Виктор Средин

 

 

ВИКТОР СРЕДИН,  г. Ульяновск

Мне 55 лет. Стихи начал писать только в этом году.

Я пенсионер МВД.

Начинающий поэт на склоне своих лет.

Судить строго не прошу,

Что смогу, то опишу.

В РАЗГАРЕ ЛЕТО

 

Гуляет ветер, треплет листья на ветвях,

И кромки облаков багрянцем красит зорька.

Пшеница дОбро колосится на полях,

К реке ведёт тропа с высокого пригорка.

 

Трудяги-пчёлки, спозаранку взяв нектар

С цветов, летят скорее в свой замшелый улей.

В болотной топи молодой кулик взрыдал,

Стрижи пронзают воздух – мчатся быстрой пулей.

 

Влюблённых пар гулянье с ночи до утра,

И родников в лесу весёлое журчанье.

В разгаре лето – благодатная пора,

Многоголосье птиц и трав благоуханье. 

  

 

ПОЛЮС СЕВЕРНЫЙ – ЦЕЛЬ

 

Льды, кругом только льды,

Ничего кроме льдов.

Нет на небе манящей звезды,

Под луною – прекраснейших снов.

 

Средь безумства снегов

И морозов, что жуть,

Не отыщешь земных берегов –

Только мглы беспросветная муть.

И торосов нарост,

Преграждающих путь,

Усложняет движенье на норд

Изыскателям севера чуть.

 

Полюс северный – цель.

Первобытность дорог

Человек прошагавший был смел,

И мечту воплотил, словно бог.

 

 

РОДНИК

 

Как приятно журчит родничок,

Только-только рождённый землёю.

Он прозрачно-хрустальной струёю

Резво мчится меж трав наутёк.

 

Прошепчу ему: «Славный юнец,

Ты и я – мы едины по крови.

Весь от солнца в алмазном покрове,

Дай испить твой бальзам-студенец».

 

И, прильнув, в этот сладостный миг

С благодатью вкушаю я воду –

Это дивное чудо природы,

Символ жизни – журчащий родник.

 

 

ТОМНЫЙ ВЕЧЕР

 

Томный вечер. В окно любопытная смотрит луна.

Я гитару беру и, по струнам пройдясь перебором,

Отхлебнув из бокала глоточек сухого вина,

Запою про любовь пред твоим обожающим взором.

 

Пламя свеч на столе затрепещет дыханию в такт,

И по стенам причудливо тени запляшут немые.

С отзвеневшей струной объявлю к поцелуям антракт,

Обнимая, поглажу кудряшки твои завитые.

 

А потом будет ночь в мириадах сияющих звёзд,

И Морфей, утомлённых от ласк, нас обнимет крылами.

Поутру запоёт громко песенку птах-виртуоз,

Мы проснёмся шальные и с полными счастья глазами.

 

 

НЕМАЛО ВЁРСТ ПО ЖИЗНИ ПРОШАГАЛИ

 

Немало вёрст по жизни вместе прошагали,

И соли пуд, не меньше, съели мы с тобой.

Цветёт, благоухая, наш любви розарий,

Возделанный давно совместною судьбой.

 

Года идут, и мы стареем понемногу.

А за окном шумят всё те же тополя,

Лишь потолстели, много раз бросая тогу

Из листьев на потеху ветрам октября.

 

В грядущие мы дни взираем без боязни,

Наш путь предельно прям средь воссиявших звёзд.

Разлука больше не сготовит душам казни,

Любовь меж нами прочный выстроила мост.

 

 

ДЕВУШКА С КАРТИНЫ

 

В мгновении застывших молний

Дождь льётся ультрафиолетом.

Твой взгляд, презренья к небу полный,

В глуби наполнен страсти светом.

 

В прозрачном платьице из шёлка

Твоя фигура – загляденье,

Чуть ниспадающая чёлка –

Природы дивное творенье.

 

Ты под зонтом, как будто фея,

Не нашего, другого мира.

Пою я трепетно, робея,

Моя от счастья плачет лира.

 

Весь облик твой – мечта, виденье,

Непостигаемо красива.

В душе рождаешь восхищенье,

Зовущая и молчалива.

  

 

Я ПРИМУ ПРИХОДЯЩИХ КО МНЕ

 

Я приму приходящих ко мне

Светлой ночью и пасмурным днём.

Приготовлю еду на огне,

Расспрошу их о том и о сём.

 

Где бывали и видели что,

Что творится в потёмках души.

Как живётся и счастлив ли кто

В городах и в далёкой глуши.

 

Их пространный услышав рассказ,

С кем порадуюсь, с кем погрущу.

Дав напутствие парою фраз,

Я, утешенных их, отпущу.

 

Человеку лишь надо порой,

Чтобы кто-нибудь рядом был с ним,

И внимал откровенью с душой,

И сочувствовал сердцем своим.    

 

 

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, МОЙ МИЛЫЙ КРАЙ

 

Я люблю тебя, мой милый край,

Там, где берег Волги и леса.

Мне не нужен вовсе чуждый рай,

Светят там другие небеса.

Здесь ли светит солнце над полями,

Расстилается туман лугами –

Всё вокруг родная сторона.

 

Здесь Свияги быстрый бег воды,

Кое-где широк её разлив.

Вкруг – в благоухании сады

От цветенья яблонь, груш и слив.

Щебет птиц, цветы, зари сиянье –

В душу так и льётся обаянье

От моей прекрасной стороны.

 

Старый град разлёгся у реки,

Ночь огнями ярко осветив.

Ты нас думой древности влеки

И семью ветрами пой мотив.

Знай, Симбирск, – я навсегда с тобою,

Разнесу над Волгою-рекою

Эту песнь о милой стороне!  

 

  

ОТДОХНОВЕНИЯ Я ТРЕБУЮ СЕБЕ

 

Отдохновения я требую себе,

Отдохновения от бега в колесе,

Когда до шага рокового – только миг,

И там последний будет ждать меня постриг.

 

Воспоможения желаю я себе,

Воспоможенья в необъявленной войне,

Когда размылись грани меж добром и злом,

И всё вершится там под дьявольским перстом.

 

Превозможения хотел бы я себе,

Превозможения препонов всех судьбы,

Когда сжигающий огонь ревёт в трубе,

И там не слышат ангелы моей мольбы.

 

Всего свершения алкаю я себе,

Всего свершения средь мыслей и надежд,

Когда иссяк я в изнуряющей борьбе,

Но шанс прорваться есть, не закрывая вежд.   

 

 

НОЧЬ НАД ВОЛГОЙ

 

Пустынный берег. Лишь сумерки

Сочились из-за зарослей кустов.

На глади Волги уж лениво

Качались волны у опор мостов.

 

На пляж катили тихи воды,

Где днём ещё резвилась детвора.

И в глянце тусклом впали в дрёму,

Лишь только ночи глянула пора.

 

Луна с небес сияла ярко,

Сыпнув на воду щедро серебром.

И точки звёзд в выси мерцали

Над Волгой, что забылась чутким сном.

 

Вдали, бросая блики света,

Вскричал, пугаясь, зычно теплоход.

Своим бортом вздымая волны,

Продолжил по течению поход.

 

Уходят миги летней ночи,

Уж светел стал над Волгою восток.

От сонных грёз слегка качаясь,

Заре помчал навстречу ветерок.

 

 

БОЖЕ, НЕ КОРИ ВСЕПРОЩЕНЬЕМ

 

Боже, не кори ты всепрощеньем,

Жизнь на небесах свою ведя.

Не страши меня в веках забвеньем,

Если не поверил я в тебя.

 

Добрые твои все наставленья

Я воспринимаю, не горя.

На судьбы ошибки и свершенья

Взор кидаю, как бы походя.

 

Боже, ты души моей сомненье

Силою своей превозмоги.

Верою в грехов ниспроверженье

Ты меня, прощая, награди.

 

 

СОВЕТСКИЙ СОЮЗ

 

Вспоминаю Советский Союз,

Я тогда ещё был молодой.

И летит ностальгический блюз

Над моею седой головой.

 

С колоколенки нынешних лет –

Золотым было время тогда.

Нам казался незыблем завет,

Что быть дружбе республик всегда.

 

И душевней тогда был народ,

Хоть и жил без излишеств порой.

Нас скреплял там единый зарод –

Мы гордились могучей страной.

 

Демонстраций знамёна, шары,

И правителей бравурный клич ,

Надпись "Ленин" на склоне горы

И заветы, что дал нам Ильич.

 

Покорили просторы орбит,

Космонавт – первый наш человек.

Дух Союза не будет забыт –

Он для нас не исчезнет вовек.

 

В каждом обществе есть свой изъян,

И не всё было гладко тогда,

Но эпохи той сладкий дурман

Кружит голову через года.

КОГДА ПРОЙДЁМ ЧЕРТУ

 

Что станется, когда пройдём черту,

Покинув этот бренный мир живых?

Приблизив крест к слабеющему рту,

Не вкусим больше радостей земных.

Страшась, с последним взором с поволокой,

Во мрак впадая пропасти глубокой,

Где лишь летают вечности ветра,

Услышим с неба глас: "Пора, пора"...

 

И всё: душа покинет мёртво тело,

Которое, обмыв, положат в гроб,

(Чтобы во прах в земле оно истлело),

Прочтёт за упокой молитву поп...

Ну, а душа? Что станется там с ней,

Когда её испит земной елей?

Что будет ждать в загробном бытие?

Увы, нам не дано познать сие. 

 

 

ПОД ГРОХОТЫ ПОБЕДНОГО САЛЮТА

 

Народный праздник – светлый день Победы, 

Мы празднуем со скорбью пополам.

Свободу нам отвоевали деды,

Смертельный дав урок своим врагам.

Под стольною Москвой и в Сталинграде

Они фашистам нанесли урон.

И выстояв в блокадном Ленинграде,

Умножили Победный пантеон.

 

Под грохоты победного салюта

Защемит сердце, побежит слеза.

Как эхом из далёкого оттуда

Нам прогремела майская гроза.

Кто пал в боях, гордится вся держава,

И мы склоняем головы свои.

Всем нашим ветеранам честь и слава,

Пусть им поют Победы соловьи.

 

Свершилось ещё множество сражений,

Войска, неся потери, шли вперёд.

Героев тех военных поколений

Наш в день Победы чествует народ.

И памятной волною в те минуты

По матушке России скорбь летит.

Страна моя за мирные салюты

От всей души дедов благодарит.

 

 

КОСАРИ

 

Уж ночь тихонько угасала,

Ещё роса траву питала.

С огнями первыми зари

Пришли на поле косари.

 

Вовсю кипела там работа,

Косили до седьмого пота.

Лишь только слышно: вжик, да вжик,

Звучал косцов шутливый крик.

 

Валок к валку ложился ладно,

Им пели птицы песни складно.

Луч солнца травку опалял,

И от неё благоухал.

 

Но вот окончен день покосный,

Родится новый, утром – росный.

С лучами завтрашней зари

Наточат косы косари.  

 

 

ПРИХОДИ, ЗИМА

 

Приходи к нам зима – просим милости,

Забери у осенней нас сырости.

Так её надоела нам слякоть,

И дождями довольно ей плакать.

 

Приходи, ты, зима, белой волюшкой

Снегопада, морозною долюшкой.

Наши щёки раскрась ты румянцем

И метели порадуй нас танцем.

 

Приходи поскорей зима-зимушка,

Сластью ягод мани, ты, рябинушка.

В санках с горки кататься мы будем

И бесснежные дни позабудем.   

 

 

Я ЖИВУ СРЕДЬ ЛЕСОВ И ПОЛЕЙ

 

Я живу средь лесов и полей,

Мне пейзаж непривычен степей.

Там, куда бы ни бросил свой взгляд,

Всюду гладь, ковыли лишь царят,

Да перекати-поле гуляет.

Там, возможно, красиво весной,

(Мне бывать не пришлось той порой).

Утомляет по осени вид,

От унылости сердце грустит.

И не радует водами речка.

То ли дело в краю, здесь, родном,

По весне я пою с соловьём.

Белизною берёзы слепят,

Соком сладким своим угостят.

Их нам шепчут о чём-то листочки.

Зеленеют луга и поля,

И над речкой восходит заря.

Дарит осень богатство плодов,

Разноцветье листвы и грибов.

Где живу, мне приятней сторонка! 

 

 

МОЯ НАПЕРСНИЦА-СУДЬБА

 

Моя наперсница-судьба,

Со мной ты тоже постарела.

Уж скоро стихнет молотьба,

Оставив жизни ток без дела.

Прервётся по земле ходьба –

Не изменить сего удела.

С времён древнейших и до ныне –

То есть в небесной писанине.

 

Все подсчитав свои мечты,

Отмечу: мало что свершилось.

Ужель листы мои чисты,

В них добрых дел не накопилось?

Не брал духовные посты,

Мне в неге пелось, сладко пилось.

И, в бренность душу низвергая,

Простится ль жизнь мне там такая?

 

Ужель не станется мне сил

Вписать добро в свои скрижали? –

Протестно разум возвопил,

Его тиски сомненья сжали.

Отсрочку, каясь, попросил,

Мой жребий чтобы не метали.

И, вот, я вижу путь свой новый,

А с неба лик глядит суровый.  

 

 

СТАТЬ СОБОЙ

 

Рвёт боль, расплывчатая даль

И вечности тревога,

Замаскирована в вуаль

Судьбы моей дорога.

Погасший свет былых надежд ,

Нет синевы мечтаний.

Огонь потухший грустных вежд

Не зрит любви лобзаний.

Смятенье отрешённых слов,

Сочувствия гримаса

Хохочет пошлый острослов,

Судьбе добавив фарса.

Восстать из мрака, стать собой,

Отринуть наважденье.

И жизнь сияющей стрелой

Пронижет наслажденье.  

 

 

ЖИЗНЬ ИГРАЕТ НИТЯМИ СУДЬБЫ

 

Жизнь играет нитями судьбы,

Их с успехом дёргая концы.

В мире без натуги и борьбы

Существуют только лишь глупцы.

Их уж не превысится предел, –

Им влачить оставим свой удел.

И лишь только в яростной борьбе,

Ввысь когда поднимешь славы стяг,

Поплывёт удача вновь к тебе,

И к ногам падёт извечный враг.

Твой не ограничится предел,

Уготовишь жизни свой удел. 

ЛЕТЯТ САМОЛЁТЫ

 

В небе высоком летят самолёты,

И растворяют в инверсии следа

Время и мили летящих куда-то

Над облаками. И асы пилоты,

Словно мессии, что жизни их – кредо,

Тысячи судеб хранят – им так надо.

 

Пункт назначенья сияет огнями,

Мягко шасси прикоснулось с бетонкой.

Тормоз. И трап подают осторожно...

Люди, кто молча, а кто со словами

Благ экипажу желают и долгой

В небе судьбы, без аварий возможных.

 

 

ЛИСТАЯ ПАМЯТИ ДАЛЁКИЕ СТРАНИЦЫ

 

Листая памяти далёкие страницы,

Наткнулся я на те, что связаны с границей.

И сразу стало на душе тепло и ясно,

И сердце радостно забилось не напрасно.

В погранвойсках два года службы – это юность

Моя с максимализмом доказала нужность

Хранить на рубежах покой родной державы

Во имя процветания её и славы.

С тех пор поток времён годов унёс немало.

Меня по жизни всяко помотало.

Но и сейчас горжусь, что связан был с границей...

И помню юные друзей служивых лица.

 

 

В ДОРОГИ СНОВА Я ВЛЮБЛЁН

 

Когда весна сожжёт свои причалы,

И лето сядет на небесный трон,

Пригрезятся мне станции, вокзалы –

В дороги буду снова я влюблён.

 

Под стук колёс плацкартного вагона,

Под разговоры и некрепкий чай

Душа размякнет. Взором восхищённо

Окину за окном безвестный край.

 

На полке развалившись беззаботно,

Забыв бессонницу, усну тот час.

В пути я чувствую себя вольготней,

Душевных сил на год скоплю запас.  

 

 

АТТРАКЦИОН КРИВЫХ ЗЕРКАЛ

 

Вхожу в аттракцион кривых зеркал,

Гляжусь в одно, где лик мой визуален:

Улыбка до ушей – немой оскал,

И нос мой широчен и нереален.

 

Иду к другому зеркалу скорей,

Там, где толпа орёт и веселится.

Оно отображает не людей:

Похожи на зверей их маски-лица.

 

Гляжу. О, боже, – облик мой зверин

Меж ними затесался страхолюден,

Весь в складках от свисающих морщин.

И я взвопил, и крик был словоблуден.

 

Но дальше в отражении зеркал –

Мой лик скажён, но всё же человечен.

Как арлекин я смехом истекал,

На выход шёл, радушен и беспечен.

 

 

ХОЧУ ПИСАТЬ Я ОДЫ И СОНЕТЫ

 

Хочу писать я оды и сонеты,

И матерные выдавать стихи.

О, Муза сладкая, приди. Ну где ты?..

Пришла и стала мне вправлять мозги:

 

«Прожил без рифм до старости, к чему же

Тебе взгрептелось именно сейчас

Стать поэтическим безумцем?» – «Нужно», -

Ответил я. Но тут заржал Пегас:

 

«Ну уморил, смешно моим копытам.

О вечном думать — это твой удел,

А ты, с лицом хмельным и непобритым,

Заделаться поэтом захотел».

 

«К чему такой сарказм? Ведь мне обидно, –

В глаза смотря, ответил я ему. –

Ну как тебе, коняшечка, не стыдно? –

Встречай не по одёжке — по уму.

 

Мой ум — ещё далёкий от маразма –

Способен стихотворно размышлять.

Смеётесь вы… а, впрочем, мне не важно,

В душе моей покой и благодать».

 

Умолкла Муза, глядя виновато,

Пегас, смущённый, прикусил язык.

А я писал стихи витиевато,

Сиял от счастья мой небритый лик.

 ЗИМА

 

С приходящей зимою

К нам с морозной порою

Ляжет снег, белоснежен, пушист.

Разукрасит пейзажи

Серебром зимней пряжи,

Заиграет на солнце, игрист.

 

И в такую погоду

Скроют льды скоро воду

В реках панцирем крепким своим.

В поле вьюги завоют,

Горизонты размоют,

И мороз выдаст нам свой экстрим.

 

В белоснежную пору

Будет радостно взору

Созерцание зимних потех.

Но их часты повторы –

Для сознанья – укоры.

И прильну я к весне для утех.

 

ЖИЗНЬ ГОРОДСКАЯ 

 

Города – все в сияньи огней,

Города – здесь так много людей,

Мне же так одиноко и грустно.

Деревенские корни порой

В уголок меня манят глухой

Прочь отсюда бежать, где суетно.

Там венчает природу покой,

Вовсе нет кутерьмы городской,

Всё так чинно, степенно и ладно.

И там воздух – сама чистота

В отношеньях людских – простота,

Но не там я, и это досадно.

От привычки – натуры второй –

В этой жизни погряз городской,

И, наверно, сломать её сложно.

Успокойся ты, грусть, и уйди,

Ты, покой, на меня снизойди

И все сбудутся грёзы возможно.

 

МНЕ ХОТЕЛОСЬ

 

Сквозь оконное стекло луч

Яркий солнечный слепил глаз.

Полусонный, я желал туч,

Их клубления больших масс.

 

Мне хотелось обнимать сон,

Мне хотелось отрицать явь,

Под капели дождевой звон

Погружаться без конца в навь.

 

Так хотелось избежать дум

О грядущих впереди днях,

И сияние ночных лун

Предстоящих обратить в прах.

 

Мне хотелось без конца выть,

Чтобы голос рвал в клочки грудь.

Но исчезла, не родясь, прыть –

Из гортани лишь сквозит жуть.

 

Но настырнейше слепил луч

Яркий солнечный другой глаз.

Я проснулся. Не желал туч,

Их клубления больших масс.

 

 

ГОД УЖ НА ИСХОДЕ

 

Декабрь, год уж на исходе.

Предпраздничные хлопоты.

Салат нарезан углеводен

Рукой моей мозолистой.

 

Пельмени – штук по сто на рыло –

Дождутся часа своего.

Ещё куриные есть крылья,

И много всяких пирогов.

 

Стоят для нашенской услады

Шеренгой ровной вдоль стены

Бутылки, словно на параде,

Спиртного всякого полны.

 

Средь них – шампанское и водка,

Ликёр, коньяк и самогон.

Да не иссохнут наши глотки,

Да будет организм хмелён...

 

Январь наступит незаметно.

Начнутся снова хлопоты.

И вновь похмелия маЕтность

Подаст стакан недОпитый.

 

 

ГОВОРИТЕ, ПРОШУ, ГОВОРИТЕ

 

Говорите, прошу , говорите,

Все слова ваши – сладость и яд.

Безмятежный, усну я в граните

Под сиянием звёздных плеяд.

 

А быть может, взовьюсь в поднебесье,

Освящённый любви я зарёй.

В неизведанном вашем поместье

Отыщу уголочек родной.

 

Говорите, ну что вы умолкли,

Что отводите в сторону взгляд?

Средь молчания мысли так колки,

Больно в сердце стрелою разят.

 

Возвестите же мне непременно

В час тревожный души свой вердикт.

Преклонённый пред вами, смиренный,

Не приемлю метаний, интриг.

 

Только слово «люблю» и не боле –

Станет символом жизни моей.

Если «нет» – я погибну в неволе

Безутешных, безрадостных дней.

 

Говорите, прошу... нет, молчите,

Ваши холодом пышут уста.

На подёрнутом пылью граните

Отчеканьте: «покойся, мечта».

 

 

СТАРТ 


Очередной забег – фальстарт.
И исчезает упоенье
От сбоя ритма на движенье.
В груди чуть теплится азарт.

А мысль настойчиво в висках
Свербит: «Ты не теряй надежду.
Со старта низкого, как прежде,
С пружинной силою в ногах

Рвани. И да поможет бог
Собрать в кулак всю волю, нервы.
На финишной прямой быть первым,
И гордо крикнуть: да, я смог!»

Но это не последний старт.
Победы или пораженья
Прими, как данность, сопряженье
Судьбы провалов, жизни фарт.

 

 

ЗАПАСМУРНЕЛО ЗА ОКНОМ

 

Запасмурнело за окном,

Наплыли в небо тучи снежные.

Пооткрывали свой закром.

Пришла метель в поля безбрежные.

 

На города и сёла снег

Валил, кружась в лихой задорности.

Развеселился человек,

Дождавшись белой зимней вольности.

 

Готовясь словно на парад,

Деревья голые и хвойные

Надели праздничный наряд.

Прикрылись и кусты фривольные.

 

Русак стал ныне беляком

И слился с видами окрестными.

И Дед Мороз идёт с мешком,

Ведёт Снегурочку прелестную.

 

 

РУСЬ ВСЕГДА БЫЛА И ЕСТЬ

 

Куда ни глянешь – всюду Русь,

Велик земли её простор.

Плывёт неведомая грусть

В волнах речушек и озёр.

 

В ней ходит радость средь садов

В фате и платьицах невест,

Зимой пошитых из снегов.

Звонницы льётся благовест.

 

В том звоне слышится печаль

Ушедших предков в небеса.

Мы современности скрижаль

Распишем, веря в чудеса.

 

Ведь Русь всегда была и есть,

Продлится до скончанья лет.

Несёт сакральную всем весть –

Любви божественной завет.

 

Уйдём и мы во глубь веков,

Оставив детям свой наказ.

Напишут множество стихов

Потомки, вспомнив и о нас.

 

 

МНОЙ НЕМАЛО НАПИСАНО СТРОК

 

Мной немало написано строк

О тебе, для тебя, несравненная.

Этот малый плачу я оброк

Мне дарованной, ты – незабвенная.

 

Я твой верный любви менестрель,

Взором ясным навек очарованный.

Голос твой – неземная свирель,

Замираю я, им околдованный.

 

Ты, как солнышко, даришь зарю,

Превратив сумрак жизни в сияние.

Об одном небеса я молю:

Ей не дайте познать вы страдание.

 

Вдохновение, радость душе

Даришь, муза моя сладострастная.

Стал я счастлив с тобою уже,

С воплощённой мечтой, распрекрасная.

 

Напишу ещё множество строк,

Воспою в них тебя, несравненная.

Этот малый плачу я оброк

Мне дарованной, ты – незабвенная.

 

ПРОСКОЧИЛ

 

Закружилась буря-дура

В снежной пляске разбитной.

Мчишь отчаянным аллюром

Между небом и землёй.

Ой, беда! Устал коняга,

Дело близится к ночи...

Не жалей, хлещи беднягу –

Вдруг сумеешь проскочить!

 

Страшно. В поле ни искринки

Не сверкнёт – сплошная мгла.

Ни лесочка, ни ложбинки,

Ни кола и ни двора.

Сгинешь в этой круговерти

Без путей и без дорог.

Поутру на наста тверди

Будет виден бугорок.

 

По весне, страшась находки,

Перекрестится мужик.

Надорвут вороны глотки,

Видя твой посмертный лик.

На погост свезут. Священник

Пропоёт «за упокой».

Имярек – могилы пленник,

Света белого – изгой.

 

СИНЯЯ РУСЬ

 

В синем небе, словно души,

Облака плывут белы.

Плавно волны-волокуши

В речке катятся малы.

 

Синий лён зацвёл на поле,

Рядом лесополоса

Не давала ветру воли

Вздуть сильнее паруса.

 

Пр. Ой, ты, Русь моя святая –

Светлый образ на века.

Я люблю тебя, родная,

Статью ты своей крепка.

В синей дымке, в белом глянце

Средь берёзовой коры,

Мне всегда милы багрянцы

Зорьки вспыхнувшей костры.

 

В чуть синеющем рассвете

Дремлет сладко тишина.

Будто спрятавшись за клети,

Скрылась в облаке луна.

 

Синь озёр и синь тумана,

Щемит сердце красота.

Средь берёз идёт желанна

О Руси моя мечта.

 

 

БЛАГОСЛОВИ МЕНЯ, ЛЮБОВЬ

 

Благослови навек меня,

Любовь, своим священнодейством,

Архангела крылом храня,

Гони печали чародейством,

Облагородь ты страсть огня.

Созрею я в твоих садах,

Лилеей вспыхну в небесах,

Омоюсь в счастия росах.

Вкушу плоды твои сполна

И выпью всю тебя до дна.

 

Мелодия земной любви,

Её волшебные напевы.

Нежнейшим гласом воззови –

Я пажем стану королевы.

 

Любовь прекрасная моя,

Юдоль твоя всегда чиста.

Блаженность рая не тая,

Открой мне с первого листа

Все тайны жизни и загадки,

пЬянящие свои повадки.

 

 

РАДИ РУСИ

 

Кипучая бродила кровь

И билось сердце ради славы,

И, ради чести, вновь и вновь

Сыны славнейшие державы

Во многих бранях полегли,

Русь для потомков сберегли.

Сказать их сколько – не берусь –

Героев в каждом поколеньи

Рождала матушка, ты, Русь,

Давая им благословенье.

Вела на ратный подвиг в бой,

Могил хранила их покой.

Во прахе ныне мы восславим:

И ратника, и воеводу,

Отдавших жизни за свободу,

И панихиду по ним справим.

Всех именитых – будем помнить,

Всех безымянных – будем чтить. 

 

  

СУДЬБА МОЯ, СУДЬБА

 

Судьба моя, судьба,

Без горечи и зла

Вершись, моя судьба.

Над полем жизни чистым,

Ты аистом пречистым,

Раскрой свои крыла.

 

Судьба моя, судьба,

Лишь толику добра

Возьми, моя судьба.

Душе отдай на прикуп,

Оплачивать чтоб выкуп,

Когда придёт беда.

 

Судьба моя, судьба,

Ты хмель любви вина

Вкуси, моя судьба.

Наполни сердце счастьем,

Своим возвысь причастьем,

Воздай мне всё сполна.

 

 

ПАЛИТРА ОСЕНИ

 

Осень меж ветвей качалась,

С ветром мило развлекалась.

Красила леса кистями,

Листья были ей холстами.

Жёлтой краской – по берёзам,

Красной краской – по осинам.

Дивно предаваясь грёзам,

Серьги вешала рябинам.

 

Цветом солнечного злата

Осень ранняя богата.

Позже, загрустив с дождями,

Блёкла вместе с холодами.

Мгла палитру разъедала,

Взор наш серостью питала. 

 

 

ТУМАНЫ, ТУМАНЫ...

 

Туманы, туманы

Накрыли луга.

В ложбинки, в бурьяны

Легла тишина.

 

На сникшие травы

Не веют ветра.

И скрыла дубравы

Застывшая мгла.

 

В речные лиманы

Не катит волна.

Спокойствием "праны"

Дышала вода.

 

Курила кальяны

Природа сама,

Стелила дурманы

В туманность утрА.

 

  

РУССКИЙ ЛЕС

 

С корою белою берёзы

И сосен желтоствольных ряд,

Где их живительные грёзы

На солнце янтарём горят.

 

Осины робкое дрожанье,

Дубов уверенная стать.

И лип мочальных созерцанье,

Вокруг – полянок благодать.

 

Местами заросли лещины,

И ягод леса разномасть.

Грибов по осени корзины,

Плетёт паук свою напасть.

 

Дневной кукушки кукованье

И дятлов в чаще перестук.

Самцов тетёрок токованье

В период драк и брачных мук.

 

Мой русский лес, услышь признанье:

Я всею русскою душой

Люблю твоё очарованье,

Ты манишь сказочной красой!

 

 

МОЯ НАДЕЖДА

 

Я в честь Надежды этот стих

Пишу, воздав её заслугам.

Желая, глас чтоб не утих,

Её навечно буду другом.

 

Меня не раз спасала ты

В моменты горестных раздумий,

От бренной жизни маеты,

Души терзаний и сомнений.

 

Путеводительной звездой

Сияла ты на небосводе,

Своей любовью, добротой

От бед вела меня к свободе.

 

С Надеждой в жизни я обрёл

Своё немеркнущее счастье,

С ней рядом под руку я шёл

И от неё вкушал причастье. 

 

 

ДИТЯ УШЕДШЕГО Я ВЕКА

 

Двадцатый век умчал и канул,

Оставив в вечности свой след.

И двадцать первый уж нагрянул

Держать пред временем ответ.

 

Дитём ушедшего я века

Себя считаю до сих пор.

Судьбы, трудясь, ваяла стека

Годов моих сплошной узор.

 

И в жизни там я состоялся,

Её все прелести познал.

Душою стыл и согревался,

Вперёд смотрел, не унывал.

 

Ну что мне нынешнее время? –

Годами многими оброс.

В судьбу бросая жизни семя,

Век новый недуги принёс.

 

Но память вспомнит, молодея,

То детство, юность ворохнёт.

О днях ушедших не жалея,

Здесь жизнь продолжит свой полёт.

 

 

СТОРОНА-СТОРОНУШКА

 

Разухабитость дорог,

Золотые нивы вкруг.

За спиной родной порог,

А за ним мой ветер-друг.

 

Я пройдусь под сосняком –

Там пьянящий хвойный дух.

Над журчащим родником

Песни птиц чаруют слух.

 

Зазывали на луга

Травы лечь в свою постель.

Волны били в берега,

В камышовую пастель.

 

Лупоглазое с небес

Солнце лучики дарит.

За холмом – дубравный лес

Своей зеленью манит.

 

В стороне-сторонушке,

Что душе всего милей,

Я бреду по волюшке,

Навсегда сроднившись с ней.

 

 

РУССКАЯ БАНЯ

 

От баньки дымком

Пыхнуло приятно.

Недели конец –

Помоемся знатно.

 

Уж печь горяча

И веник в отмочке.

Вода студена

Нас ждёт уже в бочке.

 

Парку поддадим,

Попаримся славно.

Ты нам по душе –

Гордимся державно.

 

 

ПАВШИМ ЗА РУСЬ

 

Мёртвое поле,

Ветра здесь нет,

Бродит лишь горе,

Стынет рассвет.

 

Копья и стрелы,

Воронов крик.

Мёртвые тЕлы,

В смерти их лик.

Воины славны

Руси державны

В сече сей бранной

Здесь полегли.

 

Шлемы пробиты,

Дыры кольчуг,

Смертью испиты

Раны всех мук.

Землю святую,

Нашу родную

В битве пречистой

Уберегли.

 

Мёртвое поле,

Ветра здесь нет,

Бродит лишь горе,

Стынет рассвет.

Павшим всем слава,

Рати – ура!

Руси – здрава

На времена!

 

 ФРОНТОВИК

 

С головою седой, непокрытой,

И со скорбною болью в глазах,

Об ушедшей давно, не забытой,

Той войне и кровавых годах –

Вспоминал фронтовик.

 

Пред огнём и могилой солдата

Неизвестного, молча, стоял.

Сжала сердце времён тех утрата,

О погибших в боях горевал.

Сник главой фронтовик.

 

Память цепко войну ту держала,

Будто было всё это вчера.

Смерть из жизни друзей забирала,

Зло трудилась с утра до утра.

Поминал фронтовик.

 

На колено одно опустившись,

Возложил на могилу цветы.

С Неизвестным солдатом простившись,

И, взглянув на церквушки кресты,

Уходил фронтовик.

 

 

Я ЛЮБЛЮ ГУЛЯТЬ ПО ПОЛЮ

 

Я люблю гулять по полю,

Где синеют васильки.

И где ветер рыщет вволю,

Растрепав мне кудельки.

 

Я люблю гулять по лесу,

Там, снедаемый жарой,

Я себе ищу завесу

Под зелёною листвой.

 

Я люблю сидеть у речки

Под шуршанье камыша...

Всюду милые местечки –

Отдых в них сулит душа.

 

  

ЛЕТО, ЗЕЛЕНЬ...

 

Лето, зелень – красота,

Всюду птичий перезвон.

Днями льётся теплота,

А у ночи краток сон.

Мне по нраву это время:

Одуванчик сорит семя;

Там цветов полны поля

И жужжание шмеля.

 

Земляничный аромат

Нежно стелется в лесу.

Травы скошены лежат,

Заплела ветла косу.

На полях шумит пшеница,

Мечет всполохи зарница.

Лето, лето – благодать,

Хорошо с тобой мечтать.

 

ЛИСТОК КАЛЕНДАРЯ

 

Я листок календаря

Без сомнений отрываю.

В ночь летит земля моя,

День ушёл, я точно знаю.

 

Дни проходят все в делах,

И во снах минуют ночи.

Отмечаются в годах

И несутся что есть мочи.

 

Жизнь этапам счёт ведёт,

Множа горечь увяданья.

И куда её несёт

На просторах мирозданья?

 

Всё имеет свой черёд,

Время сменит поколенья.

И его размерный ход

Нас проводит до забвенья.

 

 

СЛАДКИЙ СОН

 

Звёзды точками мерцали

В вышине над головой.

Птицы ночи начинали

Променад свой под луной.

 

Шумы дня уже утихли,

Царствовать пришёл Морфей.

И цветы к земле поникли

От ночных напевов фей.

 

Сладким сном и я забылся,

В суете устав мирской.

И бальзам его струился

На мой внутренний покой.

 

НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА

 

Не сотвори себе кумира

И он, для нас не сотворённый,

И силой правды обнажённый -

Не льёт обманчивого мирра

На главы верующих слепо

И рассуждающих нелепо

Об догме истин всех своих,

Для нас враждебных и чужих.

Не сотвори себе кумира -

Сие для наших душ забвенье,

Несёт погибельность для мира

И разуму своё затменье.

Его манящие призывы

Размоют жизни позитивы.

Многообразен этот мир -

И здесь не нужен нам кумир.

 

 

БЛАГОВЕСТ

 

Благовестием звуча,

Лился колокольный звон.

Априори грохоча,

Громовой раздался стон.

Осенённые грозой,

Воссияли купола,

Ей обеденной порой

Сил природа придала -

Тьму пронзить сверканьем стрел.

 

 

Я ПИЛ ВОДИЦУ РОДНИКА

 

Я пил водицу родника,

Прохладу его брал в ладонь.

И сладкая его вода

Лилась на внутренний огонь.

Влекущего ручья поток –

Отрада солнечного дня.

Дубравных теней холодок

И пенье птиц вокруг меня,

Цветочных запахов настой –

Усладой полнили покой.

Родник журчал, и я рукой

Омыл горящее чело.

Дул ветер тёплою струёй,

Нахлынул, осушив лицо.

И вновь я пил ручья слезу,

Как корни квёлые питал,

А он струился и блистал.

 

 

РИММА

 

Родной мой, милый человек

И жизни верная подруга,

Моя отрада ты навек,

Мечта блистательного круга,

Апофеоз моей мечты!

 

 

ВДОХНОВЕНЬЕ

 

Ко мне приди ты, вдохновенье,

И долгое ночное бденье

Мне выдаст стих очередной.

Пью чай покрепче, кофе нет.

И вот готов уже сюжет

В витиеватости – простой:

 

О жизни вообще, природе,

О вечности любви, погоде,

Ручье, струящемся в реку.

О том, как вспыхнула заря,

О птицах, мчащих за моря.

Поутру это изреку.

 

  

ГОДЫ МОЛОДЫЕ

 

Эх, годы молодые –

Конец семидесятых.

В них танцы заводные,

Стиль пацанов лохматых.

 

И девочки-красотки –

С румянцем и мулатки.

Все в "шейке" были вёртки

И в поцелуях сладки.

 

В "бутылочку" играли,

Встречали вместе зори.

Украдкою вздыхали,

Любви желав неволи.

 

Походы обожали

С друзьями на природу.

В палатках ночевали

Мы в летнюю погоду.

 

Учёба, развлеченья –

Так годы пролетали.

Пришла пора взросленья –

И мы не возражали.

 

 

И БУДЕТ ВЕЧНЫМ СВЕТ

 

И будет вечным свет,

Безвременье уйдёт,

Углубится завет,

Добром он воспорхнёт.

Его посыл простой –

Тьму освещай душой.

Совет я сей приму,

Воздав добру сполна.

Его лучи возьму

Тьму высветить до дна.

 

 

БУКЕТ ЦВЕТОВ

 

Букет цветов –

Погублена, пуста душа,

А ведь недавно средь ветров

В полях просторных был их кров, –

Цвели, красою лишь греша.

 

Мертвы стоят,

И жизни сок уже не пьют.

Бездушные – на мир глядят

И с болью горько говорят:

Над нами птицы не споют.

 

 

ВСЕЛЕННАЯ

 

Из точки малой в миг един

Вселенная родилась.

В бурленьи множества годин

Она преобразилась.

Там пыль и газы, лёд и пламень

Кружились в хаосе, и камень.

Всем нам не ведомый создатель

Рукою опытной, ваятель,

Свёл в замысел один.

 

Сведя случайности на нет

Средь вечного творенья,

Вершил судьбу всех звёзд, планет,

Трудился до забвенья.

Средь мрака космоса летая,

Земля небесно-голубая,

Как драгоценный перл сверкает.

Её творец благословляет

Хранить его завет.  

 

ОБЫЧНАЯ ОСЕНЬ

 

Обычно цветенье листвы

Обычной осенней порою.

Чему удивляетесь вы,

Смотря на зеленую хвою?

 

В желтеющих кронах берёз,

В траве, от дождей порыжевшей,

Мы явственно видим износ

Дней лета последних, ушедших.

 

А ветры, с листвой брудершафт

Свершив, предаются потехе,

Обыденно грусть-листопад

Вплетая в осенние вехи.

 

 

ПЫЛЯТ ПО ДОРОГЕ КИБИТКИ

 

Пылят по дороге кибитки,

Лошадки понуро бредут.

Богатства и просто пожитки

Цыгане с собою везут.

 

Они, как и ветер, бродяги,

Им воля – родимая мать.

В судьбе их – сплошные зигзаги:

То горести, то благодать.

 

Пр.: Эх, играй же, гитара, и песня

Зазвучи над цыганским костром.

Ты танцуй же, цыганка, беспечно,

И не важно, что будет потом.

 

Рассыпались звёзды по небу,

Смолк гомон в цыганских шатрах.

В ночи черноглазую деву

Лобзал парень страстно в уста.

 

И клялся в любви незабвенной,

Желанной своей называл.

И песней старинной, нетленной,

Цыганки красу воспевал.

 

Заря занялась на востоке,

Пора лошадей запрягать.

Цыганам по сердцу дороги,

И воля для них – благодать.

 

Скрипя, их увозят кибитки

В зовущую синюю даль,

Где воздух хмельнее наливки,

Прозрачней, чем горный хрусталь. 

ПАМЯТЬ О ВОИНАХ РУСИ

 

Ещё с времён дохристианских

Намерений не пуританских

Ворогов не скрывала рать,

Что б нашу Русь завоевать.

Их дики орды налетали,

Селенья жгли и убивали,

Сгоняли русский люд в полон,

Их горя лился плач и стон.

 

Но никому не покорилась

Русь, за свободу яро билась,

Врагов лишала подлых сил,

Осталось много их могил.

Здесь немцы, шведы и хазары,

И турки, крымские татары

Заполучили всё сполна,

И возрождалась вновь страна.

 

В пучинах битв на поле брани,

Геройству отдавая дани,

Вершились славные дела

В борьбе добра над силой зла.

И подвигов не счесть свершили,

Во славу головы сложили

Защитники родной земли.

О них ты память сохрани. 

 

 

***

У тех, кто любит и любим,

Лишь молча души говорят,

Услышишь их – они кричат.

Кто стал в сей жизни нелюбим –

Тоскливо криками вопят.

Прислушайся – они молчат.  

 

 

ОТРЕШАЮСЬ ОТ МИРА АБСТРАКТНОГО

 

Отрешаюсь от мира абстрактного

И от хаоса, мне не понятного,

Что во бездне своей так бездонно,

Отрешаюсь умом отрешённо.

 

А сует суета в суетливости

Совершает дела все в стыдливости,

Громоздя с нею дённо и нощно

Тьму завалов пороков порочно.

 

И закружит кручина кручинушкой,

По душе мчась в потёмках с лучинушкой,

Прожигая в ней дырочки больно,

Множа траурность в сердце невольно.

 

Мне б из стали булат прочно скованный

И штандарт, для побед уготованный,

Да коня, чтоб помчаться навстречу

Всем врагам и вступить с ними в сечу.

  

 

НОВОГОДНЯЯ НОЧЬ

 

Суета, суета, суета,

Настроенье зашкалило очень.

Не впервой эта нам, между прочим,

Новогодняя вся лепота.

 

Стол накрыт, и гостей полон дом,

Запах хвои – наряжена ёлка.

Детвора смотрит мультик про волка,

Снег, сверкая, летит за окном.

 

Звон бокалов – прощай старый год,

Промелькнул, как одно сновиденье.

Бой курантов, салюта свеченье –

Год младой к нам навстречу идёт.

 

Ныне каждый из нас – чародей.

В новогоднюю ночь вскроем тайны,

Что пока ещё хрупки, хрустальны,

Но желанны для многих людей.

 

Ночь идёт и вершит чудеса,

Звёзды, месяц гуляют по кругу.

Ветер зимнюю выдаст нам фугу

Поутру, разложив голоса...

 

Коротка новогодняя ночь,

Вот Аврора взошла на востоке.

Жизнь продолжит нести нас в потоке,

Удаляясь по времени прочь.

 

 

ОСЕНЬ ПРИШЛА

 

Я, гуляя под сенью дубрав,

Видел, как облетает листва.

Милый друг, совершенно ты прав –

Всюду осени бродит молва.

 

Дни начала её хороши,

Лес красиво стоит, чуть дыша,

А вокруг тишина, ни души

И я брёл в нём, листвою шурша.

 

Синь небес через ветви лилась.

На пенёчке опят вся семья

Под осенним шатром собралась,

Рядом с ними уселся и я.

 

Лес вокруг источал аромат,

Только этой присущий поре.

Отдохнул я душою здесь, брат,

И вернусь сюда вновь на заре.  

 

 

ВРЕМЯ

 

Время чайкой белокрылой

Мчит над жизненной рекой.

И голубкой сизокрылой

С ней судьба летит стрелой.

 

Стрелки мчат по циферблату,

Счёт ведут они часам.

Ждут года мои оплату,

Долг отдам я небесам.

 

Время, стой, сбрось обороты,

Спешка вовсе не нужна.

Я не выбрал жизни квоты,

Ты пойми – она одна. 

 

 

***

Под крылами белых лебедей

Ты сокрой, судьба, меня скорей

От завистливых, недобрых глаз,

Жизни бед и всяческих проказ.

От зелёныя сокрой тоски

И от боли, ломящей виски.

Чтоб брехун и каждый остолоп

О твою защиту бил бы лоб.

 

 

ТАЛИСМАН

 

Моей ты жизни талисман,

Тебя обрёл в тот самый миг,

Когда почти отцвёл и сник,

Впав в одиночества дурман.

 

Ты мой навечно талисман,

Ликующей мечты предел,

Счастливых дней моих задел,

Душевных исцелитель ран.

 

Храню тебя, мой талисман,

И наш судьбы заветный путь.

А ты не дай ему свернуть

В тупик, где зиждется обман.

 

Храню тебя, мой талисман –

Любви моей святой исток.

Чтоб не зачах её росток,

Храни меня ты, талисман.

 

БЕРЁЗКА

 

Вся с оголёнными ветвями

Берёзка в поле замерзает.

Её грядущая уж днями

Зима морозами пугает.

 

И налетает ветер стылый

В конце ноябрьской декады.

Он не такой, как летом, милый,

Швыряет зло порош заряды.

 

Трепещет от его напора

И машет ветками берёзка.

В ней нет веселья и задора,

Скрипит, как старая повозка.

 

Страдает в поле одиноко,

Подрагивая тонким станом...

А до тепла ещё далёко,

И хлад накрыл её дурманом.

 

 

ЦВЕТИ ТЫ, РУСЬ, ПОД НЕБЕСАМИ

 

Я доморощенный поэт,

Живу, творю в земле Симбирской.

Пою осанну много лет

Руси я славной, богатырской.

В том помогают волны мне

Двух рек – Свияги, матерь-Волги,

Зимы узоры на окне,

Ночных метелей песни долги.

Мне салютует майский лес

Листвы зелёными огнями.

И носит ветер-куролес

Сказ о Руси над головами.

Рассвет в сияньи золотом

Во мне рождает вдохновенье.

Весной речного льда излом

Душе даёт любви знаменье.

Люблю страну, Симбирский край,

Я прославляю их стихами.

Моя судьба, мой светлый рай,

Цвети ты, Русь, под небесами.

 

 

Я В ПОЭЗИИ МЛАДЕНЕЦ

 

Я в поэзии – младенец,

Только становлюсь с колен.

В рифмах – новый поселенец,

Их ищу, берут пусть в плен.

 

Ненабитою рукою

В трудном поиске я слов,

(Иногда словарь открою),

Написал немало строф.

 

Не одну извёл тетрадку,

Ручку не одну сменил.

Интеллекту дал зарядку,

Чтобы стих мой заискрил.

 

Я поэт взбредовый ныне,

Что взбредёт, то и пишу.

Но гордыни нет в помине,

Музе преданно служу. 

 

 

НЕБЕСНЫЙ СУД

 

Настанет, знаю, это время,

Когда нести земное бремя

Мне станет больше невозможно.

Мирские все дела оставив,

Отчёт о прожитом составив,

С душой расстанусь непреложно.

 

Небесный суд над ней свершится,

Там будут ангелы толпиться,

Один из них – мой покровитель.

И пламенную речь в защиту,

Разжалобить судей что б свиту,

Он выдаст, добрый мой хранитель.

 

В ней обоснует все поступки,

Предложит сделать мне уступки,

Воздав душе за покаянье.

А суд тот праведный и скорый

Ей вынесет вердикт суровый

За все проступки в назиданье. 

 

 

БОЛЬ УТРАТ

 

Есть боль утрат и сложные моменты –

Над нами жизнь ведёт эксперименты.

Даны пути, написаны скрижали,

Там радость в них, отыщутся печали.

 

И в Сварге минуют века по кругу,

В долях, секундах порождая муку

Для жизни нашей, свитой полосами

Удач и неудач судьбы руками.

 

Но если замурованы в рай двери,

Пред ними воют души, аки звери,

Что остаётся делать в этом свете? –

Перед собой и небом быть в ответе... 

 

 

ПОВЕЛЕНИЕ ВЕСНЫ К 8 МАРТА

 

Март. На улице слякотно, серо.

Только-только проснувшись, весна

Зашагала задористо, смело,

Поздравлять повелела она

 

Всем мужчинам своих половинок,

Матерей, дочерей и сестёр,

Всех шатенок, брюнеток, блондинок.

В женский праздник их радовать взор

 

Распрекрасных даров подношеньем

И букетов весенних цветов.

Опьянять их своим восхищеньем,

Сокровенностью сказанных слов.

 

Мы, мужчины, весны повеленьям

Рады следовать всею душой.

Нежным, милостью божьей, твореньям

Пожелаем сиять красотой.

 

 

ДВА ДРУГА И ИСТИНА

 

Два друга встретились, слегка поддали

И начали высокий разговор.

Всю суть вещей, их тонкость осознали,

По темам выносили приговор.

 

Один твердил другому убеждённо,

Что истину всегда найдёшь в вине.

Друг возразил ему вполне резонно:

«Стакан мой пуст, и что найдёшь на дне?»

 

«Стакан твой пуст? Сейчас сие исправлю,

У нас бутылочка почти полна.

Давай нальём – я зуб на это ставлю, -

Что станет сразу истина видна».

 

Политику по полкам разложили

Потом, ведя неспешно разговор,

Обаму русским матом заклеймили,

НалОжив несмываемый позор.

 

Большой респект и чисто уважуху

С сомненьем небольшим, подняв стакан,

Воздали ВВП. За показуху

Журили и чиновничий обман.

 

Потом про женщин тему толковали,

Бессвязно и невнятно речь велась.

Изрядно приняли, вельми устали,

И истина в стаканы не лилась.

 

 

В ТЕНИ БЕРЁЗЫ ОЧЕНЬ СТАРОЙ

 

В тени берёзы очень старой,

С черняво-белою корой,

В пришедший полдень дюже жаркий

Царит прохлада и покой.

 

Среди ветвей расселись птицы,

Перекликаясь меж собой.

Вот ветерок примчался нежный

И поиграл слегка листвой.

 

А по стволу, как по тропинке,

Снуют в заботах муравьи.

Закончив восхваленье мая,

Своё отпели соловьи.

 

Над головою в небе синем

Повисло солнце высоко.

И расстелились, зеленея,

Луга ковром недалеко.

 

И над цветами шумно в поле

Летают пчёлы и шмели.

А воробьишки на дороге

Купают пёрышки в пыли.

 

От запахов, слегка духмяных,

Приятно засвербит в носу.

От нас хвала тебе, природа,

Что эту создала красу.

 

 

БОГИ

 

С Олимпа богов ниспровергли давно,

Теперь в их другие рядятся рядно.

И боги Руси лишь остались в помине,

Здесь вера в Христа прославляется ныне.

 

Веками стояли, им пращур был рад,

И с ними сверяли всей жизни уклад.

Всех древних богов в колыбели природы

Своею роднёю считали народы.

 

А минует время, что будет потом?

Богов современных враз спишут гуртом?

На смену другие к нам явятся боги?

Выходит, что их здесь не вечны дороги?  

 

 

КРАЙ РОДНОЙ

 

Нежным цветом изумруда

Заиграла мокрая трава.

Речка и на ней запруда.

Благодать, кружится голова.

 

Шелестит камыш тихонько,

Нежно обнимаясь с ветерком.

Волны плещутся легонько,

Пахнет сладко с пасеки медком.

 

На пригорке зеленеет

Роща, в ней – прохлада и покой,

В поле василёк синеет,

Это – милый сердцу край родной.

 

 

КРУПИНКАМИ НЕБО СЫПНУЛО

 

Крупинками небо сыпнуло

Опять вперемешку с дождём.

И ветром холодным задуло

Ненастным ноябрьским днём.

 

А осень почти догуляла

Природой отмеренный срок.

Ждала под навесом вокзала

К отправке последний гудок.

 

Промозглою дымкою пала

По рекам, лесам, городам.

Листву всю с дерев оборвала

И гнала людей по домам.

 

А дома тепло и уютно,

И чайник журчит на плите.

И кошка мурлыкает сытно,

Хлопочет жена в суете.

 

 

ЖИЗНЬ ПРОЖИТЬ

 

«Жизнь прожить – не поле перейти»

По дороге между ковылей.

Перепутаны её пути,

Кружат вьюги, дует суховей.

 

Я по полю шёл, не ведал страх,

Но душой внезапно резко сник.

Чуть стоял на согнутых ногах,

И иссяк моей любви родник.

 

Видно, поломался мой компАс,

Вёл меня кругами по стерне.

Прочности закончился запас,

Заблудился в чуждой стороне.

 

Новые искала жизнь пути,

Троп других немало истоптал...

«Жизнь прожить – не поле перейти»,

Нужен новый мне любви запал.  

  

ЖЕЛАЮ В ЖИЗНИ ПЕРЕМЕН?

 

Желаю в жизни перемен? –

Сомненье гложет: да иль нет.

В мельканьи дней и ночи смен,

Как трудно уловить просвет.

 

Хочу ли песни милой петь? –

Уверен на все сто, что да.

Хотя над нотами корпеть

Бывает трудно иногда.

 

Желаю ли стихи писать? –

Уж как воздастся мне судьбой.

Ведь с Музой рифмы подбирать

Готов любою я порой.

 

Возможно ль по небу летать? –

Жаль только в облаках мечты.

На берегу не надо ждать,

Когда сгорят её мосты.

 

А надо ль верить и любить? –

Излишний, думаю, вопрос.

Душой своей в пути искрить

И в зной, и в слякоть, и в мороз.

 

ФИЗИКИ, ЛИРИКИ

 

Есть физики, есть лирики.

Все "физы" любят лирику,

А лирики – не клирики,

Немного любят физику.

 

А технократы важные,

Хоть уважают физику

И в формулах отважные,

Не очень любят лирику.

 

БАБОЧКА

 

Бабочка, порхая,

Села на ладонь.

Милая такая,

Ты замри, не тронь.

Дай налюбоваться

Разноцветьем крыл.

Может испугаться –

След её простыл.

Чуть дрожа ладонью,

На неё смотрел,

На мою на донью –

Взгляд мой потеплел.

Ветер, пролетая,

Бабочку спугнул.

Взглядом провожая,

Тихо я взгрустнул.   

 

 

ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР НА ГРАНИЦЕ

 

Поздний вечер

Темнотой улёгся

На зелёные погоны.

В тишину облёкся,

Комаров слышны трезвоны.

 

Смяли тучи

Свет луны струящий.

И она, как в клетке птица,

Скрыла взор горящий.

Утопала в тьме граница.

 

В ночи шумно

Бурундук умчался

От идущего наряда.

Стука испугался

Автоматного приклада.

 

Рвать ракета

Тишину готова,

Нарушитель лишь проникнет.

На заставе снова

На табло "тревога" вспыхнет.

 

Скрылись тучи,

Луч луны струился

На границу без промашки,

Серебром пролился

На зелёные фуражки. 

 

 

МАЙСКИЙ ВЕЧЕР

 

В песнях милых соловьёв

Столько нежности, услад.

Слушать я всю ночь готов

Переливы их рулад.

Майский вечер этот тих,

Свежей зеленью сверкал.

У реки прибой затих,

И покой вокруг витал.

Словно в платьицах невест,

Дерева в саду стоят.

Дух от них идёт окрест,

Пчёлы средь цветов гудят.

Ландыша бутон в лесу

Распускает белый цвет.

Бросив тонко полосу,

Погасил закат свой свет.

И набросил тёмный плащ

Майский вечер, уходя.

Раздавался иволг плач,

Ночь брела, покой ведя.

 

 

СТИХОМ Я ДУШУ ЧИЩУ

 

Стихом я душу чищу,

Елей на сердце лью,

За рифмами я рыщу

И с ними строчки вью.

В рождении природы,

Страстях, кипящих вкруг.

В блаженности погоды

Плывёт стихов мой струг.

 

Себя я ублажаю,

Писанием сиим.

И в облаках витаю,

С крылами, Серафим.

Судьба моя, я с жаром

Пылающих ланит

Пришёл со строф хоралом,

Теперь я твой пиит.

 

 

ОТЕЦ

 

Цветы я в печали

Принёс на погост,

Там ветры молчали

В пасхальный тот пост.

Там год уж который

Лежит мой отец,

Ход времени скорый

Сплёл вечный венец.

Краюшечку хлеба,

В стакане сто грамм,

Да чистого неба –

Достаточно нам.

Скорбел молчаливо.

С отцом говорил.

А день торопливо

К концу подходил.

Ты прожил немало,

Ещё бы пожил,

Да сердце устало,

В душе я тужил.

А ветры молчали

Над смерти венцом,

Прочь шёл я в печали,

Простившись с отцом.

 

 

***

Белоголовый от седин,

Своих годов я властелин,

Их ходом жизнь свою стираю,

Как карандашную строку.

Всё меньше их в моём полку,

И я от этого страдаю.

 

В МОРОЗНОЙ ТИШИ

 

В морозной тиши в верх столбами

Из труб поднимались дымы.

И вьюга умчалась с ветрами,

Сверкал серебром свет луны.

 

В спокойствии чинном стояли

Деревья средь снежных садов,

Ветвями они не махали,

Увлёкшись виденьями снов.

 

Под утро, зарю ожидая, -

Рассвет уже вспыхнуть готов. -

Морозную ночь провожая,

Звучал первый крик петухов.

СОЛНЦЕ-КУМИР

 

Небесная высь

Окрасилась в синь.

Лучи расплелись,

Пролили теплынь.

 

Лик солнца – кумир,

Меня освятит,

Наш страждущий мир

От тьмы отвратит. 

 

 

ЕЛИ

 

Машут ели лапами,

Распростясь с зимой,

С них крутыми скатами,

Снег скользнул долой.

 

Заблестев на солнышке

Зеленью своей,

Проливали волюшке

Хвойный свой елей.

 

И роняли старые

Шишки, вкруг стеля.

Нарождали малые,

Им расти веля.

 

 

ЛЕНЬ

 

В движении – жизнь,

А мне же лень,

Так захотелось неги.

Не первый день

Я к ней веду забеги.

Ушёл от дел,

Вздремнул слегка,

Реальность отгоняя.

Мечту пока

И праздность привечая.

Иду в побег

Который день

От суеты движенья.

Сегодня лень

Мне сладость даст забвенья. 

 

 

В СЕРЕДИНЕ БРОДИТ ОСЕНЬ

 

В середине бродит осень

Своего пути.

В нём листвой багряной ясень

Продолжал цвести.

У берёз желты листочки

Ветер трепыхал.

Драгоценные брелочки

Их в траву бросал.

А осинник ярко рдеет

И дрожит листвой.

Дождь осенний всюду сеет,

Брызжется водой.

 

 

МЕСЯЦ

 

Очарованный собой,

Месяц ярко запылал.

Полумесяц молодой

Небо рожками бодал.

 

К звёздам был по-братски мил,

В речку серебро бросал.

С тучкой мило он шутил,

Плыть ей дальше запрещал.

 

Не послушалась она

И, прельстившись серебром,

Поплыла, дождём полна,

Месяц пряча в свой закром.

 

 

ЛИСТ ЛЕТЕЛ

 

Лист летел,

Взгляд успел

Миг заметить паденья.

Жизнь отжил,

Сброшен был

Боль познать он забвенья.

Мрак и тлен,

Жизни плен,

Песня смолкла прощанья.

Так и я,

Здесь живя,

Боль пойму увяданья.

 

 

СНЕГА

 

Посыпали небеса

Землю белыми снегами.

Вытворяли чудеса,

Колыхая их волнами.

 

Накрывали лес и дол

Серебристыми платами.

Обернули склоны гор

Белоснежными холстами.

 

Изменилось всё вокруг,

Скрылись осени этюды.

Заиграли ветры вьюг

В свои гусли-перегуды.  

 

 

 ЗИМНИЙ ДОЖДЬ

 

Дождик зимний ледяной

Ветви у берёз сковал,

И стеклянною росой

Хрупкость им он придавал.

 

И под тяжестью такой

Ветки опустились вниз.

У берёзы той порой

Ломкости случился криз.

 

 

ЗИМА

 

Стоят деревья в стиле ню,

Лишь хвойные средь них одеты.

Ветра зиме строчат сонеты,

Воспев в них хладную зарю.

Морозами пыхтит зима,

Будя бураны и метели.

Корой деревья закряхтели

И дали плавала кайма.

Средь белоснежности снегов

Рябины гроздья полыхнули.

На реках льды мосты сомкнули

Меж удалённых берегов.

 

 

СНЕГ

 

С неба белыми стружками,

(Небольшой был мороз),

Словно мелкими мушками,

Снег валился на плёс.

Тучей, он, просыпаемый,

Делал землю белей.

И, ветрами гоняемый,

Застревал меж стерней.

И, копясь понемножечку,

Он укрыл все поля,

И тропинку-дорожечку,

Где росли тополя.

 

 

***

Шёл человек,

Шёл и корабль,

Выпустил век

Свой дирижабль.

Вехи времён,

Миги годов.

Жизни перрон –

Проводы снов.

 

 

СУШЬ

 

Сушь накрыла поля,

Рос не ведают травы.

Раскалилась земля,

Застонали дубравы.

 

И не льются дожди

Дни и даже недели.

Ветры стали трясти

Пылевые постели.

 

Пересохли ручьи,

Не несут вод усладу.

Птица, зря не кричи,

Призывая прохладу.

 

Солнца бреют лучи

Раскалённым кинжалом,

Словно божьи бичи,

Лес снедая пожаром.

 

И стоят города

Духотой обуяны,

То – циклона беда

И погоды изъяны.

 

 

ЭГО

 

Своё эго вскормив,

Не хвались, что идеал,

Пустобрёхством лишь прикрыв,

Ты бесславности кагал.

И отсутствие добра.

 

 

 

Я Б С ТОБОЮ ПРОЖИЛ

 

Я б с тобою прожил

В счастьи несколько жизней.

Не угас бы мой пыл

Во любви той всевышней.

 

Мне ты всем хороша,

Как мечты воплощенье.

Жить, тобою дыша, -

Вот моё устремленье.

 

Будет радостно нам

В этом жизни приюте.

Возвестим небесам

О свершившемся чуде.

 

 

ОСЕНЬ

 

Скоро будет представленье,

К нам с гастролью осень мчит.

Разноцветное смешенье

Ярких красок в ней сулит.

 

Как заправский театральный

Мастер, выстроит помост.

Образ свой сентиментальный

Нам предъявит в полный рост.

 

И с дождём печали действо

В скором времени грядёт.

Разных листьев лицедейство

Хороводом поведёт.

 

И мелодию прощанья,

Ветром в поле отыграв,

От зимы уйдёт дыханья,

Реквизит с собой забрав. 

 

 

ЛЕТНЯЯ ПОРА ПРОШЛА

 

Летняя пора прошла,

И пожухли травы.

Осень дождик пролила

На поля, дубравы.

 

Разбросала по листве

Разноцветье красок.

Убежала по траве

Прочь от летних сказок.

 

К югу, в дальние края,

Проводила стаи.

В небо гнала, не тая,

Тучи-горностаи.

 

Растрепавшийся ковыль

Ветром в косы свила.

В нашу будничную быль

Красоту явила. 

 

СТИЛЯГА ВЕТЕР

 

Летит, летит, порхает заводной

Стиляга ветер в зимних переулках.

И простенько звучит его гобой,

Как пёс усталый бродит в закоулках.

 

Снежинки приглашает он на вальс

И, приобняв, их кружит невесомо.

Как парусник меняет резко галс,

То одолеет вдруг его истома.

 

Любитель покуражится в ветвях,

Срывает с них белёсые одежды.

С метелью заиграется в полях,

И снегом путнику залепит вежды.

 

 

МНЕ ОСЕНЬ ЯВИЛАСЬ НЕДАВНО

 

Мне осень явилась недавно

Девчонкой красивой во сне.

Гуляла походкою плавной

Средь поля по жёлтой стерне.

 

С весёлым заливистым смехом

Махала призывно рукой,

Звала с ней предаться потехам

Осенним пред долгой зимой.

 

Шептала мне нежно на ухо:

Пойдём погуляем в лесу,

Не верь обо мне подлым слухам,

Что скоро утрачу красу.

 

Увы, не напрасно болтали –

Состарилась быстро она.

Поблёкла, заплакав дождями...

А издали мчалась зима.

 

 

***

Смысл любви – не в красивости сказанных слов,

А в глубинности чувств, что под сердцем таятся

К той единственной, с кем будешь плакать от счастья

И смеяться в беде, отравляющей кровь.

 

 

РАССКАЖИ

 

Не говори о птичьих стаях... впрочем

О них послушать я готов чуть-чуть.

Пока лишь август – это ведь не осень,

Им рано собираться в дальний путь.

 

А лучше расскажи мне о приметах,

Что к нам дошли из давней старины.

Вот падает звезда – что значит это?

Ах, главное чтоб не было войны.

 

Закат над горизонтом окровавлен –

Ужели ветреной погоде быть?

С пустым ведром шагает дева плавно –

Бежать ли прочь во всю младую прыть?

 

Стрижи взлетают к облакам высоким –

Так значит будет ясным этот день?

К чему трещат взволнованно сороки?

Каких нам ждать от этого проблем?

 

Довольно, впрочем, о приметах... Лучше

Поведай о своей ко мне любви.

На всей земной средь океанов суше

Тебя милей, прекрасней не найти.

 

 

ГЕННЫЙ АТАВИЗМ

 

Просторность мысли в экумене,

Раздрай, нелад средь бытия.

Слов фимиамных воскуренья

Ко правде вечной вопиять.

 

Бездушен мир, порою склочен,

Воссоздаёт и жизнь, и тлен.

Но в воплощении он точен.

И зло ему не конкурент?

 

Ужели так? А как же войны?

Ужели генный атавизм

Вовлёк людей во грех убойный

И стёр понятье – гуманизм?

 

 

ПУЛЯ-ДУРА

 

«Ой ли ветер тихий, ой ли буря –

Всё едино пропадать.

Для меня отлита пуля-дура,

Прилетит, как чёрный тать.

 

Прямо в сердце, может быть, навылет –

И прощай ты, белый свет.

Брызнет кровь и на земле остынет,

Лишь оставив тёмный след.

 

Без меня пойдёт в атаку рота

В штыковую на врага.

И падёт в смертельной схватке кто-то,

Жизнь солдата недолга́.

 

Похоронят в общей нас могиле

Под команды: «товсь!» и «пли!».

Смерти урожай в войне обилен

От зари и до зари.

 

А вокруг сады в благоуханьи

Будут цвесть и вьюги выть.

Люди через годы с придыханьем

Нас, всех павших, будут чтить».

 

Так, наверно, думал мой дедуля,

Принявший последний бой.

Поразила вражья дура-пуля,

Не вернулся он домой.

 

 

СТИХИЯ ВЫЗРЕВШЕГО ЛЕТА

 

Шумят зелёные дубравы,

Поймавши ветер за крыло.

Верхушки клонят влево, вправо

Берёзы, липы весело.

 

На перепутье три сосёнки

Ведут беседу, не спеша.

Пасутся рядышком бурёнки,

Где травка вкусом хороша.

 

Летают птицы в ясном небе,

Видны им дали свысока.

В овраге тёмном, словно в склепе,

Слышно стенанье ручейка.

 

Под тёплым солнцем рожь на поле,

Качаясь, нянчит в колосках

Дитяти-зёрна. Утром зори

Встают в оранжевых шелках.

 

Стихия вызревшего лета –

Природы божья благодать.

Раздольем радужного цвета

Дано ему нас обаять.

 

 

ЛЕТО – РАЙ

 

Луч солнца рыж,

Как шубки лис,

Пригож теплом.

Небесный свод,

Сиянье вод,

Цветы кругом.

 

Задорный птах –

Сколь песен, ах! –

Он менестрель.

Шептун-камыш,

Дубок-крепыш,

Зелёный хмель.

 

Ах, ширь полей,

Тепло ночей

И зорь краса.

Мне лето – рай.

Любимый край –

Душа чиста.

 

 

БЕЗМОЛВЕН СТАРЕНЬКИЙ РОЯЛЬ

 

Безмолвен старенький рояль –

Какие годы без настройки.

На крышке пыльная вуаль,

Аграфы, ножки – жизнестойки.

 

Порханье пальцев, звуки струн,

Певца прекрасные рулады,

Софитов свет – цветастых лун –

Увы, забытые услады.

 

Веселье, грусть, оваций гром,

Корзины, полные цветами.

И номера на «бис» ... В былом

И репетиции часами.

 

Где музыкант – волшебник нот? –

Во тьме у вечности – бездвижен.

Времён – стремителен уход.

Где старый добрый «чижик-пыжик»?

 

Стоит рояль, душою нем,

Среди отживших инструментов.

Складской ему противен плен,

Где нет огней, аплодисментов.

 

 

ЖИЗНЬ ПОРВАЛА МЕХИ

 

Романтику дальних дорог

Уже не приемлет душа.

В груди не трепещет восторг,

И юности нет куража:

 

Всё бросив, помчаться туда,

Где не был ни разу ещё.

Эх, время! Умчались года,

И жизнь догорает свечой.

 

А память опять и опять

Уводит в прошедшие дни.

Вернуть невозможно их вспять,

От горечи думы больны:

 

Ну сделай не эдак, а так,

Шагни на другую тропу.

Напрасно – гордыня – мой враг,

Уже не изменишь судьбу.

 

Жаль: задним умом мы сильны,

Воззрев на былые грехи.

Божественно-сладкой сурьи

Не пить – жизнь порвала мехи.

 

 

ДАЛЬНОБОЙЩИКИ

 

Настрою радиоволну

И «В добрый путь, – скажу, – ребята!»

Мы всю проехали страну,

Всю – от восхода до заката.

Хоть уставали мы порой

И трассы всякие видали,

Грусть гнали от себя долой.

И ждали нас иные дали.

 

А ты, мотор, не подведи,

Колёса резвые, крутитесь.

И всем нам – доброго пути,

С удачей, вёрсты, породнитесь.

 

Когда свой рейс мы завершим,

Не остудив ещё моторы,

В кругу друзей мы согрешим

Чуть водочкой под разговоры.

Потом – скорее по домам,

Чтоб смыть дорожную усталость.

Обнимем жён, обнимем мам:

Для счастья нам нужна лишь малость.

 

Недолгий отдых, снова в путь.

И ждёт по новой нас дорога.

И будут ветры встреч нам дуть,

Мы – дальнобойщики от Бога.

 

 

СМОЛК НАВЕКИ ПЕВЕЦ

 

Нету песни в груди –

Перерезана глотка.

Вместе с нотами вышла

Безголосо душа.

На подвздохе – лишь хрип,

Диафрагма – безмолвна.

Не вибрируют связки –

Смолк навеки певец.

Песнь его подхвачу,

Пусть тембрально не схоже,

И в манере отличной,

Но её допою.

 

 

ЗВОНЯТ КОЛОКОЛА

 

Звонят колокола.

Умчались дни, недели.

Тревожат не со зла

Души моей метели.

 

Эфир гудел. И связь

Оборвалась. Устало

Судьбы вязалась бязь,

Ей ниток было мало.

 

Кружил осенний лист,

Я с ним готов проститься.

Танцует ветер твист,

Зовёт труба горниста.

 

Я знал, что будет так,

Что сердце зря стучало.

Замшелый вурдалак

Попьёт крови немало.

 

Я знал, уйдут года,

Сжирая жизни силы.

И вешняя вода

Прольётся сквозь могилы.

 

И звон колоколов,

Вгрызаясь в дали мира,

Нас вырвет из оков

Неверного кумира.

 

 

Я ПРОСНУЛСЯ КАК-ТО НОЧЬЮ

 

Я проснулся как-то ночью,

Что-то торкнуло в груди.

Полумраком полны очи,

Дума мрачная, уйди.

 

Беспричинности тревога

Породила дискомфорт.

Я не вырвусь из острога

Липкой ночи, ах ты, чёрт.

 

Не уснуть мне до рассвета,

Я бранюся сам с собой.

Не скрипи, душа-карета,

Привезя мне непокой.

 

 

МАЛАЯ РОДИНА 

 

Закрывается дверь. Всё – прощай городок,

Заскрипела колёсная пара.

Разорвал тишину паровозный гудок,

Ты играй песнь прощанья, гитара.

Так случилось, что край я покинул родной,

Малой Родиной в сердце остался.

Там густые леса и там воздух иной,

С ней на долгие годы прощался.

Время детства и дедушки старенький дом

Вспоминаю с теплом, сокровенно.

И как бабушка ласково звала «внучком»...

Я тоскую по ним, незабвенным.

Сам теперь я седой и живу далеко,

С малой Родиной редко видаюсь.

Ты, гитара, играй, песнь, звучи высоко,

Я душой с ностальгией сливаюсь.

 

 

ПРЕЛЮДИЯ РАССВЕТНОГО ДУРМАНА

 

Ты слышишь: как высоко поёт тишина

Под музыку белёсого тумана?

Задумчивая в небе внимает луна

Прелюдии рассветного дурмана.

 

Ты видишь: как безмолвные звёзды парят

И медленно вальсируют по кругу?

Их взоры всё бледнее под утро горят.

Вот свет зари, порхнув, бежит по лУгу.

 

Ты внемли: как играет свирель ветерка

Под сводом над тропой среди полесья.

И жаворонка песня – чиста и звонка –

Рапсодией звучит из поднебесья.

 

 

ВОЛЮШКА 

 

Рады были птицы ясной зорюшке,

Распевали песни вольной волюшке.

Отпылала в небе зорька ясная,

Поплыла светила лодка красная.

Да над полюшком, да над цветочками,

Над лесов зелёными платочками.

Над озёрной синью, над речушками

Да над горными в снегах макушками.

Разбежались ветры да по полюшку,

Звали посвистом шальную волюшку:

«Ой, ты, волюшка да благородная,

Властвуй всеми ты, от всех свободная.

Да над полюшком, да над цветочками,

Над лесов зелёными платочками.

Над озёрной синью, над речушками,

Да над горными в снегах макушками».

 

 

БУРЯ

 

Пустынное поле. В сиянии лунном

Лежит сиротливо недвижимый снег.

С небес только звёзды взирают разумно

На землю, где ночь продолжает забег.

 

И видят они, как готовит потеху

Ночь, скрывшая замысел в ложной тиши.

И ветер в час скорый, с отрывистым смехом,

Закружит над полем, входя в виражи.

 

Брюхатые тучи, готовые к родам,

Пригонит в небесный просторный загон.

Неистово снег закружит хороводом,

И буря округу захватит в полон.

 

И скроется поле во мгле беспросветной,

Как будто на шабаш вся нечисть летит.

Продлится их пир до утра, непотребный...

Ох, страшен и лют непогоды кульбит. 

 

 

НАДОРВАЛАСЬ ДУША

 

Надорвалась душа от броженья земного,

Всё ей стало не мило, всё было не ново.

Синема словно смотрит былого «Немого»,

Там, где титры, живое не слышится слово.

 

Что-то движется, кто-то беззвучно хохочет,

А тапёр отрешённо играет сюиту.

Аппарат безразлично киношный стрекочет.

Сонно дева-душа подпирает ланиту.

 

Чёрно-белые кадры мелькают сюжета,

Всё, что там происходит – ей нет интереса.

Рядом с залом уже поджидает карета,

Дали скоро за ней запахнётся завеса.

 

 

СПРОСИЛ У ВЕТРА

 

Спросил у ветра: «Что шумишь,

К кому навстречу ты спешишь?» –

«К берёзке тонкой, что одна

Стоит вдали, душа грустна.

 

Там, в поле чистом, трав простор

И солнца сверху нем укор,

Где стал не мил ей белый свет –

У ней подружки, друга нет.

 

Ей ветки-косы я плету,

С листвой играю на лету.

Да птицы песни ей поют,

В ветвях найдя себе приют.

 

Но ночь придёт, – опять одна.

И в чём же есть её вина,

Что здесь расти ей суждено

И век закончить здесь дано».

 

Сказал я ветру: «Поспеши,

Берёзки грусть ты приглуши.

Помчусь я следом за тобой,

Прильну к коре её щекой».

 

  

ПОСМОТРИ – КАКОЙ ПРОСТОР

 

Посмотри – какой простор –

Не любить его нельзя.

Лес, речушка, косогор,

А вокруг луга, поля.

 

Рыбку вот рыбак удит,

Гуси плавают в пруду.

С кобылицей конь шалит,

Травы плещут на ветру.

 

Синь небес, журчит родник,

У берёз кора бела.

Мхом прикрылся боровик,

В речку смотрится скала.

 

Быль степей и сказки гор –

Всё Россия-матушка.

Посмотри – велик простор –

Создал Бог наш батюшка.

 

 

 А СЛЫШИТ ЛИ КТО НАС?

 

Ну что вы ругаетесь? Что вы вопите?

О жизни никчемной своей говорите,

Про судеб ненастье своих вы твердите,

Любовь без ответа позорно клеймите.

Простые ответы вопросов корите,

А сложности их вы умом не узрите.

Отведав лишь горечь, вы душу вините

В безверии её, как последнем наймите.

А слышит ли кто вас?... Меня уж простите...

 

Порода людская всё ищет признанья

В словах и поступках сего мирозданья.

Где разума путь отдохнёт от страданья

В мечтах о кончине всего увяданья.

Как Феникс взродился огнём обладанья,

Так мы возжелаем добру процветанья.

А слышит ли кто нас?...

 

 

ОТВЕТЬ, СУДЬБА...

 

Ответь, судьба, ты мне ответь:

Зачем так быстро дни мелькают.

Ты выставляла на поветь

Мои года...они уж тают.

 

Иль твой затёрся циферблат,

Что стрелки цифр не замечают.

Напропалую мчат и мчат,

С реалью время не сверяют.

 

А может быть я сам спешу,

В делах по жизни пробегая.

На что-то важное машу,

Второстепенность возвышая.

 

Времён солёная волна

Бежит и душу разъедает.

Терпеть и штиль, и шторм сполна

Видать судьба предполагает.

 

Судьба, проклятая судьба...

Всё ж обвинять тебя не стоит.

Так пусть мой стих, моя мольба

К тебе, божественной, восходит.

 

 

ЗОРЬКА ЯСНАЯ

 

Озарила долы зорька ясная,

Задрала подол калина красная.

А под ней трава посеребрённая

Силой рос сверкала, напоённая.

 

А от солнышка лучи-гребёнушки

Расчесали ковыли-былёнушки.

Разбудили в поле перепёлочку,

И проникли в озера светёлочку.

 

Ветерок по небушку разгуливал,

Облака белы подкарауливал.

Угонял за горизонты дальние,

Распевал им песенки прощальные.

 

Осинилась высь с зарёй прозрачная,

Умыкнулась ночи тень призрАчная.

Зашумел листвою лес зелёною,

По макушкам светом убелённою.

 

Щебетали птицы ясной зорюшке,

Распевали песни вольной волюшке.

Отпылала в небе зорька ясная

И пришла погодушка прекрасная.

 

НАМ ВСЕМ, ЗАКРЫВ ГЛАЗА...

 

Нам всем, закрыв глаза,

Судьба подносит чашу.

Что в ней: нектар, слеза?

Отрава ли за нашу

Никчемну жизнь зазря?

Ночь тёмная, заря?

Полна иль не совсем?

Покой извечный, буря

С избытками проблем?

В висок, возможно, пуля? –

С очередным глотком

Познаем мы потом.

 

  

ЖИЗНЬ МОЯ, НЕВЕСТУШКА

 

Жизнь моя, невестушка,

Мной давно сосватана.

Разлетелась вестушка:

Нет пути обратного.

 

Только-только справили

Свадьбу с половинкою,

Празднество оставили,

В жизнь войдя рутинную.

 

Повела судьбинушка

По тропе нехоженой.

Развернулась силушка,

Младостью рождённая.

 

Поглощала вёрсты все

На путях их с жадностью.

Раздухарилась в суЕ

Торопыга странная...

 

Постарела жёнушка,

Как и я, жизнь тленная.

Став обманом, волюшка,

Увела в мрак тёмныя.

 

  

БУХТА СЕМЕЙНОГО СЧАСТЬЯ

 

Стань для меня ты ветрилом,

Добрым веди нас путём.

Мы у судьбы за штурвалом

Любяще руки сплетём.

 

Штормы бушуют в просторах,

Мы не собьёмся с пути.

В жизни морях-океанах

Будем совместно грести.

 

Будет ненастной погода,

Волны помчатся гуртом.

В бухту семейного счастья

Челн мы с тобой приведём.

 

 

ДЛЯ ЧЕГО ЖИВЁМ НА СВЕТЕ?

 

Для чего живём на свете,

В чём есть смысл бытия?

Может, мы с тобой в ответе,

Чтоб цвела у нас земля.

 

Чтоб в гармонии с природой

Нашим душам быть всегда.

И над всякою невзгодой

Здраво мыслить иногда.

 

Чтоб Любовь, Надежда, Вера

С нами были до конца.

Не питала бы химера

Иллюзорностью сердца.

 

Разберусь ли я в ответе?

Истину найду ли я?

Для чего живём на свете,

В чём есть смысл бытия?

 

 

ЗВЁЗДЫ-ГЛАЗА

 

Вновь звёзды-глаза взметнулися в высь,

Луна сторожит там небо ночное.

Удача, ко мне сегодня примчись,

Замедли в пути ты времечко злое.

 

Меня, Водолей, с небес охрани,

Очисти мой путь от бед и ненастья.

Медведица, ковш ты свой поднеси –

Испью из него немерено счастья.

 

Путь Млечный, скажи: мечта ли там ждёт,

Любовь, что душе несут исцеленье?

Я к ним устремлюсь в блаженный полёт,

Лишь солнце взойдёт и даст мне знаменье.

 

 

ГОРДЫНЯ

 

Ах, как кручинится гордыня,

По вкусу сладкая, как дыня,

Что не попал я с ней впросак.

А так красиво совращала,

Златые горы обещала,

Без всякой платы, просто так.

 

Но я послал её куда-то

И в дар не взял за это злато.

Смеюсь над ней – надменный лорд.

Вот только денег нет в кармане,

Не нажил их в людском обмане,

Но сам собой весьма я горд.

 

 

 ГОДА

 

Года, словно листья осенние,

Срываются, падают вниз.

Я прожил немало и стал

Как будто икона без риз.

Хоть стал я душою мудрее,

Не те уже зыблются силы.

Теперь отношусь по-другому

Ко всем, что давно стали милы.

 

Обсыпало пеплом мне голову,

Всё больше морщин на лице.

И чаще грущу я от дум:

Что ждёт меня в скорбном конце?

Я видел достаточно в жизни,

Судьбы так причудливы вязи.

Я был для кого-то кумиром,

А чаще барахтался в грЯзи.

 

Мне в тихой укрыться бы заводи,

Любуясь остатками дней.

Как в детстве пройтись по лугам,

Забраться ногами в ручей.

Забыть прежних лет неудачи,

Любуясь ночною звездой.

У всех попросить бы прощенья,

Счастливым обняться с судьбой.

 

 

ПОЛУДЕННЫМ СОЛНЦЕМ

 

Полуденным солнцем захваченный в плен,

С пульсацией жилок и вздувшихся вен,

Нырну в упоении в вод я прохладу,

Усталому телу несущих усладу.

 

Бегущей реки равномерный поток

В качании волн затянул под мосток,

И спрятал меня от палящего зноя,

Что солнце в зените струит без простоя.

 

 

НЕДОСКАЗАННОСТЬ

 

Недосказанность мысли

Вновь легла многоточьем.

Мои чувства повисли,

Замолчав, междустрочьем.

 

И неясность совета

Облеклась запятыми.

Между скобок ответа

Я не вижу пустыми.

 

Вся разумность в кавычках

Заблудилась устало.

Красной строчкой в привычках

Мне вино в жизни стало.

 

  

ЖИЗНЬ, НЕ ШУТИ СО МНОЙ

 

Ах ты, жизнь, не шути же со мной,

А судьбе укажи путь простой.

Ты, судьба, не лежи под горой,

К жизни доброй дорогу построй.

 

Ах, беда, не гонись ты за мной,

Лучше с горем в сторонке постой.

А ты, горе, не лейся слезой,

А с бедою уйди на покой.

 

Подружись лучше счастье со мной,

Вместе с радостью душу омой.

Обними меня, радость, и спой,

И со счастьем вернитесь домой.

 

 

НЕ Я

 

Плеч в веснушках твоих оголённость –

Солнце нежно ласкает, не я.

Мыслей думных твоих отрешённость

Очень сильно тревожит меня.

 

Зарываясь в волос шелковистость,

Ветер гладит их, только не я.

Глаз твоих лучезарных искристость

Заставляет влюбиться в тебя.

 

А улыбки твоей безмятежность –

Смотрит зеркало, вовсе не я.

Утверждает судьбы неизбежность

В том, что будешь отныне моя.

 

 

ПУЛЯ-ДУРА

 

«Ой ли ветер тихий, ой ли буря –

Всё едино пропадать.

Для меня отлита пуля-дура,

Прилетит, как чёрный тать.

 

Прямо в сердце, может быть, навылет –

И прощай, ты, белый свет.

Брызнет кровь и на земле остынет,

Лишь оставив тёмный след.

 

Без меня пойдёт в атаку рота

В штыковую на врага.

И падёт в смертельной схватке кто-то,

Жизнь солдата недолгА.

 

Похоронят в общей нас могиле

Под команды: «товсь!» и «пли!».

Смерти урожай в войне обилен

От зари и до зари.

 

А вокруг сады в благоуханьи

Будут цвесть и вьюги выть.

Люди через годы с придыханьем

Нас, всех павших, будут чтить».

 

Так, наверно, думал мой дедуля,

Принявший последний бой.

Поразила вражья дура-пуля,

Не вернулся он домой.

 

 

ЖИЗНЬ

 

Маркером жизнь не подправишь,

Ластиком не подотрёшь.

В пункт на обмен не поставишь,

Взять чтоб другую за грош.

 

Небо судьбу расписало,

Определило твой путь.

Время, сколь жить, рассчитало,

Жалко вперёд не взглянуть.

 

Просто иди и не ропщи,

Счастье познаешь иль нет.

Примет земля твои мощи,

Ветра умолкнет кларнет.

 

 

ПО ТРОПИНКЕ

 

По тропинке, петляющей в парке,

Под тенистость высоких дерев,

Забредём мы, обнявшись, с тобою,

От палящего солнца сомлев.

 

Мы присядем на мягкую травку,

Ветерочек повеет на нас.

Птичьи над головой перепевы

Зазвучат в по полуденный час.

 

А потом мы с тобою, родная,

Откровеньем наполним уста.

И дадим обещанье навеки –

Только радостью полнить сердца.

 

 

ЛУНА

 

Над пустынною рекой,

Белый свет свой проливая,

Серебро вокруг бросая,

Поднялась луна.

По волнам дорожку стлала,

В росах холодно сверкала.

Освещала ночь.

 

На безмолвном берегу,

По макушкам пробегая

Крон и тенями играя,

Сказку создала.

Поутру она бледнела,

Словно выдохлась от дела.

Полыхнул рассвет.

 

 

БЕРЁЗА БЕЛЁСАЯ

 

Словно длинные косы,

Ветки низко свисали

У берёзы белёсой,

Будто символ печали.

 

Как прекрасная дева,

Красотою манила.

И невинности видом

Наши взоры прельстила.

 

Сердце нежно-щемяще

Ворохнулось, заныло.

Обниму я берёзу,

Ствол поглажу ей мило.

 

От покорного вида

Разомлею душою.

На прощание косы

Приласкаю рукою.

 

 

ГРОЗА

 

Упали низко тучи,

На землю воду льют.

Потоком бурным с кручи

Ручьи к реке бегут.

 

Сверкнули молний блики,

Сердито рыкнул гром.

И птиц шальные крики

Раздались за окном.

 

Гроза хозяйкой стала

Надолго летним днём.

Ненастьем управляла,

Как шкипер кораблём.

 

 

ЗИМА – ПРОБА ПЕРА

 

Утренний лёгкий морозец

В лужах разлёгся ледком,

Инеем пал на колодец,

Сруб оторочив пушком.

 

И по деревьям развесил

В белом сияньи наряд.

Он разудал был и весел,

Зимний верша свой обряд.

 

Зимушка, словно калека,

Первую пробу пера

Нам предъявила без снега.

Знать, не пришла ей пора.

 

Осень, воспрянув к обеду,

Зимушку прочь прогнала.

Празднуя с солнцем победу,

В лужах ледок извела.

 

 

ЛЮБОВЬ И ДОБРОТА

 

Камень бросьте вы в меня,

Если в корне я неправ,

Что свою судьбу творя,

Без любви её создав,

Не прибудет в ней добра.

 

Из прекрасных в мире слов:

Нам любовь и доброта –

Создают задел основ

Жизни, сторожат врата

Богом попранного зла.

 

Для свершения мечты

С верой в сердце призови

Дух любви и доброты

И их в спутники зови.

Будет счастлива судьба.

 

 

Я ЗАКРОЮ КАЛИТКУ

 

Я закрою калитку,

Не повесив замок.

В щель засуну открытку –

Я сюда не ходок.

 

Нашей жизни ошибки

Невозможно забыть.

Ты меня без улыбки

Продолжаешь винить.

 

Сердце чтоб не саднило,

Я снимусь с этих мест.

Всё здесь стало немило –

В том удел мой и крест.

 

 

ЗАКАТ

 

Тревожно-оранжевым цветом

Закат полыхнул второпях.

И запад с прощальным приветом

Купался в последних лучах.

 

Гуртом облака, наплывая,

Гасили лучей ореол.

А ветер, клубы расправляя,

Кроил горизонту подол.

 

Закат потухал, и неярко

Луна проявилась вдали.

С востока чернилами марко

Ночь ставила метки свои.

 

 

 НАШИ ДУШИ

 

В юдоли разлуки, в юдоли печали,

Когда наши души по небу летали,

Хранители-ангелы их очищали:

От разных нескромных греховных желаний,

В сердцах приютившихся переживаний,

От лжи и мороки, пустых обещаний.

 

Бродили в просторах вселенского круга,

Была не напрасна исканий потуга,

Средь тысячи душ мы обрящли друг друга.

И нити судьбы заплелись на рассвете,

Теперь наши души за счастье в ответе,

Чтоб жить на земле нам в любви и совете.

 

И в буднях на ней мы живём теперь грешной

Размеренной жизнью, простой и неспешной,

В сердцах наших тьмы не приемлем кромешной.

В юдоли разлуки, в юдоли печали

Не будут писаться земные скрижали.

Дай бог, чтобы ангелы нам помогали.

 

 

ИТОГ

 

Как жить, любить, о чём мечтать,

Чем восхищаться, горевать,

Всё это познавали мы, взрослея,

О лучшей участи мечту лелея.

 

На полюшке судьбы пустом

Упорно строили свой дом.

Пути-дороги разные торили,

Бредя по ним, частенько мы грешили.

 

Не слушали добра совет,

Глотали горечи в ответ.

Своей гордыне всуе потакали,

Её всезнайством ложным ублажали.

 

Ошибки мы копили впрок,

Рекою лился их поток,

Горчащей желчью сердце пропитали,

И в душу их отраву изливали.

 

В конце какой нам ждать итог?

Его на небе выдаст бог.

За всё воздастся адом или раем,

За жизнь свою мы сами отвечаем.

  

 

СТУДЕНЧЕСКАЯ ПОРА

 

Вот это были времена

В мою студенческую пору.

Готовы были стремена

Нам к знаньям лихо мчатся в гору.

 

Наш старый добрый сопромат

Женил не мало поколений.

Ещё предметов целый ряд

Нам добавлял забот и бдений.

 

Учёбы быстро шли года,

Мы всяк по-всякому учились.

Баклуши били иногда,

Мечтой о будущем делились.

 

И вот: защита и диплом.

И альма-матер - до свиданья.

Шёл каждый выбранным путём,

Храня о ней воспоминанья. 

 

МОТЫЛЁК

 

Зачем на огонь ты летишь, мотылёк,

Крыла опаляя? Какой в этом прок?

Иль жизнь-однодневка – сготованный рок

Неведомым кем-то, кто меряет срок?

 

Я понял: чем тлеть, дымом горьким чадя,

И пепельной серостью годы мостя

В пустой безысходной стезе бытия,

Уж лучше принять очищенье огня. 

 

 

БУДЕТ СЧАСТЬЕ ИЛИ НЕТ?

 

В моей душе скопился лёд,

Всё тяжелей её полет

Под небесами.

Угасла страсть, ушла любовь,

Не слышен звон колоколов

Уже над нами.

 

В груди лишь боль и стон в устах,

Уходит жизнь – всё впопыхах –

Несётся птицей.

Кто расписал судьбы скрижаль?

В ней груз грехов совсем не мал –

Не отмолиться.

 

Гляжу вперёд – неясный свет.

Вновь будет счастье или нет?

Надеюсь всё же.

Собрав всю волю, тронусь в путь,

Пряма дорога, и свернуть

С неё негоже.

 

  

ПЕРВАЯ РЫБАЛКА

 

Безмолвствует ветер,

Не плещет волна.

Сквозь облачный бредень

Мелькает луна.

 

Горит одинокий

Костёр у воды.

Котёл на треноге

Пускает пары.

 

Вечерним уловом

Доволен рыбак.

Со взором весёлым

Смолит свой табак.

 

С ним рядом сынишка –

Ростком в два вершка –

Держал окунишку,

Большого ерша.

 

Он первым трофеем

Несказанно горд.

В разладе с Морфеем,

Усталый, был твёрд.

 

Степенно и важно

Следил за ухой.

Во тьме он отважно

Искал сухостой.

 

Потом вместе с батей

Песком тёр котёл.

В небесных полатях

Звёзд виден был взор.

 

Костёр, догорая,

Погас поутру.

Пацан, засыпая,

Прижался к отцу.

 

 

ШЁЛ Я БЕРЕЖОЧКОМ

 

Шёл я бережочком

Говорливой речки.

Вижу: под кусточком

Дева спит. Сердечко

Ёкнуло в груди.

 

Боже, как красива,

Личико – иконка.

Поза спящей – диво –

Чисто амазонка.

Ветер – не буди.

 

В травке-колыбели

Сон её так крепок.

Сладкогласо пели

Пташки между веток,

Схоронясь в листве.

 

Налюбуюсь в сласть я

Милой незнакомкой.

Мысленно ей счастья

Пожелав, сторонкой

В дом пойду к себе.

 

  

Я – СЕРЕНЬКИЙ ВОРОБУШЕК

 

Я – серенький воробушек,

Любитель крошек, зёрнышек

И червячков, и мотыльков.

Летаю, где мне хочется,

Чирикаю, как можется,

И средь жары, и средь снегов.

 

Меня клянут по-всякому:

Ты – вор. Мне, обозватому,

Обидно слышать наговор.

Я – птичка безобидная,

Хоть внешностью не видная,

Зато душой совсем не зол.

 

Как люди, я семейности,

Любви подвержен, верности,

Клянусь «чириком» воробья.

В Российской мне Евразии

Приятно быть с оказией:

Стал русским здесь по духу я.

 

Я – маленький воробушек,

Любитель крошек, зёрнышек,

Воронам-скрягам – не чета.

Живу и солнцу радуюсь,

Чихал на ихню хамовость,

Судьбы по нраву простота.

 

 

Я ТЕБЯ БУДУ ЖДАТЬ

 

Я тебя буду ждать средь полесья

И искать средь просторов полей.

Улыбнёшься ты мне с поднебесья,

Только песнь запоёт соловей.

 

Ты разбудишь от дрёмы желанья,

Что томятся невнятно в груди.

От прекрасной тебя, как мечтанья,

Мне послышится голос: «Приди!»

 

Распахну я тебе, долгожданной,

Душу, словно бы маковый цвет.

Окунусь в светлых росах желанной

Под малиновый яркий рассвет.

 

Я дождался тебя средь полесья,

Отыскал средь просторов полей.

Ты шагнула ко мне с поднебесья

И назвалась любовью моей.

 

 

В ДУШЕ ТВОЕЙ ЦВЕТУТ САДЫ

 

Подобна трепетной ты лани

И веришь сладостно в мечты.

Отныне присно, не во брани,

В твоей душе цветут сады.

 

Родник струит там тихи воды,

Порхают бабочки вокруг,

И неба голубеют своды.

Стоит под парусами струг.

 

Ручные звери просят ласки,

Берут с ладони нежно корм.

Там персонажи старой сказки,

Стоит дворец прекрасных форм.

 

Там нет зимы и нету хмари,

И днями солнце круглый год.

Луна средь звёздной киновари

В ночи сребро на землю льёт.

 

Я в этот сад вошёл прекрасный

И, преисполненный мечты,

Я как садовник полновластный

Стал орошать твои цветы.

 

 

ЭПИЛОГ

 

Полегли ковыли все седые,

Зашумел грустно сумрачный лес.

Прочь умчались года молодые,

Их несёт в безвозвратный регресс.

 

Поутихли мечты и желанья,

Сердце бьётся в груди через раз.

Неизбежность грядёт созерцанья

Прежней жизни утех и проказ.

 

Всё что было, что есть и осталось –

Всё обрящет конечный итог.

Что свершилось, а что не удАлось –

В том судьбу завершит эпилог.

 

 

ШУМИ, ШУМИ МОЙ ЛЕС

 

Сияли небеса

От злата солнца на заре,

Струились чудеса

По вОлнам в утренней поре.

 

Шумливый лес вещал

Легенду древнюю времён,

Когда ещё взрастал,

Когда ещё был молод он.

 

Шуми, шуми мой лес.

Под сводами тенистых крон

Славянский дух воскрес –

Богов древнейших пантеон.

 

Вот: Вышень и Сварог,

Даждьбог, Перун и Световид.

И Велес – скотий бог,

Бог Род во множестве планид.

 

Защитники, родня

Для наших предков всех племён.

Но в пламени огня

Времён исчез их пантеон.

 

Смотря на небеса,

Другие славим божества

И... верим в чудеса –

Погибели иль торжества.

 

 

ВКУШАЮ ЖИЗНИ БЕЗЗАБОТНОСТЬ

 

Вкушаю жизни беззаботность,

Приняв, как есть, её самотность.

Без сожаленья и нытья

Вершусь в просторах бытия.

 

Оригинальничать не буду

И созерцать тоску-зануду.

Я радости хмельной стакан

Плесну душе. Уйдёт туман.

 

Туман уйдёт. Взъярится светом

Вся жизнь, спрямлённая обетом.

Обетом – ставить на яву

Её самотность во главу.

 

  

НАКРЫВАЛИ НЕБО ТУЧИ

 

Накрывали небо тучи,

Стало пасмурно кругом.

Ветер ярился колючий

И швырял в лицо снежком,

 

Что посыпал в одночасье,

Гуще, гуще становясь.

Обрядилось вмиг ненастье

В бело-саванную бязь.

 

Так метель справляла тризну

По погоженьким денькам.

Нагловатую харизму

Демонстрировала нам.

 

Мол, смотрите, я какая:

Мне вполне хватает сил,

Чтоб от края и до края

Широтою снежных крыл

 

Горы скрыть, леса и долы,

Ваш тоскою полнить взгляд,

Что прозрачные просторы

Очи долго не узрят.

 

 

МНЕ НИКАК НЕ ДОГНАТЬ ГОРИЗОНТ

 

Мне никак не догнать горизонт,

Он обманчиво вдаль убегает.

Я в упрямстве своём – мастодонт,

Знаю: весть там заждалась благая.

Мне пройти горизонта черту –

Цель, которая душу питает.

И за ней обрести бы мечту –

Где-то бродит она, золотая.

Не стоять, ведь застой –это смерть,

Жизнь извечная – это движенье.

Пусть к химере несёт круговерть,

Важно, что не погружен в забвенье.

Мне никак не догнать горизонт,

Но не важно, я движим мечтами.

И в упрямстве своём – мастодонт,

Жизни прозу пишу я стихами.

 

 

ТОПЧУ ТРОПИНОЧКИ ДУБРАВЫ 

 

Топчу тропиночки дубравы

Под дробный дятла перестук.

Там, на полянках, пахнут травы,

Берёзки статно встали в круг.

По краю леса, на опушке,

Семья рябинок разрослась.

А меж кустов, как на просушке,

Колышется паучья вязь.

Там под сосной, в опавшей хвое,

Блестят головушки маслят.

Среди листвы, как на постое,

Ветра, задумавшись, молчат.

Хожу, брожу, смотрю красоты,

Вдыхает грудь моя озон.

Потёки смол – суть катафоты –

Янтарный солнца лили сон.

 

 

ПОЙДУ В ДАЛЁКИЕ Я ДАЛИ

 

Пойду в далёкие я дали,

Обрящет светлость голова.

Пылят, пылят мои сандалии,

Над головою – синева.

 

Я устремлён пройти дороги,

И пусть закроет пасть молва,

Что зря покинуты пороги,

Что недосказаны слова.

 

Без сожалений к прежней доле,

Судьба, не рОпщи о былом.

Оставив прошлое в неволе,

Мой путь другой мечтой ведом.

Пылят, пылят мои сандалии,

 

Родились новые слова.

Зовут, зовут надежды дали,

Где жизнь сладка, как пахлава.

 

 

ДЕНЬ

 

День широкой поступью

Вышел на поля,

Солнечною проседью

По земле пыля.

 

Он под щебет пташечки

Брёл через леса.

Облака-барашечки

Вывел в небеса.

 

Шёл с утра до вечера,

Отдыха не знал.

Цветом красным клевера

Перед ночью пал.

 

 

НЕБЕСНЫЙ ЛИК

 

Отринь все страсти роковые,

Сожги их пламенем огня.

Стряхни наветы жизни злые,

Всеочищение маня.

 

Воздуй ты горны для надежды

Порывом благостной мечты.

Души стеснённые одежды

Смени на новые холсты.

 

И лучезарный лик небесный

Очистит Очей пелену.

Услышишь глас его чудесный:

«Я пред тобой, с тобой иду!»  

ТЫ КЛЯНЁШЬ ВЕСЬ БЕЛЫЙ СВЕТ

 

Ты клянёшь весь белый свет,

Тихо воешь: «Счастья нет!».

Жизни радости не пьёшь,

Ей ты ставишь цену – грош.

 

Нет любви, и вера – бред.

Опустевший парапет

Ты метёшь своей души.

Кружат беды-вараши.

 

Ты судьбы своей корвет

В чёрный выкрасила цвет.

Боль в глазах, бредёшь во тьме,

Милый бросил – плачешь в сне.

 

Всё пройдёт. И божий свет

Бросит луч, сказав: «Привет!».

Затрепещут паруса,

И свершатся чудеса.

 

Волны смоют чёрный цвет,

Белым станет твой корвет.

Чайки воспарят над ним,

Поплывёшь к мечтам своим. 

 

 

ДЕНЬ ПРОШЁЛ

 

День прошёл, и сизый сумрак

Напустил восток.

Замаячил ночи призрак,

Небосвод поблёк.

 

И заря с полою рыжей

Свой свернула фрак.

Убежал с лугов бесстыжий

Ветер в буерак.

 

Затихало предвечерье,

Сник седой ковыль.

Превращалось дня поверье

В тёмной ночи быль.

 

 

ДОЧЕРИ КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ

 

Расплескалась синь небес

Над истоками судьбы.

Ангел чистый к нам воскрес -

В этот день родилась ты.

 

Ты пришла в свой новый мир

Летней тёплою порой.

Солнца луч струил эфир

Над твоею головой.

 

И поток времён поплыл

По начертанным путям.

Детство, юность завершил,

Был извилист он и прям.

 

И сегодня, повзрослев,

Смело жизнь свою вершишь.

И все трудности презрев,

Ты упрямо к счастью мчишь.

 

Пусть стезя твоя, как мёд,

Будет сладостной всегда.

Не познает сердце лёд

И печали никогда.

 

Ты иди к своей мечте

И пусть сбудется она.

И в небесной высоте

Пусть горит твоя звезда!

 

 

ИЗГОЙ

 

На распутье стою,

Там любви я изгой.

И планиду свою

Отдаю на пропой.

 

Загуляю в хмели

Этой жизни лихой.

Окажусь на мели

И обрящу покой.

 

Все карманы пусты,

Ни гроша за душой.

У могилы кусты –

Стал я жизни изгой.

 

  

ЛИК ДОЛИНЫ

 

Великолепен лик долины

Порой ночною при луне.

Вокруг красуются вершины,

Блистая снегом в тишине.

 

А чуть пониже, на уступе,

Забывшись, облако висит.

Как в отороченном тулупе,

Гора в нём на небо глядит.

 

И в переливах лунных блёсток

Волна в реке, бушуя, мчит.

В потоках бурных песня хлёстко

Среди долины нам звучит.

 

  

СТАРОСТЬ

 

Уж скоро старость –

Годов моих порабощённый пыл,

Какая жалость –

Огнём пылал, теперь до льда остыл.

Осталась младость

Среди былых воспоминаний, дум.

Как горьку пряность,

Её вкушает мой уставший ум.

Приемлю данность

Всей прозы жизни в вехах бытия.

К чему жеманность?

Что было, есть – всё прожито не зря.

 

 

ПУТНИК

 

Длинную тень

Выбросил день

В пыль на дороге.

Путник шагал,

Сильно устал,

Шёл он в тревоге.

 

В рабстве судьбы,

Вечной борьбы

Долго скитался.

К дому спешил,

Путь завершил,

С прошлым прощался.

 

Скрипнула дверь,

Будто бы зверь

Рыкнул от боли.

Вкопанный встал,

Долго молчал

В тёмной юдоли.

 

Хата пуста,

Лишь тенета

Вьётся в печали.

«Где пропадал?

Ты опоздал, -

Люди сказали, -

 

Мать умерла,

Жинка ушла

С пришлым цыганом».

Сердцем скорбел,

Долго сидел

Он за бурьяном...

 

Тёмная ночь

Мчалася прочь,

Брёл он по полю.

Путник шагал

И проклинал

Жизни недолю.

 

  

СКРИПКА

 

Вот скрипка заиграла

Мелодию тоски.

Пронзительно стенала,

Рвя сердце на куски.

 

Мелодия средь зала,

Порхала и душа,

Расстроившись, роняла

Слезинки не спеша.

 

А скрипка горевала,

Смычок вещал струной,

Что от судьбы причала

Любовь унёс прибой.

 

Вот скрипка замолчала,

Повисла тишина.

И прорвалась из зала

Овации волна.  

 

 

ЖИЗНЬ-ПАРОВОЗ

 

Я, как трудяга-паровоз,

Несусь, несусь на всех парах.

Жизнь переводит стрелки мне,

И путь в дыму, как в облаках.

 

Вокзал, перрон, вновь даль зовёт,

И за верстой бежит верста.

Колёс весёлый перестук.

Мне по душе ль дорога та?

 

Не покладает рук судьба,

Бросает в топку уголёк.

То резко жмёт на тормоза,

Пронзительно подав гудок.

 

Я ухвачу её рычаг,

Скажу: «Ты мне не прекословь».

Без остановок буду мчать

Туда, где ждёт меня любовь.

 

 

ОДИНОЧЕСТВО

 

Скрип несмазанных петель

Не нарушит тишину.

Не согретая постель

Дома ждёт её одну.

 

И не прозвучит щелчок

Неисправного замка.

Лишь в углу поёт сверчок,

Да сквозняк от ветерка.

 

Песням больше не звучать

Под гитарный перебор.

Одиночества печать –

Для души немой укор.

 

 

ЛЕГКО

 

Задуть свечу легко,

А дальше что?

Глядеть в немую тьму,

Не видя путь?

 

Закрыть окно легко,

А дальше что?

Смотреть через стекло,

Не слыша птиц?

 

Сгубить сердца легко,

А дальше что?

Аорту разорвать,

Всю выгнав кровь?

 

Бездушным быть легко,

А дальше что?

Не взять последний шанс

И не ожить?..

 

 

ДВА СЛОВА

 

Всего лишь два слова:

Прости меня –

Завертится снова

Вокруг земля.

Всего лишь два слова:

Пойми меня –

Любви есть основа,

Судьбы стезя.

Всего лишь два слова:

Поверь в меня –

Душа вновь готова

Обнять тебя.

 

 

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

 

Стылое небо,

Скованы реки,

Вьюга по полю метёт.

В инее веки,

Руки озябли,

В душу мне стылость ползёт.

 

Стылые ветры

Бьются в оконце,

Всюду сугробы лежат.

Мглистое солнце,

Ёжатся птицы,

Нервы как струны дрожат.

 

Стылые взгляды,

Нудные мысли,

Жизнь – круговерть, суета.

Думы зависли,

Вера иссякла,

Холод внутри, пустота.

 

Скромный февральский

Мой день рожденья,

Мчат без задержек года.

Прочь сожаленья,

Скоро, весною,

Смоет печали вода.

 

 

ФРОНТОВЫЕ ГОДЫ

 

На окраине деревни

Домик скошенный стоит.

Под окошком на скамейке

Старый дедушка сидит.

 

На плечо пиджак наброшен,

А на нём – медалей ряд.

Рюмку водки, хлеб, огурчик

В руки взял – они дрожат.

 

Слеповато на дорогу

Он с тоской в глазах глядит.

Годы вспомнил фронтовые,

Мысль его туда летит.

 

Помянул друзей из роты,

Поимённо всех назвав.

Он в живых один остался,

Всю войну отвоевав.

 

Под окошком на скамейке

Старый дедушка сидел.

Солнца луч в стекле, как пламя

Вечного огня, горел.

 

 

ПРОЩАЛЬНЫЙ ГУДОК

 

Взвыл протяжный гудок –

И перрон уплывает.

Мой прощальный звонок

Ничего не меняет.

 

Не вернусь никогда,

Жизнь свою я меняю.

Был с тобою года,

А теперь исчезаю.

 

Стала клетка тесна,

Неуютом дышала.

От накала красна,

Душу мне обжигала.

 

Песня жизни твоя –

Сплошь неверная нота.

Мне по нервам скребя,

Прочь гнала за ворота.

 

А как всё началось,

Помнишь, было так мило?

А теперь унеслось,

Сердце льдами покрыло.

 

Не оставила шанс,

Все пути перекрыла.

Впал я в ступор и в транс,

Ты судьбу извратила.

 

Всё ушло в никуда,

Жизнь теперь я меняю.

Был с тобою года,

А теперь исчезаю.

 

 

ВЕЧЕР

 

Вечер крылья распластал,

Сверху город накрывая.

В небе звёзды зажигал,

Ночь с востока призывая.

 

Запалил свет фонарей

Он, лишь сумерки сгустились.

Разноцветностью огней

В нём рекламы засветились.

 

И трамвай неспешно гнал

Он по рельсам с перестуком.

С ветром тихо пробежал

По листве с шуршащим звуком.

 

И крыла отбросив прочь,

Вечер всё усугублялся.

Незаметно влившись в ночь,

С милым городом прощался.

 

 

ДОМ УМИРАЛ

 

Запылённые окна,

Как провалы глазниц.

И разбитые стёкла,

Жуткий скрип половиц.

 

Был покинут жильцами

И оставлен на слом.

Омовенный дождями

Одиноким стал дом.

 

А когда-то с заботой

Он людей согревал.

С превеликой охотой

Свежей краской сверкал.

 

Но бег времени скорый

Лоск его весь слизал.

Деревянный, сосновый

Дом теперь умирал.

 

 

НЕПОГОДА

 

Смеркалось,

Сморкалась непогода.

Такое время года

С дождями к нам примчалось.

 

Кружились

И разлетались листья,

Как символы ненастья

По лужам, в грязь валились.

 

Сгибались

Ветрами лихо ветки.

Дни солнечные редки

Средь хмари выдавались.

 

Клубились

Туманные ошмётки.

От осени походки

Деревья оголились.

 

 

СЕНТЯБРЬ

 

Привела сентябрь осень,

Август прочь он отогнал.

Не сменил дней тёплых просинь,

Лета бабьева всё ждал.

 

По утрам лишь дал прохладу

И темнее вечера,

Листьев красочных браваду.

Чуть пожухли клевера.

 

Утром, как бы мимоходом,

По реке парок стелил.

С розовеющим восходом

В травы росы он пролил.

 

Пыльных ягод он калины

Не омыл ещё дождём,

Чтоб сверкали, как рубины,

Солнечным погожим днём.

 

Бабье лето, бабье лето

Вёл сентябрь по двору.

Паутинки брал он где-то,

Что летали по ветрУ.

 

 

ДЕТСКИЕ ГОДЫ

 

Вспомню я детские годы,

Как разводили костёр.

Ласковой крылья погоды

Вечер над нами простёр.

 

Как ворошили мы угли,

Бросив картошку туда.

Дыма клубы, словно букли,

Гладила, плыв, темнота.

 

Ели потом, обжигаясь,

Эту картоху с дымком.

И, в догонялки играясь,

Звонко смеялись с дружком.

 

Песня, пропетая детства,

Вспомнится ярко порой.

Всем я скажу без кокетства:

Счастлив тогда был душой. 

 

МОЙ МИЛЫЙ ПЁС

 

Мой милый пёс,

Скулить не надо.

Годов обоз

Везёшь богатый.

 

Полуослеп,

И слышишь плохо.

Видок – нелеп,

Как у пройдохи.

 

Свалялась шерсть,

Истёрлись зубы.

Но злоба есть,

Рычишь ты грубо.

 

Для службы стал

Совсем не годен.

Тебя мне жаль –

Ты телом болен.

 

Шагнуть готов

В объятья смерти.

О том без слов

Скулю, поверьте.

 

Мой милый пёс,

Дружок мой верный...

В остывший нос

Целую нежно.

 

 

ШЁЛ КАК-ТО МУЖИЧОК ПО ПЬЯНИ

 

Шёл как-то мужичок по пьяни,

(Да что по пьяни – в лоскуты),

Откушав самогонной дряни

До одуренья, тошноты.

 

А силы были на исходе.

И ноги вили кренделя.

Вдруг оказался он в полёте –

Ну, здравствуй, матушка земля.

 

Очухался, отполз поодаль,

Расположился на лужке.

И сквозь дурман, о финский йодль,

Услышал голос: «подь ко мне-е-е».

 

Туманно зрит: склонилась морда

С седою длинной бородой.

Презрительно глядит и гордо,

Рога торчат над головой.

 

И страх в его закрался душу,

Что это бес пришёл за ним.

Взмолился: больше не нарушу

Зарок не пить, клянусь святым...

 

А день уже к концу клонился,

Закат, чуть розовея, цвёл.

Мужик в глубоком сне молился,

Прочь от него ушёл козёл.

 

 

ЗИМА ПРИШЛА

 

Усердно трудятся ветра,

Гоняют белые метели.

Зимы пришла, пришла пора,

В лесах запели свиристели.

 

Повеселело всё вокруг,

Накрывшись чистыми снегами.

Спешит мороз – румяный друг –

Сковать речушки подо льдами.

 

Коньки и лыжи, санки враз

Достали дружно ребятишки.

Их зимний радует пейзаж,

Смеясь, резвятся шалунишки.

 

Грудь красную надул снегирь,

Взирая с веточки рябины

На открахмаленную ширь

Пред ним открывшейся равнины.

 

 

ЛЕТО

 

Дождь и слякоть,

Нет тепла.

Лето плачет,

Кружит мгла,

Солнце прячет.

 

Сильный ветер,

Вот беда,

Расшалился.

Как всегда,

Шумно злился.

 

Где ты лета

Благодать?

Кара эта –

Злу под стать.

Нет ответа.

 

Гнев на милость

Ты смени,

Мглы сопливость

Прогони.

ЛЮБВИ ПРИЧАЛ

 

Я грезил в снах, был полон дум,

Что где-то есть любви причал.

И ангел мой туда позвал,

Где заждалась любимая и верная

В саду среди цветущих клумб.

Заветный дом в кругу берёз

Стоит на берегу реки.

В ней волны катятся легки

И отражают свет луны серебряный,

Наплывами лаская плёс.

 

Пр.: Мой сон в ночи - мечта и явь,

Над головою звёздный храм.

Плывут к далёким берегам

Моей любви два белоснежных лебедя,

Друг друга нежно приобняв.

 

И вижу я любви причал,

К нему стремился много лет.

Из снов знакомый силуэт

Явился предо мною, как видение, -

Я в нём любимую узнал.

" Храни её, великий бог " -

Молил я, глядя в небеса.

Была по сердцу мне краса

И светлый взор, и добрый нрав возлюбленной,

Дарящей счастье и восторг.

 

Пр.: Мой сон в ночи - мечта и явь,

Над головою звёздный храм.

Доплыли к дальним берегам

Моей любви два белоснежных лебедя,

Друг друга крыльями обняв.

 

 

ЕЩЁ ЖИВ

 

Ушедшие годы на плечи

Нелёгкий навесили груз.

Давно сединою помечен,

На жизнь свою всё ж не сержусь.

 

Коль жив ещё – знать провиденью

Зачем-то же нужен земной

Мой путь. Не поддамся сомненью,

В начертанность веря душой.

 

Судьбы я пройду лабиринты,

Любовь – путеводная нить.

О, боже, предел отодвинь ты

Терпения в болестях жить.

 

 

ДУША-НЕПОСЕДА

 

Ах, душа, ты моя непоседа,

Всё не эдак тебе и не так.

Убегаешь от жизни фуршета,

Призывая на голову мрак.

 

Предаваясь земному полёту,

Вдруг ты смежишь свои два крыла.

Не жалея меня ни на йоту,

Бьёшь о камни благие дела.

 

То сподобишься хамелеону,

Обманув устремленья мои.

Низлагаешь с судьбы ты корону,

Предлагая вериги свои.

 

Я намаялся в роли вассала

Сюзерена – безвольной души.

Жить амёбою мне не пристало,

Заплачу я сомненью гроши.

 

Пусть ценою малы эти гроши,

Подношение – главная суть.

В поддавки мне играться негоже,

Преломлю я души своей путь.

 

 

БЕЗВЕСТИ ПАВШИМ

 

Зеленеют поля, скрыв окопы, воронки

От снарядов и бомб. Разровнялись холмы

Погребённых солдат. В храмах, в скромной церквёнке

Поминально звучат им печально псалмы.

 

Средь болот и лесов затерялись могилы

Безызвестных героев проклятой войны.

Только ветер, скорбя, распластав свои крылы,

Их тревожит покой, их небесные сны.

 

Только птицы летят и поют над рекою,

Где на илистом дне обретается прах

Смерть принявших бойцов. Души их над волною

Проплывают в тумане, шуршат в камышах.

 

Шедшим в праведный бой, всем им бЕзвести павшим

Благодарно споём поминальную песнь.

Гром из туч в небесах разнесёт громогласно

По просторам Руси их прощальную весть.

 

 

ЖИЗНЬ – КУПЮРА РАЗМЕННАЯ

 

Наша жизнь, как купюра разменная,

Год прожит – вычитается грош.

В этом логика есть несомненная,

Жаль одно, что в займы не возьмёшь.

 

Растранжирю, взломав все загашники,

До последней монеты, и пусть

Не корят собутыльники-бражники,

Что бездыханным слягу под куст.

 

Не скорбите по мне, что ушёл от вас,

Не закончив последний свой стих.

В небеса, одичалый, умчал Пегас,

Я – во тьму, где нет зорь золотых.

 

 

ЖАЛЬ

 

Жаль: законы природы менять не дано,

Ну обидно же, право, досадно.

Как крепчает от срока храненья вино,

Я бы жизнь всем продлил многократно.

 

Вот представь: что тебе нынче триста годов,

И до пенсии – лет эдак двести,

А потом срок дожития – пара веков,

Проживёшь их властям всем из мести.

 

Согревая душой, нянчишь малых детей,

Что родились в шестом поколеньи.

Продолжению рад родовых ты ветвей,

Перед тем как уйти в путь к забвенью.

 

Но, увы, не подвластен природы закон

Человеческим чаяньям в жизни.

Лишь надеемся: правнук свершит свой поклон

Через годы в свершении тризны.

 

 

НЕТ ДОРОЖЕ КРАЯ

 

Широта пшеничных полей,

Перелески, реки, озёра,

Блеск снегов и шелест дождей,

И волна, что бьётся у мола.

 

Здесь свободный ветра напев

Русский дух несёт средь берёзок,

Где народы, розни презрев,

Зародили Русь. Ворог грозен,

 

Как бы ни был подл он и зол,

Нам хребет сломать ни старался,

Только тлен в могилах обрёл,

В них со смертию обвенчался.

 

Средь широт пшеничных полей

Ты живи, цвети, Русь родная.

Для души прекрасней, милей,

Нет дороже этого края.

 

 

Я ПРИЕДУ

 

Я сегодня, уверен, приеду

Не к полудню – так ближе к ночИ.

Ты, голубушка, стряпай котлеты –

С коркой хрусткой люблю горячи.

 

К нашей встрече поставь в холодильник

Водки штоф, для себя же – ликёр.

Я, весёлый хмельной собутыльник,

О любви поведу разговор.

 

Ты зардеешься ало щеками,

И потупишь, смущённая, взор.

Я, насытившись кашей и щами,

Давний выполню наш уговор.

 

Шаловливо руками одежды

Беспорядочно сброшу на пол.

Затрепещут твои в страсти вежды,

До любви нынче очень я зол.

 

А потом – вновь застолье и песни,

Поцелуи опять горячи.

Ненасытные мы, хоть ты тресни,

Все сожрали котлеты в ночи.

 

 

ДРУЖЕСКИЙ СТИХОТВОРНЫЙ ШАРЖ

ОДНОМУ ТОВАРИЩУ

 

Предаваясь труду в огороде,

Изведи нАхрен все лопухи.

И душой предаваясь свободе,

Напиши о прекрасном стихи:

 

Как качаются волны не зыбко,

Поплавок как взыграл и утоп.

И ты тянешь с широкой улыбкой,

Напрягая морщинистый лоб,

 

Карася, серебристу ль плотвичку.

А потом, возвратившись домой,

Зажигаешь плиту, чиркнув спичкой,

И колдуешь слегка над ухой.

 

С холодильника взяв запотевший,

Откупоришь с «нектаром» пузырь.

Ритуал совершив не безгрешный,

Запоёшь про гармонь и кадриль.

 

Жизнь идёт. Лопухи в огороде

Вновь растут, отнимая покой.

И ты всяк, попирая свободу,

НАхрен рвёшь их с согбенной спиной.

 

 

ТЫ, ГРАНИЦА, – СО МНОЙ НАВСЕГДА

 

Как живёшь через множество лет

Ты, граница, родная моя?

Не забыл я тебя, хоть и сед

Стал вдали от тебя. Но стезя,

Там, где юность ходила в дозор,

До сих пор часто снится не зря.

Помню тайный с тобой уговор:

Раз в году, в пограничный наш день,

Отложив все заботы, дела,

И фуражку надев набекрень,

Что подобно листве – зелена,

За заставу и тех, кто на ней

Отдаёт службе душу сполна –

Я наполню бокал свой полней.

И припомню: друзей и себя,

Молодых в те далёкие дни,

Как влекла за собою тропа

Нас под солнцем, под светом луны

Охранять мирный труд, добрый сон

Сердцу милой, великой страны.

Повелось так из древних времён.

За границу, за павших на ней

Выпью чарку, другую вослед.

Запою, ты подпой, соловей,

Восхвалив пограничный наш цвет.

Пусть летят, словно стрелы, года,

Пусть я стал много старше и сед,

Ты, граница, – со мной навсегда!

 

Всех пограничников поздравляю с нашим великим праздником!!!

 

СТАЛИНКИ

 

Неширок поток асфальта улицы,

С двух сторон дома стоят невзрачные.

Крыши «сталинок» слегка сутулятся,

Облупились стены их несчастные.

 

В переплётах окон блики пыльные

Навевают грусть, свой день отжившие.

Тротуары, в старости субтильные,

Изморщинились, года забывшие.

 

Рядом тополя стоят высокие,

Ветви разбросав свои огромные.

Помнят времена, почти далёкие,

Как сажали саженцы их скромные.

 

Помнят и людскую радость светлую,

Новоселье справивших желанное.

Жизнь черпала время ложкой мерною,

Покрывало дням ткала саванное.

 

Уходило в вечность поколение,

Кров дома давали нарождённому.

Эти «сталинки» послевоенные –

Дань в войне народу закалённому.

 

 

СКРИПИТ ВО СНЕ ЗУБАМИ ДЕД

 

Скрипит во сне зубами дед,

Кричит: "Вперёд! Вперёд! В атаку!"

Рукою ищет пистолет,

Другой - ночную рвёт рубаху,

Готовый бросить жизнь на плаху

Войны, принёсшей много бед.

 

И по вискам струится пот,

Как будто кровь из свежей раны.

И видит: смерть пехотный взвод

Косою косит непрестанно;

Боец, израненный, отважно

Взрывает к чёрту вражий дзот...

 

А за окном встаёт рассвет -

Предвестник дня, гонитель мрака.

Во сне спокойно дышит дед,

Сходив в ещё одну атаку,

На фрицев нагонявший страху,

Комвзвод военных давних лет.

 

 

ДОЖИВАЮ

 

Доживаю, а может, живу я,

Пусть вдыхаю порой невпопад.

Через силу шепчу «аллилуйя» –

Может, рад я сему. Иль не рад?

 

Эх же, жизнь мя, как пёс, доедает,

До нага раздевая судьбу.

Кто-то верит, а кто-то и знает:

Всё, что есть – то и быть посему.

 

Перевёртыши – жизни картинки

В бытие, где неправеден рай.

Колют больно бездушные льдинки

Сердце – я замороженный Кай.

 

Обескровлен, до нитки раздетый,

Всё живу и борюсь, аки зверь.

Наслаждаюсь и тьмою, и светом,

И шепчу: «Это счастье. Поверь!»

 

 

А ТЫ ПОМНИШЬ?

 

А ты помнишь озёрную синь –

Плыли в ней, холонясь, облака,

Журавлей пролетающий клин,

Их курлыканье нам свысока?

 

И как лодка качалась слегка

В окруженьи кувшинок, и ты,

Через борт наклоняясь, гибка,

Нежно ручкой ласкала цветы.

 

Пр.: Любовался тобой в этот миг:

Что за счастье мне в жизни дано?

В светло-карих очах солнца блик

Опьянял, как хмельное вино.

Как судьбы опьяненье одно.

 

А ты помнишь: шептал я слова,

Преклонясь, гладил плечи твои?

И была не напрасной мольба –

Окунулись мы в омут любви.

 

Отблеск нежной вечерней зари

Синь озёрную выкрасил в крап.

Мы на берег песчаный сошли

Под сосновый навес хвойных лап.

 

 

ТОЛЬКО ВЕТЕР ГУЛЯЕТ ПО ПОЛЮ

 

Только ветер гуляет по полю,

Бродит дождь, заблудившись в стерне.

Этот день нынче осенью болен,

На печальной играя струне.

 

Нет и птиц, поедающих жито,

Всё богатство – уже в закромах.

Царство лета – забвенно, испито,

Солнца вкус лишь застыл на губах.

 

Горизонт – в очертаньях размытых –

Не приветствует всполох зари.

На дорогах грунтовых, разбитых,

Сотни луж – велики и малы.

 

Отгуляли своё перепёлки

Средь пшеничных полей и во ржи.

Только струи, остры как иголки,

Дождь вонзает в стога от души.

 

 

ТРАЧУ ЖИЗНЬ Я, ПРОЖИГАЮ

 

Трачу жизнь я, прожигаю,

Иль судьбу свою не знаю,

Ей иду наперекор.

В ней туман дорогу кроет

И душа волчицей воет,

Как мне зрить её простор?

 

Крылья ангел спеленавши,

Шанс последний мне не давши,

Уготовил мне порок.

Слепотою враз накрытый,

Добротою позабытый,

Что готовит мне пророк?

 

Я приму его советы,

Жизни важные заветы –

Ангел крылья распахнёт.

Жизнь такая быстротечна,

На моём пути не вечна,

Пусть любовь мне принесёт.

 

 

 НА НАШЕМ ЖИЗНИ НЕБОСВОДЕ

 

Луч солнце с неба не простёрло,

Перехватила жалость горло.

Я жаркий разведу костёр,

Чтобы согреть души простор.

 

Сорвавши, по цветам не плачу,

Их подарю я наудачу.

Порадуйся ты их красе,

Пройдись по утренней росе.

 

Развею я твои тревоги

И стану стражем у дороги.

Печаль свою оставь в лугах

И в свежескиданных стогах.

 

На нашем жизни небосводе

Хорошей быть всегда погоде.

И дальше я пойду с тобой,

Луч солнце бросит золотой.

 

 

ПРОНЗЁННЫЙ АМУРА СТРЕЛОЙ

 

Я, пронзённый Амура стрелой,

Жить хочу без великих проблем

Лишь в любви, наслаждаясь тобой.

И да здравствует счастья Эдем.

 

На грядущие годы меня

Забери, совершая свой дар.

Ты любви полыханьем огня,

Разожги в моём сердце пожар.

 

Оживу я, взлетев на крыле,

Устремляясь в высокий полёт

К самой милой, прекрасной земле,

Где любимая радость плетёт.

 

 

ЛЕТА ПОРА ДОБРЕЙШАЯ

 

С нежно-щемящей радостью,

Глядя во глубь небес,

Я упиваюсь праздностью,

Будто душой воскрес.

 

В сердце легко и сладостно

Нега флюиды льёт,

Звонко когда и радостно

Птах средь кустов поёт.

 

Я на траву зелёную

Лягу во весь свой рост.

В солнца лучи влюблённую

Вижу рябины гроздь.

 

Лета пора добрейшая

ВзЯла меня в полон,

Поступью дней милейшая...

Короток жаль сезон.

РЕБЯЧЕСКАЯ ПОРА

 

Как на духу скажу я честно:

Порой ребяческой прелестной

Мой разум снова восхищён,

Взойдёт лишь лето на амвон

Природы. Мнятся мне года:

 

Вот я – школяр начальных классов.

И в дни каникул, лоботрясом,

Забросив книжки и портфель,

Бегу туда, где акварель

Зари глотает синь-вода.

 

На берегу родимой речки –

Знакомо рыбное местечко.

Забросить удочку готов.

Уверен: будет добрый клёв.

Смирен пока же поплавок,

 

И я любуюсь водной гладью.

Поодаль, выстроившись ратью,

Безмолвен, высится камыш.

Взлетел, проснувшись, в небо стриж...

Мотает время свой клубок:

 

Вот я – совсем уже не молод,

Но сожалений смолкнет ропот,

Взойдёт лишь лето на амвон

Природы, детством вновь пленён,

С улыбкой вспомнив те года.

 

 

В ТЁМНОЙ КОМНАТЕ

 

В тёмной комнате без окон

Не увидишь чёрной кошки.

Нет сверчка, давно издох он,

Запах гнили бродит стойкий.

 

И не скрипнут половицы

Под шагами человека.

Быль иль может небылицы

Здесь витают в тёмном склепе.

 

В тёмной комнате подвальной

Замка постарела плесень.

Был когда-то уникальным,

Стал со временем – увечен.

 

Стены, растеряв каменья,

Став бесформенною грудой,

Поросли травой забвенья,

В сон упали непробудный.

 

В тёмной комнате без окон,

Под развалинами замка

Нет сверчка, давно издох он,

Кошки не сыскать останки.

 

 

НЕЛЮБИМАЯ

 

Слёзы катят – да мало ли?

Жизнь дороже гроша.

Грусть заела – а надо ли?

Успокойся, душа.

 

Не летается – сброшены

Со спины два крыла.

Больно давят горошины –

Ты уснуть не смогла.

 

Шаг за шагом – и к пропасти

Безрассудства придёшь.

Прояви каплю гордости,

Мир вокруг так хорош.

 

Боль в груди – нелюбимая,

Так забудь же о нём.

Ночь пройдёт – нелюдимая,

Слёзы высохнут днём.

 

Ведь любовь – жизни крестница –

Вновь распустит цветок.

Обязательно встретится

На пути мил дружок.

 

 

ЭТО ОСЕНЬ

 

Много дней плачет осень дождями,

В том корить её нету резона.

Стылый ветер играет ветвями

В поредевших берёзовых кронах.

 

На столбе чёрный ворон, промокший,

Приумолк, озирается хмуро.

Волны плещут в реке суматошно

От негодной погоды разгула.

 

Не пойти в ближний лес за грибами –

Раскиселились в поле дороги.

И краснеют калины гроздями,

Распотешные, как скоморохи.

 

Скушный дождь моросит непрестанно.

Небосвод сединой оторочен,

Люди прячут печаль под зонтами...

Это – осень, тоскливая осень!

 

 

ДАВАЙТЕ ВЕРИТЬ В СКАЗКИ

 

Давайте, люди, верить в сказки

Хоть иногда, по выходным.

Каморку сыщем без подсказки

С картиной, где горит камин.

 

За нею – дверца в мир чудесный

Без зависти и подлой лжи;

И ветры вольности прелестной

Всегда так сладостны, свежи.

 

И дух любви там всеобъемлющ,

Друг другу каждый – друг и брат.

И счастья лик – всегда недремлющ,

И боги всем благоволят...

 

Мечты, мечты – вы утопичны,

Мне знамо всё из жизни личной.

 

 

НЕГАСИМ ЛЮБВИ ОГОНЁК

 

В волосах моих – седина,

Чувств в груди к тебе глубина –

Не заилилась.

Негасим любви огонёк,

Счастья всё журчит родничок –

Нас поил не раз.

 

Обойди, беда, стороной,

Не катись, тоска, ты волной

Горемычною.

За собой веди нас, судьба,

И пусть будет жизни тропа

Поприличнее.

 

По земле, всему чтоб назло,

Нам шагать и петь весело,

Да с душевностью.

Путь пройдём не малый – большой

Мы до свадьбы, эх! золотой –

С неизбежностью.

 

 

С УЛЫБКОЙ НА УСТАХ

 

Ах, не дана мне двоекрылость:

Как ангел – не летаю в небесах.

Жить на земле – есть божья милость,

И я живу с улыбкой на устах.

 

Сонм чувств: от счастья до печали,

Познав доныне в канувших годах,

Где радость, беды поджидали,

Я не гасил улыбку на устах.

 

Смотря вперёд на путь безвестный,

Мне ни к чему сомненье, страх.

И до времён, где мрак кромешный,

Я доживу с улыбкой на устах.

 

 

НОЧНЫЕ КУПАНИЯ

 

Небо звёздное, тропка к обрыву,

Спуск крутой к серебристой реке.

К небольшому сбегаю заливу,

Полотенце сжимая в руке.

 

И ныряю я в тёплую воду,

Потревожив её сладкий сон.

И, смывая дневную заботу,

Телом будто бы стал невесом.

 

Как люблю я ночные купанья

В свете звёзд, под сияньем луны.

В глубине сохраню подсознанья

Впечатленья, что сердцу милы.

 

 

И СНОВА МАЙ ПОБЕДНЫЙ НА ДВОРЕ

 

И снова май победный на дворе,

И птицы голосистые поют.

Слагают оды, песни той поре,

И кульминацией звучит салют.

 

Редеют ветеранские ряды,

Почтим их память молча у огня.

Они спасли Отчизну от беды,

Чтоб в мире жили нынче ты и я.

 

С полком бессмертным свой смыкая строй,

В единстве душ пройдём по городам.

Солдатам павшим – слава и покой,

Внимай же небо нашим голосам.

 

И золотом, и кровью те года

Записаны в историю страны.

Летит по миру наш призыв-мечта:

Мы – русские, мы не хотим войны.

 

 

НАПЕВ ВЕТРОВ

 

Говорю я с большой и чёрной

Птицей, что за моим окном

Голосит: «наливай!» – задорно,

Видя ёмкость, в которой ром.

Я умолк. И оно понятно:

Наливаю ей рюмку всклень.

Выпиваем мы с ней приватно

Забугорную эту хрень.

А потом – брудершафт. И песни

С хрипотою без всяких слов.

Утром в памяти, хоть ты тресни,

Лишь остался напев ветров.

 

 

ЛЕДОХОД

 

Потемнел, напитавшись водою,

По весне Волги-матушки лёд.

Скоро будет он взломан волною,

По течению вниз поплывёт.

 

Но ещё рыбаки-экстремалы,

Наплевав на опасность и риск,

Ловят рыбок большущих и малых –

Будет вкусным на ужин изыск.

 

Через пару недель ледоходом

Выйдем мы любоваться с утра.

И пичужка, летя мимоходом,

Будет тренькать счастливо: «пора!».

 

Сбросив лёд, акватория Волги

Примет первый большой теплоход.

Лета дни впереди ещё дОлги,

Насладимся теплом волжских вод. 

 

 

МЕНЯ УЖЕ НЕ МАНЯТ ДАЛИ

 

Я, словно тополь, врос корнями

В обыденность текущих дней.

Как пёс с отвисшими брылами,

Смотрю на мир из-под бровей.

 

Меня уже не манят дали,

Как много лет тому назад.

Мечты остались на вокзале

С пометкой краткой – «невозврат».

 

Жить в созерцаньи и покое –

Мне по душе такой удел.

Рифмую строки про былое,

Когда был юн, в поступках – смел.

 

 

ГРОЗА В МАРТЕ

 

Я в N-й день в средине марта

Проснулся как-то поутру.

Гляжу: по небу цвета смальты

Клубятся тучи на ветру.

 

Ну что ж – обыденна погода

Весенней раннею порой,

Когда капризная природа

Нам представляет норов свой.

 

Но тут внезапно полыхнуло

Слепящим по небу огнём.

И следом трубно громыхнуло –

Ужель на самом деле гром?

 

Не может быть. Не место грозам,

Когда не весь растаял снег,

И ночь встречается с морозом.

Какой-то странный нынче век.

 

Меняет мир свои привычки,

Константы нет во временах.

Размылись между ними смычки...

Эх, матюкнуться бы в сердцах.

 

 

РЕИНКАРНАЦИЯ

 

Оголодало, что ли, время:

Всё жрёт и жрёт людей года.

И бог средь звёздного гарема

За них предъявит им счета.

 

Цена одна: тела – в могилу,

А души – в вечности эфир.

И там познавшим божью силу –

В земной вернуться снова мир.

 

Реинкарнация. В какие

Войдём мы новые тела?

Поступки ли вершить благие,

А может стать предтечей зла?

 

У всех своё предназначенье:

Одним даруется успех,

Другим – нелёгкое труженье,

Чтоб прежней жизни канул грех.

 

 

СИМВОЛ ВЕКОВ

 

Русское поле,

Сказки, поверья.

Слышен тяжёлый

Всхрап лошадей.

 

Счастье и горе,

Инока келья.

Взгляд невесёлый

Нищих людей.

 

Сладкие речи,

Чёрные души.

Ложь и презренье

Властных божков.

 

Голос предтечи

Стонет всё глуше.

Кровь, извращенье -

Символ веков.

 

 

ВЛЮБЛЁН

 

Взбурлила в венах резко кровь –

Я вижу лик, и он прекрасен.

Не слыша слово, с ним согласен,

В висках стучит: любовь, любовь.

 

Обескуражен красотой –

Бальзам на сердце, дивны грёзы.

И радостные льются слёзы

Пред сладострастною мечтой.

 

Влюблён... Ужели? Боже мой!

Вдыхаю сладкий воздух счастья,

Целую тонкие запястья.

Я в омут страсти – с головой.

 

Касанье душ, касанье тел,

Ночь волшебства и ночь забвенья.

Краснел наш ангел от смущенья

С полупустым колчаном стрел.

 

 

ПЛОТНЕЙ ЗАПАХИВАЮ ПЛАЩ

 

Плотней запахиваю плащ,

Сажусь на лавку у подъезда.

В квартире свет горит манящ,

Но под дождём нет лучше места

 

Порассуждать о том, о сём,

Дыша прохладой и озоном.

Никто не ткнёт в тебя перстом,

Обгадив душу моветоном.

 

Под шум листвы и мерный стук

С ветвей спадающих дождинок

Пронижет мысль: что жизнь – есть круг

Из секторальных лет-картинок,

 

Просмотренных на этот миг.

А дальше – смутные наброски

Грядущих дат, судьбы интриг

И чёрно-белые полоски.

 

 

ТРОЙКА-РУСЬ

 

В Евразийских широких просторах

Тройка-Русь уже множество лет,

Утопая в кровавых раздорах,

Мчит из тьмы на божественный свет.

 

Пусть душою она не безгрешна

И венчала не тех нам царей,

Что бывали порою потешны,

А порою во власти чертей.

 

Распогодится небо над Русью,

Нам терпения не занимать.

Только сердце всё полнится грустью,

Мы, хмельные, кричим: «твою мать!»

 

На планете – мы божьи созданья.

Наша тройка летит большаком

Средь просторов сего мирозданья,

Кучер щёлкает лихо кнутом...

 

Что бы ни было – все мы в ответе

За Россиюшку – Родину-мать.

Нет прекрасней земли в белом свете,

Величава державная стать.

 

 

СЕДОВЛАСАЯ МЕТЕЛЬ

 

Размылись очертания домов

Примчавшейся метелью седовласой.

Из конуры с презрения гримасой

Пёс смотрит на безумие ветров.

 

Деревня скрылась в снежной пелене,

Всё выше наметаются сугробы.

Дымок над крышей из печной утробы,

Срываясь вниз, теряется во тьме.

 

А в поле что творится? Боже мой!

Из преисподней словно вышли черти,

Затеяв пляс в безумной круговерти,

Где нет границ меж небом и землёй.

 

 

ГДЕ МОЯ БЫЛАЯ СТАТЬ?

 

Ах, где моя былая стать?

Смотрю под ноги – вижу пузо.

На голове (япона мать!)

Волос не чувствую я груза.

 

А где былая зоркость глаз? –

Я без очков не вижу строчки.

Ценитель женщин, ловелас,

Теперь, увы, не рву цветочки.

 

Во рту зубов: один, два, три –

Со счёта сбиться невозможно.

И сон ловлю я до зари,

А он хохочет мне стервозно.

 

Лицо по цвету – как кирпич,

Что только вынутый из печки.

Здоровью я не выдам спич –

По нём давно рыдают свечки.

 

 

СОННОЕ БРЕМЯ

 

Быстрые реки,

Тёмные ночи.

Прячутся в веки

Трепетны очи.

 

Дышишь чуть слышно,

Стонешь негромко.

Видит всевышний

Скифа потомка.

 

Давнее время,

Дня ль какой случай –

Сонное бремя,

Тело не мучай.

 

Глажу тихонько

Лоб твой и руки.

Ликом – иконка,

Кончились муки.

 

Солнце в окошко

Глянуло скромно.

Милая крошка

Тянется томно.

 

Сбросила маску

Ночь-ворожея.

Дарит нам сказку

Зорюшка-фея.

 

 

СНИМОК ЧЁРНО-БЕЛЫЙ

 

Снимок чёрно-белый

В стареньком альбоме.

Взгляд лукаво-смелый,

К жизни неуёмен.

 

Ты была девчонкой

С пышными бантами,

С талиею тонкой,

Ясными глазами.

 

Школьные пороги,

Игры, увлеченья.

Жизнь вела уроки,

Прочь гоня сомненья...

 

Пред глазами фото,

Чуть дрожат ресницы.

Погрустнела что-то,

Теребя страницы.

 

Смотришь, вспоминая,

Детство золотое.

Унеслось, порхая,

Времечко былое.

 

 

ВСЕЛЕНСКОЕ ЧУДО

 

В ожиданьи вселенского чуда

Без любви увядает душа.

Жизнь в пути тормознула и круто

Улетела в кювет с виража.

 

Кровоточило сердце, но разум

Опуститься не счёл до мольбы,

С тем что было – покончено разом.

В этом боль и надежда судьбы.

 

Исцеляясь, душа постепенно

Краски мира увидела вновь.

И, на небо смотря сокровенно,

Возжелала земную любовь.

 

И свершилось вселенское чудо –

Светлый ангел с улыбкой в устах,

В окружении вспышек салюта,

Нёс любовь на широких крылах.

 

 

ПРИШЛА ЗИМА В КУРОРТНЫЙ КРАЙ

 

Вобрало море тёмный цвет

Громоздких туч, плывущих в небе.

На горизонте свет зловещ

Гасило солнышко нелепо.

 

На берег кинулась волна,

На множество делясь осколков –

Покроет камни седина

Наростом льдов хрустально-колких.

 

Над ними ветер продувной

Закружит редкие снежинки,

Разгонит тучи. Молодой

Засветит месяц бледноликий.

 

Пришла зима в курортный край,

У вод морских теперь безлюдно.

Картины лета невзначай

Напомнит память лишь подспудно.

 

 

ВОЛЖСКИЕ ЗОРИ

 

Берег высокий, крут его склон,

Волжские зори – в них я влюблён.

Золотом волны красит рассвет,

Парусник белый – строг силуэт, –

 

Вдаль уплывая, манит мечтой.

Чайки летают над головой.

Бабушка Волга – я её внук,

Время и воды – замкнутый круг.

 

Сколько же было радостных дней,

Сколько провёл я с нею ночей

Босым мальчишкой, взрослым потом.

Волга, Россия – славен мой дом.

 

 

СНЕЖОК

 

Иду. Скрипит снежок,

Что выпал этой ночью,

Пушистый, как белёк,

Сверкает белой плотью.

 

И небольшой мороз

Румянит нежно щёки.

И взор от зимних грёз

Теплеет в поволоке.

 

Поёт, поёт душа,

И в сердце льётся нега.

Берёзка хороша

Стоит, укрывшись снегом.

 

 

МЕЧТЫ

 

Ушли в неведомые дали,

В душе оставив холода,

Мечты, что юность обагряли.

Осталась только суета

 

В вялотекущей жизни ныне

Под гнётом хворей, маеты.

В ней дни, что горше став полыни,

Стремятся в бездну темноты.

 

Надежды дух, познав печали,

Уста сомкнул и онемел.

В глазах нет искорки, лишь хмари

Туманной видится задел,

 

Который скроет пеленами

Все к исцелению пути.

И только с новыми мечтами

Возможность есть себя спасти.

 

 

СТРАДНАЯ ПОРА

 

В убранстве золотом поля.

Налились зёрна до предела.

Гудят натужно дизеля –

Комбайны не стоят без дела.

 

Настала страдная пора,

И жаден хлебороб до жатвы.

Текут потоком в закрома

Хлеба. Эх, до дождей убрать бы.

 

Снуют машины – пыль столбом,

Для отдыха – ещё не время.

И птицы вьются над жнивьём,

Клюют зерно – то жизни семя.

 

 

***

Рассохлась старая арба,

Скрипит, ведомая быком.

Вот так же и моя судьба

В последний час пойдёт на слом.

Дороги оборвётся нить,

Что ткалась жизнию моей...

И не дышать, уже не пить –

Жалей о том, иль не жалей.

 

ЛЮБЛЮ

 

Люблю я солнце восходящее,

Тепло и свет с небес струящее.

Любуюсь речкой и лесами,

В лугах - росинками-слезами.

 

Люблю дожди и грозы летние,

И краски радуг семицветные.

И, обо всём забыв на свете,

В стихах хвалю красоты эти.

 

А скоро осень златолистая

Примчится, ясная и мглистая.

" Ох, любо! " - крикну птичьим стаям,

Вдогонку им рукой махая.

 

Их манит юг, а я метелями,

Снегами серебристо-белыми

Зимы пришедшей полюбуюсь.

И с вьюгой песнь спою шальную.

 

Весной гляжу я с восхищением

На всей природы оживление.

И думой вновь пленён о лете,

Чей облик сердцу мил и светел.

 

 

ЖАРА

 

Усталый ветер спит в траве,

Развеяв в небе облака.

Осела густо пыль в листве,

В тени – ни грамма холодка.

 

На поле млеют васильки

От зноя солнечных лучей.

И песни птиц не так звонки,

Мелеет с каждым днём ручей.

 

Жара в лесах, жара в лугах,

И город раскалён как печь.

В тайге пожары – божий страх –

Стремятся всё живое сжечь.

 

И стонет матушка-земля,

Дождей не знавшая давно.

Хлеба, безводие кляня,

Теряют скудное зерно.

 

 

ЛЕТНЯЯ СЛАДКАЯ ПОРА

 

То не случай слепой –

То природы реальность:

Летней сладкой порой

Жизнь меняет тональность.

 

Мал звенит родничок,

Нарождённый землёю.

На ветру колосок

Нянчит зёрна. С зарёю

 

Желторотый птенец

Гонит маму за пищей.

С рыком волчий малец

Мчит за мышкой-добычей.

 

Топчет первый свой путь

Неуверенным шагом

Карапуз, жизни суть

Постигая. Милягам,

 

Летним дням и ночам,

Песнь пою восхваленья.

Каждый год по стопам

Их иду с наслажденьем.

 

Лето – маленький срез

В толще жизни прекрасной.

Веселись, куролесь,

Коли жив, ежечасно.

 

 

ЦВЕТЫ

 

Я тебе подарю все цветы,

Что растут на полях и лугах.

Посмотри: души их так чисты –

Не расскажешь о том в двух словах.

 

Только одой, поэмой воспев,

Прикоснёшься душой к красоте.

Будет праведен, сорванных, гнев

Тех цветов, что умрут в маете.

 

В маете без земли и корней

Доживут укороченный век.

Не коснутся их лапки шмелей,

Лишь ладонью сожмёт человек.

 

Украшеньем недолгим домов

Послужив, просто выкинут их,

Не сказав на прощанье двух слов,

И погубят вновь души других.

 

На полях и лугах вы цветы

Подарите любимым своим.

Дух захватит от их красоты...

Насладитесь цветеньем живым.

 

 

В ЧАС ВЕЧЕРНИЙ

В час вечерний, разлукой томимый,

Я мечусь по квартире пустой.

За окном дождь ведёт торопливый

Разговор с беспросветною тьмой.

А мне слышится голос игривый,

Словно милая рядом со мной.

 

Пр.: Я грущу. Ты вдали

Дни считаешь до встречи.

Сон, приснись до зари

О грядущем мне вещий.

В день какой, в час какой

Обниму я родную,

Распрощаюсь с тоской,

Вспомнив вкус поцелуя.

 

Я включаю приёмник: и грустью

Песня полнит пространство вокруг.

И, покинув своё захолустье,

Грудь пронзает хандра болью мук.

А мне слышится: «Скоро вернусь я»,

И касания чудятся рук.

 

Яркий свет мне не нужен в квартире,

Над кроватью зажгу лишь ночник.

В ожидании встречи – не мИлы

Вечера, словно замкнутый круг.

Ты, любимая, знай: в этом мире

Я твой счастья колодезь-родник.

 

 

ТЕПЛО ЛУЧЕЙ ЛОВЛЮ В ЛАДОНИ

 

Тепло лучей ловлю в ладони

Я солнечным прекрасным днём.

В выси шумят деревьев кроны,

Вкруг них – небесный окоём,

 

Где изредка белеют шапки

Плывущих пышных облаков,

А по ночам сияют ярки

Соцветья звёзд – миры богов.

 

Пленён июльскою порою

Безудержным потоком грёз.

Под воссиявшею луною

Краду цветы лохматых роз,

 

Чей аромат тебе дарую:

Любимой, сердцу дорогой.

И на рассвете околдую

Своей заветною мечтой.

 

Ты, опьянённая от ласки,

В плечо уткнёшься головой.

Во сне, примерив счастья маску,

Прошепчешь: «Милый, я с тобой».

 

Тепло лучей поймав в ладони,

Согрею душу я твою.

Дни лета – резвые, как кони,

Навстречу мчатся сентябрю.

 

 

ПОСЛЕ ДОЖДЯ

 

Переливчато лужи на солнце

Заискрились в сияньи лучей.

Открываю пошире оконце –

Песни птиц стали явно звончей.

 

Дождь пролившие тучи уплыли,

Небосвод голубеет в выси.

Над цветами кружат тонкокрылы

Всяки бабочки дивной красы.

 

Ну, а воздух – одно наслажденье –

Разнотравьем пропитан и чист.

«Жизнь прекрасна», – шепчу с упоеньем,

Нежно тронув берёзоньки лист.

 

 

СПИТ, НАМАЯВШИСЬ, ДРОЗД

 

Всё в сиянье от звёзд

Дремлет озеро в чаще.

Спит, намаявшись, дрозд,

Песню спев нам о счастье.

 

Догорает костёр,

В темноте блёкнут лица.

Нам палатка – шатёр,

Хорошо, и не спится.

 

Сквозь открытый полог

Лунный лик отрешённо

Серебра льёт поток.

Ночь молчит благосклонно.

 

Я целую тебя,

Ты – ласкаешь ответно.

Жизнь прожить, не любя, –

Быть во тьме беспросветной.

 

Тихо плещет волна,

Далеко до рассвета.

Для двоих нам дана

Ночь прекрасная эта.

 

Всё в сиянье от звёзд

Дремлет озеро в чаще.

Спит, намаявшись, дрозд,

Песню спев нам о счастье.

 

 

КРЕСТИЛИ МЕНЯ НЕ ВО ЦЕРКВИ

 

Крестили меня не во церкви,

Из цинка корыто – купель.

На темечко воды низвергли –

Аз есмь – человек, но не зверь.

 

Знахарка-бабуля, перстами

Означив таинство креста,

Шептала невнятно губами:

«Ты боже... велик... навсегда».

 

Изъят из купели, кричащий,

Обёрнут в расшитую ткань,

У мамы в руках возлежащий,

Умолк, в сон шагнувши за грань.

 

Не звон колокольный над мною –

Размерное пенье сверчков,

Сидящих за печкой-плитою,

Спрошало: «К чему я готов?»

 

Не помню таинство крещенья,

Лишь сказ от бабули моей,

У коей прошу я прощенья,

Что мал был любовию к ней.

 

С тех пор я живу, нарождённый,

Приемля и радость, и грусть.

Судьбою своей, сокроённой,

В сём мире прекрасном вершусь.

 

 

Я БРЕДУ

 

Через луг и через поле,

Где трава густа растёт,

Я бреду – кругом раздолье,

Солнечных лучей разлёт.

 

Берег речки-невелички

Скрыт возросшим камышом.

Там малины, ежевички –

Диких зарослей содом.

 

И шумят листвою ивы,

Наклонившись над водой.

Кони, разметавши гривы,

Принеслись на водопой.

 

В гладь реки вдаваясь телом,

Уж проплыл – и был таков.

Ящерка на камне белом

Погрузилась в дебри снов.

 

В небе реет коршун зоркий

На расправленных крылах.

Ветер ластит травы колки

В только скиданных стогах.

 

Я бреду, душой спокоен,

Средь красот сиих вокруг.

Гармонично мир устроен:

Речка, поле, зелен луг...

 

 

ВОДОПАД

 

Мятежный дух в стихии вод –

Природы божие творенье –

Со скальных падая высот,

Дарует взору наслажденье.

 

Искрясь от солнечных лучей,

Взлетают брызги. Невесомо

Парят и падают скорей

В кипенье пен, в родное лоно.

 

Перебивает пенье птиц

Шум водопадного потока.

И, успокоившись, журчист,

Несётся прочь он от истока.

 

Заворожённый мощью вод,

С высот спадающих, ревущих,

Я ясно чувствую, что вот –

Рожденье жизни нашей сущной.

 

 

КАМО ГРЯДЕШИ?

 

«Ничто не вечно под луною»,

Где протоплазмы – жар и хлад,

И смерть отточенной косою

Бездумно косит всех подряд.

 

К исходу века – чешем «репу»,

Безмолвны счастье и успех.

Вопрос души звучит нелепо:

«Камо грядеши?» – горький смех...

 

Погаснут звёзды, и могила

Твои чресла переживёт.

И в перегное без светила

Червь суть свою вновь обретёт.

 

 

ОБЕСКРОВЛЕН ДУШОЙ

 

Обескровлен душой, а не телом,

Жизнь о чём-то просить – ни к чему.

Легкокрылый является в белом,

Что ж, пора долг отдать и ему.

 

Было время – тропой наслажденья

Бесшабашно с мечтою шагал.

И порою в пикУ вдохновенья

Сердцем сладкую славу искал.

 

Только годы, как водные струи

Растеклись, испарясь на ветру.

Грудь со вздохом речёт: «аллилуйя»,

Почесть прочно застряла в илу.

 

Где мечты? – Одряхлели, как тело,

Свет желаний облёкся во тьму.

Дивнокрылый зовёт – он весь в белом,

Чем смогу – долг отдам я ему.

 

 

УДИВЛЯЮСЬ

 

Удивляюсь –

Неба синеве

И зари канве,

Щебету всех птиц,

Всполоху зарниц.

 

Умиляюсь –

Выводком котят,

Стрёкотом цикад,

Пеньем соловья,

Золотом жнивья.

 

Просыпаюсь –

Встану, не спеша,

Жизнь так хороша,

Рядышком жена

Ласкова, нежна.

 

 

ЛИСТЬЯ

 

Своим потоком восходящим

Вверх листья ветер поднимал.

Моментом он своим крутящим

Их лихо в стаечки сбивал.

 

Кружил, вертел, летя по кругу,

Цветной мелькал калейдоскоп.

И слушал осень он, подругу,

Когда та скажет ему: «стоп».

 

Но было очень ей по нраву

Смотреть листвы весёлый пляс.

Чтобы хватило на забаву,

Их новый делала запас.

 

Насильно ветру подавала

Жёлто-багряные все враз.

Жеманно осень выставляла

Свои манеры напоказ.

 

 

ЛЕНОСТЬ МОЯ

 

О, леность ты моя,

Куда несешь меня?

С каких порогов дня

Пришла, с собой зовя?

Эх, раздухарилась ты что-то,

Знай: не твоя сейчас суббота.

Мне, с негой подружась,

Не пишется строка.

И рифмами пока

Она не удалась.

Ты с плеч слезай быстрее, леность,

Я стих пишу про сокровенность.

 

 

ПО ШАБЛОНУ

 

Будто строго по шаблону

Жизнь мою ведёт тропа.

И цикличности корону

Всё несёт она, слепа.

Дом - работа, вьётся скука,

Заедает подлый быт.

Круговая их порука

Коршуном в душе парит.

Литерами трафарета

Вся расписана судьба.

И закабалённость эта –

Хуже всякого горба.

Как нам день рождает солнце,

Мне бы в неге созерцать.

И глядеть на луг в оконце,

На природы божью стать.

Мне б по снегу иль по полю

В размышлениях бродить.

Выбрать счастья полну долю,

В равновесии зажить.

Мне убрать бы всю условность,

Дать душе поярче свет.

Взять с собой раскрепощённость,

Сместь шаблонный трафарет.

 

 

 УЙДУ Я САМ В СЕБЯ

 

Уйду я сам в себя,

Поблёкнут краски мира.

В душе моей скорбя,

Уныло плачет лира.

 

Ну что за парадокс:

В добра и зла бореньи

Сгорают, словно кокс,

Мечты о воскрешеньи.

 

Несёт в водоворот

Судьбы моей теченье.

Не виден поворот

По руслу на везенье.

 

Увижу ль небо вновь,

Иль успокоюсь в тине,

Последний слыша рёв

Кипящих вод в стремнине?

 

НЕ СТАНУ ПЛАКАТЬ НАД СУДЬБОЙ

 

Не стану плакать над судьбой,

Познав её несовершенство.

Пусть мысли плотною толпой

Врата закроют во блаженство;

И может статься непременно:

Сгорю до тла в огне геенном.

 

А может всё наоборот:

Поняв, что жизнь есть чисто божий

Дар совершать земной полёт,

Не скалясь в небо бесьей рожей,

Я заживу, почти безгрешный,

Приняв судьбу за пир потешный.

 

 

СТИХ О ПОТАЁННОМ СМЫСЛЕ

 

Летит фанера над Парижем,

А в Мухасранске – дождь стеной.

Сидим, мороженое лижем,

А бредим водкой, колбасой.

 

Мальвина (правда), вот дурёха,

Отдалась грустному Пьеро.

А у еврея, у Еноха,

Хохлы стащили серебро.

 

Прельщённых яблоком и гадом

Из рая выгнали тандем.

Турецкий «папа» в Баден-Баден

Отправил на панель гарем.

 

Эх, хорошо живётся ДАМе,

А вы держитесь... если что.

Все знают граммы в килограмме,

Один не знает – «конь в пальто».

 

Дракон, с ухмылкою китайской,

Орлана треплет куцый хвост.

Приход имея мало-мальский,

Худеет поп в пасхальный пост.

 

Собчак увидев лик прекрасный,

Забыл гречаночку Орфей.

А Киев молится, несчастный:

Господь, даруй майдан скорей.

 

В сием писании, читатель, -

Смысл потаённый между строк.

Найдёт Му-Му всяк злопыхатель,

Для утопления – мешок.

 

ВЕЧЕРНИЙ ДОЖДЬ

 

Вечерний дождь. Блестит асфальт

Под фонарями.

И небо чёрно, как базальт,

Над головами.

 

Из-под колёс – фонтаны брызг –

Лихач промчался.

Мужичий мат и женский крик

Во след раздался.

 

Плащи, зонты. Шагает люд

В плену погоды.

Спешит домой, а там уют,

Свои заботы.

 

Иду и я. Несу цветы

Своей любимой.

Нет дела мне до суеты

Вокруг дождливой.

 

 

СУДЬБА, ДАЙ ЛОДКУ МНЕ, ФОНАРЬ...

 

Судьба, дай лодку мне, фонарь

И прочных два весла.

Пусть выжжена земля и гарь

Повсюду, жжёт зола.

 

По руслам рек темна вода,

По берегам – разор.

Хозяйкой стала здесь беда,

Сготовив жизни мор.

 

Но есть одна светла река,

Я уплыву по ней.

Увижу лучик маяка

Сквозь мрак грехов-страстей.

 

Рука крепка, гребу сильней,

Но долог, тяжек путь.

Рассвет всё ближе и светлей,

Вольнее дышит грудь.

 

Вот – горизонт, и ширь морей

Откроется за ним.

И солнца свет судьбе моей

Подарит Херувим.

 

 

ВЕСНА-НЕВЕСТА

 

Не тоскуй, моя родная,

Не кручинь же ты меня,

А услышь, как птичья стая

Песнь поёт, весну маня.

 

Солнце пусть ещё не жарко,

И на лужицах ледок,

И клоками полушалка

Кое-где лежит снежок.

 

Нам трубит богиня Веста,

Что зиме пришёл конец,

Что весна идёт – невеста,

И летит уже скворец.

 

Подо льдом в плену стеная,

Волны рвутся на простор.

Тёплый ветер, пролетая,

Нежно гладит косогор.

 

Не грусти, моя родная,

Глянь: подснежник поднял лик

К сини неба, где, летая,

Аист дарит счастья миг.

 

 

УМЧАЛИСЬ МГНОВЕНИЯ ЛЕТА

 

Умчались мгновения лета,

И осень шагнула вослед.

Судьбы не внимая советам,

Мы жизнь свою ввергли во бред.

 

Любви мы подрезали крылья,

Поставили счастью заслон.

В пришедшую зимнюю быль я

В тебя уже не был влюблён.

 

Пр. А с неба метели, метели

Летят, прижимаясь к земле.

Взвывая, стенают свирели

Ветров на высокой скале.

 

Былое, что было напрасно,

Из дум прогоняю я прочь.

Душою молюсь ежечасно:

Скорее бы кончилась ночь.

 

Под песни вечерних метелей

Я, грустный, сижу у окна.

Завис между двух параллелей –

Меж явью, кошмарами сна.

 

Надеюсь, весенней порою

Растает души моей лёд.

Любовь восходящей звездою

В объятья свои позовёт.

В. С. ВЫСОЦКОМУ

 

Он не споёт вживую перед нами.

Он душу песней рвёт на небесах

Пред ангелами божьими, чертями,

Стоящими от рая в двух шагах.

 

В раю он – и не может быть иначе –

Певец, актёр, великий человек.

Как жаль – земной запас годов истрачен,

Не дОжит и до половины век.

 

Ушёл, оставив нам на память песни,

Неповторимый голос с хрипотцой,

Роль Гамлета... Сценический кудесник –

Всех подкупал своею прямотой.

 

 

СЛОВА, СОРВАВШИЕСЯ С ГУБ

 

Средь множества изысканных обманов

Лови слова, сорвавшиеся с губ

Пророка ли, без ханжеств – графомана,

Случайно оказавшегося тут.

Не пачкай мысли чернью непрестанно.

Слова – гуманней мыслей наших всех.

Произрастают камни постоянно,

Бросаемые в смех и в чей-то грех.

 

Умнее древних мы неандертальцев,

Но благородней ли – большой вопрос.

Колокола. И в злате чьи-то пальцы.

Кому-то ценен гиблых душ некроз.

Поклонник Саваофа, Вельзевула –

Имеешь право миг конечный знать.

Словами не бросай на небо худость –

Не будешь больше мыслями звучать.

 

 

Я ДОВОЛЕН

 

Свежий снег небеса просыпали

На нищалость снегов городских.

Я доволен. Я нынче – феврален,

И припас в рукаве козырных –

Триумфальность весны. Муза просит:

Поднимись выше плоскости крыш,

Слово выстрадай ты на износе,

Правду жизни продав за пол-шиш.

 

Преисполненный звуками лиры,

Безмятежность дней летних познав,

Развальяжусь, читая Шекспира...

Будет осень. Красивость дубрав.

А пока я с зимой в соучастьи

За чертою брожу городской.

Снег летит, и сугробы грудастей

Будут видеться за слободой.

  

 

ЗВЕЗДАНУТО-КОНЕЧНЫЙ


Ты живи, человек, средь дерьма и красы
Куртуазно, вальяжно, простецки, плебейски,
И снедай всё подряд, коли будешь ты сыт,
От лицейских стихов и до мяса индейки.

Совершай безрассудно поступки свои,
Не вопи просторечьем о высшем и вечном.
Просто мысли свои ты разлей на троих,
И стань острым концом, звездануто-конечным.



ДЕНЬ МОРОЗНЫЙ

 


День морозный. Солнце скоморошится.
Улыбнусь ему в ответ.
Просит семечки синица-скромница,
Лапками обнявши ветвь.

В каждой искорке цветной снежинистой
Крутит жизнь немой сюжет.
На берёзке иней заблондинился,
На кустах висит жакет,

Тонко сотканный небесным странником
Из безудержных сует.
Снег хрустит – танцую я цыганочку,
И не нужно мне монет.

Расчирикались вокруг воробушки.
Старый пёс оскалил пасть
На кота, что мыркал миротворчески,
Под крылечком обретясь.

День морозный, совершенно сказочный,
Я ему простецки рад.
Рад судьбе, стихами недосказанной,
Что душою нынче млад.

 

 

ПРОЩАЙ, ПРОЩАЙ...

 

Тревожен сон лихих ночей.

Рассвет. И крики лебедей...

Туман рассеялся в лучах,

И замерещилось в глазах:

 

Я вспомнил юность нашу, твой

Пресветлый взгляд, нежнейший зной

Лежащей на плече руки,

Свой трепет сердца от тоски,

 

Что чувствовало наперёд –

Любви не вечен звездолёт...

Всё те же солнце и луна,

И звёзды те же светят над

 

Священным местом, но, увы,

Там нет твоей, моей судьбы.

Без нас сирени аромат

Летит над бездной в невозврат...

 

И снова ночь, и вновь рассвет,

И снова сон, в котором нет

Твоей мечты, где я не гид...

Прощай, прощай... и без обид.

 

 

ПОКА ФЕВРАЛЬ

 

Февраль. По улице пустынной

Шагает утро, вьюгой хмурясь.

Дома в воскресной полудрёме

Стоят безжизненно-картинны.

Каскады окон. Серпантинно

Сдувает ветер снег, прищурясь,

С высоких крыш. А я не помер.

 

Я отдыхаю в выходные

От всех и вся, без исключений.

Не видно неба – серый студень

Вторые сутки... нет, седьмые

Всё прячет солнца золотые

Лучи и днём, и в час вечерний.

А я живу, весёл и нуден...

 

Каким я буду, интересно,

Во вторник марта, в среду мая?

Пока же знаю: я не помер.

И жизнь гребу по всем сусекам,

Надеясь, под кузнечный стрекот,

Сказать: я, боженька, вменяем...

Пока февраль. И я не помер.

 

 

КОРОТКИЙ СОН

 

Уснувшему с трудом намедни,

Был даден мне короткий сон.

Я в два бессонницею-ведьмой

Был беспардонно разбужён.

 

Пока ещё недвижно тело,

И мышцам лень его поднять,

Уже стучались оголтело

В мой череп мысли; счёл их – «пять».

 

Осилился поднять я руку,

Провесть ладонью по лицу.

А грудь уже томилась скукой

И издавала хрипотцу.

 

На ногу навалившись тушей,

Сопел во сне мой юный кот.

По шторе лунный свет, желтушен,

Стекал во тьмы широкий рот.

 

И вот шестая мысль пронзила

Меня с макушки и до пят:

Считай горилл иль крокодилов,

А не баранов и цыплят...

Гориллы точно усыпят.

 

 

ЛЮБЛЮ

 

Люблю поспать я, не гуляка,

И обожаю крендель с маком.

Люблю под летними дождями

Босыми грязь месить ногами.

 

Порою я бываю странным –

Люблю бродить в густых туманах.

Душа поёт – летят качели,

Мне ветер люб – земной кочевник.

 

Люблю морозные денёчки,

Весенним радуюсь цветочкам.

Мне дорог солнца яркий лучик,

И хмурость туч, и гад ползучий.

 

Без потрясений жизнь люблю я,

И гладь воды, и бога всуе.

Приятны мне кострища зорей,

И тусклый свет, что звёзды сорят.

 

 

ВСЁ ЭТО ВИДЕЛ Я

 

Ночь уставшая, ночка поблёкшая

по тропинкам далёким и близким

уходила, издрогше-промокшая,

повстречавшись с зарёю-нудисткой.

 

Ночь уставшая, ноченька справная

в пустоте, в тишине некрикливой

гасла вместе со звёздной оравою

горделиво, строптиво-красиво.

 

Ночь уставшая, ночка стыдливая

растворялась во мгле мутно-синей...

Обессоненный всё это видел я

за окошком, за жизни витриной.

 

 

ГРОЗА

 

Раскудахтался гром в поднебесьи,

Молний вспышки – ослепли глаза.

Тучи масти: иль вини, иль крести –

Распластали свои паруса,

«От» и «до» горизонт накрывая.

 

Шквальный ветер трепал что есть силы

Дерева и камыш, и траву.

Капли первые воздух пронзили,

В пыль вгрызаясь на полном ходу,

Следом ливень с небес призывая.

 

 

ХМАРЬ ОСЕННЯЯ

 

Хмарь осенняя к нам заглянула с утра,

Растворив горизонт в грустно-сером тумане.

Мелкий дождь моросит, на лугах клевера

Между трав полегли в непробудном дурмане.

 

Лес, промокший насквозь, вниз роняет листву,

По земле расстилая цветные дорожки.

Поспешает с грибом на колючем горбу

Старый ёж, по грязи семенят его ножки.

 

Бабье лето своё отгуляло сполна,

Солнце скрыли наплывшие тёмные тучи.

По реке с белой пеной гуляет волна,

Ветер треплет её всею силой могучей.

 

Журавлей припоздавший уносится клин,

Прочь летя от занудной осенней печали.

Оплетает сердца нам октябрьский сплин

Грустно-серым туманом, дождливой вуалью.

 

 

НАШ МИР

 

Не торопи грядущие события:

Тому, что предначертано, – вершиться в срок.

Любовь с надеждой, с верою в соитии,

Братанья душ людских – изменят мир жесток?

 

Наш мир, погрязший в алчности и мерзости

Безбожных догм, в пожарищах безумных войн,

Ужель черту проломит к неизбежности

Погибели, и канет в тьму земля – наш дом?

 

 

НАРИСУЙ ДЛЯ МЕНЯ СОЛНЦЕ КРАСНОЕ

 

«Нарисуй для меня солнце красное,

Пусть сияет оно ярко лучиками, –

Говорил мальчик, глядя в несчастные

Очи матери, болью измученные. –

 

А ещё нарисуй мне небесную

В хладных красках луну половинчатую,

Что висит серебристой подвескою

Между звёзд так красиво, таинственную...

 

Знаю, мама, болезнь эта – страшная.

За минуты прости меня горестные,

За мгновения, душу потрясшие,

С жизнью смерть на века перессорившие».

 

Перед матерью тельце тщедушное,

На кроватке больничной расслабленное,

Остывало, к судьбе равнодушное,

Схваткой боли последней оставленное...

 

 

ТВОЯ ЛЬ СТЕЗЯ, МОЯ РАССЕЮШКА?

 

Ах, где же танцы искромётные

Ушедших лет и песни звонкие?

А где мечты мои самотные

И шутки безупречно тонкие?

 

Шагает старость, горбясь, с тросточкой,

И с ней года идут болезные.

Скребу я счастье малой горсточкой,

Кричу судьбе слова скабрезные.

 

Служил Отчизне я по совести,

Но кинут нагло власть имущими.

Теперь – у нищеты во пропасти

С её руками загребущими.

 

Таких, как я, велико множество,

Еда, лекарства – где же денежка?

Контраст богатства и убожества –

Твоя ль стезя, моя Рассеюшка?

 

 

ПОСЛЕ ШКОЛЬНОГО БАЛА 

 

Мы шагнули с тобою со школьной скамьи

В распростёртые жизни объятья.

После бала, в ночи, пели нам соловьи

С пожеланьем удачи и счастья.

 

Безбородо-безусых, с косичками, без,

Широтою манила возможность

Сотворенья мечты, чтоб почувствовать вес

Взрослой жизни, её грациозность.

 

Наши юные силы, упорство, задор

Помогали не падать в ней духом.

Мы, преграды сметая, рвались на простор,

Где любовь не подвержена мукам.

 

Но, увы, жизнь – не мёд, и не всем по зубам

Оказалось разгрызть сей орешек.

Кто-то верным остался заветным мечтам,

Ну, а кто-то сгорел, как полешек.

 

Ах, года-поезда, мчатся скорые вдаль.

Но рассвет после школьного бала

Стоит вспомнить, развеет и боль, и печаль,

Словно жизнь начинаешь сначала.

 

 

А НА ДВОРЕ АПРЕЛЬСКИЙ ДЕНЬ

 

А на дворе апрельский день,

Но нет тепла, и небо хмуро.

В моих мозгах такая хрень,

Наверно, голову продуло.

 

Кричит ворона мне: «Дурак»,

Эх, под рукою нет рогатки.

И пёс бродячий лает, враг,

И смотрит подленько и гадко.

 

Машина с ног до головы,

Промчавшись, окатила грязью.

Не завелись теперь бы вши,

Пойду скорей обмажусь мазью.

 

Жена меня ругает зло:

«Пропил, собака, ползарплаты».

А кот, прищурившись хитро,

Мяукнул: «Всё, хана, пропал ты».

 

Ну что за день – сплошь негатив.

Реальность или наважденье?

Приму на грудь аперитив,

И жизнь обрящет наслажденье.

 

 

ЭХ, ТЫ, ЖИЗНЬ – НЕБЕСНА МАННА?

 

У кого-то жизнь прямая,

У кого – одни зигзаги.

Доля-долюшка земная –

Кто в парче, а кто в сермяге.

 

Кроткость нынче не в почёте,

Кто наглец – того и свадьба.

Обмишурился – в пролёте...

Горя-горюшка не знать бы...

 

В псалмопениях священник

Обещал богемность рая.

Переписывая ценник,

Набивал мошну, алкая

 

В мыслях дом построить новый,

Мерседес – последней марки.

Имя бога, глас суровый –

Низведён до аморалки.

 

Правду ищет редкий странник

Средь разврата и обмана.

Человек – судьбы лишь данник.

Эх, ты, жизнь – небесна манна?

 

 

НАМ ДЕНЬ ПОКАЗЫВАЕТ СПИНУ

 

Нам день показывает спину,

Уйти за горизонт спеша.

И сумрак падает в долину,

В иголки старого ежа,

Бредущего среди травы.

 

Закат погас. Умолкли птицы,

Лишь звень идёт от ручейка.

На небо, словно колесницы,

Примчались с юга облака.

Вдали раздался крик совы.

 

Сгустилась тьма. В лесу тревожно

О чём-то шепчется листва.

На край поляны осторожно

Скакнул русак из-за куста,

Готовый вмиг умчаться прочь.

 

В селе, стоящем возле речки,

Усталый люд гасил огни.

В хлевах коровы и овечки

О прожитОм смотрели сны.

В свои права вступила ночь.

 

 

СТЕНАНИЯ ПАДШЕГО ЧЕЛОВЕКА

 

Мятежный и грешный – навылет

Проколот стрелой бытия.

До крошева льда в луже стынет

Дух падший, с ним стыну и я.

 

И сумрак, темнеющий в бездне,

Влечёт, как в болото, липуч.

Вопить к небесам бесполезно –

Там воздух спрессован, тягуч.

 

Забыты надежда и солнце,

От веры остался лишь тлен.

Любовь в зипуне-балахонце

Не может подняться с колен.

 

Рассудок теряет реальность,

А сердце по венам льёт желчь.

Достала судьбы вся кабальность –

Осталось бездыханным слечь.

 

 

МАЙСКИЙ ДОЖДЬ

 

Гуляет ветер, с неба тучи сеют дождь,

Погожий день забыт, теперь он стал несветел.

Бросает лужи от капели нервно в дрожь,

Я это, под зонтом идя, давно заметил.

 

Вскипая, по асфальту мчатся ручейки,

В сливные стоки ниспадают, словно в бездну.

С цветущей вишни облетают лепестки,

И в мокреди теряют свежести помпезность.

 

Омыв покатость крыш, потоки шалых вод,

Безвольно в воздухе паря, летят на землю.

День майский непогоды выбрал нынче лот,

Я, под зонтом идя, душой его приемлю.

 

 

ОБРЕЧЁННЫЙ НА МИГ БРЕННОЙ ЖИЗНИ

 

Обречённый на миг бренной жизни,

Одеваясь в отребья времён,

Где года волочатся до тризны,

Я судьбою своею ведом.

 

В ней полоски одна за другою,

Чёрно-белые, мчат чередой.

То вздымают меня над волною,

То окатят солёной водой.

 

Всё богатство – багаж за плечами

Да в кармане лишь ломаный грош,

И у сердца тетрадь со стихами.

Я душой – поседевший Гаврош.

 

Перипетии жизни конечной

Испытав, я закрою глаза.

И субстанцией мне, бестелесной,

Предстоит улететь в небеса.

 

 

БЕЗВЕСТНОЕ ТЕЛО

 

По пыльной дороге, обнявшись с сумою,

Шёл нищий в тревоге верста за верстою.

А солнце палило, и нет уже мочи.

Виденье наплыло: прохлада средь рощи.

 

Увы, только поле вокруг, ни кусточка,

Во фляжке не боле воды двух глоточков.

Шагать же далече к ночному постою,

Сутулятся плечи, клюка под рукою.

 

А думы в плену давних дней безутешных,

Когда, на беду, мор душою безгрешных

Детей погубил и супругу-красаву,

Как бога хулил, что дозволил расправу.

 

Покинув погост, с почерневшей душою

В пасхальный он пост чуть заметной тропою

Побрёл одинок в неизвестные дали,

В неведомый рок, погрузившись в печали.

 

Которые годы он с камнем на сердце,

Изведав невзгоды судьбы, иноверцем

По чуждой земле, ничего не желая,

Бродил, словно в тьме, день за днём угасая.

 

На пыльной дороге с седой головою,

Раскинуты ноги, с последней слезою

В глазах, остывало безвестное тело.

А солнце, устало садясь, розовело...

 

 

ПРОПАЩАЯ ДУША

 

Над пропащей душой совершая моленья,

Ангел крылья с надеждой простёр к небесам.

Слёзно бога просил ей простить прегрешенья,

И услышал в ответ: «Азм воздам по делам».

 

Путь души проследив всепронзающим оком,

Молвил тяжко: «Ах, сколько же в ней черноты.

Не пристало земным предаваться порокам,

Пусть отправится в ад, где полно маеты».

 

Отвернулся и, брови нахмуривши грозно,

Зашагал он к воротам, распахнутым в рай.

Но вдруг замер, к душе повернувшись нервозно:

«Да ты вижу – поэт, в словесах – краснобай.

 

Покаянье прими. Отправляйся на землю.

И стихом, как молитвой, воспой там меня.

Только помни: с небес я взираю недремлющ»...

И душа ожила. Та душа – это я.

 

 

ЖИВЁМ И ДЫШИМ

 

Живём и дышим

Во свете дня и в сумраке ночей.

Судьбу колышем

Мы негой счастья, злобностью страстей.

 

Неся потери,

Кручинимся и дальше мчим вперёд.

То, как качели,

На тормоз налетев, прервём полёт.

 

Надежды светом

Озарены порой, блуждая в тьме.

Фальшивим где-то

Душой, подобно порванной струне.

 

Года в копилке

Бездумно мы транжирим впопыхах.

И на развилке

Дорог замрём, запутавшись в цепях.

 

Даёт уроки

Нам жизнь бесстрастно в школе бытия.

Минуя доки,

Плывёт судьбы небесная ладья.

 

 

КАТЯТСЯ ВОЛНЫ

 

Катятся волны – шумный прибой,

Тёмное небо над головой.

Берег пустынный. Над ивняком

Лунное блюдце льёт молоком

 

Свет свой на речку, поле и луг.

Звёздная россыпь блещет вокруг.

Плачущий голос птицы ночной

С нервным подвздохом смолк над водой.

 

Ржанье и топот стихли вдали –

Кони умчались, смяв ковыли.

Вспыхнул костёр на том берегу,

Рыбу поймав, варили уху

 

Два рыбака. Утих ветерок,

Крякнула сонно утка-нырок.

Летняя ночь плылА над землёй,

Чтоб поутру обняться с зарёй.

 

 

НЕ УХОДИ

 

Не уходи, смотри какие зори

Разлили свет по небу золотой.

Любить, страдать – дано по божьей воле

В недолгий век, отмерянный судьбой.

 

Резвится ветер и колышет травы,

Сбивая с них прозрачную росу.

Разлуки не приемлю я отраву,

Любовь тебе, как светоч, принесу.

 

Пусть осень красит листья жёлтым цветом,

Багрянцем разливается в лесу.

Твоим я стану преданным поэтом,

Стихами разбужу в душе весну.

 

Промчатся зимы с белыми снегами,

Седея, мы пройдём свой долгий путь.

И счастье оплетёт нас кружевами,

Не дав огонь любви в сердцах задуть.

 

 

РАДИКУЛИТ

 

Сигналит боль отростками нейронов,

Рот извергает междометия во вне.

От поясницы не дождусь наклонов -

Радикулит проклятый шлёт приветы мне.

 

И ягодица стонет от уколов,

Урчит желудок от обилия лекарств.

Измазан мазью, словно грязью боров,

Лежать бревном в кровати нынче я горазд.

 

 

ЗИМА-СКУПЕРДЯЙКА

 

Зажимает зима-скупердяйка

Покрывала свои белоснежные.

Всё талдычит какие-то байки,

Мол, нюансы погод – неизбежные

 

Прецеденты идущей эпохи.

А нам грустно смотреть в лужи грязные,

Слышать ветра слезливые вздохи,

Созерцать декабря безобразные

 

Дни, похожие больше на осень.

Где метели твои разудалые

И сугробы с прожилками в просинь,

Где морозы, большие и малые? –

 

Ты ответь нам, зима-скупердяйка –

Вопрошает толпа возмущённая.

Тройку быстро обратно вертай-ка,

В Новый год будешь нами прощённая.

 

 

СЪЕДАЕТ ВРЕМЯ ДНИ И НОЧИ

 

Съедает время дни и ночи,

И жизнь летит – кульбит, кульбит.

А кувыркаться нету мочи,

Слетев с начертанных орбит.

 

Вот был – мальчишка – полон силы,

Теперь с трудом даётся шаг.

Дыхнув загробной мерзкой гнилью,

Плетётся следом вурдалак.

 

И кровь мою он пьёт по капле,

И нет осины под рукой.

Лягушка плачет, сдавшись цапле, –

Мой путь ужели же такой?

 

Где ветры буйные, лихие,

Что вознесут души призыв,

И воли кулаки стальные –

Из мыслей выбить стаи кривд?

 

Где ангел мой, в защиту вставший,

Ниспровергающий всё зло,

Для жизни силы мне придавший,

Возложив крылья на чело?

 

Взошла заря. Что день мне новый

Готовит исподволь сейчас?

Я продолжаю жить, бедовый,

И жизни пью прогоркий квас.

 

 

ПОД НЕБЕСАМИ ВЕЧЕРЕЕТ

 

Под небесами вечереет,

Свою мечту я тормошу.

Тихонько ветер тёплый веет,

Бежит к речному камышу.

 

Огнями яркими пылая,

На пристань смотрят фонари.

И сладкая мечта ночная

Мне будет сниться до зари.

 

Волною ласковой прибрежной

В её объятья уплыву.

И, страстью вспыхнув неизбежной,

Цветок любви своей сорву.

 

И подарю его любимой

Поутру в солнечных лучах.

С родной, единственной, красивой

Мы затеряемся в лугах.

 

Года умчат, и непреложно

Нам не расстаться, не страдать.

Влюблённым душам невозможно

О жизни сладкой не мечтать.

 

 

365 ДНЕЙ

 

Как снежинки в свете фонарей,

Ровно триста шестьдесят пять дней

Канули в забвение, в быльё,

Сократили на год бытиё.

 

И душе становится грустней,

Сожаленье чувствуя острей,

Что не подвело её чутьё:

Обокрало времечко-жульё.

 

 

ЛЕТНИЙ ДЕНЬ

 

Я распахиваю шторы

И смотрю на улицу в окно.

Солнце день уже который

Светотенью создаёт панно,

 

Меж листвы пройдя лучами,

На дорожке под навесом крон.

Клумба с яркими цветами,

Утренний принявших моцион,

 

Воздух тонким ароматом

Напитала. Снова летний день

Мне наполнил сердце ладом.

И поёт пичужечка: "тень-тень".

 

 

В ДРЕМУЧЕМ-ДРЕМУЧЕМ ЛЕСУ

 

В дремучем-дремучем лесу

Луч солнца теряется в кронах.

Ветра не гуляют внизу,

Звенит тишина в обертонах.

 

Здесь сумрак царит. И покой

Плывёт меж стволов застарелый.

А воздух – тягуче-густой

От хвои, листвы перепрелой.

 

Завалы отмерших дерев –

Преграда для конных и пеших.

И вводят нас дебри во гнев,

Клянём нерадивых мы леших.

 

Как будто из сказки былой

Стоит этот лес, заколдован

Старухою, злою Ягой.

Для нечисти он уготован.

 

И чудится: мчит молодец

На волке – царевны спаситель

Сквозь чащу. Хохочет подлец –

Бессмертный Кощей-искуситель...

 

Я это увидел во сне,

На пне задремав среди леса.

Реальность вернулась ко мне...

Мистерии пала завеса.

 

 

ВСЁ ЦЕННЕЕ СТАНОВЯТСЯ ГОДЫ

 

Всё ценнее становятся годы,

Дорожу каждым прожитым днём.

В снах исчезли ночные полёты,

По земле я судьбою ведом.

 

Провожаю рассветы, закаты,

Сколько их впереди – не узнать.

А минуты бегут, казнокрады,

И транжирят мою благодать.

 

Матереет душа с каждым вздохом

И седеет, наверно, как я.

Улетит в небеса ненароком,

Тело бренное примет земля.

 

Эти мысли гоню я подале,

Жизнь смакую, как будто бы мёд.

И в её веселюсь карнавале,

И в мечтах совершаю полёт.

 

 

СВИДАНИЕ

 

Предложил вам сегодня свидание,

Вы ответили скромненько: «Да».

В том увидел судьбы прорицание,

Что со мной будет счастье всегда.

 

Я стоял, весь горя в ожидании,

В чуть дрожащей руке был букет.

Взоры томно кидал в обожании

На весь мир, сочиняя сонет.

 

Восхвалял ваши в нём добродетели,

Как сорву с алых уст поцелуй.

Парк, скамейка – немые свидетели, –

Три часа я прождал, обалдуй.

 

Закатилося солнышко красное,

Бросил в урну букет я из роз.

Помнить буду свиданье злосчастное

И мозгов ваших чёртов склероз.

 

 

ДРУЖБА

 

Немало видавший и грешный,

Влачу свою жизнь кое-как.

Приди ты ко мне, друг сердешный,

Мы сходим с тобою в кабак.

 

Там водки графинчик холодный

Закажем и сядем за стол.

Душе, на беседу голодной,

Мы свой посвятим разговор.

 

Поведаю старому другу:

Измаян я тайной тоской.

Как эту немую подругу

Прогнать мне из сердца долой?

 

С сочувствием он непременно

Поможет советом своим.

Ведь дружба – она сокровенна,

Мы жизнь ей свою посвятим.