ВАЛЕРИЙ ГРАЖДАН

СКРОМНО О СЕБЕ

Как помнится, родился с нормальным весом и вполне средним ростом в июне 1944 года. Вскоре поменял морозный Крайний Север на юг Западной Сибири: там, в деревне, жила моя бабушка. Она же заменила мне родителей, о чём я не сожалел. Так что вырос вполне деревенским пареньком с крепким здоровьем. Образование как-то меня не удручало, а с пяти лет особенно хорошо давались надписи на заборе председателя. Бабушка была глухой, неграмотной и, ко всему, верила в Бога. Антагонизм на этой почве и колхозные трудодни вынудили меня в шестом классе сбежать в город. Вдовствующие многодетные тётки вскоре избавились от меня через ВЛКСМ, устроив на мебельную фабрику и в вечернюю школу. Так и пошло-поехало: работа, школа, вечерний институт, служба в подплаве. Опять институт, семья, аспирантура и вновь моря-океаны. Будучи в отпусках, обзавёлся детьми. В перестройку угодил на пенсию и взялся за перо, став газетчиком на двадцать лет кряду. А войдя во вкус, дошёл до ручки: публиковал книги с рассказами и повестями. Чем остаюсь доволен по сей день. В 2014 году отметил 70-летие и полное отсутствие здоровья, что почти не влияет на мой мажор и недостаток в друзьях. Искренне ваш, Валерий Граждан.

 

ГОРЯЧИЙ ПОХОД В ХОЛОДНУЮ ВОЙНУ

ОДНА ВОЙНА ПОЗАДИ.  ЗДРАВСТВУЙ, НЕПТУН!

Глава 1. Покинуть Севастополь завтра

 

До выхода отстроенной в Николаеве плавбазы для атомных подводных лодок «Иван Кучеренко» в кругосветку оставались считанные сутки. Корабль заждались на Камчатке в базе атомных подводных лодок, где и набирали перегонную команду. Обстановка в Мировом океане ухудшалась едва не с каждым часом.

Дату начала похода никто из матросов толком не знал. А вечером 1 Мая все вожделённо смотрели в ночное небо Севастополя: там гремел, хлопал, шипел и рассыпался всеми возможными и совершенно необычными цветами праздничный салют. И нам предстояло уже где-то после салюта Дню Победы, а то и раньше, после 1 мая, отойти от Троицкой стенки Северной бухты города-героя Севастополя. Позади ходовые испытания и стрельбы.

Мне удалось-таки узреть самую интересную картину: поражения щитов-мишеней, которые тащили едва видимые на горизонте буксиры. Огненные трассы трассирующих снарядов накладывались буквально одна на другую. Снаряды шли вдогонку друг другу. Для нас, подводников, составлявших более половины команды, такое было в диковинку.

И теперь почти весь апрель, практически круглосуточно, работали в авральном режиме: загружали топливо, воду, провиант, снаряды и несметное количество ещё чего-то в ящиках, мешках, бочках…По верхней палубе то и дело слышалось: «Принять баржу с левого борта», «Принять водолей с правого борта», «Дежурному подразделению срочно прибыть на стенку! Принять груз автопоезда!», «Вира, мать твою! Спишь, салага!» И так изо дня в день.

7 мая прибыли на борт курсанты. Считай, те же студенты, что и мы, только очники. Дело в том, что почти все, кто пришёл из экипажей лодок, были призваны со студенческих скамеек вечерних ВУЗов и дневников, не имевших военных кафедр. И было обидно смотреть, как курсанты строятся для турпохода в Севастополь. А мы, команда корабля, уже валилась с ног от усталости. Нет, чтобы в меру сил оказать помощь в погрузке тех же продуктов: кушать-то вместе будем! Ан, нет. Но и их понять можно: впереди у будущих офицеров десятки, а то и сотни выходов и походов. А потом они - наши гости. Вы же не посылаете пришедших к вам гостей на базар за картошкой! В многочисленных коридорах и на верхней палубе стало как в муравейнике.

Урывками слушали радио. А судя по всему, в мире назревала ещё одна, кроме вьетнамской, война. В Тонкинском же заливе Вьетнама она уже шла несколько лет, и конца ей не было видно. Нас в преддверии кругосветки всё это настораживало: будет ли сопровождение боевыми кораблями в походе?

Теперь же, 17 апреля, из заявления израильского Премьера Л.Эшкола стало ясным, что войны в Средиземном море не избежать. Далее последовало ответное выступление 24 апреля нашего Генсека Л.Брежнева на конференции КПСС в Карловых Варах, где была высказана озабоченность в связи с непомерным вводом в Средиземное море американских кораблей.

В ответ на надвигающуюся угрозу советский ВМФ незамедлительно предстал в этой же акватории боевыми кораблями Балтийского и Черноморского флота. Египет, как выяснилось позже, имея явный перевес по отношению к израильтянам, не смог даже в малой степени показать эффективность своего флота. Одно дело бедуины в пустыне на верблюдах, совершенно иное - на кораблях в море.

3 мая в Средиземное море зашли дополнительно боевые корабли Балтфлота и атомная ракетная субмарина 675 проекта с восьмью ракетами на борту. В противовес уж только США ввели к берегам Израиля два авианосца «Америка» и «Саратога» с десятком кораблей сопровождения каждый, на подходе был АУГ (авиаударная группа) с авианосцем «Энтерпрайз». Туда же поспешили и союзники Америки по НАТО: крейсера, подлодки, десантные корабли с морской пехотой. Назрел безусловный «казус белли» - повод к войне.

И вот через всю эту армаду нам следовало пройти, имея на вооружении четыре пушки-автомата с системой наведения «Барс» и пару пусковых ракетных установок типа «Стрела». Понятно, что от подводных лодок нас, по замыслу проектантов, лодки же и должны охранять. То есть наш корабль, имеющий водоизмещение свыше десяти тысяч тонн и современнейшее ремонтно-восстановительное для АПЛ (атомных подлодок) оборудование, будут сопровождать субмарины. А будут ли? Мы и замполиту задавали этот вопрос, но тот тоже отнекивался, ссылаясь на сумбурную военную обстановку в Средиземном море да и во всём Мировом океане. По вечерам до отбоя, а то и после все до хрипоты спорили, обсуждая предстоящий поход.

А пока сообщили, что в связи с минированием Египтом Суэцкого канала нам предстоит идти кружным путём вокруг Африки. Всё чаще одолевали «самоходы» вахтенного у трапа: «Слышь, браток, ну очень надо!» А речь шла неизменно о том самом магазинчике, что стоял на самом карнизе у спуска к нашему причалу. В заветном одноэтажном зданьице имелось всё, что было пока доступно для матросского кармана. Пока. Но с каждым днём ресурсы таяли, а желания добавлялись.

И как-то так получилось, что почти весь экипаж остался с таким минимумом курева, что его едва дотянули до экватора. А денежки, подобно дождю в пустыне, кончились, едва появившись в наших да и в офицерских карманах, похоже, тоже. Оно бы поменьше на горку шастать, но - увы. И даже положенная по снабжению махорка почему-то оказалась дефицитом…даже для офицеров.

 

Глава 2. Дан приказ: рвать швартовы!

    

Какой придурок с соседствующих кораблей положил первым петлю швартового конца на наш, теперь не сыскать. Хотя яснее ясного, что с неделю назад у нашего правого суетился на вид плюгавый и напрочь проржавевший эсминец. Его вид был красочной визиткой его команды и боцмана. Ко всему, на этот же пал водрузили концы не менее «грамотные» мореманы соседних кораблей.

Но и наши боцмана и вахтенный у трапа хороши: промухали нахальство соседей. А теперь трос хоть зубами грызи: врезался чуть не до тела здоровенного стального пала (стальная тумба) и переплёлся чуть не с десятком других тросов, заведённых ещё при царе-батюшке.

Начало было таким: сыграли аврал и дали команду крепить всё по штормовому. Теперь уже стало ясно, что с утречка возможно отчалим. Честно говоря, вся эта чехарда осточертела, и хотелось, очень хотелось вновь ощутить тугой морской ветер.

Но он опередил наши помыслы и прошёлся вдоль бухты свежим шквалом. Загрохотали теснившиеся вдоль стенки борта, заскрипели-застонали причальные троса. Закрутились юлой и притопли швартовые бочки на рейде. Из всех, стоявших у Троицкой стенки, наш борт, как и все надстройки, были гораздо выше других. Носовой конец отдали ещё в обед, и нас начало наваливать на стоящие по левому борту корабли.

С ГКП старпом через «матюгальник» старался перекричать нарастающий шторм: «Швартовой команде прибыть на стенку! Боцман, отдать кормовой! Да чего вы там возитесь!? Шкафутовым прибыть на стенку!» От хлынувшего ливня потемнело так, что утро превратилось в сумерки вечера.

Но на бетонной, теперь уже насквозь промокшей от непогоды стенке собрались все, в том числе и аварийные партии. Ломы, ваги, всё шло в ход, но толку не прибавилось. Разобрались по тросу, и по команде боцмана пытались хотя бы ослабить стальную струну троса. Рвались рукавицы, сдиралась кожа, сочилась кровь, мат стоял беспрерывный. Но и его заглушала стихия.

Мало того, ко всему стало таскать трап из стороны в сторону. Да так швырнуло, что двоих сбило с ног и сбросило через леер прямо на береговые швеллера обнажённой арматуры. Матросов, истекающих кровью, срочно отнесли в корабельную санчасть. Вскоре приехала скорая из госпиталя: парни покалечились изрядно. И их оставили лечиться в Севастополе. Брезентовые рукавицы, порванные в клочья, валялись повсюду, мало помогал делу мат: его заглушал рёв непогоды. А шторм крепчал всё более. Стало очевидным, что трос надо рубить или… рвать. С каждой секундой опасность затопить один из стоящих подле нас у стенки кораблей усиливалась. Грохот стоял невообразимый, ливень застил глаза.

И тут уже боцман скомандовал: «Команде на ют! Принять трап на борт! Трап крепить по-штормовому!»

Сдирая в кровь колени о скользкие деревянные балясины-ступени, беспрерывно матерясь от боли, взбираемся на край юта - корму. Мокрые и с трясущимися от перенапряжения ногами и окровавленными руками, осматриваемся: все ли здесь. В такую круговерть не мудрено соскользнуть в кипящую от волн бухту. А там в несколько секунд стихия произведёт краткий расчёт с вашей жизнью: швырнёт как щепку о любой борт, либо о бетон стенки.

Уже в кубрике медик делает нам «ремонт конечностей» и бренных тел. Знамо дело: до свадьбы заживёт! И тут… Корабельные дизеля взревели так, будто хотели вылететь из корпуса. Затем нас всех бросило на палубу, друг на друга, на рундуки и переборки. Единовременно раздался жуткий грохот с хлёстким ударом вдоль борта. Стихия бесновалась: корабль вырвался из её лап!

По громкой связи услышали уже охрипший голос старпома: «Ютовым на ют! Выбрать швартовый!» А дизеля, как бы подтверждая свою жизнеспособность, отзывались звуками из недр машинного отделения…Корабль вышел на фарватер бухты.

Буксира по случаю нагрянувшего шторма не было. Да теперь уже без надобности. На рейд вышли без лоцмана: волны не давали возможности швартоваться к борту плавбазы. Иллюминаторы были по-штормовому задраены, и мы прошли мимо памятника затонувшим кораблям, не успев попрощаться. Александровского крепость-равелин почти не угадывалась сквозь хляби.

Мы вышли в открытое Чёрное море. Многие из нас сюда больше никогда не вернутся. Тут же ограничили расход воды по-походному: 25 литров на брата, учитывая как умывание и стирку, так и приготовление чая с супом. Посчитал и курево: 58 пачек на весь поход. Явно мало, но видно есть уставная махра? Но нас,

курильщиков, а это не менее 70 процентов корабельных, жестоко разочаровали: табак не загрузили вовсе. Дизеля набрали обороты. Шли курсом на пролив Босфор. Лишь потом, на следующий день, мы узнали о происшедшем после приказа командира плавбазы «рвать швартовый ходом корабля».

В связи с безвыходным положением штаб Черноморского флота дал «добро» на такой приказ. Мы с интересом разглядывали, перегнувшись через леер, огромную вмятину в корме и порванный стальной трос с руку толщиной, торчащий из бухты на брашпиле.

Тут же интересовались происшедшим наши гости - курсанты, глядя на перебинтованные руки у многих из нас. «Парни, что было-то вчера? А?» Кто-то из наших угрюмо ответил в тон именитому герою фильма Саиду: «Стреляли…»

Такое начало похода несколько удручало и наводило на мрачные аналоги. Но наступали вторые сутки нашего похода. То ли ещё будет? По бортам, ближе к горизонту шли эсминец и СКР - боевые корабли Черноморского флота. Они что, сопровождают нас? Или показалось…

 

Глава 3. Византия, Константинополь, Стамбул

        

А предстояла на нашем пути с утра пораньше мировая сокровищница, город-порт, имя которого менялось в веках, но неизменно с величайшим вожделением, почтением и изумлением.

 

«А вы бывали в Стамбуле? А в Константинополе? Неужто нет? А в историю древней Византии не вникали? Зря. И не просто зря, непростительно в нашей короткой жизни хоть одним глазком не повидать это необыкновенное чудо архитектурного воплощения древности. Живого предания веков».

 

А пока…Винты отрабатывали милю за милей, отдаляя нас от родных берегов Родины. Всё меньше радиостанций стало приниматься на русском языке. Хотя почти на подходе к Стамбулу услышали «Пионерскую зорьку». В душе что-то нахлынуло, и подступили слёзы: когда ещё доведётся услышать родные с детства позывные!

 

Наспех выслушав патетическую речь замполита о предстоящем кругосветном походе и его сложностях, я пошёл познакомиться с курсантами ТОВВМУ. В них я видел своих

 

потенциальных собеседников на интересующие меня темы: от проблем физики до биополя человека, от тектоники до гравитации, от…В конце концов, что за город - Стамбул? Читал много, а вот теперь…В общем, иду к своему сообществу, пока время от времени появляются свободные от вахты час-другой.

 

До Стамбула, где нас ждала САМА история древнего мира, культурная колыбель человеческой цивилизации - Анатолия и Фракия, оставались считанные мили.

 

А не зайди я тогда в кубрик курсантов, никогда бы уже не смог по достоинству оценить увиденное на берегах пролива Босфор и в преддверии его на островке Кыз-Кулеси. Как и многое другое за время нашего похода. Чего греха таить: не больно-то я увлекался морской, а то и попросту историко-географической романтикой. Но невольно проникся ко всему услышанному от курсантов именно здесь, в скромном матросском кубрике.

 

Познакомился: Костя, Саша, Витя, мой тёзка Валера, опять Витя…Скажу лишь, что 40 лет спустя смог сыскать лишь этих пятерых. И не удивительно: курсантов было около двух сотен. Большая часть из которых были младше меня. Тогда это имело значение: мы, корабельные «годки», дослуживали свой последний, четвёртый год службы, своего рода «годками» были старшекурсники ТОВВМУ.

 

Любая тема разговора неизменно у тех и других начиналась так: «Вот закончу службу…», либо - «А я после училища буду проситься служить на…» Так что благодатная почва для общения уже была.

 

А потом, не в обиду будь сказано, но старшекурсники знали и умели намного больше своих младших товарищей. Ко всему, многие видели не только Стамбул, да и в лоциях, что были в их пользовании, было немало сведений. Так что войдя в их кубрик однажды, я посещал ребят чуть ли не ежедневно.

 

- Здорово, парни! Из Сибири кто есть? (Неизменная форма знакомства у служивых). Ах, с Урала! Считай, земляк. Как зовут? Саня, значит, а меня Валера, из Омска я. Ну и как вам у нас? Да ничего, обживётесь. Что надо, обращайтесь. Я рядом, в седьмом. А вы штурмана, надо понимать? Замечательно: будете иногда

 

просвещать нашего брата о береговых и прочих интересностях. Вот и ладненько. Пошли, курнём по этому поводу.

 

Дымили уже на юте, смахивая пепел в кипящие буруны за бортом. Так интересней, хотя и не положено по морской этике, равно как присесть на кнехт или пал (швартовые тумбы на верхней палубе), что трактуется как «сесть на голову боцмана».

 

И был рассказ ПЕРВЫЙ от Виктора о светящемся знаке на Кыз-Кулеси, возведённым изначально ещё до нашей эры. Он расположился в створе пролива Босфор:

 

«Ещё в пятом веке до нашей эры в ходе войны между афинянами и спартанцами на этом скалистом острове была построена сторожевая башня - крепость. Именно через неё и была изначально натянута железная цепь, перекрывающая Босфор. А заодно и доступ в Чёрное море, именуемого тогда в нашем переводе как «Гостеприимное море» (Pontos Euxcinos) либо Понтийское, отделявшее некогда Босфорское царство от других государств. А в 395 году от р.х. практически само море и его берега стали принадлежать Византийской империи, как бы отколовшейся от Римской. Поначалу, конечно.

 

Так вот, византийский император, дабы уберечь от напастей свою любимицу дочь, поселил её в этой крепости под усиленной охраной. Замок затворницы был отделён от берега на 200 метров. Но это не помешало ядовитой змее нанести бедной девушке смертельный укус. Змею якобы пронесла злая колдунья. Вечно, желая какую-либо пакость свалить на кого-то, придумывали колдунью, упыря, а то и лешего. Одним словом, девку сгубила папашина бдительность на грани шизо. Крепость так и нарекли «Девичьей башней». Существуют и более романтичные истории, например, о влюблённом юноше Лендре и красавице Геро, жрице богини Афродиты. Богиня же упрятала возлюбленную Лендра на скалистом острове (опять - двадцать пять!). Туда Лендр добирался каждую ночь вплавь. В итоге парень утоп, а юная жрица прибегла к суициду, бросившись на скалы. Скорее всего, она скончалась, истекая кровью, ибо служб спасения на острове тогда не предусматривалось по штату у скряги - Афродиты.

 

Позже, уже турками башня была достроена и укреплена пушками.

 

- Так-то будет лучше,- рассудили они, дополнительно натягивая цепь вдоль пролива уже от крепости Румельхисар».

 

 

 

Рассказ ВТОРОЙ.

 

«В 1452 году по приказу султана Мехмеда Фатиха (Завоевателя) выстроена крепость Богаз-Кесен (Румельхисар или «Перерезающая горло») на берегу Босфора, напротив крепости Анадолухисар. В отличие от нынешнего долгостроя, длящегося почти десятилетия, прорабы древности без всяких соцобязательств и с отличным качеством (крепость и поныне целёхонькая) завершили постройку монстра фортификации за 4,5 месяца! Как видно, с обмывкой проблем не было, и вопреки миллионам туристов, пытающихся растащить её на сувениры, крепость устояла. Да и «горло перерезать» нынче не имеет смысла. Стой себе, да стой местным ЖКХ на утеху.

 

Величие крепости можно оценить только по трем башням: Халил Паша и Саруджа Паша – диаметром по 24 метра и высотой 33 метра (12-ти этажный дом). А вот башня Заганос Паша возвышается аж на 57 метров.(22 этажа с крышей вместе!). А уж стены и вообще едва не ровня Великим китайским.

 

Позже крепость присмотрели таможенники: как-никак, а центр города! Затем кому-то из стамбульских властей пришло в голову разместить в крепости тюрьму, что оказалось совершенно малодоходным. Так что в 1953 году после турецкого же евроремонта здесь разместился замечательный музей со старинными пушками и летним театром. Скорее всего, там не забыли и про буфет, не менее доходный, нежели сам театр. Там, то есть по соседству с буфетом, турки и поныне закатывают концерты, пополняя казну города».

 

Но прежде чем передать последующие рассказы курсантов, вникнем, хотя бы вкратце, в удивительную историю ГОРОДА МИРА.

 

Отстраивать и заселять территорию нынешнего Стамбула всё-таки начали с азиатского берега где-то в 680 году до н.э. Это были некие мегарейцы, спасающиеся от дорийцев. Те и другие - греки. Только мегарейцы первыми начали, можно сказать, в наглую, перессорившись с куда более вежливыми дорийцами. А, загнав

 

мегарейцев в Азию, дорийцы предпочли слыть европейцами, оставшись поселением на другом берегу Босфора, и заодно прихватили кое-какие острова с морем Понтом Эвксинским, то есть тем самым, которое мы почти оставили за кормой.

 

Но мало-помалу (греки, они и в Африке - греки) первопроходцы нашли общий язык. Хотя в 513 году сюда же чёрт принёс персов. И лишь почти через столетие спартанцы, а за ними галаты в 146 году до н.э. обеспечили нечто подобие союза с самим Римом. Такая чехарда на беспошлинных берегах пролива творилась веками, до 330 года уже нашей с вами эры. Тогда император Константин Великий не без тщеславного умысла (знай наших!) поименовал Константинополь второй (после Рима, конечно) столицей мира! А если быть скромнее, то Византийской империи.

 

И процветали бы себе от века в век. Так ведь и другим захотелось попроцветать. Тем же арабам (Уж не компаньоны ли это Моисея, сбившиеся с 40-летнего маршрута?). Но взяли верх османцы. В 1453 году войска Мехмеда Второго, не имея даже прописки в окрестностях Босфора, осадили-таки Константинополь. И с тех пор теперь уже Стамбул стал центром исламского мира. А завоевав Константинополь и в меру потешась над его жителями, турки дали городу новое имя Истанбул. Тут же застолбились, сделав его столицей Османской империи и пристанищем оттоманских турок, имеющих просроченное мусульманское гражданство. Халифат, видите ли, им негде больше разместить!

 

Мало того, незаконные постройки турок носили капитальный характер. Дворцы (явно не по средствам), мечети, медресе вплоть до 18 века росли как грибы. Хотя полностью затмить христианство греков османцы и их потомки так и не смогли, хотя очень к этому стремились. Красочным примером служит существующий поныне (!!) храм Святой Софии.

 

Костя рассказал о Святой Софии так, что впору писать реферат. Да и есть ради чего. Это чудо архитектуры 6 века. И именно в сей храм прибыли послы русского князя Владимира-Красное Солнышко, дабы проведать доподлинно, сколь хороша христианская вера. И были сражены божественным великолепием

 

Святой Софии. «Тако же баяли о сём князю: «Яко в раю побываши», и тот принял веру во Христа из рук Византии.

 

Отсюда и повелась культура христианства.

 

 

 

Рассказ ТРЕТИЙ.

 

Айя-София или в переводе Святая Мудрость (переименованная турками Святая София), она же Голубая мечеть по цвету внутренних росписей. Даже на сегодня она - красивейшая из четырех музеев мира: Св. Павла в Лондоне, Св. Петра в Риме и Дома в Милане. И это при том, что немалая часть великолепий попросту уничтожена и разграблена на протяжении веков её существования и межрелигиозных неурядиц.

 

Более всех в 532 году потратился на храм византийский император Теодосиус. Он вбухал в строительство церкви такие средства, что никто в мире не мог даже осмыслить, представить их размер. Величайшие геометры того времени Теодор и Анфениус ставили своей целью даже превзойти красоту божественного храма Артемиды. И это им, пожалуй, удалось.

 

А тот же Юстиниан, едва не промотал на храме казну империи, задумав устелить пол (!!) плитами кованого золота, а заодно и стены. Еле отговорили те, кто был поумнее: ведь в одночасье умыкнут местные тати, либо гастролёры… Так нет, он всё-таки приказал сделать некий расплав из золота, добавив туда рубины, сапфиры, аметисты, жемчуга, топазы и ониксы. Больше, как видно, у него и не осталось драгоценного. Ко всему изобрели такой раствор для постройки, что его состав или секрет приготовления так и остался тайной. Хотя до сих пор бьются.

 

Будь побольше бумаги и времени, о стамбульской Софии можно написать тома. Но вот какие чувства овладевают посетителей храма:

 

- Когда входишь в саму церковь, перехватывает дыхание: так она велика и просторна. Освещение так размещено, что всё воспринимается фантастически невесомым. Из-за обилия окон (часть из них, как видно по недомыслию, заложили мусульмане) стены кажутся ПРОЗРАЧНЫМИ. Великолепие убранства поражает неземной красотой. Гармония каменных и кирпичных кладок делает строение воздушным. И всё-таки, описанное здесь есть лишь эфемерная, приблизительная толика истинного».

 

 

 

До вахты оставалось часа полтора. Тезка Александра поведал об ещё об одном архитектурном чуде Стамбула: дворце Долмабахче. Следуя дневниковым записям, попробуем воскресить рассказ ЧЕТВЕРТЫЙ.

 

«О чудачествах османцев ходит немало легенд. Частью - чистая правда. Стоило им только завоевать Константинополь - Стамбул, как началось чёрти что. Мало им резни и погромов, так стали засыпать песком заливы бухты, где разместились, было, корабли флотилии падишаха Ахмеда Первого. Будущих падишахов ещё при рождении нарекали так, чтобы они были, в худшем случае, Вторыми, но никак не Четвертыми, либо 7,5-ными. Так вот этот Первый, не имея под рукой даже бульдозера на шасси трактора «Беларусь», в одночасье зарыл водную гладь, притоптал ичигами и повелел воздвигнуть…дворец. Так решались земельные вопросы ещё в 1611 году. Японцы уже переняли метод на халяву.

 

Так вот строили, переустраивали, даже первоначальное название дворца Бешикташ сменили на Долмабахче. Да и место опять-таки в центре города, почти курортная зона (ох, уж эти мне падишахи! Везде у них блат), так что уже 31-ый падишах в 1839 году Абдулмеджид Первый (а что я говорил! Не 31-ый же!) приказал отстроить дворец заново по образцу лучших домов Лондона и Парижа. Видел ли Абдулмеджид Тауэр или Лувр, не ведомо, но дворец получился очень даже миленький. В стиле османского ренессанса. Да и завешили постройку «под ключ» в 1853 году, пустив госказну по миру. «Пусть сдохнут от зависти!»,- видно помыслил правитель. И отгрохали в итоге такое…что иностранные послы падали ниц и не хотели долгое время вставать. И даже при усиленном приглашении охранников, а возможно, и просто гаремовских госслужащих продолжали конвульсивно биться в поклонах. Теперь это же (отвешивают поклоны) делают туристы, хотя и мысленно. И на том спасибо тому самому Абдулмеджиду. Не только о личном пёкся мужик.

 

И не удивительно: только золота из турецкого Гохрана Отвалили 14 тонн и серебра 40 тонн. Картины и бесчисленные ковры стащили и рассовали по несусветному количеству залов и комнат. Был тут и гарем для личного пользования. Таблички «Без доклада не входить» тогда на гаремах не предусматривалось, но все таки… видно как-то выкручивались, а то и просто отрубали голову».

 

Быстренько произведя развод на приборку, я нырнул в заветный кубрик. Витя обещал рассказать о жемчужине Стамбула-бухте Золотой Рог. Ведь уже утром всё рассказанное должно предстать перед нами.

 

 

 

Рассказ ПЯТЫЙ.

 

Бухт с таким названием, как и проливов Босфор - две. Первая же, которая в Стамбуле, как бы основоположница, родоначальница, второй в заливе Петра Великого, что в Приморском крае. Скорее всего, мореходы приметили схожесть бухт как в очертаниях, так и в удобстве пользования кораблями. Мы будем вести речь о бухте, ставшей истинным украшением Стамбула. Увы, но этого не скажешь о её тёзке в Приморье: грязь и нефтеотходы непролазные, а дно скрыто под отходами судоремонта и судоходства.

 

В Стамбуле турки бухту именуют Халич. А коли копнуть глубже, то те же греки, аборигены здешних мест, поименовали заливчик Хризокеракс, что как раз и переводится на наш с вами язык именно как «Золотой рог». Русские же открыли ресторан Золотой Рог, но его во Владивостоке местные называют не иначе как «Рога», что не одно и то же. Скорее всего, ресторан стал пристанищем обманутых супругов, обмывающих «подарки» от неверных жён.

 

Когда-то турки в заливе даже расположили базу своего флота. Но вовремя спохватились: от военных одни проблемы с экологией, а создавать их в центре Города Мира…И базу прикрыли. Нам бы их мозги! Так что ныне это красивейшее место с лазурной гладью вод (а не мазута) и кипарисами по всему побережью. Да и памятники старины в городе принято лелеять, а не сносить под «шопы» и бистро. Хотя в Стамбуле на любом углу напоят и дадут перекусить. А нашего брата туристов здесь пруд пруди. Так что есть смысл беречь старину! Особенно здесь, где переплелись культуры греков-византийцев о древних турков-османов. Обилие музеев: их десятки и ВСЕ посещаемые. Мы же музеи чаще игнорируем. А по сему, наша культура, как засидевшаяся без внимания перестарка: вряд ли родит чего для потомков. Наши предки ещё тужились в этом направлении и оставили нам образчики архитектуры, богатый фольклор, литературу, традиции…А мы?

 

Конечно же, похерив своё, не прочь поглазеть на чужое. Хотя не так уж и чужое: ведь та же греческая культура издревле стала нашей. Да и центр христианства, резиденция высшей церковной инстанции православных церквей патриарха Вселенского Константинопольского, находится здесь же, на побережье Босфора!

 

 

 

Всё! На сегодня достаточно. Ведь нам предстоит лишь проследовать по фарватеру пролива, а не шастать по многочисленным базарам. Хотя некоторые утверждают, что, не посетив стамбульский базар, вы не увидите города и его душу. Вот завтра и увидим. Но как бы изнутри. Кстати, современники утверждают ещё, что нет краше экскурсии по Босфору. Но мы-то просто советские моряки!

 

Ещё до подъёма по-походному объявили «По местам стоять для прохода узкости!» Да за такое «стояние» на верхней палубе рад полжизни отдать! Вот, вот он, Стамбул! Белокаменный маяк на Кыз-Кулеси. Изумительные картины, сплошь покрытые цветущей растительностью берега! По правому борту видим Стамбул - Европейский с подчёркнуто вытянутыми старинными строениями, с гармонично возвышающимися зданиями современности (здесь и далее использована моя дневниковая запись 1967 года). Как пример тому, здание отеля Интуриста. Вдоль борта уйма катеров. Мы тоже стали частью достопримечательностей Босфора! Фотографируют нас, мы тоже, но втихаря от опера КГБ: низ-зя! Но почему? Нам машут руками, что-то кричат, улыбаются. Как видно «раша», то бишь мы, им по нраву. Господи, ну до чего здорово: всего в полуста метрах от нас катит большеколёсная арба с осликом в упряжке, а рядом лимузин, вроде нашей «Чайки». Вот те и цивилизация!

 

А вот и она, бухточка, родимая тёзка нашего Золотого Рога. А кораблей-то в ней! Ведь в ней и ширины-то около ста метров! А уж яхт просто не меряно. Богатенькие…Виден мост, вроде как Галатинский. Еле просматривается из-за леса мачт. Среди зарослей кипариса пронзают утреннюю дымку минареты. Где-то здесь и патриаршия контора, по-нынешнему - офис. Может во-он то красивенькое рококо? Пойми тут без гида. И виллы, роскошные старинные виллы. А может это тоже чьи-то дворцы? А крыши сплошь из обожжённой черепицы: красные. Лимузин даже тормознул и тоже снимает нас. Шпион, что ли? Вот его бы и прихватил наш особист! Так нет, он нас шугает: то от бортов, то от иллюминаторов. И когда только успевает! И замполит туда же, хотя тоже глазеет: когда ещё увидишь такую красоту.

 

Вот и дворец. Неужто он: Долмабахче? Фотографирую всеми аппаратами сразу, как и все предыдущие красоты. Потом разберёмся, где чего заснято. Не попасться бы, главное! Но уж тут без сомнений мечеть Султан-Ахмет! Точно! Шесть минаретов вокруг и подстать по величине Святой Софии. Вот только теперь она Айя-Софья, да ко всему и тут турки наколбасили: аж четыре минарета вокруг. Понимай, что не храм божий, а мечеть. Теперь она вроде как мусульманская. Поздно «пить боржоми», когда даже фрески в родимой позамазали и колонны растащили, да и кое-что по мелочи в карманах шаровар.

 

Немало зданий каменной кладки с куполообразными крышами. Ну прямо наши планетарии, если бы не минареты вокруг.

 

А коли нет таковых - то просто мусульмане живут правоверные, конечно. А вот в этом двухэтажном не - то дворце, либо просто шедевре архитектуры, расположились представители от СССР. Не всем же сидеть в Анкаре! А тут поглядывай себе с балкончика, да пиши отчёты в Москву. Красота! В конце концов - это их дело.

 

Крепость Румели-Хисары поразила своим величием и нависающей громадой. Это здесь «перерезали горло» Босфора. И опять снимаю. Вот и всё! Дольше ждали. Спасибо ребятам, рассказали, а то бы лупал и ахал не знамо на что и чему.

 

11 мая пополудни, а то и к вечеру. Выходим в Мраморное море.

 

Глава 4. Средиземное море

Очнувшись от впечатлений Стамбула, вышли в Мраморное море. По непроверенным слухам, сопровождающие корабли покинули нас уже при подходе к Стамбулу. И чего было утруждаться? Вот в Средиземке - другое дело: на его просторах кишмя кишат натовцы. Эти долбанут торпедой и не поморщатся. Ох, уж этот секретный поход: все всё про нас знают, только мы ни черта не ведаем. Да и запретов тьма: ни радио, ни телик, ни фотоаппараты - пользовать нельзя. «Не положено», но кем и почему?

 

Ну как тут не возмущаться? А ведь берега, именитые берега, вот они, как на ладони! По правому борту бывшая греческая Фракия, но уже давненько как турецкая. А там, уже за горизонтом и по левому борту - Бурса. Как-никак, а бывшая столица Османской Империи. Не зря они зарились на тогдашних соседей византийцев, владевших Босфором! Зависть - гнусное дело, но ведь одержали верх! И владеют поныне. Идём полным ходом к Дарданеллам. Последняя узкость, вплоть до Гибралтара.

 

Распирает душу от гордости, что идём по легендарным путям мореходов с незапамятных времён, ещё до нашей эры! Это же водораздел Азии и Европы. Разлом континента Евразия, постоянно не дающий покоя ни племенам древности, ни империям нашей эры, ни целому ряду народонаселений.

 

- А вот соседи устроились куда лучше нас! – шептала одна из смазливых жён падишаха в его высокочтимое ушко. - А твои подданные куда воинственней и многочисленней! Чего зад отсиживать на коврах-то! Смотался бы в ту же Византию, да подзахватил земельку у Босфора: хочется, чтобы окна гарема на пролив выходили!

 

Примерно так «вдохновлялись воители перед очередной захватнической акцией. Примером тому был царь Ахашверош, в миру Ксеркс: он в захватнической агонии добрался-таки до греческого (тогда) пролива Гелеспонт, а позже-Гибралтар. Но, дудки, фокус с переправой войска, хотя и зело превосходящего противника, не удался. Какой - чудак из местных, видно хохмы ради, присоветовал напыщенному царю построить мост. Заметим, что проливчик-то на пути был очень даже проливистый: от полутора до тридцати километров, а в милях от одной до пятнадцати. Нынешние мостостроители только смету на эдакий мост канючили бы с год-два, а тут…Но, говорят, сварганили некий пешеходный переход, ведь не танки же переправлять! Да смыло море ихние городульки первым же штормом. Так и не достроили его горе-завоеватели.

 

Вошли в Дарданеллы в 15 московского 12 мая. Дельфины по носу будто указывают нам фарватер: разрезая волны - усы от корабля, подлетают ввысь и свистят по-хулигански заливисто и хором. Чуть ли не по борту прошлись рыбаки на какой-то шаланде. Кричат, машут руками. Да и не машут вовсе: это же флажной семафор, но просто руками. Передали нам привет и счастливого плавания. Подпись: бывший узник Бухенвальда. Вот ведь как случается!

 

Утро уже встретили в Эгейском море. А уж в нём-то…Пожалуй, и шагу ступить мимо исторически знаменитого места невозможно. Одна Троя чего стоит! Вон, по левому борту она, теперь тоже турецкая. Не лишне вспомнить и о славе русского флота. Её ныне носят символически все русские матросы на плечах в виде трёхполосного воротника-гюйса. Так вот полосы - это по преданию знаки великих морских сражений: Чесменского, Синопского и при Гангуте. Завтра пройдём острова Лесбос и Хиос по левому борту. Лесбиянок вряд ли покажут, а вот Хиос…

 

Между ним и берегом Хиосский пролив, где и настигала русская эскадра турецкий флот. Наша эскадра вступила в сражение под командованием адмирала Спиридова и Главкома Флота графа Алексея Орлова. Турки ретировались в Чесменскую бухту, где и были поголовно уничтожены. Хотя правильнее было бы сказать «покорабельно уничтожены», а матросов турецких наши вылавливали и оказывали помощь. Битва укрепила позиции и славу российского флота навсегда.

 

А тем временем за обоими бортами плавбазы буквально в кабельтове, а это примерно 200 метров, шли как совместными, так и встречными курсами самые разнофлаговые корабли: сухогрузы, танкеры, рыбацкие посудины, изредка пассажирские лайнеры-красавцы. Военных кораблей до самого Средиземного не встретили ни единого. Американцы в этот «угол» морей заглядывать манеры не имели: опасались не без оснований встреч с русскими. Да и хватало «своих» забот в колыбели Европы - Средиземном море.

 

Заглянем, что в эти дни в этом море творилось: 11 мая, скорее всего ночью, иначе мы увидели бы, проследовал в Средиземное параллельным курсом черноморский крейсер «Слава». Они шли под вымпелом первого заместителя Командующего Черноморским флотом адмирала Сысоева. В этот же день собрали переводчиков с арабского языка в Каире и распределили по кораблям Египта. Египетский МИД СССР не эвакуировался. А командование ВМФ СССР усилило 14-ю эскадру Средиземноморья силами Балтийского и Черноморского флота.

 

Арабы выдвинули лозунг: «Сбросить евреев в море!» То есть дела шли далеко не шутейные, особенно, если учесть, что корабли НАТО уже были наготове отстаивать агрессивную политику Израиля. Холодная война вот-вот могла стать горячей и даже очень, если учесть, что в НАТО насчитывалось более десятка стран, а в Варшавском договоре участие принимали все страны социализма. Понимать двояко не приходилось: если война, то непременно мировая и, не исключено, что ядерная!

 

Снарядов у нас предостаточно, сам участвовал в погрузке: полные трюмы. А вот с ракетами неизвестно, может подзагрузят по пути следования. Вот только куда «следования»? Нам-то надобно на Камчатку прибыть и обеспечивать тамошнюю боеготовность, а тут… Ну а в общем-то, куда прикажут: можем и к арабам. С интернациональным, так сказать, визитом. Здрассте, мол, уважаемые арабы, вот и мы, ежели что!

 

И посыпались как из торбы острова сплошь с греческими названиями: Андрос, Миконос, Наксос … почти русское «накось».

 

Последний остров Тира выплыл уже из изрядно волнистого Критского моря. Так что «прощайте скалистые горы» но Греции. Вот только не разобрать даже по карте: которые из островов всё-таки турецкие, но с греческим названием, а которые наоборот, либо вовсе необитаемые и затопляемые приливом. На них можно загорать как грекам с турчанками и туркам с гречанками: весело и познавательно. А то и породниться недолго. Нам бы ещё туда, да плавок модных нету. Так что винты крутят, корабль идёт.

 

!2 мая увидели старого знакомого по Тихому океану – самолёт - разведчик США - «Орион». Не ведали мы, бывшие подводники, что теперь отныне и до скончания похода он будет постояльцм в небе над нами. А то и в роли бомбардировщика: в боевом залёте с носа в корму. Но это позже. А пока, при очередном облёте на очень уж малой высоте мы продемонстрировали лётчикам название того самого острова Наксос, то есть международный жест «накось»! Но совсем малость погодя нас облетал и невесть чей самолёт «Нептун». В первый и последний раз, видно из местных. И всё стихло. Как перед грозой. Может так оно и есть? Но какой грозой: небесной, либо от супостатов?

 

Обессилевшие птицы величиной с голубя, но схожие с цаплей, сели на палубу. Опять в диковинку: на лодку, ненароком всплывшую в океане, а это случалось лишь по ночам, никто не садился. Разве что мы сами выползали выбросить мусор и пару раз курнуть, мельком взглянув на звёзды…А эти вот совсем ручные. Не боятся совсем, видно из сил выбились. Да и знают, поди, что не тронет моряк птичку божью. Сами под богом ходим по морям.

 

13 мая. Изрядно потеплело. Уже в Средиземном. Огромный танкер, едва просматривался вдали, скорее всего из того же Израиля: шел прямиком на восток. Мы же взяли курс строго на запад. Как видно, быть вовремя на Камчатке важнее событий у Суэцкого канала. А ведь изначально мы именно по нему и должны сейчас идти, будь мирное время. Теперь же там полным полно мин. Втихаря пробуем настроить телевизор в кают-компании мичманов. Матросы на корабле всегда найдут место и время для своих дел.

 

Идём курсом на Сицилию. Следовательно, можно узреть их берега хотя бы по телику. Но вся беда была в том, что телик-то наш, советский, а телепередачи - ихние. Да и наше телевидение, честно говоря, было несколько убогим по сравнению с зарубежным. Не удивительно, коли пошло оно по стране лишь в пятидесятых, а кое-где и в шестидесятых годах.

 

Теперь немногие и помнят пресловутые КВН с линзами и экраном с кусок банного мыла. Наши корабельные «Рекорды» были весьма сходными приборами, хотя по нынешним понятиям просто примитивными. Но нам и этого казалось много, лишь бы разрешили. И «добро» было получено «под наблюдением офицеров и соблюдением…» То есть «никаких баб». Ну и ладно.

 

А дизеля безостановочно отбивали адскую чечётку, сотрясая корабль. И ведь спали как убитые: гул дизелей, качка, команды по динамикам ГС, доклады дневального по кубрику - всё нипочём. Теперь вахта для всех и трёхсменка. Особо не забалуешь. Ко всему добавить построения до десяти раз за день, плюс учения и тревоги. А коли тревога, то шиш поспишь после вахты: вскакивай и беги. Да ко всему уж больно хочется посмотреть телик «иностранческий». Тут ещё такая заковыка: несовпадение частот по приёму звука и изображения. Звук на одном канале, изображение на другом. Замучились перенастраивать. Потом додумались: звук ловили по приёмнику. Смотрим телик и слушаем сопровождение по радио.

 

Так что толпы на телепередачи в кают-компанию и матросскую столовую набивалось под завязку. И вовсе не в передачах было дело, а в том, что это ТУНИССКОЕ либо ИТАЛЬЯНСКОЕ телевидение. Так что смотрели всё подряд, не закрывая рта, время от времени восторгаясь: «У-ух ты! Во здорово! Во дают!» Хотя чего там «дают» не смыслил никто: речь-то не по нашему. И так сойдёт! Да и когда тут спать, когда кругом столько всего! И вода вдоль бортов и за кормой особенно стала не просто светиться, а как бы полыхать.

 

Дельфины состязались с нами, выказывая своё преимущество: обгоняли корабль и устраивали целую феерию водных, исключительно синхронных танцев. Но уж больно часто были картины далеко не веселящие. На горизонте, а то и совсем рядышком сновали военные корабли с незнакомыми флагами: супостаты. Не раз видели и перископы лодок. Чьи они? Скорее наши, раз тревогу не играют. А уж сколько гражданских судов, то не счесть: Средиземное море по праву самое судоходное в мире ещё до нашей эры.

 

Облёты стали настолько регулярными, что и тревоги играть перестали. Просто наши комендоры БЧ- 2 (пушкари) «врубали» систему наведения пушек автоматов «Барс» и все дела. «Барсик» же тыкал стволами точно в брюхо низколетящему самолёту, а тому это следовало понимать, что могут и пальнуть, посмей он залёт по-иному сделать. Наш корабль-то военный, а тут свои правила: «Поиграйся, но не балуй!»

 

14 мая Президент Египта Насер ввёл свои войска на Синай и потребовал убрать объединённые силы ООН. Тут же объявил всеобщую мобилизацию в ВС Египта.

 

Видели нечто похожее на каменную гряду почти прямо по курсу. Но гряда… плыла. Кто-то сказал, что это черепахи «в надводном положении». Идём к Испании. Но уж больно не испанским, вернее не Гибралтарским направлением! Зачем-то встали в дрейф у Болеарских островов Ивиса и Форментера. Именно в этих местах по лоциям подводная свалка взрывчатых веществ. Весёленькая стоянка! К ночи выяснилась причина «веселья». Это нечто вроде свидания на минном поле, чтобы никто не помешал. Очень даже остроумно. Подошёл к нам кораблик, весь в антеннах, но как бы рыбак. «Подхарчился» у нас «чем бог послал», а вернее интенданты ЧФ. Сбросили почту: не видели, вернее не ступали на берег около восьми месяцев. То есть видеть копчёности, даже иногда и нюхать могли, но вкушать… « не моги».

 

Погода не препятствовала перегрузке провизии и перекачки воды. Вскоре «рыбак» исчез в ночи, не зажигая топовых огней. Чего уж тут не понять: служба…

 

А мы опять: «К бою, походу», хотя на сей раз без построения, хотя никто и не спал. Общались с «рыбаками»- одногодками. Стояли-то бортами вместе. Идём к Гибралтару. Просто не верилось, что нас вот так просто «отпустили погулять» наши потенциальные неприятели. Хотя, даже вполне вероятно, что мы для них «кусучая» цель: лодка, а может и не одна, должны быть поблизости. Не для того наш корабль строили, чтобы его грохнули торпедой по причине новизны проекта.

 

Еле продрав глаза, смотрим по экранам Валенсию, Мадрид. Во, черти, эти испанцы: наши Известия показывают, вот только бы без перевода на испанский, мешает только! А так все замечательно: танцы, песни, можно подумать, что им всё побоку. А, в принципе,- вон она, Испания! По левому борту очень даже неплохо видно побережье, сплошь утыканное кораблями и корабликами. Военных и вовсе не видно, но «Нептун» прожужжал над нашими головами - хоть часы сверяй. Ровно к нашему утреннему чаю.

 

Конечно же, всё, а скорее далеко не всё удаётся сфотографировать. А уже глубокой ночью в одной из моих

 

(корабельных) лабораторий проявляли плёнки. Печатание фото оставляли до лучших времён. Плёнку спрятать легче. Бережёного бог бережёт! А на верхней палубе ветерок посвежел настолько, что пришлось достать, было, упрятанный бушлат. Вот те и Африка под боком! Так это нам прохладно, а как этим же марокканцам? Ведь попростывют ко всем чертям и забюллетенят в массовом порядке.

 

Но лучше и познавательней сыскать НП (наблюдательный пункт) по правому борту, где во всю панораму открывается Испания. Население всего 30 млн. человек (на время нашего похода). Это даже меньше, чем на Украине. Зато баз военных и далеко не испанских, а скорее американских - до 30 штук! Так кто на кого зуб точит? Если у нас и есть некая альтернатива, так только на Кубе…А шума-то! Одна из самых «крутых» баз американцев - на испанском острове Терейра. Но и это не самое удивительное: непосредственно на берегах Гибралтара возвышается крепость Гибралтар, которая напрочь вся АНГЛИЙСКАЯ. То есть и сама территория базы и всё находящееся на ней принадлежит Великобритании. И всё шито - крыто. Слева марокканская Сеута, а справа - крепость Гибралтар. В 18 часов корабельного времени 17 мая вошли в пролив Гибралтар. Бешенный встречный поток вод и ветра из Атлантики. Плавбаза, превозмогая напор стихий, еле продвигается со скорость относительно берегов - не более 4-5 узлов. То есть чуть быстрее пешехода.

 

Английские корабли подчёркивают своё владычество над окрестностями, а посему шныряют почти перед форштевнем. Но наш командир перехода и командир корабля невозмутимо выжимали «узлы» из дизелей. В общем, делали всё, чтобы англосаксы остались «при своих». Утёрли сопельки потомкам «владычице морей» - Англии. Так в «тихоходе» встретили закат солнца и сам вечер. Взгорье, вместившее в себя крепость, осветилось мириадами огней, став похожим на новогоднюю ёлку.

 

Примеру последовала лежащая через пролив африканская Сеута.

 

Гибралтар или Джебель-Альтарик по-арабски, а ещё древнее Mons Kalpe, что прямо напротив знаменитых Геркулесовых столпов - это ко всему мыс и город. Крепость, а заодно и город построил мавританский полководец Тарик в 710-ом году. В 15 веке постройки присмотрели испанцы. Они им пришлись по вкусу, да

 

так там и остались бы, но туманы Альбиона наскучили англичанам, и уже они перепрофилировали их на свой манер. Сменили и табличку о территориальной принадлежности на: «Тыз ис инглиш». Что следовало понимать как: «Теперь это наше».

Глава 5. Канарские острова

18 мая и все последующие до экватора и дальше наш путь лежит уже по Атлантическому океану. Причём совершенно малохоженым путём: вдоль берегов Африки. Хотя зарекаться преждевременно. Вполне может статься, что и вдоль той же Южной Америки и пиратский пролив Дрейка. При упоминании имени Френсиса Дрейка любым моряком овладевает эдакая романтическая удаль. Ведь это человек - легенда, подданный английской королевы Елизаветы Первой. В 13 лет он впервые взошёл на торговый корабль. В те времена «торговля» нередко подразумевала работорговлю. А сие занятие технологически предопределялось обычным морским разбоем и захватом этих самых рабов.

 

А морские разбойники - профи и есть корсары, сиречь - пираты. Вот только не все пираты кончали свою развесёлую житуху, раскачиваясь в петле на рее. Дрейку королева жаловала звание адмирала и активно потакала титулованному разбойнику деньгами и флотом. Не безвыгодно для королевства. И ко всему новоявленный адмирал расколошматил испанскую «Непобедимую армаду», развязав руки новой владычице морей - Англии.

 

Мало того, будучи отъявленным головорезом, а без этого и пират - не пират, он прекрасно ориентировался на земном шаре. А это в свою очередь сподвигнуло величайшего авантюриста своей эпохи где-то в 1580 году пройти самый беснующийся пролив планеты. Аборигены наверняка долго искали морского бродягу, чтобы вручить ему верительную грамоту на поименованный водный ресурс у мыса Горн и в обозрении Огненной Земли.

 

А пока, завернув за северный угол Африки, мы пошли близёхонько от её побережья. Скорее всего, по просьбе «зрителей» из ТОВВМУ, коим небезынтересны всевозможные маяки и прочие знаки на побережье «чёрного континента», вплоть до знаков ГАИ Африки. Нам же интересно поглазеть в бинокуляр и сфотографировать белокаменный город Касабланка. Прямо скажем - трёхмиллионный мегаполис отменный на первый взгляд издалека. На каждом углу мешки цитрусовых. У нас картошки и то меньше. Жаль, но причал здесь нам не уготован, а то поменяли бы. Хотя по слухам здесь едят батат местного производства. Бывали здесь в войну против фашистов Трумен и Черчилль на конференции по вопросу второго фронта. Но он так и не открылся на севере Франции, как предполагалось. А ещё шахматисты повадились здесь играть, так как в Васюках международный аэропорт забаллотировали.

 

Начинаем отдаляться от берегов Африки опять к берегам Испании, а вернее, к берегам владений Испании - Канарским островам. Во времена нашего похода русскими на этих островах если пахло, то в мизерных дозах. В нынешнем 21- ом веке нашего брата, а то и сестёр просто прорва. Вся беда, а может и счастье этих островов в их исключительном климате, экзотике и близости от цивилизации. 19 мая прошли между островов, а может и вдали одного из них: Тенерифе и Лас-Пальмас. Поди их разбери, а спрашивать штурманов, так могут и послать куда…Надоели: где, да что, да покажи. А нам почти без разницы: Канары, да всё тут.

 

А ещё 19 мая в СССР - День Пионерии. Вот только американцы это понимают иначе, и в этот день командующий 6-ым флотом США Уильям Мартин заявил, что «Задачи 6-го флота изменились». А это означало ввод в восточные воды Средиземноморья авианосцев (АУГ) «Америка» и «Саратога» с двадцатью кораблями сопровождения и многотысячным морпехом на борту. На подходе к Гибралтару АУГ «Энтерпрайз».

 

Израиль укрепил свои суда пушками. Наш эскадренный миноносец (ЭМ) «Настойчивый» вместо Николаева проследовал к месту событий в Средиземном. 22 мая был создан «казус белли» - повод к войне: Насер закрыл Тиранский залив в Красном море. По нашим сведениям, в гущу событий в качестве морпехов туда же отправили курсантов военных училищ. У нас на борту их до 250 человек, да нас более ста - чем не морпехи! А ведь могли и развернуть. Не развернули. Океан покачивал смирённо, летали рыбки, светило южное солнышко. Выдали тропформу. Идиллия…

 

На кой-то чёрт начали вызывать к майору - особисту. Вызывали почти всех старослужащих. Странно. Но никто не «кололся»: для чего вызывали? Вроде никто ни в Испанию, ни в Африку не сбежал, антисоветчины тоже не слыхать. Так зачем?

Глава 6. Наши на экваторе

Но вызвали и меня: «Вас особист…В 30-ю каюту!» И сразу как-то не по себе. Ведь тоже по четвёртому году пошёл мой срок службы. Вроде нигде «не пролетал». Может кто «стукнул», что у меня куча фотиков и снимаю без разрешения? Может добровольцем куда? Так тогда чего темнить? Объявили бы давно и сами пришли. Так нет…Иду, стучусь, приглашает эдак гостеприимно. Знамо дело: опер КГБ, наверное, чаем поить будет, а то и соточку…для разговора. Но, мысля так, я был совершенно далёк от искомого варианта. Капитан 3 ранга, а проще Олег Александрович и вправду мне налил…кофе. Крепкий и вкусный кофе. Любезно предложив чашечку, предложил запросто именовать по имени отчеству, а то и просто Олег, так как был на пять-шесть лет старше.

 

- Садись, Валерий! Меня зовут…(мягко стелет!) Ты вроде артист с детства? И при Омском драмтеатре кружковцем был…(К чему клонит? Ну был.) Хочу тебе одну из главных ролей предложить. Не против?

 

- Оно бы можно, но не до самодеятельности! Вахта, свои дела. Да и ДМБ (демобилизация) скоро, готовиться надо. Вы уж извините. Разрешите идти?!

 

- Ну брат, не ожидал. Ты чего ерепенишься до времени? Даже кофе не попробовал. Да и роль-то интересная, даже очень. Чего же не спросишь?

 

- Положим, спросил. Так что будем ставить? «Вишнёвый сад?»

 

Так мы «могем».

 

- Нетушки, Валера. Мне так кажется, что ты в свите Нептуна на роль Главного сатаны метишь. Как теперь, согласен? Вижу, что слегка обалдел. Но ты, как говорят, вживайся в образ и поскорее. Вот те текст. Но это для канвы. Импровизация приветствуется. А вот тебе сценарий Праздника Нептуна. По моим подсчётам 27 мая аншлаг. Репетиций, к сожалению не будет. Иначе праздник - не праздник. И никому о нашем разговоре ни гу-гу. Договорились?

 

Связь, вопросы - всё ТОЛЬКО со мной. Знают о затее и получили роли по сценарию в основном курсанты: их проще отвлечь. Ну и немного ваших, корабельных.

 

Насчёт «гу-гу» Олег переусердствовал. На вертолётке уже шли сварочные работы. И вся команда, а равно наши гости знали, что это каркас бассейна, где будут крестить всех при переходе экватора. Какие уж тут секреты. У нас между собой особиста звали «молчи-молчи». Работа, мол, такая.

 

А океан время от времени выказывал своих обитателей. Помимо дельфинов появились не менее резвые касатки. Вид их огромных упругих тел с контрастной белизной как бы шейной части головы на почти чёрном теле очень впечатлял. Они исправно гонялись за летучими рыбами, и те в панике даже залетали к нам на палубу. А мы их фотографировали: как влёт, так и разложив на тряпочке. И сбрасывали в родную стихию. Видели рыбу-парус. Будто пляжный женский туфель на волнах.

 

24 мая. В океане вообще, а в тропиках тем более восход и заход солнца - целый набор контрастных картин. Вот только что светили яркие и лупатые звёзды и вдруг…выкатывает солнце. Яркое и огромное. Но закат исключительно замедленный и томный. А потом раз…- и нету солнца. Тут же, словно спохватившись, высыпают звёзды, коих в наших широтах не увидишь. Прежде всего - это Южный Крест. Мне друзья курсанты, а звёзды - их «хлеб», втемяшивали небесную грамоту чуть ли не еженощно.

 

Так что по сей день помню, что навигацких звёзд северного полушария 18 штук, а южного - пять. В нашем ночном небе это Полярная Звезда, Вега, Регул, Альдебаран (легко запоминается) и Андромеда и ещё дюжина, а в южном главенствует Крест, Ригель, Спика…Как здорово разыскивать их среди других звёзд, стоя на качающейся среди океана палубе ночью!

 

В Израиле началась мобилизация. Так кто на кого нападает? Евреи на арабов или наоборот? А вообще-то сдаётся, что будут воевать наши с американцами. Опять, что ли? Мало им Вьетнама!

 

24 мая достигнуто соглашение между США и Англией об открытии Акабского пролива для гражданских судов. Это вглубь Синайского полуострова, к пограничным землям Израиля. Тут и думать нечего: для оказания помощи евреям, коих мы числим агрессорами.

 

А в довершение Израиль «настучал» в атташе США на присутствие ВМС СССР у их берегов. Спасайте, мол! Ну и картинщики! Америкацы весь 6-ой флот загнали в Средиземку по сути против нас, а они соизволили нюнить. В конце концов доигрались: арабы с перепугу обстреляли уже американский танкер, да ещё похвастались об этом в своей газете «Аль-Ахрам».

 

На следующий день, 25-го мая АУГ «Америка» пошёл на соединение с АУГ «Саратога», прихватив своих причендалов из эсминцев и крейсеров с десантом морпеха. Как видно, для товарищеского матча на бильярде с арабами на их поле.

 

Буквально на следующий после встречи с особистом день я узнаю «страшную тайну»: почти весь курсантский кубрик участвует в празднике Нептуна. Так что все «говорящие» герои действа здесь, у меня под боком. Так что мы всё-таки репетируем, нарушив запрет Олега Александровича. Я же ко всему режиссировал всех: Тритона, Звездочёта, Делопута...Вносим свои импровизации, хохочем.

 

26 мая из Неаполя на БДК (большой десантный корабль) «Кембрия» и ещё шести судах вышли 3500 морских пехотинцев США.

 

Жара несусветная! 35-40 градусов в тени. Даже через толстенную спиртовую кожу троптапочек припекает. Палуба раскалена пуще блинной сковороды. Помимо «Орионов» летают альбатросы и фрегаты, но это мирные птицы. Первые как бы помесь стрижа с сорокой, то есть покрупнее стрижа, а хвост длинный как у сороки. Второй же здоровенный, с крупного гуся, а в размахе крыльев до трёх метров. Живёт постоянно в океане. Гнездится для вывода потомства на берегу. А вот испражняется, зараза эдакая, чуть не по полведра и прямо на палубу! Вот и отскребай потом…Изматеришься напрочь. Был тропический ливень, трое слегли в санчасть с простудой: перепад температур ливня и воздуха - 20-30 (!) градусов.

 

26 мая. Широта 2 градуса. Завтра будем пересекать экватор. Кое у кого началась тропическая болезнь. Это слабость, шум в ушах и привкус железа во рту, нарывы. Пострадавших больше среди курсантов: они почти круглосуточно на верхней палубе с секстантами и вечными скороговорками «товсь-ноль!»

 

Разве что завзятые географы знают о существовании республики Кабо-Верди! И не тужьтесь понапрасну: такая есть и ютится на островах Зелёного Мыса. Сам не ведал, пока они, эти острова, не показались на горизонте. Живут на них мулаты, то есть смесь негров с кем-либо побелее и сами негры, то бишь афро-зеленомысцы. Всего 350 тыс. человек, с детворой и женщинами вперемешку. Говорят сплошь по-португальски и молятся на католический манер «Аве Мария». Есть у них эдакий Президентик и даже Ассамблея, исключительно народного происхождения. В общем, всё без дураков, как у людей. Была у них даже вооружённая борьба против испанских колонизаторов. Затем нашли консенсус, породнившись с ними, и те подобрели. Какао, бананы, рыбный стол, сахарок. Соль тоже своя. Торгуют потихоньку, даже валюту имеют - эскудо (не путать с русским «паскуда»- это другое). Вот вам и «Кабо». Вот если их присоединить к Союзу, то была бы Кабы ССР. Очень даже мило. И базу туда, чтобы «Орионы» морякам и торговцам не мешали.

 

27 мая 1967 года. Легли в дрейф. То - сё, как обычно, но в дрейфе. Мои штурманята говорят, что легли в него, то есть в дрейф еще ночью. И тут же начали закачивать воду в брезентовый бассейн с каркасом из труб. Я еще раньше посчитал, что заполненный - он вмещает до 30 тонн воды. Не слабо. Выдержали бы его борта такой напор. Это по 7 тонн на стенку! Но, скорее всего, среди офицеров немало тех, кто знаком с сопроматом и эпюрами напряжений. А то спросили бы непременно. Мы-то сопромат уже сдали на гражданке. Сделали приборку, позавтракали, помахали «Ориону»: «накось!»

 

И вдруг по ВСЕМ динамикам ГС голос командира перехода: «Внимание всем членам экипажа и курсантов ТОВВМУ им. адмирала Макарова! Корабль остановлен по приказу бога морей Нептуна! На борт прибыл его сын Тритон и требует соблюсти обряд крещения перед пересечением экватора. Всем свободным от вахты прибыть на вертолётную площадку! Командир перехода капитан 2 ранга Земцов и командир корабля капитан третьего ранга Гришко». Тут же играет горн «Большой сбор».

 

К этому моменту у заполненного до краёв бассейна (выдержал-таки!) водрузили «царский трон» из алюминиевой тумбы трапа. К трону простиралась ковровая дорожка вплоть до трапа на шкафут. Сам трон убран коврами. А кнехты левого борта приспособили под чистилище. Это укреплённая над ними фанера с кучей пеньковых концов - верёвок распущенных, обильно сдобренных графитом. Лаз аккурат между тумбами кнехта сквозь вервии. Именно здесь будут протаскивать черти грешников перед купелью. Рядом стоял алюминиевый же чан - обрез с исключительно мыльной водой и огромной кистью - полушваброй, привязанной концом к лееру.

 

И вот все высыпали на вертолётку. Всё-таки некоторая загадочность, которую по большей части удалось соблюсти, придала празднику особый шарм и некую феерию. Прозвучал горн «Захождение». На шкафуте правого борта послышались шумы и отголосок песни «Эй, моряк!», затем дикий хохот и визг наподобие женского. Затем хлопок петарды и Громовой голос:

 

-А ну, помолчите, бесовское племя, Я в гости иду! Дорогу мне, стража моя!

 

Стук жезла по трапу. Первым взошёл Начальник стражи могучего телосложения, сияя латами и в золочёном шлеме. У пояса приторочен на золотом же ремне с перевязью меч. За ним, в окружении стражи важно шествовал сам Бог морей Нептун. В правой деснице его был увесистый трезубец, коим он и стучал, шагая. Его длиннющие шелковистые локоны явно напоминали расплетённый капроновый трос. Такие же прекрасные «волосы», как видно, тоже из боцманского арсенала имели все, кроме чертей. Сразу за Нептуном шли Тритон с горном и Русалка. Негры с опахалами овевали родственную тройку, как бы предохраняя от лучей тропического солнца. За ними двое дюжих стражников несли 50-ти литровый жбан с «вином» для причастия, от которого пахло компотом из сухофруктов.

 

Чуть поотстав, плелись звездочёт в колпаке и чёрном шёлковом халате по статусу С Делопутом в изрядно поношенном восточном же халате с дырами, и оба в ширококолёсных очках. Почти под ногами Нептуна шустрил старикашка - Писарь со здоровенным блокнотом, явно сшитым из штурманских карт. На ногах Бога морей и свиты была отменная морская обувь - прогары. А Русалке предварительно сбрили вполне приличные усы.

 

Нептун прошествовал к трону и вальяжно воссел. Негры тут же начали отрабатывать свой хлеб, бодро, почти угрожающе размахивая фанерными опахалами. При этом Нептун делал боксёрские уклоны, избегая услужливого подзатыльника. Нептуном вполне мог оказаться сам особист. Да так оно и было. Федя Колеватов, наш чемпион - гиревик конечно же урвал пост начстражи. Его ребята были подстать Черномору - качки культуристы. Чертей подбирал я сам. По большей части тоже не хилого десятка: самбисты и вольники с боксёрами.

 

Тритон, раскрашенный в косую полоску прямо по телу и русалка с пышной грудью, вызвавшей бурю эмоций у команды, встали у подножия трона. Стража бухнула жбан, едва не отдавив Русалке ногу в троптапке. Уже возле неё примостились Звездочёт и Делопут. Писарь взошёл на эшафот. Начался суд.

 

Нептун: «Здравствуйте, морской народ! Рад вас видеть в море! Я как царь глубинных вод окрещу вас вскоре! И скажу без лести я: все вы мне по нраву. А коль грешен кто, то чиню расправу. Всех, кто речь свою смешал с бранными словами, повелю кидать в бассейн, чтобы радовали всех добрыми делами. Кто с зелёным змеем в дружбе, пусть пройдёт чистилище. А душа его всегда станет благ вместилищем! А коль просто разгильдяй, и щетина выросла, то намылим щёки враз и побреем начисто. Подходи народ и кайсь, лютовать не буду, коль откроешь душу мне, век тех не забуду. Писарь верный, ты сочти грешников на судне, пусть по звёздам и на дне их дела рассудят! Суд начать, но зря не трожь, тех, кто мной крещёны: шелбаков нельзя и тех, кто уже солёный!

 

Писарь: Первый плут и сквернослов Митя Абакумин, будь любезен, встань-ка тут!

 

Звездочёт: Мне звёзды грезят, что нет зла в Митиных поступках! Водолея светит знак: пусть пройдёт чистилище!

 

Делопут: Митя чуткий человек, даже в самоволке он чинил велосипед юной комсомолке! Я бы, коли Царь велит, дал ему жемчужину.

 

Нептун: Слуги верные мои, оба были правы. Но традиции блюсти больно мне по нраву! Очистить охальника, крестить в купели и причастить вином морским из жбана с полстакана.

 

Черти, за работу!

 

Тут же стража хватает Абакумина и подводит к чистилищу. Передают жертву чертям. Те сами вымазаны в саже «как черти», а вервия чистилища в графите. Бедный Абакумин!

 

Сатана: Здравствуй Митя, мой хороший, ты меня не бойся. Мы лишь чуточку почистим голову и кожу. Будешь помнить нас чертей до скончанья века, и увидят вскоре все в Мите человека!

 

Пока Главный Сатана говорит речь, Митю елозят туда-сюда в чистилище. А вытащив, высоко поднимают его, офигенно вымазанного, высоко над головами. Зрители надрывают животы при виде жертвенного Мити. Далее идут нарушители дисциплины среднего и незначительного звена, плюс небритые. Уж над ними издевались всласть. Тем более что особо напрягаться не требовалось: намылили до пояса и бу-ух его в бассейн!

 

Всем окрещённым Русалка подавала полную кружку «вина» и позволяла себя чмокнуть в щёчку. В итоге, уже к средине процедуры крещения бедная Русалка была вполне похожа на чумазого Сатану. Затем Тритон трубил, и Писарь оглашал очередную жертву. Честно говоря, вымотались мы, черти, кидая публику в бассейн, прямо в доску. И вот, закончив исключительно лояльное и смешное судилище уже над офицерами, коих было единицы, случилось нечто.

 

Для начала оговоримся, что практически все офицеры ещё в училищах уже пересекали, а то и не раз экватор. А это соответствовало статусу ШЕЛБАКА, либо вообще СОЛЁНОГО. А посему повторному крещению не подлежали и даже имели право быть в свите самого Нептуна. Так что все перечисленные в составе нашей свиты именно так и подбирались. Так что никто лучше уважаемого с тех пор Олега Александровича не мог знать подноготную окрещиваемых. Так вот…

 

Вдруг Нептун привстал и как бы начал искать кого-то в толпе собравшихся.

 

- А есть ли кто из офицеров, кто мой обряд не принял? Негоже быть плохим примером и честно выдь на эшафот. Здесь славу флота не унизят, а мой упрёк лишь чести дань. А ты, мой писарь, в книгу глянь! Кого узрел ты в списке кратком, кто ШЕЛБАКОМ ещё не стал?

 

Но тут поспешно, снимая на ходу пилотку и рубашку, взбежал на дощатый эшафот… наш старпом. Вот это да!

 

Нептун же, стукнув трезубцем, сказал:

 

- Хвалю за храбрость, всех достойной! Лишь укрепится твоя честь.

 

Тебя крестить по нраву чертям, и будь всегда, каким ты есть!

 

Мы впопыхах облапали уже не столь чёрными руками старшего помощника и по всей традиции не просто бросили начальника в купель, а вроде подбросили над бассейном. При этом тапочки офицера полетели в стороны, а сам он полетел вроде как… за борт. А это метров 15 до воды, где акулы не редкость. Все замерли, а старпом почти завис в воздухе. Так казалось от страха, что бедняга того…сыграет к Нептуну-Посейдону в гости. Но к великому всеобщему ликованию крещение закончилось благополучно, и новый уже ШЕЛБАК плюхнулся в воду бассейна, где-то в метре от его края. Затем командир корабля в белоснежной форме РАЗ (номер один) представился Нептуну и поднёс ему откупную чарку. Царь выпил коньяк, от которого и пахло коньяком даже на расстоянии, где стояли отошедшие от испуга черти.

 

-А теперь ты получи от экватора ключи!

 

С этими словами наш командир расцеловал теперь уже особиста, взяв у него огромный ключ из нержавейки. Он и поныне хранится в одном из музеев ТОФ, как свидетельство ПЕРВОГО пересечения кораблём ЭКВАТОРА. Здесь же висит Грамота, коею были награждены ВСЕ без исключения, пересекшие ЭКВАТОР на плавбазе ПБ-6 (в последствие «Иван Кучеренко»)

Д И П Л О М

 

 

 

ИМУЩЕМУ СИЮ БУМАГУ ЕЮ И ВЛАДЕТИ

 

 

 

ДОСТОЙНОМУ СЫНУ ДЕРЖАВЫ СОВЕТСКОЙ, ВОЕННОМУ

 

МОРЯКУ ГРАЖДАН ВАЛЕРИЮ АРКАДЬЕВИЧУ

 

 

 

Я вручаю сей почётный диплом в знак доброй памяти о встрече со МНОЙ на экваторе.

 

В изнуряющую жару, сквозь шторма и туманы доблестный мореход пересёк три океана и двенадцать морей, оставив за кормой более 22 000 миль.

 

Покинув Чёрное море, он прошёл возле Царства Пингвинов в Антарктике, обогнул Африку и Страну Восходящего Солнца и достиг берегов Камчатки!

 

Кто бы ты ни был, мужчина, а равно и женщина, окажи почёт покорителю! Он достоин этого!

 

 

 

К СЕМУ ПОДВОДНЫЙ ЦАРЬ НЕПТУН.

ПЕЧАТЬ НЕПТУНА

27 мая 1967 года, ЭКВАТОР

Впереди таковых походов будет немало, как у нынешних членов экипажа, так и у новых команд, сроднившихся с кораблём и морем.

Глава 7 Святая Елена

Вот уж «медвежий угол» нашей планеты. В Антарктиде народонаселения наверняка больше. В расчёте на тысячу квадратных километров. Это при условии, что мы здесь люди временные и учёту не подлежим. Кругом, до горизонта, а, скорее всего и намного дальше – вода. Но при всей своей внешней привлекательности, совершенно не питьевой. Отсюда нетрудно догадаться, что для человека здесь кисловато: жарища несусветная, и вечно хочется пить. А стоит «освежиться» забортной водой, во время приборки, например, из шланга, как превращаешься в соляной, искрящийся на солнце столб. А кожу сморщивает и щиплет. Хочется тут же пресненькой водичкой сполоснуться. Но тут же ощущаешь, что запасы таковой на планете весьма скудные. Бедный Магеллан, его корабль почти не имел ВОДОИЗМЕЩЕНИЯ в сравнении с нашим, корабельным, конечно. Именно ВОДО измещением.

 

Ни единого дымка на горизонте. В принципе, много ли дыма от дизелей? Вроде не очень. Это от котлов дымит. Так что наверняка в этих краях некому воздух портить. И мы наслаждаемся этим, но после захода солнца. И вот оно, устав нагревать океан, но так и не доведя температуру до точки кипения, начало уползать за горизонт. Багровым цветом заливая колышущие воды окрест, светило постепенно умиротворялось. Это Бог воды на паритетных началах принял бразды правления у Бога света. У-ух, как будто вздохнул от этой маеты океан, плеснув борт волной. Подул ветерок. Тысячетонное тело корабля избавлялось от двукратной температуры тяжелобольного. А ведь завтра, 1 июня - Новый год! И ничуть не чудачу: в южном полушарии так и делают. Так даже интересней. Ни тебе ёлки, ни снега, да и Советского шампанского ни капли. «Романтика», да и только! Выведал у своих, что поутру увидим остров Святой Елены, последнего пристанища Наполеона.

 

Сразу уточним, что речь идёт о том самом Наполеоне Первом, решившем проверить твёрдость русского характера. Но вскорости, не без помощи Кутузова, до него дошло: зря он вообще сюда сунулся. А уже после его и во Франции невзлюбили. Так и сгинул не за понюх табаку на некогда безызвестном острове. Но после его смерти в 1821 году, как это бывает обычно - его догнала всемирная слава и там. Вот и пошло с тех пор, что полуторатысячное, почти сплошь английское население стало кормиться славой и пресной водой. Есть там и город, по ихнему - Джеймстаун. А ежели по нашему, так себе, средняя деревушка тропического исполнения. Но уж больно далеко. У нас до Байкала и то ближе, зато водичка ни чета святоеленовской.

 

А вот и остров показался. Высокий, гористый, сплошь в зелени, а на вершине его, видно из рекламных соображений - место захоронения Наполеона. Сиречь - гробница. Возможно и знаменитая треуголка на ней. Возможно, её реставрируют в промежутках веков.

 

Вот и совсем близко славный остров. Толпимся у бинокуляра на ЗКП (запасной мостик), где не так тесно и не попросят к той самой матери. Сюда же притащили фотик «Зенит» с оптической насадкой. Вроде что-то получилось. Но, помяну, кстати, что побывав Нептуном, наш Олег Александрович подобрел и не шугает нас с фотоаппаратами. И на том спасибо. Благополучно следуем курсом на Кейптаун. Жаль, что всё-таки не к Огненной земле! Но, как говорят, мыс Игольный не чище мыса Горн. Посмотрим…

 

Идем вдоль берега Анголы. Весь год теплынь, в пределах комнатной температуры. Спать можно на улице, коли нету муссонных осадков. Но случается, что можно схватить и ОРЗ, а то и вовсе воспаление лёгких: ночами холодает до нуля. А так жить можно, если руки растут откуда положено. Кроме львов и леопардов остальные животные вполне съедобные: слоны, зебры, антилопы, черепахи. Может со слонами и напряжёнка, а к остальным нужны порох и соль по вкусу. А так, войска, президент и даже португальский язык.

 

Странно, но уж больно спокойно проходит наш почти круиз. Если бы не «Орионы», так вообще тошно от безлюдия. В то же время только Советский Союз направил в Средиземное море свыше 40 военных кораблей надводных и 16 субмарин. И дошло до того, что встал вопрос о применении «спецоружия» против АУГ, то есть авианосцев и иже с ними. А это не что иное, как ядерная война! Неужто сорвутся? Ведь там уже и места нету, где чемодану упасть: лодки да корабли, как килек пряного посола в банке. И не мудрено, что евреи бомбанули по своим же союзничкам - американцам. В результате на корабле США «Либерти» вынесли вперёд ногами 34 человека.

 

Приближаемся к ЮАР - самой южной стране Африки. Не очень важные у нас, Советского Союза, были в те времена отношения. Но идти «мимо ихнего забора» приходится. Хотя те и расисты, будь они неладны. А получается, что большинство местных подчинены исключительно приезжим бурам, не ужившимся с англосаксами. Каша, одним словом. Потом-то дела поправились и афро-африканцы взяли верх. Но то, что недра тут богатейшие в мире - никто даже спорить не станет. Бриллиантовая фирма «Де Бирс» именно в здешних местах и жирует. Куда нашей Якутии, хотя могли бы.

 

Как сладко пахнет береговой дым! Его чувствуют моряки за сотню, если не более миль обострённым обонянием. А вот и горы мыса Доброй Надежды виднеются. Кейптаун, он же Капштадт, что означает «Город на мысу». Город, облюбованный китобоями всех стран, мореходами торговых путей, немало здесь и военных моряков блока НАТО. Так что нам здесь путь «не усыпан розами», и ухо нашему акустику нужно держать остро: не «сидят ли на хвосте» супостаты. Пока бог миловал, а скорее всего - наши подводники. Есть предположения, что наш корабль передадут «с рук на руки» подлодки Балтфлота нашим, тихоокеанским атомным субмаринам.

 

И хотя до родных берегов топать и топать, а только благая весточка о них - сплошной бальзам на израненную событиями душу. Бог не выдаст, чёрт не съест. Вперёд, к Индийскому!

 

Камчатка - Ульяновск.

Комментарии: 0