают, что щёлкают фотокамерами. Сборщицы улыбаются, им нравится, что их снимают, и они надеются, что им за это хоть какая-нибудь денежка перепадёт.  То, что со стороны выглядит красиво, на самом деле тяжёлый труд, к тому же плохо оплачиваемый. Да и работа эта сезонная.

Первая частная плантация на Цейлоне появилась в середине XIX века. И с тех пор чайное производство стало быстро развиваться, вытеснив кофейное. Чайное дерево может вырасти до десяти метров, но чтобы облегчить сбор листа, его подрезают, придавая вид кустарника.

«Формула» лучшего чая – два верхних листочка с почкой и чем выше расположена плантация, тем лучше и ценнее чай. Мы побывали на чайной фабрике. Здесь листья сушат, измельчают, просеивают, сортируют – восемь видов сортов получают на выходе и, наконец, фасуют.

В конце экскурсии нас угостили вкусным ароматным чаем.

Проехав по западной и средней частям острова, возвращаемся в Коломбо.

Продвигаясь вдоль берега, я вдруг увидела людей, сидящих на шестах в океане. Чудо какое! Сидят словно птицы на колышках. Оказывается, на шестах, вбитых в дно, закреплены небольшие платформы, на которых и устраиваются рыбаки с удочками.

Прилетев в Шри-Ланку, мы хотели узнать, как живут люди в «раю». На наш беглый взгляд – они счастливы.

Все, с кем нам приходилось общаться, были доброжелательны, улыбчивы, жизнерадостны.

Однажды на берегу, мы с подругой с удовольствием наблюдали, как после рабочего дня на пляже появилась семья – трое детишек и их родители. Двое мальчишек, примерно, шести и девяти лет и девочка лет двенадцати. Они бегали, резвились, забегали в воду, валялись в мокрой одежде в песке, смеялись – просто сходили с ума. Счастливые родители, не делая им ни единого замечания, просто улыбались, наблюдая за детьми.

В другой раз, гуляя по берегу океана, мы с Людмилой добрели до небольшой мелководной лагуны и видели, как молодая супружеская пара купала, словно в ванне, семимесячного малыша. Ребёнок весело шлёпал ручками по тёплой воде, радуя себя и родителей.

Множество фотографий счастливых людей, живущих на далёком острове, привезли мы в Москву. 

Шри-Ланка давно манила меня к себе, и я не была разочарована, путешествуя по этой стране – одной из древнейших и красивейших стран Южной Азии. 

Ноябрь, 2013 г.

Величественный Хампи 

Наша небольшая компания из пяти человек морозным февральским утром вылетела из Москвы на западное побережье Индийского океана в штат Гоа к тёплому Аравийскому морю с желанием погреться на солнышке, поваляться на песке и покачаться на волнах.  Меня такая перспектива не прельщала и я решила, оставив своих друзей, отправиться вглубь Индийского полуострова, чтобы увидеть исторические места, средневековые церкви, мечети и индуистские храмы.

В шесть часов утра следующего дня за мной заехал водитель, и мы на его машине отправились в путь, прихватив по дороге ещё одну молодую пару, не желающую валяться на пляже.

Часа через полтора добрались до местечка Багу, где нас ожидали ещё две такие же легковые машины с пассажирами. После завтрака в местном ресторанчике наша «колонна» с одиннадцатью туристами двинулась на юг по направлению к штату Карнатака.  Дорога непростая, горная, около четырёхсот километров нам предстояло проехать, но как много довелось увидеть в пути: деревни с колоритными рынками, плантации специй, озёра, заселённые птицами, природные заповедники и водопады.

В Индии я не в первый раз и знаю, как много чудес она хранит. Одно из них ­ Величественный Хампи – цель нашей поездки.

Хампи – древняя столица империи Виджаянагаров. История рассказывает, что в течение двух столетий, начиная с XIV века, на этом месте процветал древнейший город Виджаянагар. С одной стороны он омывался рекой Тунгабхадра, а с трёх других был окружён горами.

Относительно основания города существует несколько легенд.

Одна из них говорит о том, как два брата служили при дворах Капилы и Анегонди, расположенных на северном берегу реки, а после разрушения Анегонди исламскими правителями братья основали собственное царство и осели в Хампи.

Индуисты на протяжении столетий считали Хампи священным местом, а город Виджаянагар стал «Городом победы» – символом борьбы индусов против мусульманских вторжений.

Расцвет Хампи приходится на период XVI века. В это время империя Виджаянагаров была богатой и могущественной. Здесь торговали хлопком, тканями, сахаром, железом, специями. Сюда привозили арабских скакунов и шёлк из Китая.

Но войны продолжались и после поражения армии Ваджаянагара в битве при Таликоте ( конец XVI в. ) город был разрушен. Потеряв свою столицу, империя распалась.

 

Священный центр 

Подъехав к Священному центру Хампи, мы пересаживаемся в длинные открытые машины-гусеницы и въезжаем в заповедную зону.

Я читала об том древнем городе с его музыкальными колоннами, акведуками, всемирно известной колесницей и действующим по сей день древним храмом Шивы и теперь могу всё это увидеть.

Солнце палит нещадно, хочется спрятаться в тень. Но мы стоим и внимательно слушаем рассказ гида.

Судя по развалинам Хампи, властители прошлой империи покровительствовали художникам и архитекторам.

Мастера Виджаянагара создали собственный архитектурный стиль, используя при строительстве огромные валуны, благодаря чему и возник неповторимый облик города.

Храм Витхала, к которому мы подошли, настолько уникален, что ЮНЕСКО включила его в список объектов Всемирного наследия. Это один их лучших образцов архитектуры династии Виджаянагар.

Вход в храм через ворота, над которыми возвышается храмовая башня. Потолок оформлен резьбой с изображением цветов и геометрических узоров, а изящные резные колонны, поддерживающие потолок, издают при постукивании по ним мелодичные звуки, которые разносятся на огромные расстояния.

Очень хотелось это услышать. Но на просьбу ударить по колонне гид сказала, что от этих звуков стали разрушаться горы, окружающие город, поэтому получен запрет на удары по колоннам.

Восточнее храма находится знаменитая каменная колесница Хампи – святилище, построенное по образцу деревянной колесницы, украшенное изысканной резьбой и изображением Гаруды, священной птицы бога Вишну.

Обходим ещё один храм Ачьютхараджая. Двое ворот ведут в коридоры, на их стенах врезаны имена тех, кто жертвовал средства на храм. Колонны в главном зале словно обвиты замысловатой резьбой с изображениями мифологических и эротических сцен.

Территория бывшей империи огромна и мы переезжаем на авто от одного объекта к другому.

 

Королевский центр 

Его постройки, обнесённые высокой гранитной стеной, считаются королевским анклавом. Могучие крепостные стены защищают роскошные памятники архитектуры, отличающиеся исключительным богатством украшений.

Храм XVI века Лотос - Махал, очевидно, строился для цариц. Он украшен изящными арками, красиво отделанными окнами и пирамидальными куполами.

За стенами дворца находятся десять увенчанных куполами слоновых стойл со сводчатыми входами, оформленными в различных архитектурных стилях, и павильоны для охраны

Первый день нашего путешествия клонился к вечеру.

Полюбовавшись закатом с высокого холма Хемакуты в разрушенном городе, мы выехали в соседний городок Хоспет, чтобы переночевать в местном отеле.

На рассвете второго дня мы снова вернулись в Хампи.

На высоких каменных руинах собрались туристы с разных маршрутов. У всех наготове фото и видеокамеры в ожидании восхода солнца. Вокруг крутились наглые обезьяны, выпрашивая подачки. Они цеплялись за пакеты и хватали еду с рук.

Наконец из-за дальних холмов стал медленно подниматься жёлтый круг солнца. Защёлкала и зажужжала съёмочная аппаратура, стараясь запечатлеть все фазы выползания светила.

Ещё на пляжах в Гоа я заметила, что у индусов принята традиция – по возможности каждый день встречать и провожать солнце. И на берег по вечерам высыпает такое количество людей, какого я не видела ни на одном пляже. Семьи с детьми, одинокие старики, влюблённые парочки, обнявшись, сидят, стоят, лежат, устремив свои взгляды к водному горизонту.

Но вернёмся в Хампи.

Спустившись с каменных нагромождений, через резные ворота входим в храм Мальяванта. Главное святилище храма расположено вокруг огромного валуна, с резными изображениями богов.

Храм действующий. Сняв обувь, вхожу в небольшой зал с колоннами. Брахман-служитель храма предлагает принять участие в ритуале, который длится здесь, по всей видимости, довольно давно.

Я сажусь на расстеленный ковёр, сложив ноги «калачиком». Рядом индусы издают громкие ритмические звуки, ударяя небольшими медными дисками одним о другой. Брахман ставит мне на лоб красное пятно в знак благословения и даёт в руки такие же два диска, и я присоединяюсь к звучащему ансамблю.

Но мысль, что могу отстать от своей группы, не даёт расслабиться и долго участвовать в этой церемонии, и через несколько минут я встаю, поклоном благодарю присутствующих, оставляю денежку и выхожу из храма.  

Империя Виджаянагаров – самая большая индуистская империя южной Индии.

Огромные её пространства поражают воображение уникальным природным ландшафтом, который можно сравнить с марсианским пейзажем. А храмы затерянного города, включённые в список объектов Всемирного наследия, дышат историей и слушая рассказы гида я впитывала эту историю и прикасалась к ней. 

Февраль, 2014 г.

В краю золотого заката 

После семичасового перелёта уже на трапе самолёта жадно втягиваю приятный сентябрьский марокканский воздух. От тёплых вещей мы с подругой избавились ещё в Домодедово, убрав их в багаж.  Недельное путешествие по северо-западной части африканского континента обещает быть интересным.

Находясь на стыке Европы и Африки королевство Марокко имеет богатую историю, она уходит в первые века до н.э., но с ней мы начнём знакомиться завтра, когда соберётся вся наша группа из тринадцати человек – туристы из разных городов России.

На небольшом «Мерседесе» мы проедем вдоль океана и вглубь страны, побываем в нескольких городах. И первым из них будет Агадир.

 

Начало маршрута 

По дороге делаем небольшую остановку, чтобы увидеть чудо – как местные козы проявляя истинное мастерство акробатики взбираются на деревья, чтобы полакомиться листьями и плодами арганового дерева.

Аргания, высотой пять-шесть метров, напоминает колючую облепиху. Иногда дерево называют железным или каменным, так как оно растёт на камнях. Плоды его похожи на маслины. Местные крестьяне отжимают из плодов аргании ценное масло, способ получения которого не совсем обычен и трудоёмок.

Из какашек коз и верблюдов, которые тоже любят эти плоды, женщины выбирают не переработанные животными косточки, сушат их, вручную лущат и перетирают на каменных мельницах, получая масло первого отжима. Для получения одного литра масла перерабатывается восемьдесят килограммов косточек. И таким тяжёлым трудом занимаются только женщины.

 

Белый город 

Агадир – современный курортный город, растянувшийся на несколько километров вдоль Атлантического океана. Широчайший песчаный пляж тянется вдоль берега и, если идти по набережной, можно дойти до местного рыболовецкого порта, занимающего второе место в мире по ловле сардин.

Погода не жаркая, градусов двадцать, но не искупаться в океане никак нельзя и я иду далеко-далеко по песчаному дну, чтобы достичь глубины. Ночные отливы в Агадире весьма значительны и в первой половине дня до глубокой воды приходится идти довольно долго.  Небольшие волны мягко окатывают меня, но мне не холодно и я, радуясь этой встрече, плыву всё дальше и дальше от берега.

Современные белые дома Агадира живописно выделяются на фоне неба, океана и зелени.

В 1960 году старый город был разрушен землетрясением. Даже мощные стены не смогли устоять против напора стихии.

Поднявшись на самую высокую в городе гору, высота которой 283 метра, мы оказались у Касты. Эта древняя крепость выдержала на своём веку множество осад, но не устояла перед землетрясением. И сегодня можно видеть только отреставрированные стены, а над бывшими воротами едва угадывается какая-то надпись на голландском языке и дата 1746 год.

У крепости «дежурят» марокканцы. Кто с верблюдом, кто с обезьянкой для платного фотографирования. Но великолепные виды на белоснежный Агадир, Атласские горы и долину Сус можно снимать бесплатно.

 

Красный город 

Из Агадира мы выехали в направлении Атласских гор в  город Маракеш, столицу берберов. Его называют Красный  город.

Въехав в город, убеждаешься, что он действительно красный. Терракотовые стены Старого города и окрашенные в пурпур дома подтверждают это.

Когда-то на месте современного Маракеша была пустыня с перевалочным пунктом для караванов и только в 1062 году на этом месте заложена первая мечеть, а позже стали возводиться другие постройки. И возникшее поселение постепенно начинает походить на город.

Наивысшего расцвета Маракеш достиг только после смерти его основателя Юсуфа ибн Ташфина в 1106 году, а со второй половины XIII века это уже самая большая столица исламского мира. Старый город (медина) становится мал для жителей Маракеша и за стенами медины начинается строительство Нового города.

 

Кутубия 

Самые знаменитые достопримечательности Маракеша находятся внутри медины.

Как и почти девять веков назад город просыпается под звучащий с минарета Кутубии голос муэдзина. Кутубия не просто главная мечеть, она символ города.

Мечеть XII века строилась в течение сорока лет.  Простота архитектуры, незатейливый декор и сбалансированные пропорции сделали сооружение одним из самых главных памятников города. Высота минарета семьдесят семь метров и виден он с расстояния до двадцати пяти километров.  Минарет заканчивается шпилем-громоотводом с нанизанными на него декоративными полыми позолоченными шарами разной величины, а рядом с ним возвышается «виселица», так назвал её наш гид Низар. На всех древних минаретах установлены такие виселицы. На них раньше вывешивался белый флаг для оповещения плохослышащих  мусульман о том, что наступило время молитвы.

В каждом марокканском городе старый город – медина обязательно огорожен высокой крепостной стеной с большим количеством дозорных башен и множеством ворот. Медина в Маракеше одна из самых старейших. Длина её стен более десяти километров.  Улочки медины живут своей особой жизнью. Здесь свои площади, музеи, фонтаны, дворцы.

Один из интереснейших дворцов – дворец Бахия, в переводе «дворец красавиц». Возведён он был в конце XIX века в традиционном марокканском стиле великим визирем Бу Ахмедом Сиди Муссой для своих четырёх жён и двадцати четырёх наложниц. В течение семи лет строился и достраивался дворец и превратился в лабиринт из маленьких комнат, роскошных залов, галерей и тенистых внутренних двориков с фонтанами и апельсиновыми деревьями. В интерьере дворца использовались традиционная мозаика, гипс, панно из резного атласского кедра, ковры. Парадный двор вымощен мрамором и окружён колоннами.

Порядки в гареме визиря были очень строгие. Покидать свои покои женщинам запрещалось, а в комнате жён даже окна, выходящие во внутренний дворик, были прикрыты деревянными решётками, чтобы их никто не мог видеть.

В конце XV века основатель династии Саадитов Ахмед аль Мансур строит в медине усыпальницу для своей умершей матери. И все дальнейшие поколения Саадитов продолжали традицию захоронения в этой фамильной гробнице.

 

Площадь Джема-аль-Фна 

На площадь мы пришли уже к вечеру. В это время спадает зной и здесь начинается настоящая жизнь. Потрясающий вид на закате: лучи оранжевого солнца  освечивают красные минареты, внутренние стены медины  и рыночные здания. Хочется без конца щёлкать фотоаппаратом. Вот он – край золотого заката!

Эта огромная площадь – настоящий культурный феномен. Чего только на ней нет! Здесь кипит жизнь, которую город ведёт уже не протяжение десятка веков.

Под зонтиками сидят гадалки, акробаты крутят свои сальто, знахари выдёргивают зубы и продают снадобья, заклинатели змей демонстрируют своих питомцев, зазывалы приглашают в свои торговые палатки, водоносы в огромных ярких шляпах звонят колокольчиками в попытках привлечь туристов на платное фотографирование, музыканты и танцовщицы демонстрируют своё искусство.

Повара в белых колпаках готовят еду и дым от жаровен и запах специй витают над площадью.  А для любителей каретных прогулок выстроен целый ряд красочных конных экипажей.

Жизнь на площади утихает только под утро. 

Площадь Джема-аль-Фна ровесница медины. На русский язык её название переводится неожиданно грустно, как «Собрание мёртвых» или «Площадь отрубленных голов». Когда-то здесь казнили воров и выставляли их головы на утыканной гвоздями стене. Отсюда и пошло такое название.

В 1987 году ЮНЕСКО внесла старый город Маракеша в список памятников всемирного наследия.

 

Сад Мажореля 

В Новом городе Маракеша тоже можно увидеть много интересного. Например, сад Мажореля.  Великолепная коллекция редких растений со всего мира собрана в этом небольшом парке. Сад носит имя своего создателя – французского художника и натуралиста Жака Мажореля.  В 1919 году он приехал в Марокко по рекомендациям врачей. Мажорель был болен туберкулёзом, а местный климат идеально подходит для лечения этой болезни.  Поправив здоровье, художник навсегда остался в Марокко. На приобретённом участке земли он построил виллу «Оазис», вокруг которой разбил сад своей мечты.  Здесь собрано уникальное семейство кактусов, они органично сочетаются с бамбуком, пальмами и другими растениями.  Скамейки, дорожки и цветочные клумбы оформлены в ярко-жёлтых, оранжевых и фиолетовых тонах, а беседки, заборы и вилла глубокого синего цвета. В небольшом пруду с кувшинками и лилиями плавают золотые рыбки, а в ветвях деревьев весело щебечут птицы.  В глубине сада уютно располагается музей исламского искусства.

После смерти хозяина в 1962 году виллу вместе с запущенным садом выкупил известный кутюрье Ив Сен-Лоран. Он вместе со своим другом Пьером Берже восстановил погибающий парк и сад Мажореля стал для них источником вдохновения в творчестве.

 

Мекнес 

Подъезжая к одному из имперских городов Марокко городу Мекнес, расположенному в северной части гор Среднего Атласа, наш микроавтобус остановился у главных ворот мекнесской медины.  Ворота Баб-эль Мансур считаются самыми красивыми в королевстве.  Мощные колонны с капителями, украшенные изящным арабско-сложным мозаичным узором из глазурованной керамики тёмно-зелёного цвета, дополненные чёрной арабской вязью, производят восторженное впечатление.  Главные ворота медины по своей конструкции должны были защищать город от врагов. Пробив первые двери тараном, враг упирался во вторые, пробить которые тем же способом не представлялось возможным из-за малого пространства.  Сегодня внутри ворот организована художественная галерея, где устраиваются временные экспозиции современных художников.  Ворот медины в Мекнесе так же много, как в других старых городах.  На северо-восточной стороне стоят мощные почерневшие от времени ворота Баб Берден с зубчатыми башнями, напоминающими вход в средневековый европейский замок.

Почти все ворота в Мекнесе получили названия от базаров. Так и слово «берден» в названии ворот произошло от находящихся рядом мастерских по изготовлению и продаже берденов – сумок, загружаемых на ишаков. Ещё одни ворота Баб эль Хмис – ворота четверга, так как в этот день недели у этих ворот был базар.

 

Город Фес 

Это ещё один древний арабский имперский город в Марокко.  Фес разделён на три части – Старую и Новую медины, и  современный город. Самая интересная часть – Старая медина. Это настоящий огромный «живой» музей. Он и сегодня  считается духовным и культурным центром страны.

Старая медина расположена по обеим берегам реки Фес, а самая известная её часть – узкие извилистые улочки, фонтаны с затейливой мозаикой, шумный базар, нагруженные ослики с привязанными мешочками под хвостом, бани, уникальные мечети с медресе, куда-то спешащие велосипедисты и аромат специй над всем этим.

Улочки, пересекаясь, образуют многочисленные площади, где идёт бойкая торговля и прямо на улице работают ремесленники.

Долго можно бродить по медине, знакомясь с ожившим средневековым городом, где все его дома, лавочки и мастерские сохранились практически в первозданном виде.  Стены многих домов украшены кружевной резьбой по дереву, на дверях и фасадах цветная мозаика, а вместо дверных звонков – тяжёлые железные кольца. Всё сделано умело, добротно и на века.  Улочки медины настолько узки, что современный транспорт здесь отсутствует, а все грузы перевозятся на тележках и осликах. Разойтись с ними бывает порой очень трудно, и когда слышишь от водителя крик «Балак!» (Осторожно), приходится вжиматься в стену или в первый попавшийся дверной проём.

Чтобы ориентироваться в этом кажущемся бесконечном лабиринте, нужно здесь родиться и вырасти. А приезжему человеку заблудиться в Старом городе очень легко, ведь здесь девять тысяч улочек и из них три тысячи тупиковых. Поэтому во время прогулок по медине желательно следовать за гидом.  И мы, вытянувшись в цепочку, медленно идём за ним, останавливаясь на площадях, чтобы послушать его рассказ.

Старая медина разделена на множество отдельных кварталов, каждый из которых представляет собой замкнутую структуру со своей мечетью, водоснабжением, хлебопекарней. Все дома скреплены между собой известняковыми плитами, поэтому этот уникальный город представляет собой единое целое и догадаться о переходе из одного квартала в другой можно лишь по дверям.

Определить, богатому или бедняку принадлежит дом также сложно. Фасады внешне похожи, различается лишь внутренний интерьер, увидеть который можно, если повезёт, заглянув в приоткрытые двери.

Кафе соблазняют нас аппетитными ароматами, слышны звуки музыки. Из соседней пекарни разносится умопомрачительный аромат.

Обитатели медины редко покупают готовый хлеб. Многие хозяйки с утра замешивают тесто, делают лепёшки со своим клеймом и относят их на выпечку в ближайшую пекарню. Перед обедом свежевыпеченный хлеб забирают. Свой узнают по клейму.

Мы зашли в одну из хлебопекарен. Марокканец большой деревянной лопатой вынимал из печи хлеба. На вопрос, можно ли купить у него горячую лепёшку, гид Низар сказал, что это невозможно, так как все лепёшки с клеймом и за ними приходят хозяева. Пришлось уйти ни с чем.

Интересную ночную экскурсию по медине организовал для нас Низар, пригласив для большей безопасности двух полицейских, которые шли с нами в гражданской одежде, чтобы не привлекать внимания.

Ночью, когда закрыты все палатки, магазинчики, мастерские и медина свободна от праздно гуляющих и туристов, она имеет совсем другую ауру.  На освещённых улицах тусовалась молодёжь и было ощущение, что мы ходим не по улицам, а по запутанным коридорам огромнейшего здания, тем более, что некоторые улочки имеют крышу от дневного палящего солнца. Ночью можно было зайти в караван-сарай, бывший перевалочный пункт для караванов, нижний этаж которого превратился в склад и отстой для ослов, а верхний так и остался для людей.  Можно заглянуть в открытую дверь медресе. Створки её парадной двери отделаны бронзой, которую время от времени чистят лимоном. Через эту дверь можно войти, не снимая обувь, но есть и другой вход в эту школу. Он ведёт в молитвенный зал. Туда входят без обуви. Узкий вестибюль ведёт к бассейну для омовения. Внутренний двор и лестница наверх, где расположены комнаты учеников, облицованы ониксом, фаянсом и мрамором.  Из внутреннего дворика можно подняться на мраморный мостик, перекинутый через небольшой приток реки Фес. Это граница, за которую не мусульманам вход запрещён, поскольку дальше расположен молитвенный зал.

В конце ночной прогулки по медине Низар предложил нам подняться на крышу одного из домов. Сверху мы смотрели на освещённый спящий город, а над нами огромное тёмное небо мигало множеством рассыпанных звёзд.

Два дня жили мы в этом интересном городе и однажды в одном из магазинов, когда выбирали обувь, за нами ходил пожилой продавец-марокканец и с улыбкой твердил одно и то же: «бабушки, бабушки». Я подумала: что же он обижает нас, женщин, называя всех бабушками. Выучил бы какое-нибудь другое русское слово, более приятное.

А позже выяснилось, что он говорил не «бабушки», а «бабуши» – так называются национальные тапочки с острыми и иногда загнутыми вверх носами. Их-то он нам и предлагал!

 

Рабат 

На побережье Атлантического океана находится современная столица Марокко – Рабат. Город возник в VIII веке, когда берберами было построено укреплённое поселение – рабат. От этого слова и произошло название города. В Рабате расположены резиденция Мохаммеда VI – короля государства, все министерства и иностранные посольства.

У ныне правящего короля девятнадцать дворцов. В какой бы город мы ни приехали, там обязательно есть его дворец, охраняемый солдатами. Но даже ворота дворца фотографировать запрещено.

Эмблема Рабата – Башня Хасана. На закате дня заходящее  солнце причудливо обрисовывает её силуэт.  Башня и мемориальный комплекс Мохаммеда V обнесены высоким глиняным забором, у входа несут вахту королевские гвардейцы на украшенных жеребцах. В руках у них национальные флаги на длинных флагштоках. Одеты гвардейцы весьма колоритно: парадные мундиры, зелёные головные уборы и белые плащи.  Создатель башни Якуб аль Мансур хотел увековечить своё имя, соорудив самую высокую постройку, возведя первую в мире по величине мечеть. Но землетрясение 1755 года разрушило большую часть отстроенного, оставив нетронутым лишь строгий минарет из красного кирпича, который носит имя султана и называется «Башня Хасана».

Мемориальный комплекс Мохаммеда V состоит из мавзолея, мечети и музея.

В 1962 году король Хасан II решил увековечить память своего отца Мохаммеда V в камне. И за несколько лет над обрывистым берегом реки Бу-Регрега рядом с Башней Хасана возводят кубическую постройку из белого мрамора с пирамидальной крышей, покрытой черепицей изумрудного цвета. Входы каждого из четырёх фасадов мавзолея оформлены подковообразными арками.

К мавзолею ведёт широкая мраморная лестница. Потолок выполнен из кедра, украшенного резьбой и позолотой. Пройдя по верхней галерее можно увидеть сверху мраморный монолит саркофага Мохаммеда V.

 

Касабланка 

Едем вдоль океана. С утра наползал туман, не давая  снимать, но к обеду прояснилось и в Касабланку мы въехали при отличной погоде.

Этот город, что стоит на берегу океана, самый большой в стране. Он считается самым известным городом Марокко. 

Главная достопримечательность и символ Касабланки – мечеть Хасана II. Это не просто самое высокое здание города, но и самый грандиозный и пышный мусульманский храм ХХ века.  Минарет высотой двести метров – самый высокий в мире, а сама мечеть – самое высокое религиозное сооружение. В мечети находятся медресе, библиотека, национальный музей.  Возведение мечети стало результатом желания короля Хасана II увековечить своё имя в архитектуре.  Оформление интерьера производит огромное впечатление. В зале для молитв 78 колонн из розового гранита, полы с подогревом покрыты мозаикой из золотистого мрамора и зелёного оникса. Стены восхищают фресками, мозаикой, великолепной резьбой и затейливыми узорами арабской вязи. Люстры выполнены из муранского стекла.

Рано утром, когда муэдзин призывает на первую молитву, крыша мечети раздвигается навстречу солнцу, и его лучи проникают в нижнее помещение мечети, где расположены фонтаны для ритуальных омовений.

Старая медина Касабланки мало чем отличается от медин других городов: бедное население, еврейский квартальчик и нескончаемое переплетение узких улочек с лавочками торговцев, мечетями, маленькими кафе и множеством кошек.

За неделю мы проехали по западной части страны и  вернулись снова в Агадир.

Королевство Марокко, имея прекрасные песчаные пляжи на берегу Атлантического океана, заснеженные вершины в горах Атласа, плодородные равнины и обширные пески Сахары, гостеприимно принимало нас во всех городах, где нам удалось побывать. 

Но всё же, какое счастье из дальних стран возвращаться к родным берегам!

Октябрь, 2014

Дед и внук Есаяны

 

Доктор 

Николай Петрович Есаян родился в Нагорном Карабахе. Окончив школу фельдшеров, ушёл на первую мировую войну, затем прошёл и всю гражданскую. После поступления и окончания ростовского мединститута доктор Есаян работал в больнице города Нуха Азербайджанской ССР.

Когда началась Великая Отечественная, ставшая для доктора уже третьей войной, Николай Петрович возглавил госпиталь при знаменитой армии генерала Чуйкова, которая отличилась при обороне Сталинграда и первой вошла в Берлин. Есаяна прекрасно знал Г. К. Жуков, командовавший Вторым Белорусским фронтом, куда входила и армия Чуйкова.

По завершении войны доктор Есаян какое-то время оставался в Берлине, но хотелось уехать домой к семье, где у него остались жена и трое детей. Ему предлагали возглавить центральный госпиталь Берлина и генеральское звание, обещали привезти семью. Но куда привозить? В разрушенный Берлин? Дети уже студенты, должны учиться, да и по родине стосковался. И Николай Петрович отказался. Жуков отпустил полковника в Ереван и даже выделил ему в поезде отдельное купе.

На одной из станций восточной части Германии, когда он вышел из вагона за кипятком, к нему подошёл парень в оборванной шинели и обратился на армянском языке:

– Товарищ полковник, вы армянин?

– Да, – ответил Николай Петрович

– Не возьмёте меня домой?

 Позже Николай Петрович рассказывал, что он столько насмотрелся за эту войну, что, посмотрев в глаза этому молодому человеку, поверил в его искренность, поверил, что парень перенёс такое! И взял его с собой.

Парня звали Татевос Герульдян. В 1941 году он ушёл  добровольцем на фронт и в одном из первых же боёв был ранен и попал в плен. Немцы отправили его в концлагерь в Западной Германии. От смерти Татевоса спасло то, что местным фермерам разрешили выбрать среди пленных несколько человек в качестве батраков. Его и ещё двух парней выбрал фермер, который оказался порядочным человеком. Пленные батраки занимались сельским хозяйством, но сбежать было невозможно. Обычной одежды у них не было, а в лагерной робе их немедленно задержал бы и расстрелял первый немецкий патруль.

Когда война закончилась, Татевос, раздобыв где-то шинель, из Западной Германии на «перекладных» и товарняках добрался до вокзала в восточной части Германии. Понимая, что на родине после плена его вряд ли ждёт радушный приём, он всё равно стремился домой, надеясь на чудо.

И чудо произошло. Вместе с Николаем Петровичем Татевос добрался до Еревана и остался жить в семье Есаяна. Ему оформили новые документы, помогли устроиться в больницу санитаром. Через год Татевос поступил в институт, женился на дочери Есаяна, и вскоре у него родился сын, назвали Рубеном.

1947 год. Татевос учится, у него всё прекрасно, жизнь наладилась, живёт в дружной семье, где все помогают друг другу, чтобы как-то выжить после разрухи и голода.

И вот случайно на улице Татевос встречает своего товарища, с которым когда-то учились и играли вместе.

Такая встреча! Воспоминания. Надо отметить – «Ну пойдём куда-нибудь, посидим». Зашли в какую-то забегаловку, взяли пивка, выпили по рюмке, разговорились. И постепенно доверчивый Татевос рассказал приятелю всё – про плен, про помощь доктора, про новые документы.  А на следующий день «товарищ» пошёл в КГБ, написал донос, и Татевосу дают 25 лет тюрьмы.

Доктора и его семью, к счастью, не тронули. Ведь Николай Петрович пришёл с войны с орденами, медалями и  отличной характеристикой.

Жену Татевоса с маленьким Рубеном ожидала высылка в Сибирь. Было ясно, что ребёнок теперь будет расти с клеймом «сын врага народа».

Но и в этой ситуации доктор Есаян не остался равнодушным. Он принимает такое решение – дать годовалому малышу свою фамилию, а отчество оставить отца.

Шли годы. В школе отчеством Рубена никто не интересовался и до десяти лет мальчик был уверен, что Николай Петрович – его отец, жена доктора – его мать, а свою родную маму он считал своей старшей сестрой.

В 1956 году Татевоса освободили.

И вот однажды Рубен приходит из школы, стол накрыт, все сидят, какой-то мужик вместе со всеми, и Николай Петрович говорит:

– Прости, Рубен, что я тебе ничего не рассказывал раньше. Теперь ты вырос и должен всё знать, а когда станешь совсем взрослым, поймёшь, что жизнь бывает очень сложной.

И, указав на незнакомца, сказал:

– Он – твой отец.

Для Рубена это было ударом. Мальчик так любил человека, которого считал своим отцом, что долго не мог смириться с этим известием. Татевос, видя переживания сына, был вынужден оставить его в семье Есаяна.

В 1959 году Николая Петровича не стало. Он долго и тяжело болел, но держался настолько мужественно, что не только вся его жизнь, но и смерть стали для Рубена примером.

За день до дня рождения внука, доктор, тогда уже еле двигался и еле говорил, позвал мать Рубена и сказал:

– Купи ребёнку подарок и при мне вручи его сегодня. Мать говорит:

– Ну, зачем же сегодня? Завтра у него день рождения,  завтра и поздравим.

– Нет, сегодня. Пожалуйста, сходи и купи.

Она пошла, купила китайскую авторучку и вручила Рубену. А утром следующего дня, когда все проснулись, увидели, что доктор умер.

Хоронили Николая Петровича всем городом – так велико было уважение людей к доброте, величайшей порядочности и профессионализму доктора Есаяна.

Татевос Герульдян – отец Рубена, окончив мединститут, тоже стал врачом, защитил диссертацию, но война, немецкий плен и сталинские лагеря подорвали его здоровье и вскоре после Николая Петровича он тоже умер.

Дед воспитывал и учил Рубена: «жизнь свою ты должен прожить так, чтобы встретив своего друга, товарища или просто знакомого, мог бы смело смотреть ему в глаза, зная, что по отношению к нему не сделал никакой подлости».

Рубен окончил высшее лётное училище, стал лётчиком и через всю жизнь несёт любовь и уважение к своему деду – Николаю Петровичу Есаяну.

 

Лётчик – испытатель 

С Рубеном Татевосовичем Есаяном я познакомилась на праздновании дня космонавтики. Меня заинтересовала история этого человека, которого часто называют «Герой мирного неба».  Рубену Татевосовичу в этом году исполнилось 67 лет, но он продолжает летать, и последние 12 лет чаще всего в Антарктиду, связывая полярников южного полюса с родиной.

Слушаю его рассказ.

– В 2001 году вопрос о полётах в Антарктиду встал очень остро. Авиация к тому времени уже десять лет не летала на этот континент. Это очень большой перерыв, и перед нами стояла задача возобновить полёты.

В декабре 2001 года на самолёте ИЛ-76 я вылетел из Кейптауна (это самая южная точка на африканском континенте) на аэродром Новолазоревское, который находится рядом с нашей станцией в Антарктиде.

Аэродром громко сказано ­– это единственная ледовая полоса, подготовленная для посадки такого тяжёлого самолёта, как ИЛ-76. С тех пор мы и летаем туда, завозим полярникам топливо, продукты, медикаменты и всё жизненно необходимое для работы в суровых условиях.

Такие полёты всегда опасны из-за непредсказуемой погоды. Порой подлетаешь, а садиться некуда, нет видимости. Кроме того, они имеют свою специфику – за самолётами не следят локаторы, нет систем, обеспечивающих безопасность полётов. Диспетчер даёт информацию только о скорости ветра, температуре воздуха и атмосферном давлении. Вся ответственность лежит на командире самолёта, который принимает решение при экстремальных ситуациях, возникающих очень часто.

Года три назад я познакомился с людьми из фирмы «Спектр». Они сделали спутниковую систему, которая позволяет самолёту идти на посадку в облаках при плохой видимости.

Захотелось опробовать эту программу. Дооборудовали самолёт. Оборудование устанавливается на самолёте и на земле – два раскладных чемоданчика с антеннами. Посадили диспетчера в Новолазаревском, чтобы контролировал работу системы на земле. Два штурмана со мной летели, один приготовился вести видеосъёмку. Система-то впервые испытывалась.

И вот подлетаем к Новолазаревскому.

Я закрываю шторку со своей стороны, имитируя сгущение облаков. Второй лётчик смотрит как обычно – для подстраховки. Заходим на посадку, снижаюсь до 60 метров. Открываю шторку – полоса по курсу, как надо. Отлично!

Без такой системы при отсутствии видимости у нас был «рубеж возврата»: не долетая километров 400 до аэродрома,  связывались с диспетчером, узнавали погоду и принимали решение – лететь дальше или возвращаться, потому что если выйдешь ближе к аэродрому, а он закрыт облаками, то на обратный путь топлива не хватит. Так что эта система нас здорово выручает, хотя мне, слава богу, возвращаться не приходилось ни разу.

Расскажу ещё об одном испытании.

У нас в Антарктиде одиннадцать станций. Мы в Новолазоревское привозим груз для всех, а они уже на маленьких турбовинтовых самолетах развозят по своим станциям. Но есть станция на высоте 3500 метров, где полярники, двенадцать человек – бурильщики, гляциологи, синоптики, живут под снегом. Под снежным покровом вырыты ходы и на глубине трёх-четырёх метров находятся домики, комнаты в которых обогреваются и освещаются движками, работающими на солярке.

Лето в Южном полушарии начинается в конце ноября. Декабрь, январь, февраль – антарктическое лето с температурой -35°С – -36°С. Зимой температура часто снижается до - 80°С. В 1986 году там был зафиксирован рекорд температуры на Земле -89,3С°.  Поэтому горючее для полярников – это жизнь.

А как оно доставлялось? На станцию Мирный на восточном побережье Антарктиды приходил корабль, выгружал бочки с соляркой, их грузили на сани и дальше санно-тракторным путём обоз тащился на расстояние в 1400 километров. Поход этот занимал 45 дней. По дороге трактора ломались, их бросали и из 115 тонн горючего довозили едва половину.

Стоял вопрос – что делать?

Я предложил метод десантирования.

Коллеги в Москве засомневались – возможно ли?

Я говорю – возможно, а почему нет? Давайте попробуем.

Вышел на наших десантников-парашютистов, и начали с ними эксперимент. Они ставят на платформу с парашютной системой четыре бочки. Я им говорю – «Маловато, рассмотрите вариант с большим количеством бочек». Они возражают – так никто не делал, вес очень большой. А я – «Мало ли, что никто не делал. А мы сделаем». Через месяц едем с главным конструктором ильюшинской фирмы в Киржач. Там у ребят вышка, а на высоте около девяти с половиной метров стоит платформа с шестью бочками и с системой амортизации, рассчитанной так, чтобы от удара при падении на бетон бочки остались целыми.

Бросили. А в бочках был даже не керосин, а вода, а она тяжелее. Хлопнулось всё о бетон – бочки целы. Эксперимент удался. А нам бросать придётся даже не на бетон, а на снег. Это же спасение для людей.

И вот в начале декабря 2005 года я забираю эти парашютные системы, платформы, пять человек парашютистов-десантников и мы летим в Кейптаун. Бочки туда привезли кораблём, и пока я делал два рейса из Кейптауна в Новолазаревское и обратно ребята подготовили 28 платформ по шесть бочек на каждой. Мы их погрузили в самолёт и вылетели на аэродром Новолазоревское, а оттуда уже в центр Антарктиды.

Летим, всюду только горы, скалы, лёд. Почти четыре часа летели. Вышли на связь с полярниками, снижаемся. А они сделали площадку прямо за станцией. Мой штурман заволновался. Говорит – над станцией заходить нельзя. Не дай бог, парашюты не раскроются, а бочки – это же бомба! Или вдруг промажем, станция-то рядом.

Сделали заход с другой стороны. Начали сбрасывать платформы с высоты 400 метров. Всё удачно. Но вот на предпоследнем броске не открываются два парашюта, и всё – груз ушёл под снег.

Я расстроился – так красиво всё сделали и такой финал.

Вернулись в Новолазаревское, нас все поздравляют, такая эйфория, а я недоволен.

На следующий день улетели в Кейптаун, и нам звонят в  гостиницу – бочки достали, вытащили с глубины 4,5 метров.

Вот такая непростая наша работа с открытиями, радостями и огорчениями.

В сентябре 2010 года самолёт ТУ-154 вылетел из Якутии в Москву. Примерно через три с половиной часа полёта на борту полностью отказала система электропитания. Тем не менее, пилоты сумели посадить самолёт на полосу, необустроенную для посадки самолётов такого типа. Срубая деревья, лайнер выкатился в тайгу на несколько десятков метров. К счастью, никто из пассажиров и членов экипажа не пострадал.

Поднять самолёт и доставить его на завод в Самару – задача не из лёгких. И её предлагают решить Рубену Есаяну и его прославленному экипажу.

Рассказывает Рубен Татевосович:

– Три дня сидел я и рассчитывал по графикам и формулам. Подключил наши научные кадры, аэродинамиков и сказал им, что если мои и их расчёты совпадут, значит верно считаем. Совпали! И только тогда я ответил директору компании «Алроса», что мы берёмся поднять ТУ-154 из тайги. И подняли. Эту машину, всю помятую, побитую доставили на заводской аэродром в Самару.

При подъёме нас снимало телевидение, называя героями, а я им говорю, что это не героический поступок, а точный расчет.

И ученикам своим, лётчикам-испытателям всегда говорю:

«Знаете, ребята, в Жуковском есть кладбище с аллеей лётчиков-испытателей и, чтобы не оказаться там раньше времени, надо к каждому полёту подходить сначала теоретически. Продумать все возможные варианты, просчитать всё до мелочей»

А два года назад в январе месяце в Антарктиде побывала  делегация Государственной думы во главе с Артуром Чилингаровым и он встретился там со своим другом – князем Монако Альбертом II, который оказался человеком храбрым, не боящимся экстрима, прилетев на Южный полюс на маленьком самолёте.

Не каждый полярник на такое отважится.

Там, на нашей полярной станции мы и познакомились.

Альберт II сказал, что слышал обо мне и рад, что обратно полетим вместе. Во время полёта князь попросился в кабину и живо интересовался всеми подробностями в нашей работе. Подарив мне серебряную медаль княжества, он пригласил меня в Монако в качестве личного гостя, но я в Монако, к сожалению, так и не побывал.

В 2006 году за испытания новой авиационной техники, в частности, самолётов Туполева, Ильюшина и самолёта - амфибии Рубену Татевосовичу было присвоено звание Героя России.

Кстати, в 2002 году на самолёте – амфибии БЕ-200 Есаян, вылетев из Таганрога в Армению и приводнившись на озере Севан, установил мировой рекорд, так как ни одна амфибия не садилась на воду на высоте 1930 метров над уровнем моря. На озере за 24 секунды его самолет взял на борт 12 тонн воды и взлетел.

При тушении пожаров этот самолёт очень эффективен, а искусство пилота заключается в том, чтобы на скорости 190 километров в час успеть выпустить заборники воды, набрать её и взлететь, а потом, сбросив воду на очаг пожара, вновь вернуться за новой порцией.

В 80-е годы Рубен Есаян работал в Африке в качестве личного пилота министра обороны Анголы. В Анголе шла гражданская война. Советский Союз помогал этой стране, и Рубену постоянно приходилось летать в зону боевых действий. Три года за его самолётом охотились партизаны из УНИТА, которых поддерживала ЮАР, так как на нём летали высокопоставленные военные чиновники из Анголы, Кубы и из нашей страны.

Вспоминает Рубен Татевосович:

– Однажды в район города Лубанга привезли ангольскую делегацию, а оттуда надо было забрать кубинскую военную инспекцию в количества 15 человек. Сразу после взлёта на высоте 50 метров в самолёт попал снаряд. Стреляли прямо из джунглей.

Снаряд попал в правый двигатель, мотор охватило пламя. Включив все системы пожаротушения, я сделал быстрый круг и сел обратно на взлётную полосу. Кубинцы, которые провожали делегацию и видели с земли всё происходящее, признались, что не надеялись на благополучный исход. Несмотря на то, что двигатель полностью выгорел, мы все остались живы.

А в 1984 году, когда я вернулся в Армению и стал работать начальником лётного отдела управления гражданской авиации, меня вызвали в Москву для награждения орденом Дружбы народов.

 

В настоящее время Рубен Татевосович – руководитель лётно-испытательного центра Государственного НИИ гражданской авиации в Москве. Институт занимается испытанием техники и поддерживает лётную годность гражданских самолётов, как отечественных, так и зарубежных, находящихся в распоряжении наших авиакомпаний. Но он не бросает и лётное дело.

Пусть и дальше ему покоряется воздушная стихия, а в спутницах всегда будет стабильная удача, которая для лётчика-испытателя ох, как нужна. 

Ноябрь, 2013 г.

Парад трамваев 

12 апреля 2014 года кроме Дня космонавтики отмечалась дата «115 лет московскому трамваю». А поскольку мне очень близка «трамвайная» тема, я восприняла этот день и как свой личный праздник.

Коротко поясню.

Несмотря на свои научные заслуги и достижения в советские времена, в 92-м году, когда науке перестали платить, я, как и мои коллеги, оказалась за чертой бедности и пошла работать водителем. Пять лет я водила трамвай по 50-му маршруту. За мной был закреплён определённый вагон, и я полюбила его как своего лучшего друга.

О водительской работе и своих впечатлениях написала книгу «Московский трамвай, записки водителя». В 1998 году книга была признана бестселлером года и прошла повторное издание. Бывая в разных странах, я везде фотографировала трамваи, собирая коллекцию.

Когда уволилась, мой трамвай оставался в работе, но уже без меня и, если я видела его на линии, останавливалась и смотрела ему в след, пока он не скрывался из виду. Комок подступал к горлу, а на глаза наворачивались слёзы – я словно каждый раз прощалась со своим другом, ревностно высматривая, кто сидит в кабине и ведёт «мой» вагон.

Приведу несколько глав из книги « Московский трамвай, записки водителя».

 

Немного истории 

Поработав какое-то время водителем, я захо­тела узнать как можно больше о трамвае, его ис­тории и стала собирать интересующую меня ин­формацию. Из путешествий по разным городам, которые совершала во время отпусков, привозила фотоснимки трамваев и кое-какие записи. Загля­дывая на досуге в библиотеку, просматривала спе­циальную литературу.

Собранной информацией я и хочу поде­литься с читателями.

В конце XVIII и начале XIX веков, когда крупнейшие города мира достигли значительных размеров, и дальнейшее их развитие сдерживалось отсутствием транспортных средств, возникла ог­ромная потребность в массовом городском транс­порте. Тогда и появилась конная тяга на обычных для того времени дорогах.

Немного позднее при сохранении конной тяги стали использовать железнодорожные рельсовые пути, так называемые конно-железные дороги, по которым ходила конка — предшественник трамвая.

В своей книге "Москва и москвичи" В. А. Ги­ляровский так рассказывает об этом:

«Я помню ее [Садовую] в восьмидесятых годах, когда на ней поползла конка после трясу­чих линеек с крышей от дождя, запряженных парой "одров". В линейке сидело десятка полтора пассажиров, спиной друг к другу. При подъеме на гору кучер останавливал лошадей и кричал:

— Вылазь!

И вылезали, и шли пешком в дождь, по коле­но в грязи, а поднявшись на гору, опять садились и ехали до новой горы.

Помню я радость москвичей, когда проложи­ли сначала от Тверской до парка рельсы и пустили по ним конку в 1880 году, а потом, года через два, — и по Садовой. Тут уж в гору Самотечную и Сухаревскую уж не кричали: "Вылазь!", а останав­ливали конку и впрягали к паре лошадей еще двух лошадей впереди их, одна за другой, с мальчугана­ми-форейторами.

Их звали "фалаторы", они скакали в гору, кричали на лошадей, хлестали их концом повода и хлопали с боков ногами в сапожищах, едва влезав­ших в стремя.

...с шести утра до двенадцати ночи форейторы не сменялись — проскачут в гору, спустятся вниз и сидят верхом в ожидании вагона».

Вагоны эти были двухэтажные. На верхний этаж вела узкая винтовая лестница. Женщин туда не пускали. Проезд внизу стоил пятак за станцию, а на верхнем этаже — три копейки.

Одновременно с конно-железными дорогами делались попытки применить паровую тягу на го­родских рельсовых путях.

"Паровые трамваи", однако, развития не полу­чили. Электричес-кие трамваи быстро вытеснили конно-железные дороги и «паровики».

В России регулярная эксплуатация трамвая началась в 90-е годы XIX века сначала в Н. Новгороде, затем в Москве. Первый трамвай в Н. Нов­городе был пущен 20 мая 1896 года, так что в мае 1996 года нашему трамваю исполнилось 100 лет.

Начиная с первой четверти XX века и до наших дней, значение трамвая в городах постепен­но ослабевало в связи с бурным развитием авто­мобильного транспорта.

Привязанность трамвая к колее, трудность эксплуатации автомобильного транспорта со­вместно с трамваем на узких улицах старых горо­дов стали причиной окончательного вытеснения трамвая из многих городов мира.

В 1948 году был ликвидирован трамвай в Лондоне. Автобус стал там одним из главных средств передвижения, и остаётся таким по сей день.

Непрерывно сокращается сеть трамвайных линий в Нью-Йорке, там преобладающая доля ра­боты выполняется метрополитеном, на втором месте стоит автобус.

В странах Центральной Европы трамвай еще свое значение сохраняет.

Хочется сказать несколько слов об отноше­нии к трамваю в Швейцарии.

В Цюрихе, например, трамвай пользуется осо­бой любовью и заботой у жителей. Город делает ставку в будущем на трамвай, а горожане предпо­читают его другим видам транспорта. Во многих фирмах города висят электронные табло, по кото­рым видно отъехал ли трамвай от ближайшей ос­тановки и когда придет следующий. Если кому-то не хочется ехать в жестком вагоне, он может по­ехать в мягком. Билет в мягком вагоне стоит, есте­ственно, дороже. В городе ведется борьба против автомобилей в пользу трамвая — самого экологически чистого вида транспорта.

На некоторых узких улицах Цюриха запреще­но движение автомобилей, чтобы они не мешали трамваям, которые идут довольно часто, а там, где трамваи движутся совместно с автомобилями, в узких местах улиц при приближении трамвая для автомобилей автоматически загорается красный сигнал светофора. Кроме того, вдоль всех трам­вайных путей в городе, как и во многих других городах Европы, проходят ограничительные жел­тые линии, указы-вающие на габариты трамвая. Всем другим видам транспорта заезжать за эти линии при приближении трамвая запрещено.

У диспетчера автоматической станции суще­ствует связь с водителем трамвая и он знает, где находится каждый вагон с точностью до одного метра, опаздывает ли он и нужна ли ему замена.

Похоже, что экологически чистый трамвай, несмотря на его сравнительно невысокую ско­рость, одержит победу над другими видами транс­порта на улицах Цюриха и останется как бы связу­ющим звеном разных эпох.

В городах России трамвайный транспорт яв­лялся единственным массовым транспортом до 1924 года, пока не появились первые автобусы.

Через весь центр Москвы проходили трамвай­ные пути. Их переплетения были так сложны, что часто скорость трамвая была меньше скорости пе­шехода. Кроме перевозки пассажиров трамвай выполнял еще и почтовые функции. Прямо в ваго­не можно было опустить письмо и один раз в день вагоны подъезжали на Мясницкую и вагоновожатые сдавали почту.

Но и после появления автобусов у нас в Рос­сии трамвай оставался и остается до сих пор одним из главных видов наземного городского транспорта, хотя и претерпел за многие годы большие изменения.

Пятидесятые годы. Вот как вспоминает о своей работе водитель тех лет:

"В 1949 году молодой девчонкой пришла я ра­ботать в трамвайное депо. Пока набирали группу дли обучения вождению трамвая, меня поставили работать кондуктором. Вот так, с сумкой на плече, я и начала свою работу в трамвае. Когда набрали группу, нас всех, человек 20, на этом же трамвае повезли на медицинскую комиссию на Серпуховку, там тогда была наша поликлиника. Затем не­сколько месяцев учебы, учебная практика и стажи­ровка. Примерно все, как сейчас, только вагоны были совсем другими.

В кабине слева — ручка контроллера для регу­лирования скорости, справа — ручка пневматичес­кого тормоза. И всю смену на ногах, как у станка.

В кабине стоял круглый стульчик, как у пиа­ниста, но так как вагоны не были оборудованы дополнительным тормозом для наставника, он просто садился на этот стульчик в углу кабины и наблюдал за моей работой. Я была намного моло­же его, могла и постоять.

Так весь месяц и проработала стоя. А когда кончилась стажировка и я приступила к работе самостоятельно, то уже не могла сидеть – так привыкла стоять за контроллером.

Дисциплина у нас была железная! Почти на каждой остановке стояли ревизоры и проверяли нашу работу.

А в каких трудных условиях мы работали!

Двери в трамваях не закрывались, и пассажиры могли висеть на подножках, цепляясь друг за друга. А зимой! Лобовое стекло натирали солью, чтобы хоть что-нибудь видеть. Кабина не отапли­валась, только к стеклу крепилась спираль, через которую проходил ток – это помогало хоть как-то обогревать окно и не давать ему покрываться льдом. А мы, водители, ноги обворачивали газетой, сверху – валенки, на себя – тулупы, телогрей­ки, все, что только можно. Так и работали.

Позднее стали водить поезда – три сцеплен­ных вагона. Такой состав так и назывался "поезд".

Летом на своих же вагонах везли детей в пио­нерский лагерь.  Пять отрядов – пять вагонов. Цепочкой подъезжали к Павелецкому вокзалу, а там детей пересаживали на электричку и везли дальше.

Сколько времени прошло с тех пор, а я так хорошо все помню! И несмотря на трудности, мне приятно вспо­минать прошлое. Кажется, раньше работать води­телем было лучше, интереснее".

Большинству людей свойственно любить свое прошлое, каким бы оно ни было, и это замечатель­но, но время неумолимо бежит вперед, а вместе с ним и прогресс во всех областях науки и техники.

В семидесятые годы нашего столетия в городах России появляется скоростной трамвай, его скорость в полтора-два раза выше, чем у обычного.

Так появились линии скоростного трамвая в Саратове, Волгограде.

В Москве же планируется строительство ско­ростной монорельсовой дороги из центра города в сторону аэропорта.

Но это уже другой разговор.

Учёба

 

Рассказ водителя.

Уснула я однажды на линии, а ва­гон так разогнался, что на кривой меня вы­кинуло из кресла, и я упала на пол в кабине. Педаль безопасности сработала, вагон зазве­нел и резко остановился. Пассажиры в сало­не попадали и зашумели: "Что случилось? Что случилось?". А я скорее в щиток полез­на, как будто вагон сломался и надо предо­хранители проверить.

Не могла же я им сказать, что уснула.

 

– Та-а-к, кто у нас сегодня дежурный? Ты? – обращается преподаватель правил дорожного дви­жения (сокращенно ПДД) к молодому парню.

– Иди к окну, будешь у окна дежурить. Да смотри на трамвайную остановку внимательно. Как только заведующая сядет в трамвай и уедет, так вас всех отпущу. Проворонишь, будешь своей головой отвечать. Я в прошлый раз из-за вас наго­няй получил. Говорил ведь: никому из класса не выходить, пока заведующая не уедет. Она еще на остановке стояла, а вы уже все пошли. Будете так делать, не буду вас отпускать раньше времени, — ругает нас преподаватель.

Но вообще-то у нас с ним хорошие отноше­ния. Наши интересы часто совпадают — он, как и мы, любит уйти домой пораньше, да и на занятиях у него скучно не бывает, всегда шутки, остроты.

Есть у него кукла-регулировщик, высотой сантиметров 20, с вращающимися руками. Поса­дит он ученика за стол перед собой, а на стол этого "регулировщика" поставит и спрашивает:

– Куда тебе можно ехать?

Ответит ученик, он поменяет положение "ре­гулировщика" и его рук и опять:

– Куда поедешь?

И так несколько раз подряд.

Если ученик ошибется, приговор один:

– Не знаешь. Садись, учи еще.

А одну очень важную для нас фразу он вдол­бил нам, я думаю, на всю жизнь: "Трамвай идет по рукам" – и этим все сказано, и уже невозможно ошибиться при виде регулировщика на пере­крестке.

 

Так началась моя учеба.

 

Пять московских депо прислали своих учени­ков в Учебный Комбинат. Все водители Москвы проходят здесь свое обучение, а в дальнейшем и переподготовку при повышении на класс вожде­ния. Здесь обучаются будущие водители трамваев, автобусов, троллейбусов. Нам всем придется изу­чать такие предметы, как ПДД, электротехнику, электрооборудование, механику, в том минималь­ном объеме, который необходим, чтобы разби­раться в работе трамвая и его неисправностях.

В нашу группу набралось 24 человека. Это учителя, врачи, домохозяйки, молодые ребята, от­служившие в армии и даже штурман дальнего пла­вания – люди разных возрастов и специальнос­тей. Всех нас жизненные тропы вывели на одну общую дорогу и на короткое время объединили в один общий коллектив, но не всем суждено будет стать водителями. Причины, по которым люди уходят из группы, разные. Одна девушка в первый же день, после перво­го часа занятий, прибежала в учительскую с про­сьбой вернуть ей документы:

– Мне сказали, что меня здесь научат водить трамвай, и я буду работать. А тут оказывается надо закон Ома учить и токи разные. Я и в школе-то эту физику не любила. Нет, я это не понимаю.

И никакие уговоры не помогли.

На самом же деле учиться здесь легко тем, кто хочет учиться. Преподаватели знают, что дома никто ничего учить не будет, поэтому учить за­ставляют прямо в классе, объясняя всё понятно и повторяя многократно одно и то же.

После прослушивания теоретического курса и сдачи экзаменов наша группа будет разбита на пять подгрупп (по количеству депо) для прохождения практики на учебных вагонах. После этого еще один решающий экзамен по практическому вождению и мы все разойдемся по разным ма­ршрутам для стажировки, а затем и самостоятельной работы.

 

Первый рабочий день

 

Пассажир:

– Водитель! Ты чё так резко поверну­ла. У тебя даже пьяный в вагоне упал!

 

– Всё, Галя, с сегодняшнего дня ты начина­ешь работать самостоятельно. Иди, принимай вагон, – напутствовала меня наставник маршру­та. – Первый рейс я проеду с тобой, а то недавно девушка одна пришла к нам с Учебного Комбина­та, стажировалась целый месяц, а в первом же самостоятельном рейсе потерялась. С одной ко­нечной станции выехала, а на другой не появи­лась. Мы с диспетчером все станции обзвонили, разыскивая ее. Через несколько часов приезжает.

Оказалось, что она все стрелки, к которым подъез­жала, переводила только направо и ехала, сама не зная куда.

– А почему она налево стрелку не переводи­ла?

– Говорит, что первую стрелку не сумела перевести, а дальше ей было все равно.

Вот и наступил момент начала самостоятель­ной работы.

Волнуюсь очень.

– Давай, Галя, скорей, скорей, тебе уже ехать надо, – торопит меня диспетчер на конеч­ной станции.

Я бегу к вагону, захожу в кабину, хочу сесть в кресло, но оно оказывается глубоко задвинутым под пульт управления. Наставник, ехавшая со мной первым рейсом, выбираясь из тесной кабины, так задвинула его, что сесть стало невозможно.

Я пытаюсь выдвинуть кресло, но оно не под­дается. Начинаю нервно дергать его изо всех сил, но результат нулевой.

Бежит диспетчер, кричит:

– Галя, почему ты не уезжаешь? Уже три минуты, как ты должна быть в пути!

– У меня кресло не отодвигается! Я не могу сесть! – кричу в ответ.

– Дай-ка я попробую, — она пытается мне помочь.

Бежит наставник:

– Что случилось?

– Ира, помоги ей, она не может кресло вы­двинуть, да и у меня ничего не получается.

Как в известной сказке про репку.

Наставник дергала, дергала кресло, тоже не смогла выдвинуть. А время идет! Тут, к счастью, первый пассажир пришел на станцию.

– Давайте я попробую, – предложил он.

Применив мужскую силу и умение, он нако­нец-то отодвинул кресло. Я села, поехала, потеряв еще минут шесть-семь. Дело в том, что в соответ­ствии с графиком движения на маршруте на рейс отводится определенное время, и на конечную станцию водитель должен привести вагон точно по графику, не раньше и не позже.

 

Первая остановка. Час пик.

 

Народа в вагон набилось так много, что вы­давили дверь кабины, и она свалилась прямо на меня. Одной рукой дверь придерживаю, другую держу на пульте. Еду дальше. Проехала еще три остановки – отказал звонок. Нажимаю на кноп­ку – не звонит. Что делать? Вспоминаю, чему учили: выключить управление, оттянуть пантограф, проверить предохранитель. Проверяю, вроде нормальный. А звонок не работает. Сомне­ваюсь, может, не то проверила. Достаю шпаргал­ку, но в кабине так темно, что ничего рассмотреть невозможно. По памяти повторяю проверку и снова убеждаюсь, что предохранитель исправный.

Что делать? Без работающего звонка ехать нельзя.

Сзади подъехал другой вагон. Бегу к водите­лю, признаюсь, что это мой первый рейс и прошу посмотреть, почему не работает звонок. Может я что-то не так или не то проверяю. Он идет, улыба­ется снисходительно. Нажал кнопку, повторил проверку.

– У тебя контакт отходит, – сделал за­ключение. Взял лом и стал им под вагоном коло­тить по чему-то. Я заглядываю под вагон, пыта­юсь разглядеть, где там надо колотить, но ничего не вижу – темно. После такого «ремонта» звонок заработал, дверь кабины тоже была установлена на свое место и я, наконец-то, смогла продолжить свой путь.

Примерно на середине маршрута при подъез­де к остановке я нажала на тормозную педаль, но вагон продолжал еще медленно двигаться. Вдруг справа раздался грохот, заставивший меня втя­нуть голову в плечи и одновременно повернуться на звук. Это опять упала дверь кабины. Стоит пас­сажирам надавить на нее или навалиться, как она падает.

Удерживая правой рукой дверь, я продолжала нажимать на тормозную педаль. Но когда я повер­нула голову и посмотрела вперед, мне стало плохо: прямо у моего вагона торчала передняя часть "Жигулей".

Я сидела, глядя на автомобиль, забыв даже выпустить из вагона пассажиров, которые кри­чали: "Двери открой! Открой двери-то, води­тель!"

Открыла двери вагона, сама смотрю на "Жи­гули" .

Из кабины вышел водитель и направился ос­матривать хвостовую часть своей машины. Затем отошел, посмотрел на меня и, укоризненно пока­чав головой, сел за руль и медленно отъехал от вагона.

Я не могла поверить своим глазам: на его ма­шине не было даже царапины. На мое счастье, вагон остановился буквально в нескольких милли­метрах от автомобиля.

В дальнейшем мне пришлось работать на раз­ных вагонах, хороших и плохих, но такого, какой достался мне в мой первый рабочий день, я никог­да не забуду.

 

Ночные приключения

 

Рассказ водителя:

Ехал я однажды по маршруту. Время позднее. Из вагона на остановке все вышли. Еду дальше по темной улочке.  Вдруг, слышу, из салона доносится: «Ку-ку, ку-ку». Думаю: «Показалось, что ли». Опять еду. Снова: «Ку-ку, ку-ку». «Что за черт», — думаю.  Остановил вагон, вышел в салон, смотрю, а там баба стоит. Полуголая.  Я так и обал­дел.

 А она: – Что ж ты за мужик такой? Я уже минут 15 кукую, а ты все не реагируешь.

Снял я ремень свой солдатский, да так отреагировал ее по заду, что эта кукушка мигом выскочила из вагона.

 

Меня нельзя ставить закрывающей движение, со мной обязательно случаются какие-нибудь при­ключения.

Но сначала расскажу, как однажды ночью я увидела чудо.

На большой освещенной поляне, что находит­ся у здания института Чермет, покрытой высокой травой и полевыми цветами, работал ... косарь. Да, да, самый настоящий косарь. Он равномерно продвигался вдоль поляны, оставляя за собой ров­ные ряды скошенной травы. Так приятно и удиви­тельно было видеть все это здесь, в городе и поче­му-то ночью. Следующей ночью он ворошил уже подсохшее сено, а затем складывал его в стожки. Стожки получались небольшие, примерно в рост человека, но было их штук шесть-семь.

Каждый вечер, подъезжая к перекрестку, где находилась эта поляна, я хотела видеть работаю­щего косаря. Эта картина и запах свежескошенной травы напоминали мне детство, когда я отдыхала в деревне у маминой сестры.

Но почему косарь работал по ночам? Об этом я никогда не узнаю, а что касается самой поляны, заглядывая в будущее, могу сказать, что через два года от нее не останется и следа. Асфальтирован­ные дорожки пересекут поляну вдоль и поперек, по краям будут посажены жидкие кустики, а боль­шую площадь ее займет автотранспорт.

Но это будет через два года.

Итак,

приключение первое 

Во время последнего закрывающего рейса я обнаружила на своем пути брошенный авто­бус. Сначала я не знала, что в нем никого нет.

Позвонила, посигналила светом – реакции ни­какой. Пришло