ВЛАДИМИР БОГОМОЛОВ

Образование имею высшее техническое и военное.

Отец двух детей и муж двух жен. Гражданин Украины и СССР, родившийся 24 апреля 1955 года в Потсдаме от рода донских казаков и украинских эмигрантов из Германии. 5 лет был офицером, 5 лет инженером, 20 лет коммерсантом и уже 4 года как госслужащий. Вот и все о себе для биографии.

А вот если о сути своей и о новом призвании, то получится немного длиннее. Как правило, будни и выходные протекают размеренно и однообразно, неторопливо складывая в одно целое нашу жизнь и пересыпая песок времени в часах нашей судьбы. Но бывают дни, когда в размеренный скрип песчинок нашей жизни врывается нечто такое, что на мгновения останавливает наши часы, давая время каждому оглядеться и осмыслить происходящее с нами и вокруг нас.

Порой это важное событие, а порой – ничем не значимый эпизод чужой жизни вокруг нас. И не в этом главное, а в том, что происходящее заставляет каждого из нас остановиться на бегу и задуматься о многом и о разном.

Мгновение проходит, размышления заканчиваются с пользой для нас или без нее. Память быстро стирает все, что произошло за эти мгновения. А жаль.

Вот я и решил, выкладывать на бумагу такие мгновения. Получаются миниатюры, рассказы, повести или роман. Все они очень похожи на разговор по душам самим с собой. Трудно все мысли хранить для себя без всякой пользы. От избытка их устаешь и начинаешь тяготиться ими, желая от них избавиться поскорее.

Так родилась у меня уверенность в том, что бессмысленно вновь разбросать то, что так тщательно и тяжко собрано, осмысленно и разложено по местам.

И потому у меня вызрело такое решение: выложить все накопленное на суд людской. Пусть они сами решат: что им нужно, а что нет. И пусть даже случится так, что все окажется никем не востребованным, для меня это все же легче, чем хранить далее все это. С той поры я стал писать обо всем: что пережил сам, что пережили другие, что увидел и о чем догадался, чему научился и что понял...

С уважением, любовью и благодарностью ко всем тем, кто взял на себя труд оценить до конца все накопленное мною, и всем тем, кто смог лишь взглянуть с тем, чтобы пройти мимо, 

ОДИНОЧЕСТВО В ТОЛПЕ

ПОВЕСТЬ

Глава 1.  ЛОГОВО ДЛЯ ОТШЕЛЬНИКОВ В ОБЩЕНИИ

 

Люблю людей. Люблю мужчин и женщин,

Детей и стариков, и даже тещ.

Ах, если б я любил людей поменьше,

Я не был бы так бледен, зол и тощ...

 

«Мужчина на проверке».

Александр Иванов

 

Каждый раз, когда в его жизнь вторгалось очередное непредсказуемое событие, Олег искал и не мог найти ответ на вопрос, который отличался не только своей каверзностью, но был столь же непредсказуем, как само событие его принесшее.

Для меня этот год, в отличие от предшествующих, начался с событий значимых, – он встал, убрав пальцы рук от клавиш клавиатуры – его пуповины связывающей с миром виртуальных невидимок, нетерпеливо и жадно ждавших его новых откровений на страничках дневников в разнообразных сайтах и чатах по всему земному шару.

Нет, со стороны могло показаться, что как раз уж в это празднование Нового года ничего необычного не происходило, а скорее даже совсем наоборот: уж слишком размеренно и буднично проходила череда традиционно многочисленных новогодних праздников.

Олег встал у окна, открывавшего лазейку в реальный мир над шумным проспектом спального массива большого города. Он несколько минут всматривался в черную полосу асфальта, жирного от соли и растертой на нем резины тысяч колес. Белый пушистый снег огромными мохнатыми снежинками опускался вдоль каймы этой полосы, дорисовывая очерченное пространство свежим белым контрастом. Свет уличных фонарей приобретал удивительную объемность в этом молчаливом безмолвии ослепительного волшебства.

Отпустив край занавески, Олег вернулся к письменному столу, который словно огромный черный ящик иллюзиониста скрывал в себе тайну его внутреннего мира. Монитор на нем и клавиатура были лишь органами управления этого тайного пространства, скрытого от любопытных взоров. Его внутренний мир очень вырос в своих размерах за последний год - два, и теперь уже не помещался в его сознании.

Это очень раздражало Олега и не давало ему покоя. Все дело было в том, что мир этот рос за счет огромного количества мыслей и размышлений, которые стали там поселяться, словно иностранные иммигранты. Вскоре его внутренний мир разбух до невероятных размеров, грозясь задавить его собственное «Я», ради которого, по сути, и был создан.

Единственным известным Олегу способом избавиться от лавины новых и новых мыслей в его голове было щедрое жертвоприношение: нужно было постоянно раздавать уже осмысленные размышления другим, чтобы те, изучая и забавляясь его уже переваренными мыслями, избавляли и очищали его сознание для новых поселенцев.

Лучше всего этот процесс происходил в общении с людьми, когда удается соприкоснуться с чужим внутренним миром. Проще простого было искать общение в многомиллионном городе, чем в бескрайней степи или глухом лесу. Но эта иллюзия столь же обманчива, как и все иллюзии человека.

На самом деле, повстречав человека в безлюдном месте, было значительно проще дождаться от него откровения и облегчить обоим сознание от назойливых дум, нежели найти кого-нибудь для откровений в толпе горожан, снующих там и здесь по улицам и магазинам.

Причиной тому была уверенность в том, что собеседника больше никогда не встретишь, и тем самым сохранишь тайну своих откровений – вероятность повторной встречи случайного собеседника в безлюдном месте и в суетной толпе супермаркета была примерно одинаковой. Удивления подобная новость могла вызвать лишь у того, кто сам ни разу не оказывался в одиночестве, пребывая длительно без собеседников где-нибудь в безлюдной глухомани.

Но и тут крылась некая загадка, так как одиночество горожанина было на самом деле намного глубже и мучительнее, чем у двух людей живущих обособленно на опушках леса или на краях незримого поля. Удивительным было то, что у однополчан было значительно больше шансов разговориться до откровения, чем у двух пассажиров, плотно прижатых друг к другу в вагоне метро.

Олег уже давно не практиковал метод живого общения для очистки своего мира. Теперь уже давно стали доступными боле действенные методы, которые в его жизнь, как и в жизнь многих миллиардов людей на планете, принесла всемирная компьютерная сеть. Теперь, сидя уютно дома, он мог высказать наболевшую осмыслением мысль одновременно тысячам собеседников и услышать в ответ десятикратное согласие принять или нет суждение от него.

Вот отчего он уже давно стал заложником черного ящика, словно какой-то чародей навечно приковал его к клавиатуре и монитору на столе. Незримо и прочно, казалось, кто-то удерживал его там, с каждым днем все плотнее опутывая, словно паутиной, сотнями контактов с виртуальными собеседниками. А те, испытывая жажду по чужим суждениям, без конца сравнивали их с теми, что имели сами.

Когда же им удавалось найти что-то похожее, они, ничуть не смущаясь, тут же начинали украшать свои, собственные мнения новыми подробностями или уточнениями, а порой просто меняли их на новые, чтобы дальше уже новые чужие мнения и убеждения выдавать как свои. Случалось и так, что чужое мнение вызывало лишь презрение и ненависть, тогда они злобно их отбрасывали от себя, безуспешно стараясь вернуть все, что приобрели, обратно в утробу привораживающей путины.

Сегодня Олег к вечеру почувствовал, что его сознание начинает давать крен и терять устойчивость из-за очередного переполнения осмысленными суждениями, которые не давали пространства новым рассуждениям для принятия окончательного и важного для его жизни решения. Только открытый шлюз в пространство паутины мог мгновенно спасти возникшую в новом году ситуацию.

Олег вернулся за стол, двинул мышью, чтобы монитор ожил, и прочитал начало своего сообщения для тысяч одиноких невидимок по ту сторону светлого экрана.

– Для меня этот год, в отличие от предшествующих, начался с событий значимых, даже знаковых. – Олег опять задумался над тем, что излить далее невидимым слушателям, которые не столько жаждут узнать причину перегрузки его сознания, сколько мечтают как можно скорее освободиться от собственных мыслей-пришельцев.

– Первое событие меня посетило в первом дне Нового года, – продолжал он свое избавление от уже ненужных ему размышлений, излагая все накопленное для раздачи другим, – это была смерть, чужая смерть, но она затрагивала и меня.

 

 

Глава 2.  ЗАПАДНЯ ИЗ ВОЗМОЖНОСТЕЙ БЕЗ ГРАНИЦ

 

Все мои беды из-за альтруизма,

Из-за наивной веры в красоту.

Я подорвал две трети организма,

Воюя против зла за доброту.

 

«Мужчина на проверке».

Александр Иванов

 

Новоселье произошло быстро и совсем незаметно. Накануне до позднего вечера заносили вещи, а уже утром искали в них школьную форму, чтобы детей отправить в новую школу. Соседи заселились уже давно. Квартира Олега более двух лет стояла необитаемой. Бывшие владельцы решили не заселять ее, чтобы свежую и незамаранную сразу вставить в сложную цепочку для обмена. На реализацию этой идеи ушло два года жизни молодой семьи. А еще через год, реализованная мечта – выменять трехкомнатную квартиру в зеленом центре города в доме дореволюционной застройки, оказалась бессмысленной и ненужной: молодая женщина, мать единственной девочки в семье, была тяжко больна. Она осуществила свою мечту, но не успела ею насладиться.

Так часто бывает в жизни, что мечта и путь к ее реализации куда слаще самой цели. Странно получается: без мечты грустно и неинтересно жить, но наступает момент, когда она уже достигнута, но радость от этого не сравнить с радостью, полученной в поисках самой мечты. Но если мечту молодой матери Олег еще мог понять – как молодой отец, он тоже мечтал дать своим детям такие возможности, которых не смог получить сам, то мечту девчонки-подростка из соседней квартиры он не мог понять с самого начала.

Старшая дочь была ровесницей той девчонки, о которой идет речь. Олег был рад тому, что они сразу подружились. Обе девочки чудесным образом дополняли друг друга: удивительные внешние данные маленькой соседки дополняли очень хорошие способности к обучению и тяга к знаниям его дочери.

Возможность в полной мере оценить щедроты природы случилась, когда соседке минуло шестнадцать лет. Он не видел девушку по той простой причине, что у той внезапно открылась тяга к путешествиям и приключениям. Такой судьбы для своей дочери отец не желал, и потому тактично расстроил дружбу девушек. Несколько лет он больше слышал о ней от ее матери, чем видел ее саму. Но когда он увидел девушку, то онемел, не в силах ответить ей на приветствие. Перед ним стояла длинноногая модель поразительной грации и совершенства форм. Такой ослепительной красоты в одной женщине Олегу рядом с собой видеть еще не приходилось, и он был сражен сразу.

Нет, в его восхищении не было ничего предосудительного – он просто наслаждался красотой как великолепным пейзажем или божественной скульптурой, отдавая себе отчет, что перед ним девушка такая же, как и его дочь, которой он, как все отцы, всей душой желал лишь женского счастья.

Спустя двадцать три года после новоселья, соседи вновь пригласили Олега в свой дом: они поминали свою дочь в возрасте Иисуса Христа. Олег ее видел в последний раз и был опять поражен тому, до чего была красива эта молодая женщина.

Ни на похоронах, ни на поминках не было слез и истерик, несмотря на столь юный возраст усопшей, так и не познавшей за свою жизнь истины женского счастья. «Как такое могло произойти?» – сознание Олега отказывалось понимать, несмотря на логическую и закономерную цепь событий в жизни молодой женщины. Начав принимать наркотики с подросткового возраста, она достаточно долго продержалась в этом мире. Ее престарелые родители вместе с ней за эти годы прошли путь: от беззаветной любви единственного чада до покоя от облегчения и благодати избавления от непосильной ноши, которую им давно не по силам было нести.

Обе женщины: та, которая отдала семье Олега свою новую квартиру, и та, что в том же возрасте отдала свою красоту и жизнь, заполнили все его сознание в первые дни наступившего года. Олег никак не мог примириться с тем, как бездарно и глупо порой человек распоряжается своей жизнью, тем сокровищем, которое каждому даровано вместе с первым вздохом в мире, где столько удивительного и прекрасного. Он уже не первый раз сталкивался за свою жизнь с таким бестолковым отношением к богатству, которым каждому дано распорядиться по своему усмотрению.

– В конце концов, какое мне дело до того, кто и как распоряжается своим достоянием: разумно или нет, – записал Олег далее в своем дневнике, – ведь от этого моя личная жизнь никоим образом не зависит. Мне лишь обидно за тех глупых людей, которые не знают, как распорядиться своей жизнью. Кроме того, в моей собственной жизни много такого, с чем я сам не знаю, как справиться. 

 

 

Глава 3.  ХИТРОСПЛЕТЕНИЯ ИЗ ДАРОВАННЫХ ГРЕЗ

 

Девчонка без любви поцеловалась

И глазками кокетливо косит.

Я видел это! Сердце оборвалось

И с той поры на ниточке висит.

 

«Мужчина на проверке».

Александр Иванов

 

Он нажал кнопку «публикация» в окне своей личной страницы и стал просматривать комментарии к предыдущим страничкам дневника. Их было много, и были они настолько разные, насколько разными были люди их написавшие. Некоторые вынырнули из «паутины» впервые, других он знал давно, не имея представления о том, кто эти люди на самом деле: где и чем живут в своей реальной жизни, как выглядят и чему посвятили свой дар от рождения. Они, как и весь мир, рожденный для общения людей, был выдуман и нереален.

В этом мире, куда Олег поселился много лет назад, вымышленным было все, кроме одного: здесь люди по своему желанию открывали свой внутренний мир для других, желая найти хоть здесь родственные себе души. Иногда это удавалось, и возникало удивительное ощущение душевной гармонии и единения, которого большинству из них так не хватало в жизни реальной и не вымышленной.

В той, реальной жизни, было много недоступного им, в отличие от волшебного мира иллюзии. Непосвященному все происходящее казалось странным и непостижимым. Но не для жителей сказочного царства, именуемого Всемирной паутиной. Все они приходили сюда ненадолго, движимые более любопытством, нежели с ясной и реальной целью. Большинству это казалось увлекательной игрой, в которую можно начать играть и в любой момент ее закончить, потеряв к ней интерес, как к любой другой игре.

Но в этом и была главная опасность! Мало кто из новых поселенцев паутины отдавал себе отчет в том, что эта игра так похожа на реальную жизнь, что с ней так же нелегко было расстаться, как нелегко проживать жизнь без любви в одиночестве.

Главный соблазн именно в том таился, что в виртуальном мире все давалось легко и быстро, в отличие от сложностей и трудностей мира настоящего, в котором жить было нелегко и не всегда радостно. Здесь же было достаточно сесть в уютном месте и в удобное время за монитор, как мгновенно реализовались без всяких усилий самые фантастические мечты. И это было завораживающе легко: реализовать самые удивительные свои желания и мечты. Так легко и быстро, что раз попробовав, уже было невозможно избавиться от соблазна испытать подобное еще и еще!

Многие миллионы людей на планете вместе с Олегом радостно забывались, часами проживая свою реальную жизнь в сладких грезах и иллюзиях, дарованных им паутиной. Они уже не помнили, как и зачем попали сюда, и уж точно, забыли про радости бытия в мире реальном. Сладкая патока иллюзий незаметно выдавила из их сознания память о том, как происходит общение с людьми живыми из крови и плоти. Им уже давно было незачем переживать реальные события, полные счастья и драматизма. Нехватку эмоций и ощущений они черпали в иллюзорном мире грез, довольствуясь их суррогатом.

Олег не относил себя к числу затворников Всемирной паутины. Он нашел в себе достаточно сил, чтобы устоять и не поддаться соблазну поселиться и жить в этом мире грез. Он искал и находил здесь для себя иные цели, достигая которые получал удовлетворение, достаточное для оправдания своего присутствия, но недостаточное для желания отказаться от чувств, которые мог испытывать в своей настоящей жизни.

 

 

Глава 4.  НЕ ОБОРВИТЕ НИТОЧКУ ЗЛОДЕИ!

 

Не оборвите ниточку, злодеи!

Я хоть и рыцарь, но не юн уже...

Не опошляйте голубой идеи

О чистой дружбе между «М» и «Ж»!

 

«Мужчина на проверке».

Александр Иванов

 

В этот раз, как впрочем, и во все другие, Олег во Всемирной паутине искал в очередной раз ответ на свой вопрос, не забывая щедро раздавать ответы на вопросы, в которые уже внес для себя ясность. Новый вопрос был не нов и не однозначен. С одной стороны вопрос легко укладывался в три слова «опять хочу любви», но с другой, все, что скрывалось за ними, трудно было вообще описать словами, а не то, чтобы весь смысл своих желаний изложить тремя словами.

Сложность вопроса, не так давно обострившегося до состояния открытой раны, состояла не столько в проблеме отсутствия у Олега отношений с женщиной, сколько в их удручающей скудности и однообразии. Естественно, что в данном случае речь не шла о «чистой дружбе между «М» и «Ж» и уж, тем более, о пресловутой в последние годы «голубой идее». Олег был воспитан в строгости, и слабостей к перемене своей ориентации в вопросах любви и дружбы не испытывал нужды.

Не считал он себя и обделенным женской любовью, которой был укутан с самого раннего детства. Зрелые годы лишь добавили к материнской страсть и радость любви женской, такой удивительной и неповторимой. Потребность в любви он стал испытывать, лишь когда дождался своей «внучатой» поры в зрелости.

Как обычно бывает с подобными чувствами, которые подкрадываются и исчезают столь же внезапно, как приходят и уходят домашние кошечки, не считаясь ни с нашим ожиданием, ни с нашей готовностью к их появлению. Олег, уже давно переступивший пору своей любовной одержимости, загодя себя приучал к мысли, что рано или поздно необходимо будет смириться с тем, что любить женщин останется лишь теми органами, которые не способны дарить им материнство. Глаза и сердце очень важны любому человеку, не исключая мужчину, но для женщины весьма важно знать, что чувства любви мужчины к ней могут проявляться не только букетами и конфетами.

А мужчины, с возрастом, становятся сентиментальнее девиц, красоту которых упорно не хотят замечать. Как только они осознают свою слабость в отношениях с женщиной, то начинают себя жалеть не меньше девиц, обделенных мужским вниманием. И хотя каждый мужчина находит понимание и поддержку со стороны любимых в столь щекотливом вопросе, тем не менее также, как и они, на деле оказываются совсем не готовы к тому, чтобы принять пришедшие наяву возрастные проявления.

Как только Олег перестал себя чувствовать рыцарем и понял, что уже не юн, то в испуге окунулся с головой в сеть виртуальных общений. Там он активно в откровенных дискуссиях с дамами стал искать сад, где «молодильные яблоки» помогают рыцарям остановить время и получить короткую отсрочку приговору.

Его надежда на спасение напоминала ниточку, как у сердца, что «оборвалось и с той поры на ниточке висит», вот почему все страницы его дневника можно было легко сжать до одной фразы: «Не оборвите ниточку, злодеи»!

Нити «Всемирной путины» Олега не подвели, и на его призыв о помощи отозвались сотни постоянных обитательниц этой страны. Но больше всего помогла дама из столицы сопредельного королевства, которая имела моложавый лик в «аватарке» и вызывающий раздражение у несчастных обитателей социальных сетей ник « Счастливая». С момента активного общения с ней и начались новые отношения с женщинами в его жизни. Активный призыв стать счастливым дал решимости Олегу. Дама достаточна быстро смогла его убедить, что «внучатый» период может подарить каждому желающему возможность обрести второе дыхание в своем стремлении человека быть счастливым.

 

 

Глава 5.  РУКАМ Я С ДЕТСТВА ВОЛИ НЕ ДАЮ

 

Я в брюки не засовываю руки,

Рукам я с детства воли не даю.

Я на мужчинах уважаю брюки,

На девушках лишь юбки признаю.

 

«Мужчина на проверке».

Александр Иванов

 

О том, какую степень свободы могут получить распущенные руки мужчины, Олег смог лично оценить на лице одной хорошо знакомой дамы, которая обратилась к нему за помощью аккурат на Рождество, не забыв перед этим тщательно исполнить все принятые обществом ритуалы ежегодных новогодних праздников. Чрезмерная тщательность их соблюдения, видимо, не исключала традиционных кулачных боев, что было выразительно отражено, словно на полотне художника, на лице дамы в момент визита Олега.

Причина, по которой он утратил интерес к телевидению, заключалась в похожих картинках на экране лиц главных героев многочисленных боевиков, плотно заполнивших все пространство эфира подавляющего большинства каналов кабельных сетей. Лицо знакомой преследовало Олега всю рождественскую неделю в наступившем году не менее навязчиво, чем присутствие на телеэкране лица примадонны былой эпохи.

Стремление человека к счастью столь неиссякаемо по причине, по которой не бывает счастье одинаковым для всех. Раздумывая над сутью человеческого счастья и читая умные мысли других людей, Олег согласился со «Счастливой» в том, что счастье человеческое столь же безмерно, сколь и многолико, и все это благодаря непохожести людей друг на друга. Люди в понимании своей сути счастья столь же отличны, сколь отличны они во внешнем своем сходстве. Вот отчего Олег решил прекратить общение с виртуальными образами и перейти к общению с живыми людьми.

И если жизнь в виртуальном мире допускает клоны людей, то мир реальный их исключает. Это обстоятельство многих очень огорчает до такой степени, что они предпочитают свою жизнь проживать в иллюзорном мире, где легко можно надеть на себя любой образ и создать новую биографию легким щелчком по мышке. Но не Олега, который ни за что не согласился бы поменять свою жизнь на жизнь в мире искусственных клонов.

И он начал свои поиски живых людей, общение с которыми ему должно было дать второе дыхание в его жизнь. Олег не искал совершенства среди живых, он лишь желал видеть брюки на мужчинах и юбки на женщинах и не стремился «засунуть руки в карманы», чтобы предстать в ином облике, нежели он сам. Его искренность очень скоро принесла свои плоды, подарив ему множество счастливых минут.

Переживая их, он внезапно ощутил вновь себя молодым и полным жизни. В отличие от многих тех, с кем ему было суждено встретиться и развенчать свои и их иллюзии о счастье. Так Олег покинул паутину для несчастных, чтобы вернуть в свою жизнь реальное счастье отношений.

С ним все это произошло столь стремительно, что он не успел очистить свое сознание от множества дум и разочарований, и его разум утратил былую гибкость и тонкость. Желание избавиться от всего лишнего вернуло его на страницы дневников и в дискуссии на форумах виртуального мира, где он щедро делился со всеми желающими своим опытом реанимации своего смысла в жизни.

Олег решительно и последовательно стал искать радости и наслаждение от всего, что оставалось ему доступным в реальном мире, воодушевленный тем, что это приносило куда больше удовлетворения, нежели бесконечные путешествия по паутине.

Глава 6.  САННЫЙ ПУТЬ В ПАУТИНЕ МИРА

 

События, которые происходят с тобой и вокруг тебя, рождают мысли, которые кружатся в тебе, словно снежинки в хороводе. Некоторые тают сразу, другие укладываются в пышное покрывало, укрывая твою боль или раздраженность от событий, для тебя неприятных или непонятных и необъяснимых. Если на душе холодно, то слои со временем образуют плотную корку на душе, похожую на лед, тогда нужен ледокол, чтобы освободить душу из плена и дать ей свободу движения для развития и общения.

Очень помогает тепло, когда нужно снять ледовый панцирь с души. Для этого не нужно разводить костер в непогоду – достаточно лишь найти солнечный луч и подставить ему душу. Но найти такой лучик непросто, порой невозможно. Тогда может разбушеваться метель, которая снежинки превратит в злые ледяные колючки, которые смертельно ранят душу, и она медленно умирает, не познав света солнечного дня.

Но и тут есть спасение. Можно найти родственную душу и обменятся с ней покрывалами, зная, что чужое снежное покрывало не так плотно ложится на душу, как свое, родное. А еще лучше, не дожидаться, пока снежинки улягутся или превратятся в льдинки, а вовремя от них избавляться, отдавая свои мысли на суд другим, лучше не близким, но родственным душам.

Им, другим родственным душам, издалека лучше видно, и им проще понять, что за снежинки вихрем летают в твоей душе, и почему в ней нет достаточно тепла для того, чтобы снежинки и льдинки успевали таять. Для этого вовсе незачем носиться по улицам города в поиске таких душ или отправляться в длительное путешествие как в старину. Для этого есть чудесное место, в которое, каждая со своей надеждой, устремляются все современные души и там кружатся, роятся и собираются, жужжа и кусаясь, в большие группы по интересам.

Гроздями самые разные души висят часы, дни и месяцы в виртуальном пространстве, ища себе родственных и близких по духу. Так проходят годы их жизни в поисках и блужданиях, в разочарованиях и надеждах на сказку, в которую уже не верят даже сами.

Но иногда в этом нереальном и шумном пространстве происходит чудо, и пусть на мгновение возникает искра, способная разжечь костер на снегу и растопить панцирь льда на твоей душе. В ожидании чудодейственной искры чтобы двигаться по снежному пространству событий, необходимо огибать глубокие сугробы накопившихся проблем и искать твердую дорогу, чтобы не сбиться с намеченного тобою пути.

Это нелегко, когда бушует метель разных дел и слепит глаза сияние ярких историй отыскать чужие следы поражений и побед, чтобы избежать чужих и своих ошибок на пути к родственной половинке. Хорошо, если подвернутся сани, чтобы промчаться вихрем по накатанному пути через бескрайнюю белую пустыню одиночества к очагу обители своего счастья. И даже сидя в санях, нужно видеть свой санный путь через пространство искушений и испытаний.

Олег умел находить свой путь среди тысячи образов виртуального мира, избавляясь от назойливых и безликих гостей на страничках своих дневников, выбирая по придуманным анкетам и спешным комментариям аватарки в свои папки избранных. Накопленные драгоценные крупинки чьих-то неведомых человеческих душ и историй помогали ему найти свой санный путь.

Но сейчас, вернувшись после долгого отсутствия на полях сайтов из реальной жизни, он не собирался тратить время своей жизни на поиск вешек своего пути. Нет, он вернулся для того, чтобы сделать выбор, который определит ему попутчика на остаток санного пути в его жизни. От этого выбора теперь зависит, где и с кем он закончит свой путь не в паутине иллюзорных образов, а в своей жизни в мире живом и реальном. 

 

 

Глава 7.  ОБНАЖЕНИЕ УТРАТОЙ

 

Анкета удалена автором. Так звучит известие об утрате родственной души в виртуальном мире. Это всегда вызывает досаду и печаль, которые таят в себе утешение надеждой, что образ друга исчез из мира иллюзий, чтобы вернуться туда, где он вновь нашел для себя смысл и радость бытия – в мир своей реальной жизни. Ведь его образ был лишь в сознании, которому трудно определить запах волос, тепло и шелковистость кожи под завитком на шее, характерное движение кисти, изгиб бедра в отражении света луны за окном. И еще много такого, что несет в память образ реальный и живой. Вот почему затененная аватарка не приносит горя в живую душу, а лишь сожаление и печаль.

По той же причине так сложно постоянному жителю Всемирной паутины вернуться в свою жизнь, где боль и радость глубже и ярче, где хрустят кости и скрипят души, где страдают и томятся сердца, которые нельзя вылечить кликом мыши или стуком клавиатуры. Здесь лики исчезают не сразу – их стирают страдания и время. Здесь все по-настоящему: боль и радость сразу.

Олег томился в ожидании окончания обследования врачами своей знакомой, чтобы понять степень «затенения» ее аватарки, страшась услышать диагноз: «Анкета удалена автором». День был праздничный, а это в приемном отделении клиники всегда особенно ощущается. Только здесь наступает настоящий финал веселью праздника.

Мимо Олега, не торопясь, привычно и размеренно двигались каталки, санитары и врачи. Для них это был обычный ритуал праздничного шествия, который не могли нарушить ни крики, ни стоны, ни трагедии человеческих судеб. Двигались части давно отлаженного механизма удаления последствий буйства праздника и неудержимого веселья, снежной морозной зимы и нерасторопности коммунальных служб города, людской глупости и непоколебимой силы случая.

Время томительно смаковало вынужденное безделье Олега. И вдруг все преобразилось. Завертелись и закрутились в сумасшедшем вихре части махины, словно пытались его убедить, что слово «скорая» в ее названии появилось неспроста. Помощь была устремлена к молодому мужчине, который несколько секунд назад вбежал с одетым по-зимнему малышом на руках. Он был немногословен, но требователен: «Мне срочно нужна реанимация!». Но не это было удивительным в этом спокойном мире, где часами томился Олег. Удивительно было то, что не успел мужчина закончить фразу, как он ее получил! Скорую помощь и реанимацию.

Через несколько минут вихрь суеты, рожденный мужчиной, унесся вместе с ним и ребенком из приемного покоя в соседнее отделение реанимации. В мрачных помещениях вновь воцарился покой, и вернулось уже привычное размерное и неспешное движение, которое вновь убаюкало Олега, и он медленно вернулся в исходное состояние дремы, как и все вокруг.

Из дремы в реальность его вернули, присевшие рядом на кушетку две санитарки.

– Это ж надо такое! Ведь не таких откачивали, а тут не смогли. Вот ведь судьба какая! – присев рядом с Олегом, тут же начала разговор одна из них.

– А мужика-то видела? Ему нет и тридцати – молодой еще совсем! Белый, как снег! Он мне навстречу попался, когда выходил, – вторила ей другая санитарка.

– А что случилось? – вступил с нескрываемым любопытством в разговор Олег, не выдержав интриги разговора.

– А Вы ничего не видели? – радостно откликнулась первая санитарка, – Вот беда-то, беда! Девочка трех лет попала под санки на горке: ударили прямо в грудь. От болевого шока и удара остановилось сердце. Отец девочки сам ее привез: на своей машине прямо с горки, вместе с другими детьми и женой. Но не могли запустить сердце. Девочка так и не очнулась. Вот нелепость какая!

Олег слушал молча, а в голове крутилась глупое сообщение из Интернета: «Анкета удалена». На этот раз автором был… Три события Нового года сплелись для него в одно, родив единую мысль в его сознании. Отчего мудрость творца не распространяется на все его творения? На тех, кто ценит дар жизни и тех, кто не знает ему цены; на тех, кто успел этим даром распорядиться умело и тех, кто был лишен такой возможности вовсе? И почему цену утраты нельзя знать до ее свершения. Отчего на самом бесценном для людей не бывает ценника в том мире, где уже все давно имеет свою цену. 

 

 

Глава 8.  РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ВИКТОРИНА.

 

«В ночь Рождества Христова пастухи

Вифлеемские пасли свои стада в поле».

 

(Библейская история)

 

Не теша себя надеждой найти ответы на вопросы к Творцу, уже поздно ночью Олег вернулся в мир иллюзий. Зачем? Может быть, чтобы отвлечься от нерадостных впечатлений Рождества. А может, чтобы найти аргументы для своего выбора. Он и сам не знал, зачем он отправился в мировой тур по бесконечным контактам узников паутины.

Любопытно, зачем Рождество принесло ему встречу с прошлым? Сопереживая горю незнакомого отца, Олег невольно коснулся своей старой раны. Реанимация! Та самая, которая забрала его молодость, беззаботность, оптимизм и жизнерадостность вместе с ней. Боль давно уже минула, стертая временем десятилетий и событиями прожитой после жизни. Зачем кому-то понадобилось его привести в этот день к этому алтарю, на которое уже возложено столько жертв за эти годы?

Нет ответа на эти вопросы, да они уже и не нужны ему теперь. Олегу внезапно захотелось избавиться от щемящей боли в старой ране в эту светлую ночь Рождества. Захотелось отвлечься тем, чтобы углубиться в чужие заботы и проблемы, которыми обеспокоены жители виртуального мира в ночь, когда происходят чудеса, когда прилетают ангелы.

Привычно мигнул монитор, отправляя Олега в путешествие вслед за Вифлеемскими пастухами и их стадами в бескрайние поля Интернета. Путешествие на этот раз получилось коротким из-за вопросов, которые занимали головы творений творца в волшебную ночь. Их было очень много, но Олегу хватило нескольких, чтобы пропало его желание далее путешествовать этой ночью.

Монитор радостно сообщил, что связь с миром утрачена, и грязь полемики по актуальным темам одиноких неудовлетворенных душ стала покидать Олега. Но вопрос, что не давал место сну и мучал его разум, так и не находил для себя нужного ответа.

Мир полон условностей, которыми люди окружили себя, веруя в то, что они окружают свои души и сердца той защитной оболочкой, которая избавит их от боли. Стараясь жить по законам условностей, люди не избежали боли для своих душ, а лишь скомкали и ужали их пространство до сморщенного увядшего плода, который уже утратил свою свежесть и сок, но все еще пытается хранить признаки наследия дерева, даровавшего ему цель для жизни.

Души, как плоды, изо всех сил стараются всем вокруг доказать, что они все те же, что были до увядания. Однако, всякий прохожий носком ботинка может в любой миг брезгливо убрать их с дороги, очищая себе путь, боясь поскользнуться от соприкосновения с ними.

Олег, как плоды на пути путника, чувствовал, что внутри него все сморщилось и стало увядать, грозя превратить его, как личность, в скользкую массу внутри сморщенной кожуры увядающего тела. Как-то ему в один миг даже захотелось все это прекратить, не дожидаясь того ботинка, которому суждено наступить на сгнивший плод. С той поры ему стало казаться, что уже глупо ждать момента, когда кто-то, испачкавшись и оступившись на дороге, начнет слать проклятия плоду и тому дереву, что выбросило его на дорогу.

Вот тогда Олег, собрав остатки соков своей души, решил, вопреки условностям, не лежать более на накатанной тропе, а закатиться в густую траву, чтобы там, набравшись новых сил вдали от палящего зноя людской молвы, изменить свою жизнь. Ему внезапно захотелось возродиться, но уже в новом виде – в таком, где его сознание уже не будут сжимать постулаты, как обручи сжимают клепки-дощечки в бочке вокруг днища. Ему захотелось разорвать обручи, опереться на днище и распрямиться, чтобы пропустить внутрь себя свет и тепло других душ, не страшась их боли и недугов.

И как только Олег был готов, внутрь его ринулись потоки света. Не все они несли тепло, многие были столь же холодны, как и его душа, остывшая без света солнца. Но были такие, что выжигали жаром своим плесень даже в самых темных ее углах.

А потом наступил момент, когда свет одной из этих душ ослепил его настолько, что его душа, распрямившись в тугую сферу под теплом нахлынувшего света, засияла ей в ответ, преломив в своих внутренних гранях все проникнувшие лучики, соединив и умножив их до мощного ослепительного потока, способного своей силой оживить все вокруг.

Свет был настолько ярок, что стал слепить души, родные и близкие до того Олегу, заставляя их отступать в тень, стыдливо прикрывая глаза, и освобождать ему дорогу. Тогда и появился на свет вопрос, на который Олег тщетно силился отыскать ответ – где отныне быть всем тем душам, которые он знал уж столько лет?

Как осветить им дорогу? Как их уберечь от увядания и гнили в холоде тени? Как не дать им погибнуть на пути, по которому движутся постоянно чьи-то ботинки? А может их уберечь, отдав им весь свой свет и забыв о тепле той чудодейственной души, что возродила его и спасла от увядания его душу?

 

 

Глава 9.  МНЕ И ТАК ХОРОШО...

 

«…Я устала от ласк,

Что нежнее, чем шёлк,

Ты меня не буди,

Мне и так хорошо».

 

"Ты меня не буди"

Маша Распутина

 

Ему было одиноко. Это чувство не покидало его несколько лет. Нет, Олег не был одиноким в прямом смысле слова. У него была семья и дети. Он был человеком общительным и легко находил приятелей и друзей на работах, которые менял довольно часто в течение своей карьеры, каждый раз рассчитывая найти более высокую оплату за свой труд.

Олег легко вступал в деловые контакты с чужими людьми и быстро находил точки соприкосновения с ними, чтобы находить необходимые компромиссы в деловых отношениях. Весьма часто его трудовая деятельность приносила то удовлетворения, которого многие лишены, занимаясь делом, которое их кормит.

Общительность Олега и умение быстро находить с людьми общие темы для общения не могли его освободить от чувства одиночества. Для того, чтобы себя таковым не чувствовать, Олегу требовалось общение более высокого и доверительного уровня. Ему как воздух было необходимо духовное общение, которое могло дать лишь общение с близким человеком.

Без такого общения в необходимом для него объеме, на Олега наваливалась тяжесть чувства, которое он и ему подобные люди могут испытывать, даже будучи в толпе. Самое удивительное было в том, что как раз в толпе это чувство донимало его более всего.

Еще более странным было то, что как раз в эти свои последние годы он стал страдать от избытка людей в многолюдном мегаполисе, в котором прожил большую часть своей жизни. Это была форма фобии, которая прогрессировала, все чаще и чаще толкала его к уединению, которое трудно было найти, работая и живя в многомиллионном городе, где, казалось, стремилось поселиться все население страны в поисках себе средств для человеческой жизни.

Вот что заставило его вернуться в мир, где живут призраки живых людей. В этом мире общались души и образы людей, оставляя вне взора и общения свою реальную жизнь и свой облик в ней. Это упрощало душевные контакты, но лишало возможности живого общения с людьми в их естественном обличье и среде. Этот мир привлекал многих своей доступностью и раскованностью и убивал во всех тех, кто соблазнился и селился в нем, возможность живого человеческого общения, лишая их желаний в нем.

Не понимая, что с ним происходит, Олег не раз пробовал найти среди жителей виртуального мира тех, кто пойдет на встречу в реальном мире. Большинство отказывалось сразу, находя множество всевозможных причин для этого. Но и те немногие, что приходили на встречу, быстро разочаровывались в увиденном и услышанном ими, сравнивая со своей иллюзией, рожденной их сознанием в виртуальном мире. То же самое происходило с самим Олегом на таких встречах.

Каждый раз очарование человеком улетучивалось, разбиваясь о его реальный образ. Это был процесс самоликвидации, как в секретном оружии, которое даже в случае его не боеготовности к выполнению задачи, для которой оно создавалось, должно было исчезнуть из реального мира, забрав с собой все, что связано с его существованием.

Но даже те немногие, кто приносил на встрече удовлетворение своим соответствием иллюзорному образу, очень скоро разочаровывал Олега своей истинной причиной для встречи. Чаще всего в них были скрыты в том или ином виде корысть, самовлюбленность, эгоизм или завышенная самооценка, которые быстро давали о себе знать.

Олег не считал себя жадным. Его скорее можно было упрекнуть в щедрости, нежели в скупости. Много трудовых лет он посвятил коммерческой деятельности в бизнесе, и потому не желал совершать предоплату в сделках, где товар либо был скрыт от оценки, либо не соответствовал заявленной цене, даже если это касалось его душевного благосостояния. Хотя он готов был многое отдать из нажитого благосостояния за избавления от своего чувства одиночества в толпе.

Прошло много месяцев, пока он понял: кому и чему обязан своим состоянием. А помогла ему в этом строка из песенки: « Ты меня не буди – мне и так хорошо». Нет, ему, Олегу, как раз было плохо оттого, что рядом с ним крепко заснула близкая и родная ему душа, и которая ни в какую не желала просыпаться. Ей, родной душе, была неприятна сама мысль, что кто-нибудь надумает ее разбудить. Возможно она, как героиня песни, уже устала от ласк и мечтала лишь о покое в полумраке и тишине домашнего очага. А может, причина была совсем в другом? Этого Олег не знал, но знал наверняка, что этой душе хорошо и так, как она есть. 

 

 

Глава 10.  ТЫ МЕНЯ НЕ БУДИ...

 

«…Ты меня не буди,

Не целуй горячо,

Я от ночи шальной

Не остыла ещё».

 

Ты меня не буди

Маша Распутина

 

Ночь, возможно, создана Творцом намеренно для отдыха нашего сознания в волшебных сновидениях. Это она способна дать отдых телу и разуму, чтобы вернуть их обладателю силы для следующего дня. Это она может все перевернуть вверх ногами: заставить тело купаться в усладе до изнеможения, лишив его сознание разума вовсе, забирая живительный сон до конца своей власти – до серых теней рассвета. Но если пожелает, то может любого своего подданного лишить всего сразу: сновидений, отдыха, разума и наградить болезненным беспокойством его душу.

Ночь решает сама: кем и с кем быть человеку во время ее господства над светом дня. Это она распоряжается временем и жизнью любого из нас, накрывая целиком покрывалом тайны, мрака и неведения. Это она может осветить нашу душу во мгле, даруя часы неимоверного счастья и наслаждения с близким телом и душой. Это она имеет власть потушить вмиг сияние света в нашей душе и поселить там темень зависти, ревности, зла на многие годы, меняя жизнь каждого из нас и руководя нами в любое время суток.

Олегу, любившему уединение в ночи, порой казалось из-за ее могущества, что именно ночь и есть тот Творец Вселенной, когда в отсутствии сияния луны на темном небосклоне его взору открывалась россыпь сверкающих вех ее владений. Ему в такие минуты темного безмолвия казалось, что влияние могущества ночи безгранично в сравнении с ничтожно малой твердью под его ногами, которую люди, называя Землей, наивно считают огромным и безграничным миром своего господства.

Каким властелином и чего может быть Человек, если он не способен понять: ни себя самого, ни даже самых ему близких и известных людей, не говоря уже о тайнах мироздания и нравах стихий, ему доселе неподвластных? Он более похож на ничтожно малую частичку мира, возомнившую себя владыкой всего и вся.

Но порой, может быть, именно сама ночь или иная, не менее могущественная сила мироздания, дарует нам невежество и гордыню, чтобы защитить наш хрупкий разум от саморазрушения осознанием собственной ничтожности и слабости?

Чрезмерно мудрено и сложно, скажет любой из нас, если внезапно погрузиться в думы, которые и для Олега были большой редкостью в бессонные ночные часы, так нравившиеся ему для раздумий в одиночестве среди густонаселенного пространства мегаполиса, мирно уснувшего на пару часов.

Он не спал сам и не собирался будить даже ту, рядом с которой стал чувствовать себя столь же одиноким, каким давно себя чувствовал в суетливой маете очнувшегося поутру мегаполиса.

Да в том уже не было нужды, когда он, пережив множество ночей в раздумьях и поисках, очистил себе душу от сомнений и мучений, открыв ее навстречу той, что вернула ему утраченное. Все это произошло столь внезапно и стремительно, что Олег не успел даже понять, что же с ним происходит.

Он лишь почувствовал, как его кожа натянулась на окрепшем от чувств и эмоций теле, словно сморщенное яблоко, которому вынули семена наследия и корешок связи с корнями дерева, чтобы затем поместить в сладкое пространство сахарного сиропа перед запеканием. Как яблоко, свободное от горечи семян и старой связи в корешке, он наполнил свою сердцевину живительным нектаром, чтобы ожить и натянуть упруго сферу своей кожуры, словно народившись вновь на родной ветви.

Одно лишь беспокоило его в этом новом состоянии. Это было едва заметное чувство беспокойства из глубокого подсознания. Лишь оно слегка тревожило его в упоении своим возрождением.

Беспокойство это рождала интуиция, которая подсказывала ему, что столь стремительное чудесное преображение вопреки закону природы – кратковременно и зыбко. Возможно, очень скоро все для Олега не только вернется в прежнее состояние, но еще и значительно усугубит его.

Порой беспокойство перерастало в страх, когда он представлял себе: как быстро увядает, остывая на столе, упругое от сиропа и жара запеченное яблоко. Его беспокоила та сморщенная в лужице мякоти с сиропом кожица запеченного яблока, которую он видел после застолья в тарелке с десертом, а теперь и в своих ночных видениях наедине.

Не остыв от своих шальных ночей с той, что явилась внезапно и наполнила его суть смыслом и усладой, он не собирался просыпаться, как не хотел остывать. Еще больше Олег не желал будить, как не желал отныне пробудиться сам. 

 

 

Глава 11.  ТОЛКАЙТЕСЬ, ЛЮДИ!

 

«…Но слышу голос я его,

Негромкий в человечьем гуде:

–- Толкайтесь... Это ничего...

Я буду знать,

Что рядом – люди».

 

Слепой.

Василий Федоров, 1970

 

Сам того не желая, Олег ненароком, случайно толкнул ее, спящую. Не умышленно, но больно! И испугался, и замер в ожидании того, что за этим последует. Укушенное яблоко искушения выскользнуло из его рук и ехидно покатилось к ногам той, что так долго безмятежно спала рядом с ним.

Это не был страх, а скорее тревога, беспокойство. Ведь он знал, что за яблоко взял в руки. И знал наперед, что за этим последует душевная боль своя и близких душ, что наступят перемены, от которых уже не отказаться, как не вернуть все уже прожитые дни. Знал и откусил, намеренно и зло.

Он даже изучил и рассчитал последствия. Нет не все, а те, что смог. Олег вывел оправдательную теорию для своего сознания, понимая, что без нее и ему будет нелегко пережить все, что за тем должно последовать.

Он уже до того знал, что не вправе в своих отношениях ставить ее интересы выше своих собственных, как не вправе подчинять своим интересам ее поведение. Да ему и не требовалось всего этого в той жизни, где все давно уже пришло в баланс покоя и предсказуемости, который он стал в шутку про себя называть летаргическим сновидением серебряной свадьбы. Этого всего требовала она и ее душа. Она жила этим покоем и предсказуемостью, залечивая старую боль, требуя от него рабского обета верности выбранному пути и той дороге, по которой они дошли до состояния одинокого покоя вдвоем. Это состояние напоминало ему то, как движется слепой в толпе.

Влекомый потоком людей, он вынужден всегда двигаться вместе с толпой в одном направлении. Зрячие вокруг него знают, куда и зачем движутся и могут вовремя исправить свое направление, а он может лишь предполагать, что выбранный им людской поток движется в его направлении. Попытки проверить свою правоту тут же натыкаются на тумаки людей, рядом с ним идущих.

Олег двигался слепым в потоке лет до серебра своих отношений, не пробуя проверять правильность некогда выбранного им пути. Он знал с момента старта, что направление его пути выверено долей, очерчено взорами толпы и оправдано праведностью цели. Только достигнув намеченного рубежа, он осмотрелся и заметил серебро времени на головах и в душах тех, кто этот путь проделал, не отпуская еще вначале сжатых рук своих.

И он услышал вдруг некий скрип металла в своей душе, тогда попытался удалить сверкающую пыль времени с души своей и с тех волос, что венчали опыт и мудрость им проделанного пути. И лишь затем Олег взял в руку яблоко, не желая более вершить свою летаргию жизни.

Олег, словно слепой в толпе, начал с легкого прикосновения, чтобы, набравшись мужества, толкнуть рядом идущего, требуя пропустить себя поперек потока людей к переходу на уже совсем иную улицу.

Его еще не раз толкнули рядом с ним идущие люди, прежде чем он достиг своего светофора, где уже уверенно и легко смог выбрать, зная, что ему теперь нужно. Ему нужно было яблоко, чтобы, надкусив его и ободрившись, продолжить свой путь по новой дороге.

Но тут свершилось чудо. То, чего не мог предвидеть никто! Олег до сих пор не мог понять, как это произошло. Но ослепшая спящая королева в серебряном венце нагнулась и подняла яблоко. Она внимательно изучила уже откушенную не в один прикус его часть, а затем развернула к себе нетронутой частью и что есть силы, во весь рот с жадностью откусила самую спелую часть яблока, обнажив белоснежные мелкие зубы.

Все пришедшее было столь неожиданно для Олега, что он остановился на полпути и растерялся, ошарашенно изучая перед собой происходящее и не веря своим глазам. Так он стоял, не двигаясь, довольно долго, пропуская снующих в толпе людей.

Теперь он уже не был так уверен, что его переход на новую дорогу был необходим для его пути. Единственное, в чем он не сомневался, так это в том, что любой зрелый плод таит в себе искушение и способность, пусть на время, обрести волшебство молодильных яблок.

Он стоял растерянно посреди толпы спешащих по дороге людей, втайне завидуя тому слепому, который всегда, пусть под тумаками прохожих, но уж точно знает, куда ему нужно идти дальше.

 

 

Глава 12. РУЛЕТКА В ПАУТИНЕ.

 

«…Привязанность начинается там, где кончается любовь;

неверность начинается там, где кончается привязанность».

 

Нинон де Ланкло

 

Олег не успел заметить, когда ситуация ушла из-под его контроля. Это случилось в одно мгновение и незаметно для него. Необходимость выбора встала пред ним во всем своем неприглядном обличье. Он, как давно уже зрелый и состоявшийся мужчина, относил себя к числу людей, способных принимать ответственные решения в критических ситуациях, которые в его жизни то и дело случались.

Но сейчас был особый случай. На чашу весов его судьбы в противовес стали те, чьим нежным и любящим душам для него не было цены.

На одной чаше стояла его спутница в долгой и извилистой дороге. Вместе с ней он преодолел столько преград, что умей бы их все уложить в одну непрерывную линию – наверняка получилась бы еще одна дорога, которая была бы не меньше той, уже пройденной им.

Женщина была прекрасна в своей любви к нему: уставшая и омоложенная опасностью утраты, знающая цену себе и ему, она покорно ждала его решения, готовая принять его выбор, каким бы легким или тяжелым он ни оказался бы для ее хрупких плеч.

На второй – гордо замерла в ожидании та, чья безмерная нежность возродила в нем душу своей женственностью и бескорыстностью в своем стремлении вдохновить его для дальнейшего пути. Не имея корысти, она дарила ему свою любовь, не требуя его клятв и обещаний, а лишь смиренно ожидая его зова, чтобы в избытке наградить своей женственностью его тело и наполнить светом и теплом сжавшуюся от боли и несбывшихся надежд его душу.

Время их терпеливого и молчаливого ожидания тянулось, скрипя стрелками часов их жизней, умножая каждый их миг десятикратно, желая растянуть до бесконечности пытку мукой неведения. Олег же бесконечно и многократно терзал себе душу, не находя ничего столь важного, чтобы, положив его в одну из чаш, закончить муки и терзания ни в чем невинных душ выбором одной из них.

Это и был тот вопрос, который его вернул в липкие объятья мира иллюзий и фантазий. Не найдя в себе сил для выбора, он переложил непосильную ношу на чужие души, которых было множество в блуждающих стаях виртуального мира. Он кратко и емко изложил проблему свою и установил в конце опрос мнений по своему вопросу, в котором выбор был ограничен двумя вариантами. Время для подачи мнений было ограничено тремя сутками. Это был его выход из порочного круга мучений.

Олег не мог отдать свою судьбу на волю простого случая, как много лет назад. И не мог возложить плату за свой грех ни на одну из тех, чьи души дали ему силы продолжить начатый путь, а дойдя до тупика – осветить выход из него. Обе они были ему ценны и дороги: пусть каждая по своему, но Олег был не в силах лишать себя сам хотя бы одной из них. И он решил их участь не жребием, а голосами тех, кто был похож на них своими душами, полными любви и печали.

Третью ночь он ждал, не решаясь соединить монитор с паутиной виртуального мира блуждающих в одиночестве душ, чтобы увидеть свой вердикт. 

 

 

Глава 13.  ВЕРДИКТ МЕЧТЕ.

 

«Единственное, что останавливает вас

от реализации вашей мечты, это вы».

 

Том Брэдли

 

Свои путешествия в страну фантазий и грез Олег совершал нечасто, но постоянно. Манили его туда мечты, которые имели свойство рождаться, привораживать, дарить надежду и внезапно исчезать, оставляя за собой шлейф разочарований и печали такой длины, что потом приходилось тратить много усилий, чтобы избежать выматывающих депрессий.

Паутина форумов и чатов представляла для Олега некую замену иллюзорной стране, даря ему долгие часы общения с призрачными душами и редкие подобия реализаций небольших фантазий, которые с большой натяжкой могли заменить мечту.

Вся его жизнь прошла в постоянной борьбе с желанием отдаться на волю очередной мечты, следуя которой, нужно было, пусть на время, но забыть о своих обязательствах перед теми, кто наполнял своим присутствием смысл его путешествия по выбранному пути в жизни. Долгие годы он уверенно шагал вперед, не допуская даже мысли об остановке или передышке, не говоря уже о том, чтобы замереть на развилке в сомнении: куда двигаться далее.

Изредка его ненадолго останавливало очередное заветное желание, исполнение которого сулило ему призрачное видение, которое многие называют счастьем. Он же в такие моменты призывал на помощь холод своего разума, и тот каждый раз уверенно направлял Олега на путь к истине.

Истины эти каждый раз были новыми для того, чтобы не оставлять ему аргументы для отказа от выбранного пути. Иначе он мог бы уже не раз доказать несостоятельность многих из них, опираясь на факты своей жизни, которые очень часто такую истину обращали в миф и иллюзию, лишая его веры в правильность намеченного пути.

Может быть, такую хитрую уловку для него придумала изворотливая повелительница тьмы – госпожа Ночь! Вполне возможно. Хотя также возможно, что автор идеи был он сам. А еще, очень даже может быть, что это сама доля ставила ему уловки, так и сяк смешивая кровь его предков в чаше судьбы.

Теперь, с течением времени, уже трудно было проверить, чье тут было авторство. По сути, для исследования остались в доказательство лишь шрамы от несбывшихся надежд и сеть рубцов от каждой удаленной мечты на его душе, которую Олег так умело и ловко смог оживить перед последней своей ставкой на рулетке паутины.

В эту последнюю ночь перед вынесением вердикта его последней мечте, он понимал, что в очередной раз наступил момент, который смело можно назвать «моментом истины» для его судьбы, в которой доля успела прокрутить уже немало своих кульбитов. Порой ему даже казалось, что он вместе со своей судьбой ведет нескончаемое сражение со своей долей, нанося ей удар за ударом каждым своим выбором, опровержением ее истин и новыми мечтами.

Вот и сейчас, в ожидании решения коллегии виртуальных душ, Олег понимал, что на кону стоит его последняя возможность жить далее с мечтой. В случае проигрыша он в очередной раз должен будет вырвать свою мечту с корнем из души, чтобы новым рубцом в ней запечатлеть возврат летаргических сновидений себе и той, что недавно пробудилась от них свободной и счастливой: с надеждой и мечтой в душе.

Неужели отныне ему уготовано долей и далее брести слепым и бескрылым: без остановок и отдыха, не разбирая дорог до конца пути своего?

В сумраке рождающегося дня зло засветился голубым светом монитор, окрашивая в тот же зловещий мертвый цвет розовые стены его любимой комнаты, где рождались его мечты, дарящие ему силы идти дальше и дальше, не тратя времени на остановки и ожидания отставших попутчиков.

За окном, не спеша и уверенно, обычно розовел небосклон, окрашивая в краску ожиданий души нежный, девственно белый пух облаков на синем фоне отступающей в тень ночи.

На экране монитора, на фоне заставки восходящего в пустыне солнца, медленно проступили слова:

"Мечтайте так, будто будете жить вечно, живите так, будто умрёте сегодня". Джеймс Дин.

Олег так и не понял, что это было: вердикт присяжных душ, последствия вирусной атаки или призыв для него той, что готова навсегда покончить с его одиночеством в толпе? 

Комментарии: 0